Flourish

Пасмурное небо не позволяет воздуху нагреваться, тротуар мокрый после утреннего дождя. Студенты, похоже, с неохотой принимают наступающую зиму, пересекая кампус в шортах и толстовках, несмотря на ветер, несущий колючий холод. Джотаро приходится скрывать улыбку при взгляде на девушек, спешащих оказаться в корпусах, прижимая руки к телу в попытках согреть их вместо недостающей одежды. Тупые грёбаные дети.        Во время холодов в кампусе тихо; никто не продаёт безделушки за раскладными столами, нет сумасшедших проповедников, привлекающих внимание легко внушаемых подростков, и нет репетиций групп на открытом воздухе. Первый холодный день середины сентября — это предзнаменование, предупреждение о том, что должно произойти. Джотаро не привык к четырём сезонам года, признавая, что холодная погода не самая его любимая. Однако это часть здешней культуры — товарищество, объединяющее сообщество вместе, когда они страдают от этого. Самое приятное то, что с приходом весны, после долгих шести месяцев холодов у всех, кажется, улучшается настроение от солнечного света и тепла.        Джотаро засовывает руки в карманы пальто, холод покусывает кончики пальцев. Он смотрит вниз перед собой, наблюдая, как носки его ботинок постукивают по мокрому асфальту. Даже птицы притихли, прячась в ветвях деревьев и на карнизах домов, чтобы защититься от довольно неожиданной смены погоды. Но она не мешает белкам шнырять из стороны в сторону.        Он направляется к большому Кук Холлу на самом западном краю кампуса, страшась предстоящего долгого собрания персонала. Половина вопросов, обсуждаемых там, не относятся к нему, как ко временному профессору, а другую половину можно было бы кратко описать в электронном письме. Однако он обязан присутствовать, поэтому теперь тащится по улице со своим характерным хмурым видом.        Совершенно случайно он поднимает глаза, оглядывая местность, пока его взгляд не останавливается на чём-то сомнительном. Он сглатывает, его подозрения оказываются верными, малиновые волосы Нориаки развеваются на ветру, пока он шагает прямо по направлению к нему.        Внимание молодого человека приковано к его компаньону, кому-то, кого Джотаро не узнаёт. Они разговаривают, другой парень активно жестикулирует, и улыбка Нориаки мелькает в тени облаков. Вид ремешков рюкзака на его плечах напоминает ему о прилежном, усердном студенте, каким Какёин должен быть.        Он поглощён их разговором, пока не смотрит вперёд и не замечает Джотаро. Его друг продолжает говорить, губы Нориаки складываются в приветственную улыбку. Джотаро сохраняет безразличное выражение лица, глядя в сторону дерева, мимо которого собирался пройти, не меняя траектории. Нориаки следует его примеру, возвращая своё внимание к разговору. Он перебирает художественные принадлежности, свисающие с его плеча, прижимая их к телу, и смеётся.        Когда они сближаются, Джотаро начинает слышать фрагменты их диалога, что-то о цветовых палитрах и домашнем задании. К счастью, тротуар достаточно широк для всех них. Они наблюдают друг за другом боковым зрением, прекрасно понимания, как нужно себя вести. Их взгляды сталкиваются, не поворачивая голов, Нориаки смотрит сквозь ресницы, его глаза следят за глазами Джотаро, когда они скользят друг мимо друга.        Взгляд Джотаро был бы пугающим для любого другого, он смотрит на студента сверху вниз с застывшими чертами, козырёк его фуражки затемняет выражение лица. Нориаки сохраняет свою надутую ухмылку, стоическое выражение Джотаро совершенно очевидно для него.        Затем они продолжают свой путь спиной друг к другу, звучание разговора рассеивается по мере увеличения расстояния. Джотаро выпускает задержанное дыхание, абсурдность того, во что он ввязался, тяжким грузом ложится на его плечи.                      Нориаки садится на стол Куджо, закинув ногу на ногу, пока тот проверяет работы из стопки рядом с ним. Он смотрит в окно, перенося вес тела на руку, заведённую за спину. Тишина между ними наполняется прерывистым постукиванием ручки. Домашняя атмосфера этой сцены не остаётся незамеченной, Джотаро показывает свою признательность за присутствие Нориаки, время от времени бросая взгляды в его сторону. — Было приятно увидеть тебя сегодня утром, — говорит он, и Джотаро старается снова сосредоточиться на предложении, которое читал, — Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что у тебя лицо стервозной суки?        Джотаро издаёт смешок, не отрываясь от работы, — Да, просто обычно более профессиональными терминами.        Нориаки следит за порхающими с куста на куст воробьями. — Когда ты уже закончишь? — усмехается он, игривость сочится из его слов.        Джотаро качает головой, переворачивая очередную страницу, — Мне нужно сделать кое-что ещё.        Нориаки откидывает голову назад, прядь волос, падающая ему на лицо, касается щеки.        Он ждёт.        Джотаро чувствует его нетерпение, неудовлетворённое его попытками принуждения, несмотря на желание последовать им. У него есть обязанности, которые он не может игнорировать, как бы ему не хотелось сдвинуть их со своего расписания.        Нориаки спрыгивает со стола, подошвы его ботинок глухо стучат о покрытый ковром пол. Джотаро не обращает внимание на его фигуру, проскальзывающую перед ним, он видит, как парень берёт фотографию в рамке рядом с экраном его компьютера.        — Что это за штука, которую ты держишь?        — Чем чаще ты меня отвлекаешь, тем больше времени это займёт.        Нориаки усмехается у него за спиной, ставя рамку на место.        И тогда становится тихо, хотя мальчик задерживается позади него. Его мысли где-то далеко, заняты исправлениями и созданием пометок. Так продолжается до тех пор, пока Нориаки не хватает его за плечи, обхватывая мускулы сильными пальцами. Он осторожно разминает их, прислушиваясь к дыханию Джотаро.        — Нориаки, я понимаю, — бормочет себе под нос он, — Я стараюсь работать так быстро, как…        Когда Джотаро поворачивается, чтобы посмотреть в его бесстыдные глаза, его встречает обнажённая кожа. Нориаки скрещивает руки на голой груди, склонив голову с самодовольным выражением, отражающимся в широко раскрытых глазах мужчины.        — Что за хуйню ты вытворяешь, — Джотаро не может скрыть улыбку, пробивающуюся сквозь его негодование.        Одежда Нориаки валяется у его ног, рядом со стеной. Его волосы свисают чуть ниже ключицы, ярко контрастируя с молочной кожей. Джотаро не может не пялиться, силуэт его тела интригующий и безумно красивый. Он отбрасывает эти мысли в сторону, решая вести себя как взрослый в ситуации, в которой это необходимо.        — Ты не можешь просто… — его строгий тон содрогается, к его великому сожалению, — Ты не можешь просто брать и раздеваться в моём кабинете.        — Я перевернул табличку, — мурлычет юноша, — И я определённо уже был здесь голым раньше.        Джотаро вздыхает через стиснутые зубы. Этот чёртов ребёнок. Он на мгновение закрывает глаза, обдумывая, как ему с этим справиться.        Он справится с этим так хорошо, как только может.        Он протягивает руки, приглашая Нориаки взять их в свои ладони. Молодой человек широко улыбается, когда Джотаро притягивает его к себе, его подход даёт ему именно то, что он хотел, несмотря на сопротивление профессора. Нориаки обхватывает его бёдра своими, самодовольство на его лице выводит Джотаро из себя. Он справляется со своим разочарованием грубым поцелуем, прижимаясь губами к губам младшего с таким нажимом, что тот стонет и поддерживает равновесие, обхватив шею Джотаро руками.        Они прерываются всего на секунду, чтобы вдохнуть, помеха, с которой ни один из них не хотел иметь дело; они больше предпочитали компанию ртов друг друга, исследуя их неуклюжими движениями языков. Джотаро проводит рукой по спине Нориаки, останавливаясь на округлой ягодице, прежде чем сжать её. Он улыбается ему в губы, прижимаясь к его паху.        Стук в дверь.        Они отрываются друг от друга, встречаясь широко раскрытыми в панике глазами. Джотаро давится от шока, собираясь с духом, чтобы заговорить.        — Ах, минутку! — кричит он. Нориаки в спешке чуть не падает с его коленей, стирая с губ слюну. Глаза Джотаро пробегают по его одежде, валяющейся на полу, затем по двери, затем останавливаясь на самом мальчике, когда тот судорожно пытается натянуть на себя рубашку.        — Не беспокойся, — говорит мужчина тихим, уверенным голосом, который заставляет Какёина уделить ему внимание. Его брови в замешательстве сходятся вместе.        — Под стол, — командует он, на стуле отъезжая от места между шкафчиками, где обычно стоят его ноги.        Нориаки моргает, — Я не… — Залезай под ебаный стол.        Он старается изо всех сил, на четвереньках заползая в тесное пространство, прижимаясь спиной к твёрдой стенке между ним и кабинетом, скрывающей его от посторонних глаз. Джотаро пинает одежду в его сторону, ботинок врезается ему в колено.        — Ай!        — Заткнись.        Джотаро садится вплотную к столу, расставляя ноги, чтобы Нориаки мог разместиться. Парень прикрывает рот и нос ладонью, чтобы заглушить звук своего панического дыхания. Мужчина чувствует, как он безрезультатно пытается устроиться поудобнее между его ног.        — Входите!        Дверь медленно открывается.        Оу, блять.        Блять, блять, блять. Блять.        — Директор, — приглашает Джотаро, надеясь, что выглядит он более собранно, чем чувствует себя. Высокопарная немолодая женщина не улыбается, подходя к его столу, её сшитый на заказ деловой костюм натягивается по ширине плеч. Глаза Какёина расширяются при упоминании её должности. — Чем я обязан этим визитом?        — Я прошу прощения, за то, что пришла в ваше нерабочее время, — говорит она нудным голосом, который раздражает Джотаро.        — Всё в порядке, просто заканчиваю проверять некоторые работы, — он говорит ровным и низким голосом, его сердце колотится, перегоняя кровь от смягчающейся эрекции, которую, как он отчаянно надеется, нельзя заметить с позиции Директора. Она садится в кресло напротив него, видя тело мужчины только от грудной клетки. Он складывает руки на столе.        — Я хотела обсудить кое-какую информацию, переданную мне, — она скрещивает ноги, — от комитета по этике, здесь, в университете.        Джотаро сохраняет каменное выражение лица, несмотря на ледяное, тошнотворное чувство, скапливающееся внизу его живота. Он надеется, что она не заметит его учащённое дыхание, симулируя невинность перед лицом женщины, которая может уничтожить его на месте. — Ох?        — Я слышала, что на вас возложили…некоторую неподобающую ответственность, — тактично продолжает она, в её голосе холод и чёткость.        У Нориаки такое чувство, что его глаза вот-вот вылезут из орбит. Он сглатывает, чувствуя, как дрожат его руки, прижатые к лицу. Он смаргивает тревожные слёзы, стараясь держаться как можно спокойнее между ног Джотаро.        Джотаро борется с тошнотой, сохраняя как можно более нейтральное выражение лица, когда встречает строгий взгляд своего босса. Он решает прикинуться дурачком.        — Что вы имеете в виду? — тихо говорит он, ноющая нервозность незаметно стискивает плечи.        — Ваше соучастие в STAND и проекте, который они вам предложили, по сути, никак не задокументировано. Вы согласились покрыть расходы, связанные с поездкой, и предоставить материалы?        Он чувствует покалывание и жар на своём затылке, — Я сделал это.        — Эти затраты и материалы…по моим сведениям, они чрезмерны, — говорит она, наклоняя голову вправо, — Сколько конкретно вы пообещали студентам?        Джотаро поджимает пальцы ног в ботинках, когда Нориаки прислоняет голову к его бедру. Почему этот чёртов ребёнок не хочет сидеть смирно?        — Они хотели либо пять тысяч долларов, либо меньше наличных в пользу моей помощи с лодкой и жильём.        — Вы должны понимать, что это абсурдная просьба.        Джотаро стискивает зубы.        — Это ради стоящего дела, — настаивает он.        — Вы, конечно, вольны делать со своими деньгами всё, что пожелаете, Доктор Куджо. Я здесь, чтобы рассмотреть возможность какого-то рода принуждения, какую-то причину, по которой вы согласились на это, — она моргает, её броский макияж показывается на прикрытых веках.        Всё его тело будто сжимается от напряжения. Он просто ждёт этого момента; его будут допрашивать по поводу его отношений с Нориаки. Он задаётся вопросом, сохранил ли коробку, в которой принёс сюда свои вещи, учитывая, что придётся собирать их обратно к вечеру. Как, чёрт возьми, она узнала? Кто ей сказал? Сцены убийства мелькают в его голове.        — О каком принуждении вы говорите?        — Вас подкупили или как-то иначе заманили, возможно, какими-то… судебный иск или… Я не знаю, Доктор Куджо, честно говоря, — произносит она, и выражение её лица проясняется.        У Джотаро кружится голова. Она не знает?        — Не думаю, что меня насильно склоняли к этому, — прямо говорит он, — Мне представили многообещающий проект, которым, как мне показалось, студенты были очень увлечены. Было бы обидно, не сумей они воплотить его в реальности только из-за нехватки денежных средств.        — Хорошо, — Директор кивает головой в знак понимания, — Ну, если это правда, то вы должны понимать, что у нас в университете есть устав для таких вещей. Вам не запрещено продолжать в том же духе, но вы должны придерживаться этого устава.        Джотаро кивает, повторяя движения женщины напротив. Она тянется к сумке, которую принесла с собой, разрыв зрительного контакта приносит ему облегчение. Он чувствует, как рука Нориаки поднимается, чтобы крепко схватить другое его бедро. Это касание его напрягает. Какого хуя он вытворяет?        — Это соответствующая документация, — объясняет она, доставая пачку бумаги и кладя её на стол перед ним, — Обычно студенты получают финансирование для такого рода вещей через сбор средств и тому подобное. Хотя я полагаю, что вы…и есть сбор средств.        Джотаро смотрит на бесполезные бумажки, испещрённые жаргоном и юридическим языком.        — Просто заполните их и верните мне, — тон Директора сменяется на более беззаботный.        — Я постараюсь сделать это как можно скорее. Я искренне извиняюсь за неудобства, — говорит он, щёлкая ручкой в знак того, как он надеется, что эта чудовищная женщина покинет его кабинет.        — Всё в порядке, Доктор Куджо. Я уверена, что у вас самые лучшие намерения, — она даже не делает никаких попыток сдвинуться с места, Джотаро возмущает неподвижность её фигуры, — Вы не кажетесь тем, кто стал бы поддаваться на уговоры.        Он позволяет себе усмехнуться. — Конечно, нет. В моём внимании только профессиональные интересы к членам STAND.        Пальцы Нориаки барабанят по внутренней стороне его бедра. Конечно, конечно, профессиональные интересы. Он практически видит озорную ухмылку на его лице.        — Я также хотела спросить ваше профессиональное мнение кое о чём, пока я здесь, — продолжает она, наблюдая, как мужчина старательно исписывает бланки в стопке.        Джотаро слушает, как она излагает какую-то идею о конференции или симпозиуме, что-то почти такое же нелепое, как ситуация, в которой он оказался. Он испытывает искушение заткнуть её, борясь с тем, чтобы слушать, читать и писать одновременно. Однако ему это удаётся из-за опасений о том, с каким возмездием он может столкнуться, если не выдаст конструктивный ответ.        Что действительно отвлекает его, так это ощущение пальцев Нориаки, продвигающихся, чтобы снять ремень с пряжки. Его брови на мгновение хмурятся, он маскирует их под знак заинтересованности в бубнеже Директора. Его молния скользит вниз, зубчик за зубчиком, звук незаметен.        Нориаки не может быть настолько глупым. Нет абсолютно никаких возможностей делать то, что, по мнению Джотаро, он делает.        Ладонь прижимается к его паху, заставляя его колено дёрнуться вверх. К счастью, оно хотя бы не ударяется о стол.        Джотаро ждал, когда Директор отвернётся, чтобы просунуть свободную руку под стол, обхватывая запястье мальчика рукой. Ему приходится держать его неподвижно, когда внимание женщины возвращается к нему.        — Итак, что вы думаете?        Он сглатывает, собираясь с мыслями для ответа.        — Я, гм… Я ценю преданность исследованиям в этой области.        К счастью, Нориаки перестаёт дурачиться, пока он отвечает, костяшки белеют от силы, с которой он сдавливает его руку.        Однако это длится недолго. Джотаро чувствует, как что-то отрывает его пальцы от тонких костей запястья. Он снова абсолютно беспомощен; если рискнёт дёрнуться или пошевелиться, Директор наверняка увидит. Его пальцы окутывает мягкая, горячая влага, когда Нориаки посасывает их.        Другая его ладонь сжимается в кулак на столе, быстро высвобождаясь в насильственном акте. Нориаки покусывает кончики указательного и среднего пальцев, язык скользит между ними, он лениво подчиняется. Он вздыхает, отпуская его запястье, позволяя свободно поглаживать свой твердеющий член через толстую ткань брюк. Какёин берёт его пальцы глубже, проводя по ним зубами.        — Мы очень заинтересованы в инвестиционных возможностях, связанных с исследованиями для нашей быстро развивающейся экологической программы…        Слова проходят через его уши, почти полностью игнорируемые, не взирая на его непрерывные попытки сосредоточиться. Его тело предаёт своего хозяина, его эрекция с энтузиазмом заигрывает с Нориаки, контуром проступая под штанами. Джотаро прикусывает щёку изнутри, в нём клокочет гнев на невыносимую женщину, которая сейчас несёт всякую чепуху, и на абсолютно идиотские действия человека, которого он когда-то считал очень умным.        Но скоро ему приходится заговорить, — Вы могли бы предложить это…        Голос застревает в горле, когда он чувствует, как Нориаки очень деликатно стягивает пояс его боксёров вниз в пространстве расстёгнутой ширинки. Аккуратные пальцы проникают под него, уговаривая изогнутую плоть его члена выпрямиться в воздухе под столом.        — Извините, — он делает вид, что откашливается, — Вы могли бы предложить это комитету по высшему образованию, я могу направить вас к кое-кому, но он специализируется на биологии.        Джотаро молится впервые в своей жизни, отчаянно прося высшие силы, чтобы огонь внутри не отразился на его щеках. Он практически чувствует глупое, самодовольное лицо студента, играющего с кожей его члена.        Директор что-то отвечает, но её слова звучат приглушённо в его ушах. Он даже не пытается проследить за ходом разговора; он был ближе к сердечному приступу больше, чем к чему-либо другому.        Нориаки крепко сжимает основание его члена в кулак, рывком проводя вверх. Джотаро пытается ударить его ногой, стараясь сохранить верхнюю часть тела неподвижной. Он приходит в ярость, когда коленом его ботинок придавливают к полу. Пальцы студента щекочут его головку, проводя подушечками по самому краю.        Джотаро цепляется за последнее, что говорит женщина, решая, что стоит ответить на это даже учитывая то, что он понятия не имеет о том, чего хочет эта сука.        — Как насчёт того, чтобы вы составили документ, и я могу ему переслать его, я уверен, что у него есть—        Его голос смущающе дрожит, когда язык Нориаки обводит его головку. Он чувствует улыбку на его губах, когда он скользит ими по стволу. Замечая непонимание на лице Дирекора, он паникует.        — Прошу прощения, в последнее время у меня проблемы с горлом, — эта чушь сопровождается натужным смехом, — У моего коллеги побольше связей, я уверен.        Неутихающее звучание её голоса разрушает все надежды на то, что на этом разговор закончится. Он знал, что она любит поговорить, но не настолько. Как может человек повторять одну и ту же ерунду, используя разные слова столько раз подряд?        Нориаки двигается медленно, чтобы не создавать шума, неторопливо покачивая головой, его движения ограничены в тесном пространстве. Его язык более чем компенсирует это, раз за разом проскальзывая по самым чувствительным точкам, которые он наметил за время их совместного времяпрепровождения.        Джотаро действительно взбешён. Ему приходится закрыть глаза, когда Нориаки обхватывает губами нижнюю сторону его члена, облизывая до основания. С практически чрезмерным нажимом его язык возвращается к кончику, прежде чем губы снова обхватывают головку.        — Что же, я отняла у вас достаточно времени, — звонко подводит итог Директор, слова привлекают его внимание, вырывая из её монотонного протяжного голоса, — Просто принесите мне эти бланки позже. Я пришлю вам и это предложение. Большое спасибо, Доктор Куджо.        Он стискивает челюсти, выдавливая из себя улыбку, — И вам спасибо, Директор.        Она собирает свои вещи слишком медлительно, Джотаро взглядом прожигает чёрный текст на бумаге перед ним. Нориаки сосёт усердно, от чего у мужчины перехватывает дыхание.        Когда дверь за ней закрывается, Нориаки останавливается, среагировав на шум. Джотаро смотрит на дверь, прислушиваясь к удаляющемуся стуку каблуков. Он слышит щелчок главной двери в холле, его глаза закрываются с облегчением.        И открываются снова с яростью.        Он отъезжает в сторону на кресле, раскрывая Нориаки, забившегося в глубину стола. Джотаро разгневан самодовольством, не сходящим с его лица, встречая его пристальный взгляд пронзительным взором.        Он встаёт, его брюки спадают с бёдер, когда он бросается на студента.        — Ой! Эй! — вскрикивает он, когда Джотаро наматывает его волосы на кулак, выдёргивая тело из-под стола. Вывалившись наружу, его затёкшие ноги с трудом удерживают вес.        — Ты ёбаный идиот, — рычит Джотаро, за волосы поворачивая мальчика к себе. Он смотрит вниз со свирепой гримасой, надменность, наконец, исчезает с его лица, сменяясь тем, что, по его мнению, походит на страх.        — Ты знаешь, кто это был? Мой ёбаный босс, — выплёвывает он, член всё ещё скользкий от слюны. Он игнорирует это.        — Я знаю, — отвечает Нориаки, прищуривая глаза от того, как Джотаро тянет его за волосы.        Он отшатывается от ослабевшего давления, когда мужчина резко отпускает его. Джотаро прикрывает веки и вздыхает, заставляя себя расслабиться и быть лучшим человеком.        — Тогда что за хуйню по-твоему ты делаешь? — фиолетовые радужки снизу ловят его собственные, когда он снова открывает глаза.        Нориаки улыбается, его вид заставляет Джотаро сжать кулак.        — Ты так чертовски сильно этого хочешь? — продолжает он, от хрипоты его слова звучат тихо.        Нориаки опускается на колени, обхватывая их руками, — Отчаянно.        Джотаро закатывает глаза, кидаясь к нему. Прежде чем тот осознаёт это, Какёина поднимают на ноги, сильные руки подхватывают его подмышки. Его поворачивают лицом к столу, стабилизируя массивной фигурой позади.        — Ты умнее этого, Нориаки, — голос мужчины и правда походит на рык, тяжёлая ладонь хлопает парня по плечу. Он вскрикивает, склоняясь над столом, вытягивая шею, чтобы прижаться щекой к его поверхности. Бумаги беспорядочно разлетаются в стороны, когда он ударяет рукой по краю стола, хватаясь за него пальцами. Джотаро раздвигает его ноги резким ударом по лодыжке, Нориаки отшатывается, пытаясь восстановить равновесие, когда его полностью опрокидывают на несчастный предмет мебели.        Джотаро пыхтит за его спиной, несчастного выражения на лице студента ему недостаточно. Он скулит, когда тяжёлая ладонь ударяет по его заднице, шлепок создаёт восхитительный звук, который, неожиданно, слишком очаровывает его.        Широкими руками мужчина обхватывает его бёдра, втирая свой член между ягодицами. Лицо Нориаки горит, его дыхание клубами конденсируется на прохладной крышке стола. Он выгибает спину, чтобы принять фрикцию, Джотаро прикусывает губу.        Он подумывает о том, чтобы войти насухо, но зверство и опасность такого действия мучают его совесть. Вместо этого он плюёт на отверстие Нориаки, едва ли достаточно в сочетании со слюной на его члене, уже начавшей испаряться, чтобы обеспечить более плавный вход. Какёин со стоном вжимается в стол, пытаясь пошевелить ногой только для того, чтобы движению помешала гораздо более сильная и быстрая голень Джотаро.        — Это то, чего ты так, блять, сильно хочешь? — грохочет он, проникая большим пальцем внутрь, а остальными впиваясь в бледную кожу.        — Д-да…        Джотаро не добр. Он вставляет половину своей длины прямиком за головкой в Нориаки, скрежет его зубов заглушает стон, который вырывается из его горла. Его веки тяжело опускаются на глаза, он не уверен, что удовольствие, которое он чувствует глубоко внутри, полностью сдерживается болью.        Джотаро выскальзывает и снова сплёвывает на член, решив, что грубость ему не по вкусу.        Нориаки извивается под ним, на висках выступает пот. Куда делся тот добродушный мужчина, которого в прошлый раз в этом кабинете пришлось уговаривать трахать его глубже? Его отвердевший член проезжается по краю стола с каждым толчком Джотаро, вызывая волны противоречивого удовлетворения и боли в тазу.        — Тебе это нравится?        Нориаки скулит в ответ, утыкаясь в поверхность, на которой он оказался скован по рукам и ногам.        Джотаро усмехается, наблюдая, как его член снова и снова исчезает в прекрасном теле. Так он почти жалок. Его хриплые стоны сочетаются с пронзительными всхлипами Нориаки, которые эхом отдаются в его ушах каждый раз, когда он вторгается внутрь.        — Веди себя тише.        Какёин закрывает рот ладонью и поджимает губы в ответ. Но это не мешает ему сходить с ума от интенсивности движений Джотаро. Капля предэякулята стекает по его головке, в конце концов падая на стол при очередном толчке.        Куджо восхищается тем, как хорошо он принимает это, и с какой грацией. Он хватает Нориаки за бёдра, прижимая к себе, они стонут в унисон, когда он вонзается глубоко в него, напряжённые мышцы сжимаются вокруг основания его члена. Он толкается и толкается, хотя не может проникнуть ещё глубже. Горячее нутро Нориаки обжигает его, заставляя чуть ли не пускать слюни.        Джотаро не предупреждает его перед тем, как кончить, без колебания изливаясь в студента. Его тело едва предупреждает самого себя, оргазм внезапно сотрясает его изнутри.               Послеоргазменная ясность Джотаро обычно высоко приветствуется, его голова наконец-то свободна. Но сейчас, когда он смотрит на мальчика, склонившегося над столом, он не знает, как справиться с приливом сожаления, которое он испытывает. Красноватый след от ладони на его заднице, вздымающаяся грудь, напоминали ему, что он живое существо.        Нориаки, похоже, не возражает, ухмыляется и смотрит на него блестящими глазами.        — Я… Мне жаль, — шепчет Джотаро.        — Откуда это взялось? — в оживлённом голосе слышится облегчение, когда он отрывается от стола, приподнимаясь на локтях.        — Ты действительно разозлил меня.        Нориаки напрягается, когда мужчина выходит, освобождаясь от давящей силы позади него.        Джотаро откидывается на спинку стула, его ноги болят, а колени дрожат. Молодой человек опускается на пол, вытянув ноги перед собой и прислоняясь спиной к столу, ничего не говоря в ответ. На мгновение они прислушиваются к дыханию друг друга.        Мужчина делает первый шаг, медленно спускаясь вниз. Взгляд Нориаки следует за ним, пока он не подползает к нему.        — Иди сюда, — говорит Джотаро, опускаясь на колени, в намёке очевидном для него.        — Минет в качестве извинений? — Нориаки усмехается, его глаза затуманены.        — Можно и так сказать, да.        Они обмениваются коротким смехом. Какёин осторожно поднимается на ноги, прежде чем встать перед профессором.        Он работает для него. Джотаро полон энтузиазма, покачивая головой и чувствуя привкус предэякулята на языке. Нориаки расслабляется, расчёсывая пальцами его волосы, скинув наконец ненавистную фуражку, позволяя ему взять поводья. Он улыбается со стоном, пока Джотаро делает всё возможное, чтобы поглотить его член, точно зная, что ему это нравится. Этот жест приближает его, продолжительная стимуляция усиливает жгучую потребность внутри.        — Доктор Куджо, могу я кончить вам на лицо?        Нориаки смотрит на него сверху вниз, моргая. Он совершенно серьёзен. Сочетание его профессионального имени и такой унизительной просьбы выводит Джотаро из себя.        Что ж, после того, что он сделал с ним сегодня, он не в том положении, чтобы отказываться.        Он кивает, держа член во рту, насаживаясь на него, его нос щекочут волосы, украшающие пах Нориаки. Студент шумно выдыхает в ответ, схватив его за затылок.        — Джотаро…        Какёин отстраняет мужчину, другой рукой придерживая член за основание. Джотаро прикрывает один глаз, когда ниточка спермы падает на него, застревая в ресницах. Остальное оказывается у него на щеке и губах, стекая в открытый рот. Нориаки размазывает это по его лицу, капли стекают вниз по языку и горлу. Это дивное зрелище, творческий мозг студента запечатывает его в сознании, чтобы поразмыслить над ним позже.        — Нам, наверное, следует принести сюда какие-то бумажные полотенца или что-то в этом роде, — шутит он, глядя на огромный беспорядок, который они устроили в комнате и на друг друге.        Джотаро одним глазом ищет край своего белого пальто, поднося его к лицу, чтобы вытереться. Его унижение вызвано постстрессовым беспокойством, его сердце, наконец, замедлилось после ситуации с боссом и его обращения со своим протеже.        — Я что-нибудь придумаю.        Джотаро всё равно, он снова откидывается на спинку стула, издающую неумолимый скрип.        — Иди сюда, — он похлопывает себя по коленям, глядя на Нориаки усталыми глазами.               Мальчик тепло улыбается, сидя на его коленях и закинув ноги на подлокотники кресла. Он снимает фуражку, снова оказавшуюся на мужчине, наблюдая, как каскад чёрных как смоль волос падает ему на лоб, прежде чем надеть её на свою голову. Джотаро охватывает рукой его ноги, когда молодой человек устраивается на его плече. Другой рукой он поддерживает спину Нориаки в изгибе их объятий. Его ресницы щекочут ему грудь там, где он прижимается к ней щекой, поцелуи бабочками медленно скользят по его коже с каждым томным морганием. Нориаки закрывает глаза, большой палец Джотаро вырисовывает круги на коже его бёдер. Мужчина смотрит на дверь перед собой, не глядя ни на что и чувствуя всё.