Когда погаснут все огни

      Серёжа не знал, сколько времени он сидел в этой комнате, но было очень тихо. К нему никто не торопился идти, поэтому у него был шанс обдумать всё, что он сделал. Точнее, не он, а Олег. Прикрыть убийцу и самому отправиться в тюрьму… Это далеко не то, о чём мечтал Разумовский. Но он принял решение и не собирался брать свои слова обратно, потому что пути назад уже не было. Вроде, его должны были допросить, но пока что никто не спешил идти сюда, поэтому Сергей нервничал всё сильнее. Что будет, если Волков убьёт кого-нибудь ещё, пока он сидит здесь? Полиция сразу поймёт, что Серёжа просто заступился за него. А там вычислить настоящего преступника будет уже легче. И Разумовский немного не понимал, почему сидел здесь без наручников. Его запихнули в допросную и заперли, а потом все куда-то ушли, как будто забыв про него. Достаточно странная система. Сергей считался опасным преступником, но никто не позаботился о том, чтобы он хотя бы к столу был прицеплен. Неудивительно, что Олега не могли поймать, раз тут настолько слабая организованность. Наручники, которые были надеты ещё в офисе, с него сняли уже в участке, но Сергей не понимал, зачем они это сделали. Как-то странно и немного непрофессионально. А если он пойдёт на крайние меры и прямо тут попробует на кого-нибудь напасть? Судя по всему, требовалось улучшение не только судебной системы, но ещё и системы правоохранительных органов.       Страх немного уменьшился. То ли он успел смириться со своей участью, то ли просто не видел смысла бояться и трястись. Возможно, Разумовский убедил себя в том, что когда о его беременности узнают, то не отправят в тюрьму. Или хотя бы будут относиться к нему более лояльно. И внутри он ещё чуть-чуть надеялся, что Олег придёт за ним и поможет, но, наверное, это было бессмысленно, потому что он больше был не нужен наёмнику. Волков даже гон провёл где-то вдали от него. И кто знает, с кем он мог быть все эти дни. Один или нашёл себе временного омегу? Серёжа подавил слёзы, которые выступили на глазах при этих мыслях. Неужели Олег и правда был способен изменить ему? Только если это было такой своеобразной местью за несуществующую измену. Впрочем, сейчас Сергей всё равно ощущал себя предателем.       Он пытался поцеловать Игоря. Совершенно серьёзно лез к нему, прося трахнуть себя. А если бы тот согласился? Они действительно могли переспать. Гром пришёл арестовать его, но он мог не сдержаться, когда за него начали цепляться, шепча те странные просьбы на ухо. Серёже было очень стыдно. Хорошо, что у Игоря была нормальная выдержка, и он не плюнул на всё, взяв его прямо на том же диване. Разумеется, они оба сильно пожалели бы об этом утром, но страшно представить, что могло бы случиться, вернись Волков именно в это время. Господи, да он бы убил обоих и глазом не моргнув! И тогда Разумовский точно не смог бы никак оправдать себя, потому что Олег, вероятно, узнал бы запах Грома, который почувствовал в ту ночь, когда Сергей вернулся из казино. Маловероятно, что получилось бы убедить его в своей невиновности, потому что наёмник и слушать бы не стал. Серёже стало ещё противнее от мысли, что он едва не изменил Волкову, которого так и продолжал любить. Конечно, Игорь был довольно привлекательным альфой, но у Разумовского уже была вторая половинка, оставившая ему метку, поэтому уйти от Олега он не мог. А сейчас тем более.       Дверь в допросную тихо открылась, и на пороге появился Гром, мрачно смотря на так называемого Чумного Доктора. Сергей немного сомневался, что был хоть чем-то похож на Волкова, который, судя по всему, убивал с каменным лицом. Впрочем, какая разница, если были доказательства, указывающие только на Серёжу? Он даже от адвоката отказался, сказав, что признаёт свою вину. К тому же, он понимал, что улики слишком серьёзные, чтобы его хоть как-то могли оправдать.       И пока он был в полицейском участке, то успел услышать, что в его доме нашли что-то вроде тайника за картиной, где был костюм. Наверное, запасной, потому что Олег не возвращался домой, а новое убийство было совсем недавно. Он бы не успел прийти и переодеться, не привлекая внимания Разумовского. Возможно, это был самый первый костюм, который Серёжа видел на нём после убийства Гречкина, потому что в тот день Волков попросил его уйти вниз, а когда пришёл сам, то был уже без него. Тогда Сергей удивился, не совсем поняв, куда альфа дел такую здоровенную штуку, но ему было не до вопросов об этом, а он, оказывается, всё это время был у него под носом. И усиление офиса, может, было связано с этим. Непонятно, как Олег смог всё это провернуть, но явно была проделана колоссальная работа.       — Итак… — Игорь встал напротив него, смотря на Серёжу сверху вниз, — Я задам свой старый вопрос. Зачем ты убил всех этих людей?       — Я уже говорил, — тихо пробормотал Разумовский, разглядывая свои руки, — Ради правосудия.       — Хорошо, — Гром старался сохранять спокойствие, но по нему было видно, что он очень рассержен, — Это и есть твой мотив? Желание избавиться от богатых людей города?       Сергей медленно кивнул, зная, что этим копает себе могилу, в которой его потом и похоронят.       — Где ты взял этот костюм с огнемётами? — Игорь смотрел на него чересчур внимательно.       Стоило ответить, но Серёжа молчал. Кажется, Олег заключил договор с HOLT International, но он боялся, что случайно скажет что-нибудь не то, поэтому решил ничего не говорить. Это была просто стандартная процедура, а Разумовский и так уже признался. Им и этого хватит. Он уже достаточно убедил себя, что заслужил это.       — Ты оглох? — майор наклонился. — Где ты взял костюм?       Сергей не смотрел на него, продолжая молчать.       — Ладно, — сжал зубы Игорь, — Кто-нибудь может подтвердить твои слова? Твой сообщник, если он есть, или знакомый, который в курсе?       Олег мог подтвердить, что Серёжа никого не убивал, но он сюда не придёт. Ему стоило радоваться, что Разумовского больше не было рядом, потому что больше тот не сможет разочаровать его.       — Твою же мать! — Гром стукнул руками по столу, а Сергей вздрогнул. — Чего ты вдруг заскромничал? Давай, Чумной Доктор, похвастайся своими успехами, как делал это на камеру. Чего же ты молчишь? Всю храбрость растерял? Как ты сбежал после убийства Гречкина?       Да откуда же он это знал? Разумовский мог только гадать, что Волков тогда сделал, но если он что-нибудь скажет, то наверняка ошибётся. Если Игорь был там в тот день, то он мгновенно распознает ложь. Если бы Серёжа интересовался у Олега о подробностях каждого убийства, то сейчас что-нибудь и рассказал бы, но ему было неприятно говорить об этом, поэтому он был не в курсе всех деталей, о которых хотел знать майор.       — Ты надо мной издеваешься? — Игорь начинал закипать. — Почему ты решил пойти убивать именно в это время?       Из-за Гречкина, что логично. Ничего это не случилось бы, если бы этого убийцу посадили. Но нет, его оправдали, а Разумовского это задело настолько сильно, что он почти самолично убедил Волкова убить его и совершить настоящее правосудие.       — Ты начинаешь раздражать, — Гром только теперь заметил, что на нём не было наручников, поэтому чуть отошёл, чтобы Серёжа не попытался схватить его, — По какому принципу ты выбирал своих жертв и как понимал, когда к ним можно было прийти, чтобы не застать никого постороннего?       Это уже стоило спросить у Олега, потому что и об этом Сергей не знал. Должно быть, тот как-то следил за ними и выбирал подходящий момент. Вряд ли эти убийства были спонтанными, потому что Волков шёл всё выше и выше с каждой новой целью. Собственно говоря, это и был тот принцип, о котором говорил Игорь, но врать Серёжа не собирался, поэтому так и продолжал прикидываться немым.       — То нападение в казино было частью твоего плана? — майор ходил из стороны в сторону, явно злясь. — Хотел втереться ко мне в доверие? Поэтому и полез с поцелуями вчера?       Нет, конечно. Разумовскому понравился Гром, но не как потенциальный партнёр, а как просто хороший человек, с которым он с удовольствием пообщался бы в нормальных условиях, будь такая возможность. Игорь отнёсся к нему с теплом и три раза помог, ничего не попросив за это взамен. У Сергея и в мыслях не было как-то обманывать его, чтобы заполучить доверие полиции. Он был просто благодарен майору, и ничего большего. А целоваться с ним он и вовсе не хотел, вовремя остановившись, потому что для него это стало бы большой ошибкой.       — Может, хватит молчать?! — Гром уже знатно вышел из себя, а вопросы всё никак не кончались, — Кто-нибудь в курсе твоей личности? Кто-то, кто знал, о том, чем ты занимался. Что был Чумным Доктором.       Серёжа знал про Олега. И всё ещё мог сказать, что не убивал, а сейчас просто заступался за любимого человека, что тоже было очень глупо. Волков не оценит этого, посчитав, что Разумовский отнял у него всю его славу, взяв этот грех на себя. Но зато у него и правда будет шанс подумать о всех своих поступках.       — Отвечай же!       Игорь не выдержал этого молчания со стороны подозреваемого и, подскочив к нему, практически сорвал со стула, прижимая к стене и встряхивая так сильно, что внутри всё уже в который раз сжалось.       — Хватит игнорировать мои вопросы! — Гром снова потряс его, сильно впиваясь пальцами в плечи. — Я хочу услышать от тебя все ответы!       Тут Серёже стало плохо. Кажется, он побледнел так сильно, что это заметил даже майор, потому что замолчал, смотря на побелевшее лицо Разумовского. А затем комната закружилась перед глазами, и Сергей увидел, как всё плывёт, но не попытался ничего сделать, позволяя наплывшей темноте схватить себя. Игорь сполз на пол вместе с ним, не дав упасть и удариться. Он был в шоке от такого неожиданного поворота событий, а потом сориентировался и крикнул:       — Позовите сюда врача! Дубин!       Дима появился в допросной почти сразу же. Он следил за их разговором с разрешения Прокопенко, но никак не ожидал, что убийца внезапно потеряет сознание.       — Чего ты застыл?! — Гром паниковал? Это было чем-то новеньким. — Скорее зови медперсонал! Не хватало только того, чтобы он тут помер!       Дубин закивал, быстро поправив очки и убежав на поиски врача, а Игорь остался наедине с Серёжей. Он так и сидел на холодной плитке, держа его голову на своих коленях и словно пытаясь осознать, что произошло. Он хотел добиться ответов, а не вот этого. Майор опустил глаза, взглянув на совсем бледного Разумовского, который выглядел не лучше мертвеца в морге. Гром взял его за запястье, нащупав пульс, который заметно уменьшился, но всё-таки был, поэтому он облегчённо выдохнул, а потом с удивлением отметил, что не желал Сергею смерти. Он был убийцей, который безжалостно сжёг шестерых человек, но что-то с ним было не так. Игорь всего лишь накричал на него да хорошенько встряхнул, а тот сразу же упал в обморок. И вот он убивал настолько хладнокровно? Как-то странно и не слишком похоже на правду. Обычно Гром никогда не сомневался в себе и своих решениях, но это было таким натянутым, что хотелось заново собрать все улики и провести новое расследование, чтобы понять, как такой слабонервный человек смог провернуть всё это. Снова посмотрев на Серёжу, майор задумался и перехватил его поудобнее, теперь полностью держа на руках и чувствуя совсем слабое дыхание Разумовского на своей шее. Почему врачи не спешили? А если он умрёт прямо здесь? С ним могло быть всё, что угодно, а помощь не торопилась появляться. Игорь практически обнимал убийцу, но не ощущал какого-то презрения или неприязни, что тоже было признаком чего-то важного. Он чувствовал, что Сергей совсем не силач, а это и на его выносливость могло влиять. Чумной Доктор точно был относительно сильным человеком, и такое описание больше подходило альфе, а не омеге. Но как же улики? А признание?       Пока Гром обдумывал всё это, в допросную вернулся Дима с несколькими врачами. Он как-то обескураженно поглядел на майора, который осторожно помог положить Серёжу, так и не пришедшего в себя, на носилки. Они работали вместе не очень долго, но Дубин уже успел увидеть некоторые методы своего нового напарника, поэтому такое бережное отношение к Разумовскому вводило его в ступор.       — Что с ним? — робко спросил он, когда врачи удалились в медпункт. — Он… Просто упал? Может, он выпил яд? Решил покончить с собой? Ты совсем ничего не смог выяснить?       — Нет, — Игорь чуть прикусил губу, привычно засунув руки в карманы, — Сомневаюсь, что он хотел убить себя. Скорее, просто не хочет сотрудничать, усложняя нам задачу.       — Но он же сказал, что является Чумным Доктором, — Дима наивно полагал, что всё настолько просто.       — Что-то мне во всём этом не нравится, — поморщился Гром, — Даже не знаю, что именно. Какой-то он больно подозрительный. И такой худой, что сразу появляется вопрос, как он умудрялся носиться по всему городу в этом тяжеленном костюме.       — Разумовский ведь просто псих, — пожал плечами Дубин, — А таких не всегда легко разглядеть. Нам про это рассказывали в академии. И тип убийцы подходит под него, раз он вырос в детском доме.       — Возможно, — согласился майор, — Ладно, идём. Надо дождаться, когда его приведут в чувство, а потом я продолжу допрос, потому что всё-таки хочу добиться от него всех ответов.

***

      Прошло чуть больше получаса, за которые не случилось ничего интересного. Сначала Игорь ходил возле медпункта, пока какая-то медсестра не попросила его уйти, чтобы никого не нервировать, так как Серёжа не спешил просыпаться, хотя врачи сказали, что его жизни ничего не угрожало. И Гром опять удивился, когда обрадовался, услышав это. С чего он вообще беспокоился о нём? Это далеко не тот Сергей, которого он спас сначала на улице, а затем и в казино. Конечно, тогда он не знал о его тёмной личности маньяка, но это всё равно считалось. Однако волнение почему-то не хотело уходить, что ему очень не нравилось. Должно быть, Дима заметил его недовольство, потому что начал приставать с вопросами, которые иногда были по-настоящему детскими, как будто к Игорю приставили не взрослого парня из академии, а школьника из пятого класса. И майор мог рявкнуть на него, поставив любопытного омегу Дубина на место, но по каким-то причинам терпел, хотя если бы на его месте был кто-то другой, то ему бы не повезло наткнуться на привычную грубость Грома.       Он до сих пор не понимал, как Диму вообще взяли в полицию, потому что кроме него омег тут почти и не было. Уж точно не на высоких должностях. Обычно они работали с документами и сильно не отсвечивали, но этот парень был каким-то прямо особенным, потому что не боялся лезть в самое пекло, всячески стараясь проявить себя и произвести впечатление. Впрочем, Игорь не был слепым и быстро понял, что Дубин, по большей части, старался ради него, чтобы тот его заметил. И можно было подумать, что Дима хотел, чтобы Гром замолвил за него словечко перед начальством, но майор уже догадался, что дело тут далеко не в этом.       Он нравился Дубину, хоть тот и старался тщательно это скрывать, но Игорь тоже не торопился идти ему навстречу, продолжая держать дистанцию и сохранять исключительно деловые отношения. Может, он пока что не был готов создавать семью, а, может, ещё думал, тот ли это омега, с которым он бы хотел жить в будущем и, возможно, растить детей. Прокопенко, разумеется, уже несколько лет пытался убедить Грома, что тому пора бы кого-нибудь себе найти, но майор не спешил, стараясь игнорировать все подобные убеждения. Тем более, он не хотел оставлять метку кому попало, потому что потом пришлось бы весь остаток жизни провести с этим омегой. Игорь должен был быть в полной уверенности, что не ошибся с выбором. Поэтому пока что он просто наблюдал за Димой, радуясь, что тот не слишком навязчиво проявлял свою симпатию к нему. Вообще Гром действительно с неодобрением заметил, что проявил слишком большой интерес к Разумовскому, присмотревшись к нему ещё с их первой встречи. Может, он даже предложил бы милому рыжему омеге попробовать пойти на что-то большее, если бы от того не пахло альфой. Впрочем, метка не мешала ему тепло относиться к Серёже, что он и делал в казино, когда снова помогал ему. А сейчас выяснилось, что он был убийцей. И здесь Игорь неохотно, но признавал, что расстроился, когда всё выяснил. Он и не думал на Сергея, отчего и правда оказалась более суровой и неприятной даже для него.       Гром был хорошо известен Петербургу своей непробиваемостью. Он умел сохранять спокойствие во всех ситуациях, какими бы сложными они ни были. А здесь майор был в таком замешательстве, что вообще не понимал, что с ним происходило. Он жалел преступника? С каких пор? Это было совсем не в его духе. Вот и сейчас Игорь думал о том, почему же всё-таки так испугался, когда Разумовский упал в обморок. Он держал его на руках, думая, что не хочет, чтобы Серёжа вдруг умер. И это заставляло его ругать себя, потому что Сергей не был милым и хорошим парнем. Он жестоко убил нескольких человек и должен был получить заслуженное наказание.       — Игорь, кажется, есть новости, — Дима, всё это время спокойно сидевший рядом с ним, заметил идущего к ним врача.       — Ну наконец-то, — обрадовался Гром, — Что они там так долго с ним делали?       Майор был в медпункте полицейского участка всего несколько раз: когда однажды словил пулю в плечо и отказался сразу же ехать в нормальную больницу, потому что хотел поскорее поймать преступника, и когда в одной из драк ему рассекли бровь каким-то осколком. Однако ему казалось, что медперсонал достаточно приятный и компетентный, поэтому он надеялся, что информация о Серёже всё-таки будет нести положительный характер.       — Ну что? — нетерпеливо спросил Игорь. — С ним всё нормально?       — У меня довольно необычные новости для вас, — врач немного помолчал, обдумывая дальнейшую речь, — В общем, ему нельзя в тюрьму.       — Что? — не понял Гром. — Это ещё почему?       — Понимаете, тут такая ситуация… — мужчина вздохнул, — Дело в том, что он в положении.       — Чего? — нахмурился майор. — В каком ещё положении?       — Игорь… — Дима неловко опустил глаза, — Похоже, Разумовский ждёт ребёнка.       Гром в шоке посмотрел на доктора, а тот кивнул, подтверждая слова Дубина.       — Постойте… — Игорь чуть поднял руки, — То есть… Это значит, что он не может быть Чумным Доктором?       — Сомневаюсь, что это могло как-то повлиять, — покачал головой врач, — Срок слишком маленький. Недели три. Максимум месяц. Он уже очнулся, но чувствует себя неважно. Вы должны решить, что с ним делать. И ещё… У него все запястья и плечи в синяках. Может, это тоже как-то поможет.       — Я хочу ещё раз допросить его, — решил Гром, получив кучу новых данных, — Попросите привести его в допросную, я сейчас приду туда.       Мужчина кивнул, удалившись, а Игорь пришёл в лёгкое недоумение, вслух спросив: - Серьёзно? Он убивал, зная, что подвергает опасности не только себя? Каким же идиотом надо было быть, чтобы пойти на такое?       — Может, поэтому он и стал избавляться от богачей? — предположил Дима. — Хотел сделать мир лучше для своего ребёнка. Тогда это и есть настоящий мотив, потому что он сам был из детского дома и…       — Как раз поэтому он и не должен был рисковать, — прервал его Гром, — Надо снова поболтать с ним. Хочу задать несколько вопросов, а потом понадобится решить, куда его отправить. Расскажи Прокопенко, но пока что не говори Стрелкову. Если тот не потребует.       Дубин, поняв, что от него хотели, помчался выполнять поручение, а Игорь пошёл на новый допрос.

***

      Серёжа сидел в медпункте, тупо смотря на белую стену напротив себя, возле которой стоял какой-то полицейский, охранявший его. Теперь о его беременности знали, поэтому Разумовский надеялся, что это сильно повлияет на его дальнейший приговор. А ещё он начал думать о том, что причина его упрямства и желания сидеть в тюрьме была связана не только с целью как-то помочь Олегу и наказать себя. Сергей подозревал, что он просто так сильно боялся Волкова, что хотел спрятаться от него там, где он его не найдёт. Вероятно, это было очень глупо, но он ничего не мог с собой сделать. Не получалось даже о благополучии ребёнка думать адекватно, потому что ему было страшно. Страшно, что Олег доберётся до него и снова сделает больно.       — Разумовский, в допросную, — в палату зашёл ещё один полицейский, держа в руках наручники.       Серёжа что-то тихо пробормотал, не сопротивляясь и позволяя надеть их на себя. Какой был смысл спорить, если от этого стало бы только хуже? Было уже поздно о чем-либо сожалеть.       Через несколько минут его вернули обратно в ту же комнату, в этот раз не снимая наручников. Сергея это немного огорчило, но он не стал просить полицейского убрать их. Протокол есть протокол. Они и так нарушили это важное правило, когда оставили его со свободными руками в первый раз. А ведь если бы Серёжа был настоящим преступником, то вполне мог бы напасть на того же Игоря. Однако во время первого разговора тот, заметив, что Разумовский без наручников, не попытался кого-нибудь позвать, чтобы с этой проблемой разобрались. Нет, он просто продолжил разговаривать, ничуть не боясь его. Наверное, просто не видел в нём достойного соперника для себя. Особенно, если вспомнить, как он едва ли не на руках выносил его из казино.       — Думаю, мы можем продолжить, — Гром пришёл почти сразу же, — Оказалось, что ты рассказал нам далеко не всю информацию, утаив кое-что интересное. Зачем, Разумовский? Ты же знал, верно? Ну на кой чёрт ты этим занялся? Ты хоть понимаешь, что натворил?       Серёжа понял, про что говорил Игорь, но молчал, уставившись на свои колени. Он в принципе не знал, что мог на это ответить, потому что слов просто не было. И ему всё ещё где-то глубоко внутри хотелось раскаяться и признаться, что всё это было сделано ради Олега Волкова, который считался мёртвым. Однако и отступать уже не хотелось, когда Сергей зашёл настолько далеко. Зато он хотя бы сможет скрыться от наёмника. Тот больше не достанет его.       — Чего ты опять молчишь? — майор вздохнул, а потом сел напротив. — Знаешь… Я же вижу, что ты не убийца. Теперь вижу. Да и до этого видел, если честно. Поэтому мне и непонятен твой мотив. Объясни, зачем на самом деле ты убил всех этих людей. Чего ты хотел добиться этим? Если уж тебе было плевать на себя, то подумал бы хотя бы о ребёнке.       Игорь нахмурился, увидев, что губы Серёжи задрожали ещё сильнее, чем до этого. Он беспокоился о своём малыше, и это было видно, поэтому Гром ничего не понимал. Точнее, начинал догадываться, видя реакцию подозреваемого. А Разумовский тем более не мог ничего сказать, потому что изо всех сил старался не заплакать, но получалось плохо и первые блестящие капельки появились на глазах. К счастью, Игорь не должен был заметить их. Да, Сергей думал о ребёнке и уже любил его, но что ещё он мог сделать, если и Олега не хотел подставлять, и себя пытался хоть как-то от него защитить? Пусть и весьма сомнительным способом. Майор встал и немного походил по допросной, а потом покачал головой и развернулся, оперевшись руками на стол.       — Ладно, давай пойдём другим путём. Это ты убил тех людей? Ты не похож на того убийцу, которого мы искали. На жестокого и беспощадного. Скажи честно, если хочешь, чтобы я помог тебе. Тогда, возможно, сможешь выйти отсюда с большим штрафом за то, что пытался мешать следствию. Или ты хочешь родить в тюрьме? Поверь, там с тобой нянчиться никто не будет.       Серёжа поднял на него глаза, полные слёз и боли, а потом совсем дрожащим голосом сказал:       — Это я их убил. Вот и вся правда.       Игорь тихо выругался, потому что теперь всё встало на свои места. Он понял, почему было так много противоречивых моментов. И следовало догадаться раньше, так как это было очевидно и лежало практически на поверхности. Разумовский никого не убивал, а старательно пытался прикрыть кого-то другого, о ком Гром пока что не знал. Но он и без того уже знал, что надо вытянуть из Сергея эту информацию, потому что иначе они посадят невиновного. Глупый омега, решивший поиграть в героя и спасти настоящего Чумного Доктора, который до сих пор был на свободе? Возможно, хотя все улики указывали на Серёжу, поэтому нужно было добиться признания во вранье от него самого.       — На тебе запах альфы, — уж это должно было сработать, — А ещё синяки на руках. И, если не ошибаюсь, на плечах. Это он сделал, потому что ты всё узнал? Ты пытался остановить его и получил по шее? Скажи, кто это. Тогда я смогу вытащить тебя отсюда. Тем более, он опасный преступник, который, пока на свободе, может снова убить. Кто знает, сколько человек пострадает.       Серёжа продолжал негромко всхлипывать, но раскалываться никак не хотел, чем только раздражал Игоря, который в самом деле был готов идти ему навстречу. Но и его терпение не было вечным, а сейчас оно снова подходило к концу.       — Разумовский, предлагаю в последний раз… Ты говоришь, кого так упорно прикрываешь, а потом возвращаешься домой и через несколько месяцев рожаешь своего ребёнка как свободный человек. Я знаю, что ты не убивал, потому что это видно. Ну что? Кто это?       Сергей не ответил, снова опустив глаза. Так хотелось признаться, но он до боли сжимал руки в кулаки, чтобы не проговориться. Нельзя. К тому же, это могло помочь Олегу. Тот сможет попробовать начать всё заново или как-то изменить свою жизнь, наконец-то остановившись.       — Ну и пошёл к чёрту! — разозлённо выплюнул Игорь, видя, что из него и слова не вытянешь. — Я тебе помочь пытался, но, кажется, тебе больше хочется гнить в тюрьме.       Он уже собирался выйти из допросной, когда Серёжа вдруг позвал его. Майор обернулся, уже планируя начать радоваться, что Разумовский сдался, но тот просто виновато посмотрел на него, сказав:       — Спасибо тебе… Что пытался помочь. Но я убийца и заслужил наказание.       Гром поморщился и вышел, хлопнув дверью. Он не понимал этого идиота. Зачем ему было нужно подобное? Неужели и правда так хотелось провести остаток жизни в заточении? Хоть о ребёнке подумал бы. Что будет с ним, если не найдут его отца? Вероятно, попадёт в детский дом, повторив судьбу своего непутёвого родителя.       — Ну что? Он признался? — Дима подслушивал допрос, пока его не прогнали, сказав заняться более важными делами.       — Нет, — скривился Игорь, наливая себе кофе, — Даже и не думал.       — И… Что с ним будет? — такое впечатление, будто Дубин сильно расстроился.       — А кто его знает, — пожал плечами Гром, — Наверное, отправят в колонию для беременных на какое-то время.       — Но мы не можем этого допустить! — кто бы мог подумать, что Дима так яро бросится защищать его. — Если он не убийца, то нам надо помочь ему!       — Я пытался, но он так и не хочет сотрудничать, — Игорь тоже чувствовал большое неудовлетворение от всего этого, — А улики слишком весомые, чтобы получилось как-то обойти их. Всё зависело только от него, но он отказался помогать нам. Ну и ладно. Пускай подыхает в тюрьме, раз уж ему это больше нравится.       — Так нельзя! — возмутился Дубин. — А если бы там был я? Ты бы и меня бросил на произвол судьбы?!       После этих слов он смутился, чуть залившись краской, потому что это звучало практически как признание в чувствах. Словно они уже были парой.       — Но это не ты, — мягко ответил майор, отходя к своему столу, — Кто знает… Может, он и правда убийца. Психи бывают разными.       — Я в это не верю, — Дима догнал его, — Слышишь? Попытайся поговорить с ним ещё раз. Ты же… Ты допрашивал тех людей, когда мы искали Чумного Доктора. Своими неправильными способами. Вдруг и на Разумовском это сработает?       — И что ты хочешь, чтобы я сделал? — Игорь сердито посмотрел в ту сторону, где была допросная. — Когда я схватил его в прошлый раз, то он тут же упал в обморок. Мне не нужно, чтобы у него прямо тут выкидыш случился. И так проблем куча. Я его больше и пальцем не трону. Попытаемся найти того альфу, которого прикрывает этот безмозглый омега. Если получится, то… Попробуем выяснить, может ли он быть Чумным Доктором. Возможно, он просто издевался над Разумовским, а если так, то мы будем в очередном тупике.       — Давай я сам с ним поговорю, — предложил Дубин, — Вдруг у меня получится разговорить его.       — У тебя не такой уровень допуска, — отказал Гром, — Ты пока только стажёр, не забывай. Сейчас у нас всего один вариант. Продолжать поиски и надеяться, что они к чему-нибудь приведут.       Игорь сел за стол, складывая все бумажки, которые были разбросаны на нём. Он всё ещё хотел помочь Сергею, раз тот был не виноват, но не знал, как это сделать, когда найденные доказательства указывали только на него.

***

      Серёжа так и сидел в допросной, потому что его почему-то не торопились уводить отсюда. Наверное, хотели снова допросить в ближайшее время. Ему было тяжело молчать, потому что он понимал, что совершает очень большую глупость. Майор обо всём догадался и мог помочь, но Разумовский отказался. Он так до конца и не определился с причиной, по которой прикрывал Олега, причинившего ему столько боли, поэтому сделал вывод, что этих причин всё-таки несколько.       — Если честно, я не ожидал от тебя столь необдуманного поступка, но теперь уже ничего не поделаешь…       Сергей подпрыгнул, в ужасе поворачиваясь, но там было пусто. Опять этот непонятный голос. Откуда он взялся? Что ему было нужно? Серёжа паниковал, не понимая, что с ним происходит.       — Что за… — он думал, что тут кто-то есть, но всё-таки был совершенно один.       — Так что дальше? — спросил голос. — Что ты собираешься делать теперь?       — К-кто ты?! — Разумовский подумал, что начинает сходить с ума ещё больше. — Чего тебе надо?!       — Мне просто интересно… — незнакомец проигнорировал его вопрос, — Чего ты добился этим? Зачем ты заступился за Олега? А ведь мог гулять на свободе. Думал, что получишь поблажку из-за ребёнка? Ну и как? По-твоему, всё идёт хорошо?       — Убирайся! — выкрикнул Серёжа, зажимая уши руками. — Прекрати! Я пытался! Пытался понять, что чувствую к Олегу… И всё!       — И? Разобрался в себе? — голос как будто жутко усмехнулся. — Кстати, как тебе ход этой истории? Как по мне, ты выбрал не самый интересный сюжет. Всё могло быть иначе, чего я и ждал, но и здесь есть, над чем поразмышлять. Какое фантастическое самопожертвование! Я просто в шоке, ведь ты действительно готов отправиться в тюрьму вместо того, кто причинял тебе боль.       — Ты ничего не знаешь! — это был самый настоящий кошмар, которому Серёжа не мог найти нормального объяснения. — Я… Я всё ещё люблю его, но сейчас просто не могу быть с ним!       — Кого ты пытаешься обмануть? — рассмеялся новый и не самый приятный знакомый. — Меня? Я же в твоей голове, идиот! Ты до смерти боишься своего обожаемого Олега! А ты уверен, что он вообще когда-либо существовал?       На плечи легли чьи-то руки. Разумовский с надеждой подумал, что это Игорь вернулся, поэтому стремительно обернулся, а затем громко вскрикнул и упал со стула на пол, отползая от того, кто теперь стоял перед ним, ухмыляясь. Это был он. Точнее, его точная копия, одетая в такой же костюм Чумного Доктора, какой был на Олеге. Только без маски. Серёжа смотрел на самого себя, видя, что у двойника глаза жёлтые и пронзительные, словно он видел его насквозь.       — Кто ты такой?! — Сергей задал этот вопрос уже во второй раз и сейчас уже надеялся получить ответ.       — Ты помнишь моё имя? — спросил двойник. — Конечно же нет… Ты помнишь, кем я был? Сомневаюсь, потому что ты забыл про меня. Тогда мне придётся ответить за тебя. Я просто наспех придуманный друг, который появился, когда тебе было одиноко. Я хранил твой придуманный мир, пока ты не запер меня в нём. Неужели всё ещё не можешь вспомнить? Мы были вместе до тех пор, пока не появился Олег, который всё уничтожил. Ты нашёл себе настоящего друга, а я стал лишь слабым воспоминанием, о котором ты тоже вскоре забыл. Однако мне стоит поблагодарить Олега, потому что если бы не он, то я так бы и сидел в твоей голове и не мог бы даже одного слова сказать. Когда он изнасиловал тебя в первый раз, то стена, построенная тобой, начала трескаться, но я по-прежнему не мог вырваться. Зато потом Олег помог снова, когда трахнул тебя во второй раз, окончательно разрушив твою психику и дав мне свободу. И вот. Теперь я здесь.       Серёжа в шоке смотрел на него, а потом в памяти что-то всплыло и он выдохнул:       — Птица…       — Надо же, — он презрительно закатил глаза, — Я уж думал, что не дождусь. Ну так… Что дальше, я спрашиваю тебя, что дальше? Мне очень интересно услышать ответ.       — Уходи, — взмолился Разумовский, — Ты мне не нужен! Ты исчез много лет назад! Олег… Олег помог избавиться от тебя один раз. Значит, сможет помочь и во второй.       — Неужели? — Птица прислонился к стене, поджав губы. — Мне пора бояться или можно ещё подождать? Просто хочу напомнить, что ты ему не нужен. Он не станет искать тебя или спасать, а ты сам решил отправиться в тюрьму. И… Ты точно уверен, что Олег всегда был рядом? Посмотри на меня!       Он развёл руки в стороны, ухмыльнувшись, а Серёжа понял, что просто не может отвести глаз. К сожалению, не от восхищения, а от ужаса, который не давал двигаться.       — Видишь? — двойник наклонил голову. — Это же ты. Ты Чумной Доктор. Вот и костюм, в котором ты был, когда убивал тех богачей. Значит, ты всё-таки заслуживаешь тюрьмы.       — Н-нет! — Разумовский попытался подняться, но не смог, поэтому остался сидеть на полу в углу. — Я прикрыл Олега и никого не убивал!       — Хочешь сказать, что ни в чём не виноват? Не ты отправил своего драгоценного Олега убивать? — похоже, Птица был неплохим манипулятором. — То есть, всё это не на твоей совести? Ты знаешь ответ, дружище, поэтому ты и есть Чумной Доктор. И костюмчик сидит неплохо.       — Я… Я смогу от тебя избавиться! — Серёжа снова сжал голову руками. — Уходи… Пожалуйста, уходи… Уходи…       — Забавная картина, — усмехнулся Птица, — Ты себя в зеркало-то хоть видел? Я смотрю на тебя и вижу ходячего трупа, потому что ты мёртв. И уже давно. Точнее, может, и не так давно, но твои глаза уже погасли. А вот мои, наоборот, начали гореть лишь ярче. Ты не прогонишь меня, потому что уже слишком поздно. Если ты уйдешь, то я уйду с тобой. Если умрёшь, то я умру с тобой. Мы связаны, приятель. И никуда я от тебя не денусь.       — Чего ты от меня хочешь? — Сергей так и не мог сдвинуться с места, поэтому испуганно глядел на Птицу. — Я тебе ничего не сделал! Моя жизнь всего лишь изменилась в лучшую сторону!       — Серьёзно? — двойник покачал головой, явно сдерживая смех. — Ты плыл за надеждой на свет, но встретил лишь тьму и провал. Для тебя всё кончено, понимаешь? Как и для твоей лучшей жизни. Я больше десяти лет был заперт в твоей голове, которая стала для меня тюрьмой. Я превратился в пленника твоего сознания, но кто теперь жертва? Наступила смена ролей. Отныне твоё место во мраке темницы. И я с большим интересом буду наблюдать за тем, как ты сходишь с ума. Медленно и мучительно.       — Замолчи! Замолчи! Хватит!       Наверное, крики были настолько громкими, что сумели привлечь внимание полицейских, потому что те почти тут же прибежали в допросную, оглядываясь и не понимая, что происходит с их подозреваемым. Серёжа сидел всё в том же углу, прося кого-то уйти, хотя в помещении был только он.       — Что тут происходит?! — пробравшись через толпу, на Сергея посмотрел Стрелков. — Это ещё что такое?       — Кажется, он кого-то видит, — сказал один из офицеров, — И что…       — Уведите его в камеру, — махнул рукой спецагент, а затем развернулся, чуть не столкнувшись с Игорем.       — Разумовский никого не убивал, — сказал Гром, — Он кого-то выгораживает.       — Игорь, — Стрелков, как обычно, улыбнулся, отчего майор слишком уж заметно скривился, — Все необходимые доказательства у нас на руках. А если вы не хотите отправиться на вечные каникулы вместе с ним, то лучше займитесь другими расследованиями. Кажется, вы искали двенадцать холодильников?       — Куда его отправят? — спросил он, с трудом удержав себя и не огрызнувшись.       — До этого момента была колония строгого режима, но теперь, судя по всему, психиатрическая клиника.       — Но ему нельзя в такое место! — Игорь пытался сделать хоть что-нибудь. — Не сейчас. Он ждёт ребёнка. Может, хотя бы в обычной больнице его разместить, где за ним будут постоянно следить? До тех пор, пока я не найду настоящего убийцу.       — Вы его уже нашли, — Стрелков прошёл мимо него, — И такого опасного преступника просто непозволительно держать там, где много нормальных людей. Его отправят в психиатрическую лечебницу, если подтвердится, что он ещё больший псих, чем мы думали.       Спецагент удалился, а Серёжу повели в сторону камер. Гром безнадёжно смотрел ему вслед. Он попытался, но, разумеется, ничего не вышло. Чёртовы улики указывали только на Сергея, поэтому и Стрелков не собирался сомневаться в них. Однако майор не мог оставить всё вот так, потому что это было неправильно, как и сказал Дима. Он был обязан помочь Разумовскому, который, скорее всего, и мухи не обидел. Это явно будет очень сложно сделать, но Игорь привык не отступать до последнего, поэтому холодильники могли подождать. Сначала Гром займётся Серёжей и повторно пересмотрит всё дело Чумного Доктора, а уже потом ещё раз попробует что-нибудь сделать.