Когда погаснут все огни

      — Я в тебя плюну, если ты немедленно не угомонишь свои бестолковые мысли!       Птица стоял напротив кровати, пока Серёжа смотрелся в зеркало, подбадривая себя и убеждая, что всё пройдёт нормально, раз уж он согласился на эту авантюру. Ничего сложного, конечно, не было, но он до сих пор сомневался, что это являлось хорошей идеей. Возможно, стоило отказаться, однако сейчас отступать было уже как-то поздно, поэтому Разумовский мог только убеждать себя, что всё будет не так плохо, как он думал. К сожалению, в данный момент Серёжа всё-таки придерживался мнения, что если у него что-то и получится, то лишь нечто странное и точно не то, что планировалось изначально.       — Они не бестолковые! — Сергей поморщился, а потом опять пробубнил что-то мотивационное. — Я просто думаю, что это глупо! Я зря потрачу время, а в результате не добьюсь абсолютно ничего! Может, проще сделать вид, что я забыл? Мне кажется, его это не особо смутит.       — Ты просто бестолочь! — Птица покачал головой, опустив её, но потом снова взглянул на Серёжу с недовольством. — И я реально плюну в тебя! Мне казалось, вы уже давно всё выяснили!       — Две недели — это не год назад! — Разумовский закусил губу, стараясь как-нибудь не передумать. — По-моему, это действительно глупо и бессмысленно. Думаю, он даже напоминать не станет. Конечно, нет. Это просто будет как-то бестактно. Сделает вид, что и сам забыл.       — Ну всё, ты меня достал!       Двойник подошёл и одним движением развернул его к себе, мгновенно встряхнув, чтобы мысли в голове перемешались ещё больше. Точнее, лучше от этого не стало, поэтому он тут же сообщил об этом:       — Да запихни ты свои сомнения куда-нибудь подальше! Мне вся эта каша мешает.       — Убери от меня свои руки, — Серёжа несильно оттолкнул его, — Твоя настойчивость бесит ещё больше, чем забота Олега. Вот чего ты пристал? Когда тебя внезапно начали беспокоить настолько обыденные вещи?       — С того момента, как тебя стало нельзя пытать, — Птица выглядел несколько разочарованным, — Однако ты словно только этого и добиваешься.       — Отстань, — Сергей снова отвернулся к зеркалу, — Ладно, это не так уж и сложно… И у меня есть всё необходимое. В принципе, я же не собираюсь делать что-то прямо сверхъестественное. Это должно быть легче, чем кажется на первый взгляд и… Ты что там делаешь?       Услышав какой-то грохот за спиной и злобное шипение, Разумовский обернулся, увидев, что Птица расправил крылья, но крайне неудачно напоролся одним из них на какую-то железяку. Олег решил устроить здесь едва ли не капитальный ремонт, и на этом месте планировалась полка, однако пока что с ней возникли какие-то проблемы, и из стены торчал непонятный штырь, который двойник нечаянно задел.       — Ты же знал, что там эта палка, — Серёжа скрестил руки на груди, — Так на кой чёрт надо было испытывать судьбу?       — Ты слишком редко вылезаешь на улицу, — Птица с трудом смог вырваться из получившейся ловушки, поморщившись и посмотрев на крыло, — Мне не хватает места.       — Вольер надо построить? — с издёвкой спросил Сергей. — Как в зоопарке для хищных птиц. Там, конечно, не так уж и много свободных пространств, но тебе хватило бы.       — Я тебя в него затолкаю, — двойник недобро сощурился, показывая, что ещё не растерял хватку, — Мне было достаточно первой клетки в твоей тупой голове.       — Вот давай без оскорблений, — Разумовский собрался пойти к двери, но остановился возле стола и опёрся на него, — Вот же… Опять…       — Ну что с тобой снова? — Птица мигом понял, что Серёжа даже не обратил внимания на его слова, но насторожился.       — Ложные схватки, — ответил Сергей, чувствуя неприятное давление внизу живота, — Даже не хочу знать, как ощущаются настоящие…       После разговора с Олегом и так называемым выяснением отношений прошло ещё две недели. Оставался примерно месяц до рождения ребёнка, и недавно Разумовский начал особенно сильно испытывать совершенно новые ощущения. Его врач говорил, что это нормально, потому что организм подготавливается к уже полноценным родам, поэтому причин для волнения у Серёжи не было. Тренировочные схватки не вызывали слишком сильного дискомфорта, но Сергей всё равно опасался даже их, хотя они всегда длились не больше двух минут, да и возникали не чаще шести раз в час, а вот в день было по-разному. За сегодня это был уже второй раз. Волков беспокоился за него, поэтому просил звать, если вдруг что-то понадобится, но Разумовский всегда мягко выпроваживал его из комнаты.       Тот ужин, который предложил Олег, прошёл нормально, и они даже немного поговорили, но больше не затрагивали тему возможной смерти Серёжи. Было ясно, что за столом не следовало обсуждать такое, однако наёмник всё-таки подошёл ко всему очень серьёзно, поэтому немного рассказал о последних новостях из России, за которыми он особенно пристально следил.       Было прилично информации насчёт Игоря Грома, которому после исчезновения Сергея не сиделось спокойно. Один из знакомых наёмников Волкова, живущий в Петербурге, довольно подробно рассказал о том, как ещё недавно шло расследование. Полиции не повезло, поскольку Разумовский буквально испарился, и по каким-то непонятным причинам его не стали объявлять в международный розыск. Возможно, Рубинштейн мог сказать, что тот умер, когда ему ввели один из препаратов, потому что это практически так и было, а когда психиатр покидал палату, то Серёжа как раз не подавал признаков жизни. Но если говорить всё о том же Игоре, то оказалось, что этот мужчина был тем ещё упрямым бараном, который почему-то не верил в смерть Сергея. Знакомый Олега признался, что у Грома появилось даже больше информации, чем было нужно, потому что майор каким-то чудом сумел добыть данные о том, что Волков, скорее всего, не погиб в Сирии, как считалось ранее, а сбежал, и он до сих пор числился в списке дезертиров, пропавших без вести. Когда Олег узнал об этом, то, разумеется, спросил, какого чёрта Игорь вообще начал копать под него, на что его информатор ответил, что таких подробностей не знает, но, вероятно, дело было в наличии сведений о работе Волкова в качестве наёмника. И Гром не был дураком, поэтому мог догадаться, что если такой человек когда-то дружил с Разумовским или дружит по сей день, то он вполне был способен выкрасть его даже из Чумного Форта.       Впрочем, пока что у Олега не было причин дня волнения. Его несколько напрягла такая заинтересованность со стороны Игоря, который рисковал словить пулю, если бы Волков захотел его убрать. Ему бы не потребовалось приезжать для этого в Россию, потому что тот самый знакомый и так предложил избавиться от него. По старой дружбе, так сказать. Но пока что наёмник не хотел, чтобы на его руках была ещё одна смерть. Тем более, он сомневался, что Гром смог бы выйти на них здесь, так как маловероятно, что у простого майора были такие связи, чтобы заниматься поисками в Америке. Однако Олег уже успел узнать о методах работы Игоря, который при желании мог силой выбить информацию из кого угодно. Поэтому он всё-таки был опасен. Волков не думал, что у него получится добиться ответов от тех наёмников, что помогали ему спасать Серёжу. Эти люди были не из тех, кого было легко расколоть, но если бы они увидели в этом выгоду, то вполне смогли бы что-нибудь рассказать. Хотя для этого следовало найти их, а это Гром тоже вряд ли смог бы сделать. Проще говоря, Волков махнул на него рукой, решив, что не было смысла связываться, рискуя случайно попасться.       Если говорить про Игоря чуть подробнее, то из-за него, что забавно, они с Сергеем опять чуть не поссорились. И, что ещё интереснее, это тоже случилось во время того самого ужина…

***

      — В общем, я не думаю, что он станет проблемой, — сказал Олег, положив себе ещё ложку овощей, — Но могу признать, что просто поражён… Он чуть ли не намертво вцепился в это дело. С такими всегда сложно, хотя из него мог бы получиться неплохой наёмник. Впрочем, он не умеет соблюдать правила, поэтому…       — Да… — Разумовский вяло ковырял вилкой свою курицу, — Он пытался помочь мне.       — И ты должен был согласиться, — Волков взял кетчуп, но потом посмотрел на Серёжу, — Это было очень глупо. Тебе стоило сдать меня. Я не знаком с ним лично, но раз он хотел помочь, то стоило позволить ему сделать это.       — Возможно, — ответил Сергей, не захотев сказать грубо, хотя очень хотелось, — Но я не стал…       — И я был удивлён, — вставил слово Птица, — Точнее, тогда меня это порадовало, но это действительно было глупо.       — С чего вообще Гром был так уверен, что ты не убивал? — вдруг спросил Олег, который совершенно не знал про эту историю. — Нет, я понимаю, что ты не похож на убийцу, но получилось слишком много улик. Если честно, я не хотел подставлять тебя, и это получилось случайно, но, к сожалению, это случилось.       — Я не знаю, — пожал плечами Серёжа, — Наверное, увидел… Он был довольно приятным человеком…       — То есть? — Волков медленно жевал курицу, смотря на него.       — Ну… — Разумовский замялся, но отступать было уже поздно, так как он всё равно проговорился, — Он два раза спас мне жизнь.       — Я не понимаю, о чём ты, — Олег внезапно помрачнел, — Когда это произошло?       — Похоже, откосить от этого разговора не получится, — заметил Птица, присаживаясь на соседний стул, — Но смысл тебе врать? Это было несколько месяцев назад, поэтому эти события давно в прошлом. А ты этого Грома ни разу в жизни больше не увидишь. Только не вздумай упоминать, что чуть не поцеловал его, когда в хлам напился. И что просил трахнуть тебя. Вот этого ему точно знать не стоит.       — Когда я узнал о беременности, — решился Серёжа, — Точнее, я заподозрил, когда меня начало тошнить ещё сильнее, поэтому пошёл в аптеку, чтобы купить тест. И… В подворотне на меня напали. Игорь спас меня, а потом отвёл к себе домой, чтобы я немного пришёл в себя. Если бы не он, то они могли… Могли…       — Не надо, я понял, — Волков по-прежнему смотрел не особо тепло, — Забавно, что когда я спросил тебя о том, кто тебя спас, то ты сказал, что не знаешь его. И про поход в гости ты тоже не упоминал. Ну и как же он помог тебе?       — На что ты намекаешь? — Сергей вздрогнул, поняв, что опять ходил по тонкому лезвию ножа и мог упасть в любой момент. — Между нами ничего не было, если ты об этом. Он напоил меня чаем, после чего я ушёл и спокойно вернулся домой. А не сказал я, потому что в тот день ты убил Гречкина. Я испугался, поэтому умолчал, чтобы ты не взвился ещё и из-за этого.       — Ну ладно, допустим, — всё-таки согласился Олег, — Что насчёт второго раза? Снова забрёл в какую-то подворотню?       Серёжа уже совсем расхотел сидеть здесь, потому что наёмник буквально допрашивал его, но если уж они решили наладить отношения, то не следовало хранить эти секреты ещё дольше. Конечно, они и так не особо волновали Разумовского, но без них на душе могло стать немного легче.       — Нет, — Сергей подцепил на вилку кусочек курицы, — Это… Это было после того… После первого изнасилования. Мне… Мне было очень плохо, и я пошёл на открытие казино. Я хотел вернуться до твоего прихода, но там на нас напали какие-то бандиты, а Игорь спас меня, когда один из них хотел ударить меня ломом.       — Интересно… — Волков закусил внутреннюю сторону щеки, — И что же майор полиции делал в таком дорогом месте, куда пускают только по приглашениям? Да ещё и учитывая тот факт, что вряд ли он зарабатывал достаточно, чтобы прилично одеться для такого заведения. Только если он не нашёл того, с кем вполне мог пройти.       — Перестань подозревать меня! — Серёжа сильнее сжал свою вилку, едва не погнув её. — Я не знаю, что он там забыл в тот день, ясно? Но если бы его не было рядом, то я был бы мёртв. Мне бы голову проломили, понимаешь? И потом тоже… Я много выпил, поэтому меня опять начало тошнить, а Игорь просто придержал меня за руку и не дал упасть, пока я ждал машину.       — Правда? — хмыкнул Олег, чуть поморщившись. — За какое место он ещё успел тебя подержать? Кажется, когда ты вернулся домой, то от тебя на километр несло чужим запахом. Хочешь сказать, что ты так сильно пах им только из-за обычного прикосновения к руке?       — Нет, — Разумовский опять чувствовал себя в ловушке, потому что такой разговор ему совсем не нравился, — Я замёрз, а Игорь накинул на меня свой пиджак. И всё. Поэтому на мне и был его запах.       — Как мило с его стороны, — холодно сказал наёмник, резко положив руку на стол, отчего Сергей почти подпрыгнул, — А ещё милее, что ты называешь его по имени. Не Гром, не майор Гром, а Игорь. И сколько ещё раз ты его видел?       — Пожалуйста, перестань… — Серёжа опустил голову, и на глазах появились слезы.       Опять. Олег опять пытался обвинить его в измене, которой не было. Тем более, к Игорю Разумовский не испытывал ничего, кроме какого-то дружеского тепла. Возможно, они могли бы стать друзьями, если бы не все сложившиеся обстоятельства.       — Вот же козёл, — процедил Птица, увидев, что Сергей опять почти плакал, — Ну-ка, подвинься.       Двойник смело посмотрел прямо на Волкова, ничуть не боясь, потому что он был не таким, как Серёжа. И не страшился дерзить Олегу, если была необходимость. Вот и в этот раз он быстро встал, подходя к почти застывшему наёмнику и наклоняясь так низко, что теперь они почти касались носами.       — Слушай меня, сволочь, — прошипел Птица, — Посмотри, что ты опять сделал! Хочешь снова довести его до слёз? Это ты тут главный кобель, но он не твоя сучка, чтобы ползать перед тобой на коленях в любой момент, как тебе захочется трахаться. Не смей подозревать его в изменах. Он никогда этого не делал, а Гром хоть и был несколько туповатым моментами, но он в самом деле спас его. И не один раз. Так что захлопни рот и немедленно извинись перед ним, потому что если ты сейчас же не сделаешь этого, то я клянусь, что больше ты от меня ничего не получишь. Ни одного прикосновения. Не забывай, что я не Разумовский. Меня ты в жизни реветь не заставишь. Всё понял?       Волков был так удивлён, что у него получилось только кивнуть. Птица сощурился, словно пытался понять, можно ли было верить этому, но потом вернулся на своё место и тут же ушёл, оставив Серёжу.       — Я не хотел сказать, что думаю, будто у тебя с ним что-то было… — робко сказал Олег, — Прости, я сказал это не так, как следовало. Я не считаю, что ты изменял. Просто… Мне неприятно думать о том, что какой-то чужой альфа мог касаться тебя, пока я занимался теми глупыми убийствами.       — Ничего, я понимаю, — Сергей впервые благодарно посмотрел на двойника, — Он хороший человек, но не тот, с кем я был бы готов провести всю жизнь.       — А с кем ты хочешь быть? — Волков улыбнулся, поняв, что они всё же сменили тему, но Серёжа не ответил.

***

      С того разговора прошло целых две недели, и их отношения, если честно, стали немного лучше. Разумовский все прошлые выходные спал вместе с ним, но они никогда не касались друг друга, что расстраивало Олега, однако Сергей не мог просто взять и обнять его. Или поцеловать, что было ещё страшнее. К счастью, больше ни одной ссоры не было, и теперь каждый вечер они ужинали на кухне, иногда разговаривая, хотя как таковых тем пока что почти не было. Но Волков радовался, что Серёжа больше не молчал, а всё-таки шёл ему навстречу.       — Лучше? — спросил Птица, выводя Разумовского из его мыслей.       — Да, уже прошли, — кивнул Сергей, вздохнув, — Чёрт… Я… Я боюсь. И я совсем не готов к этому.       — Ты не первый идиот, который решил, что ему это нужно, — пожал плечами двойник и подошёл, уже слишком привычно заглянув ему в глаза, — И явно не последний. До тебя рожали, и после тебя будут. Это не самое страшное, что может случиться в жизни.       — Только если ты не знаешь, что, скорее всего, умрёшь, — буркнул Серёжа, но вторая личность резко схватила его за руку.       — Не смей думать об этом! — теперь Птица просто терпеть не мог подобные разговоры. — Я не позволю тебе умереть, слышишь? И запомни… Ты куда сильнее, чем кажешься.       — Ты… Ты же… — Разумовский смотрел с какой-то надеждой, — Будешь рядом со мной, правда? Я… Я не смогу один.       — Как и всегда, — казалось, что двойника буквально тошнило от всего этого, но он действительно поддерживал Сергея и почти никогда не жаловался, — Куда же я денусь? Только не надо киснуть. Меня от такого тоже развозит. Я никуда не пропаду, пока ты жив. Кто иначе будет издеваться над тобой после рождения ребёнка?       — Заткнись, — Серёжа отвернулся, но стол не отпустил, так и продолжая стоять.       — Мне кажется, тебе лучше присесть, — Птица почти не умел быть нежным, поэтому и тут довольно грубо взял его под локоть и дотащил до кровати, — Уверен, что схватки были ложными? Ты весь побледнел.       — Да, до родов ещё месяц, — Разумовский смог натянуто улыбнуться, — Я в порядке, но вот спина болит. Просто ужас… И я всё ещё несколько удивлён что тебя волнует моё состояние.       — Смотри у меня, — пробурчал двойник, — Волков сказал приглядывать за тобой, что я и делаю. У меня нет выбора, если я хочу, чтобы ты потом не помер.       — Как великодушно с твоей стороны, — Серёжа немного посидел и всё-таки снова встал, — Ладно, пойдём, пока я не передумал.       — Точно можешь стоять? — Птица внимательно разглядывал его. — Если уж тебе нехорошо, то лучше полежи. Это подождёт.       — Олег скоро вернётся, — покачал головой Сергей, — Мы не успеем, если я буду лежать. Тем более, я пока что не разваливаюсь и не умираю.       — Ты каждый день ноешь, что не представляешь, как вообще сможешь всё это пережить, — напомнил двойник, закатив глаза, — У меня уже уши от этого вянут.       — Ну да, а ты после этого начинаешь ныть, что я тебе мешаю, — добродушно фыркнул Разумовский, мягко погладив живот, — Ничего, скоро это закончится. Малыш опять начал толкаться… Хочешь потрогать?       — Нет, спасибо, — скривился Птица, — Обойдусь, пожалуй.       — Да ладно тебе, — Серёжа сам подошёл, протянув руку, — Давай, это не так уж и плохо.       Двойник хотел возразить, но Сергей сам вынудил его сделать это, а потом с удовольствием посмотрел на появившуюся улыбку второй личности. Птица нечасто улыбался, но теперь это происходило куда чаще. Разумовский больше не боялся его, а тот, в свою очередь, перестал пугать его. Возможно, их отношения было сложно назвать прямо идеальными, но обоих это устраивало, потому что, судя по всему, они больше не были врагами. Серёжа не знал точно, радовало его такое изменение в двойнике или нет, но он всё равно считал, что это было большим прогрессом. Тем более, Птица был с ним почти с самого детства. Судьба Сергея была разбита на две части, и одна из них сейчас снова встала на его сторону. И теперь он почему-то не сомневался, что даже если весь мир будет против него, то двойник не отвернётся от него. Сложно было объяснить происхождение этих мыслей, но Серёжа просто чувствовал, что они были       — Это… Необычно, — сказала вторая личность, — Хотя меня всё равно такое не умиляет.       — Можешь повторить это ещё хоть сто раз, но я же вижу, что тебе нравится, — Разумовский подмигнул ему, а потом опять пошёл к двери.       Птица направился следом, но догнал его только возле лестницы. Серёжа не хотел соглашаться на предложенную двойником идею, но потом сдался, подумав, что это было не таким уж и плохим вариантом. Раз уж он решил улучшать отношения с Олегом, то не следовало делать вид, будто он забыл про праздник.       Дело в том, что сегодня у Волкова был день рождения. Птица, в любом случае, прекрасно знал об этом, поэтому с самого утра напомнил про него Сергею, однако тот сказал, что не знает, что ему подарить, поэтому сделает вид, что забыл. Наёмник вряд ли стал бы говорить об этом, понимая, что после всего произошедшего Серёжа был не обязан поздравлять его. Но двойник так настаивал что-нибудь придумать, что Разумовскому пришлось согласиться. Спустя примерно час спора Птице это надоело и он предложил просто приготовить ужин. Это было ужасным вариантом, если говорить совсем уж честно, потому что с кухней Сергей не особо ладил. Впрочем, двойник и сам уже всё решил, поэтому отказаться было попросту невозможно. Пришлось обречённо кивнуть, а потом начать собираться с силами, убеждая себя, что это не очень сложно. Хотя сейчас ему казалось, что он лишь испортит продукты, а готовить всё равно придётся Олегу, когда тот вернётся от психолога       — Так, ты уверен, что это будет просто сделать? — Серёжа открыл холодильник, в нерешительности смотря на кучу разных продуктов. — Нет ничего полегче?       — Объясни, почему я знаю, как готовить, а ты даже нужное количество сахара в чай положить никогда не мог? — Птица чуть подвинул его, тоже рассматривая всё, что было в их распоряжении. — Вроде, голова у нас одна на двоих. И я знаю только то, что знаешь ты, но талантов у меня в разы больше.       — Не преувеличивай, — Разумовский нашёл недавно купленную Олегом свинину, а затем и все остальные ингредиенты, — Понятия не имею, с чем это связано. Наверное, я просто не такой решительный, как ты.       — Точнее, совсем не такой, — двойник заглянул в ноутбук, на котором Сергей уже успел найти и открыть нужный рецепт, — Ну вот, ничего сложного, как я и говорил! Быстро управимся. Волков и вернуться не успеет.       — Может, ты займёшь моё тело и сам всё сделаешь? — предложил Серёжа.       — Ну уж нет, — отказался Птица, — Мне там сейчас уже не особо комфортно. Поэтому давай сам. Что там нужно… Мясо надо помыть, а потом нарезать мелкими кусочками, когда немного обсохнет. Начинай.       — Ладно, только не надо командовать мной, — Разумовский приступил к первому этапу, надеясь, что получится хотя бы просто съедобно.       — Если устанешь, то сядь, — наставительно сказал двойник, — Нам только твоих обмороков сейчас не хватало. Ещё головой ударишься.       — Конечно, мамочка, — усмехнулся Сергей, — Или как тебя называть?       — Как хочешь, но прекрати отвлекаться! — похоже, сегодня Птица был как-то не настроен на юмор. — Иначе мы точно ничего не успеем. Мой мясо и прекрати смотреть на меня.       — Скажи… Это тоже часть твоего злодейского плана? — осторожно поинтересовался Серёжа. — То есть… Ты такой подозрительно добрый, чего не было ещё месяц назад. Поддерживаешь меня, заботишься… Для чего тебе это?       — Кажется, я уже всё вполне понятно объяснил, — двойник сидел на стуле, следя за его передвижениями по кухне, — И не мои проблемы, если до тебя не доходит с первого раза. Не хочу, чтобы ты помер, из-за чего ещё и я вместе с тобой исчезну.       Птица опустил глаза, посмотрев на свои ноги, а потом с лёгкой усмешкой добавил:       — Или ты думаешь, что мне действительно есть до тебя дело? Смешно! Разумеется, его нет, потому что всё это исключительно для того, чтобы меня не засосало в мир жмуриков вместе с тобой. А когда тебя можно будет травить дальше, то я продолжу делать это и…       Он очень вовремя поднял голову, чтобы увидеть, как у Разумовского дрожали руки. Да и вообще Сергей опять стал выглядеть как-то паршиво, поэтому Птица довольно искренне вздохнул и встал, подойдя.       — Ну и чего у тебя опять глаза на мокром месте? — поинтересовался он. — А ты ожидал чего-то другого? Или расстроился, что всё было не по-настоящему?       — Ты… Ты опять врал мне… — Серёжа уронил на пол нож, которым до этого резал мясо, — Но я…       — Как с тобой сложно, — двойник неожиданно обнял его и расправил крылья, накрыв ими, в результате чего они оказались почти в полной темноте, — Я пошутил, приятель. Ладно, это была глупая шутка. Только не нервничай, хорошо?       — Ну вот. Опять, — Разумовский сумел вывернуться из его объятий, — Всё ради того, чтобы мне не дай бог не стало плохо… Вы с Олегом одинаковы…       — Мы просто волнуемся, идиот! У меня самого чуть инфаркт не случился, когда ты тогда на набережной от боли пополам согнулся!       Сказав это, Птица резко замолчал. Кажется, он понял, что сболтнул лишнего. Это было то, о чём ему не хотелось говорить, потому что эти слова стали таким своеобразным признанием. Но когда Сергей услышал это, то явно даже успокоился, хотя в его глазах появилось недоверие.       — Это… Тоже такое искусное враньё? — неуверенно спросил он.       — Нет, к сожалению, — двойник недовольно закусил губу, как будто теперь искал способ избежать этого разговора, но было как-то поздно, — Всё, только не начинай реветь, иначе меня вырвет. И вряд ли радугой. Тебе противопоказаны переживания, а если с тобой что-нибудь случится, то Волков найдёт способ уничтожить меня в тот же момент, как увидит. Я отвечаю за тебя, пока его нет, поэтому живо успокоился и пошёл дальше готовить ужин. И так кучу времени потратили.       — Да, хорошо, — кивнул Серёжа и улыбнулся, — А ты… Не такой уж и плохой, если честно.       — Я быстро стану злым, если ты будешь продолжать бесить меня, — прорычал Птица, указав на мясо, — Режь. Мелко. И следи за пальцами, чтобы Волкову не пришлось есть его с твоей кровью.       Разумовский больше не отвлекался, как и просил двойник, быстро разобравшись с мясом, а потом посмотрел, что следовало делать дальше. Внимательно прочитав рецепт, он осторожно вылил на сковородку масло, а потом положил в него свинину, чуть-чуть помешав. Со всей кухонной утварью Сергей управлялся достаточно плохо, но Птица следил за каждым шагом, поэтому пока что обходилось без неприятных неожиданностей.       Убедившись, что на плите всё было нормально, Серёжа занялся луком и морковью, хотя с этим было немного сложнее, потому что когда он резал овощи, то всегда умудрялся попадать себе по пальцам. Наверное, поэтому руки и начали сильно дрожать, однако двойник подошёл сзади, мягко помогая и направляя каждое его движение, чтобы Разумовский не поранился.       — Пожалуйста, прости меня… — Сергей остановился, — Я знаю, что это сложно, но я не хотел…       — Знаешь, тут получается очень интересный парадокс, — Птица продолжал помогать ему, но теперь встал немного по-другому, говоря Серёже почти в ухо, — Волков ведь так же умоляет тебя простить его, но ты не можешь этого сделать. Ну так вот… Я знаю, что значит быть на твоём месте, потому что мне тоже не так уж и легко взять и про всё забыть. Он тебя изнасиловал, а ты меня бросил. Да мы все тут стоим друг друга. Может, когда ты простишь его, то и я смогу поступить аналогично, простив тебя. Будь благодарен, что я вообще сейчас стою здесь. Мы оба кружим вокруг тебя, однако едва ли получаем какую-либо благодарность. Но зато ты с удовольствием берёшь всё это. Живёшь тут, как принцесса… Тут принесли, там подушку подложили…       — Я тоже виноват, но мы все не без греха, — Разумовский дёрнулся, а потом ощутил, как двойник коснулся губами его шеи, — Что ты… Делаешь?       — Тебе не нравится? — Птица немного отодвинул мешающие волосы в сторону. — Знаешь, мне было бы интересно узнать реакцию Волкова, если бы он вдруг узнал, что его так называемый парень изменяет ему с его любовником. И это при том, что они в одном теле.       — Ни с кем я ему не изменяю! — Серёжа высыпал морковь с луком к мясу, перемешав всю получившуюся массу и накрыв крышкой.       — А вот и оно, — удовлетворённо хмыкнул двойник и отстранился, — Ты сам только что подтвердил, что всё ещё считаешь себя его парнем. Ведь если бы это было не так, то ты бы отреагировал несколько иначе. Признай уже, что любишь его.       — Всё сложнее, чем тебе кажется, — дальше пришлось чистить картошку, что тоже было той ещё пыткой, но по кухне уже пошёл довольно приятный запах, — Я не знаю, хочу ли от него этого. Мне страшно, что он сорвётся. Опять. И снова сделает мне больно…       — Послушай, — Птица взял его за запястье, оторвав от картошки, — Каждый, кто сделает тебе больно, — покойник. Я убью любого, кто посмеет прикоснуться к тебе без твоей воли. Даже Волкова, если понадобится. Ты меня понял? Ничего он с тобой не сделает. Я не позволю. А если он ещё хоть раз поднимет на тебя руку, то я ему её отрежу.       — Это уже перебор, но… Спасибо, — Серёже стало немного легче, — В любом случае, пока что я всё равно не готов сближаться с ним настолько сильно. Может, я и ревную его к тебе, но ты прав, потому что так я хотя бы знаю, что он ни к кому не бегает, пока я сижу дома.       — Как хочешь, — пожав плечами, двойник заглянул под крышку сковородки, — Твоё право, если думаешь, что так будет лучше.       Уже порезанная картошка отправилась к мясу и овощам, а остальное было уже за специями, с которыми следовало не перестараться. Разумовский всё время удивлялся проницательности Птицы, который прекрасно знал, как заставить его сказать что-нибудь, что выдаст возможные чувства. К счастью, он не пытался заставить его пойти на контакт с Олегом, поэтому Сергей морально только подготавливался к тому, что однажды придётся сделать ещё и это.

***

      Спустя минут десять Серёжа осторожно подцепил на вилку кусочек мяса, попробовав его и убедившись, что оно было почти готово. Да и на вкус оказалось весьма недурно. Возможно, у него всё-таки получилось сделать что-то годное, хотя тут пришлось сделать огонь чуть-чуть потише и снова, на всякий случай, опереться на ближайшую гладкую поверхность, которой оказался уже кухонный стол.       — Опять? — Птица поглядел на него с беспокойством. — Тебе не кажется, что ложные схватки не должны вызывать такой дискомфорт?       — Мой врач сказал, что у всех это ощущается по-разному, — ответил Разумовский, — И в этом нет ничего странного, поэтому надо просто перетерпеть. Тем более, у меня были проблемы со здоровьем.       — Я чувствую, что ты сказал мне далеко не всё, — теперь в глазах двойника было неодобрение.       — Меня всё больше пугает, что в день они стали появляться куда чаще, чем раньше, — признался Сергей, — Ещё не так давно я думал, что до всего этого далеко, а теперь остался только месяц. И я не знаю, что может случиться. У меня же никогда до этого не было детей, а многие ещё до двадцати успевают родить троих. Не так давно я считал, что у меня и вовсе не будет ребёнка, а тут такой сюрприз.       — Серёж, что с тобой?!       Он не заметил, как домой вернулся Олег, который сразу же зашёл на кухню и испугался, увидев, что Разумовский держится за стол. Он мгновенно оказался рядом, но Серёжа успокоил его, сказав:       — Со мной всё хорошо. Всего лишь ложные схватки, и они как раз прошли. Ты вовремя. Ужин почти готов.       — Не знал, что ты умеешь готовить, — удивился Волков, вымыв руки и сев на стул, — С чего ты вдруг решил заняться кулинарией?       — С днём рождения, Олег, — Сергей выложил еду в тарелку и чудом не обжёг руку, а потом поставил своё творение перед наёмником, — У меня не было денег, чтобы купить тебе подарок, поэтому…       — Глупости, — расцвёл Олег, — Твоё внимание — лучший подарок.       Он встал и подошёл, но потом остановился. Наверное, хотел поцеловать Серёжу, слишком поздно осознав, что Разумовский оттолкнёт его. Положение спас Птица, который занял тело и сам приблизился к Волкову.       — С днём рождения, — шепнул он, целуя его и чувствуя, как тот что-то застёгивает у него на шее.       — Новый кулон, как и обещал, — наёмник улыбнулся, щёлкнув его по носу, — Как вы тут без меня? Ничего не случилось?       — Всё было прекрасно, — отчитался Птица, — Прости, но ему не хочется целовать тебя. Я предложил, но он отказался.       — Я могу поговорить с тобой наедине? — спросил Олег, зная, что Серёже это не понравится, но так было надо.       Двойник сощурился и кивнул. Он мог ненадолго «отключать» Разумовского, если была необходимость. Это началось не так давно, и Сергей каждый раз сердился, не понимая, что такого можно было обсуждать, если Волков не хотел, чтобы он это слушал. Впрочем, особых разговоров там и не было. Точнее, были не только они. Стоило Птице прислушаться к своему нутру и кивнуть, подтверждая, что Серёжа больше не видел и не слышал их, как Олег притянул его к себе, жадно и с напором целуя в мягкие губы. Руки двойника обвились вокруг его шеи, после чего он первым углубил поцелуй, а затем началась самая настоящая борьба. Наёмник слегка прикусил его нижнюю губу, но так, чтобы не появилась кровь, которую мог бы почувствовать Разумовский. Поцелуй сильно затянулся, но вскоре Волков был вынужден отстраниться, а потом посмотрел на него как-то виновато.       — Чёрт, это же неправильно… — пробормотал он, — Мы не должны делать этого…       — Возможно, — Птица не спорил, — Когда ты в первый раз поцеловал меня сам, то у него после этого едва не поехала крыша. И если твой Серёжа узнает о наших тайных поцелуях, то сто процентов свихнётся.       — Ты что-нибудь узнал? — спросил Олег.       — Ну… Есть две новости. Хорошая и плохая. С какой начать? — двойник положил руки на его грудь, прощупывая её сквозь тонкую рубашку.       — С хорошей, — решил Волков.       — Он тебя любит, — сказал Птица, — По крайней, я так думаю, потому что сегодня он открыто сказал, что не изменял тебе. Там длинный разговор был, но у него промелькнула такая фраза. Значит, ему не плевать на ваши отношения. Пускай пока что он и пытается показывать, что не хочет их. Кроме того, он всё ещё продолжает ревновать тебя ко мне, о чём тоже сказал достаточно откровенно.       — Ладно, а что с плохой? — наёмник очень волновался, зная, что сейчас делал всё это за спиной любимого человека.       — Он тебя по-прежнему боится, — двойник негромко вздохнул, что теперь делал довольно часто, — И его неуверенность никуда не делась. Как и страх. И я думаю, что это надолго. Однако он согласился приготовить тебе праздничный ужин. Пришлось долго уговаривать его, но… Это прогресс. Я сделал то, что ты хотел?       — Да, вполне, — кивнул Олег, — Спасибо. Так мне проще следить за тем, как всё продвигается.       — За свои старания я заслужил ещё один поцелуй, — требовательно попросил Птица.       Волков кивнул, наклоняясь и выполняя его просьбу. Двойник забрался руками под рубашку наёмника, касаясь его холодными пальцами. Были вещи, о которых Серёжа не знал, но Олег заключил новую сделку с Птицей тоже ради него, чтобы допускать как можно меньше ошибок, пока он старался наладить эти сложные отношения. Хотя постепенно Волков начинал слишком сильно увлекаться второй личностью Сергея. Как сейчас, когда наёмник положил руки на его живот, а затем тихо прошептал, оторвавшись от любимых губ:       — Скоро у нас будет ребёнок. И мы наконец-то станем родителями.       — Не забывайся, Волков, — Птица отстранил его от себя, — Я не Серёжа. И это не наш ребёнок, а ваш. Пускай я являюсь его частью, но это всё равно другое.       — Да, разумеется, извини… — Олег смутился, — Просто я иногда… Забываю, что это ты, а не он. И я боюсь, что мы с ним никогда не сможем сблизиться так сильно.       — И всё-таки тебе стоит быть поаккуратнее с новыми интересами, — предупредил двойник и коснулся костяшками пальцев его щеки, — Мы с ним разные, и ты любишь его, Волков. Так что пытайся заслужить его доверие и дальше. Рано или поздно у тебя это получится. У меня есть причины помогать тебе в этом занудном деле, поэтому не подведи. Возможно, твоя поддержка спасёт его от смерти. А сейчас мне пора, потому что ваш ужин стынет.       Олег успел отстраниться, а Серёжа немного поморгал, чтобы прийти в себя после короткого отсутствия.       — О чём вы говорили? — поинтересовался Разумовский.       — Так… О твоём здоровье, — соврал Волков и принюхался, — Пахнет восхитительно. Ты сам это приготовил?       — Птица помогал, — ответил Сергей, садясь за стол, — Как… Сеанс у психолога?       — Отлично, — кивнул наёмник, накладывая немного жаркого в тарелку, — А как твой день? Надеюсь, Птица тебя не обижал?       — Нет, — покачал головой Серёжа, — У нас пока что мир.       — Это очень здорово, — улыбнулся Олег, — Приятно слышать, что ты помирился с ним. Вражда тебя губила. Да… Большое спасибо за ужин. Это неожиданно и так приятно. Замечательный подарок.       — Хорошо, что… Что тебе понравилось, — Разумовский немного смутился, потому что Волкову явно было по душе то, что он приготовил.       — У тебя прекрасно получилось, — ободряюще улыбнулся наёмник, — Знаешь, сегодняшний сеанс выжал из меня все силы, поэтому я хочу пойти спать, но завтра я никуда не уйду. Не хочешь… Посмотреть какое-нибудь кино? Как раньше. Вместе.       — Не знаю… — Разумовский сомневался.       — Давай же, соглашайся, — морально подтолкнул его Птица, — Он же не убьёт тебя. Бояться нечего.       — В принципе, можно… — Сергей согласно кивнул.       — Прекрасно, — ещё больше обрадовался Волков, — Тогда завтра выберем, что посмотрим. Я рад, что ты не против. Для меня это очень важно.       Серёжа выдавил неправдоподобную улыбку, но вряд ли Олег это заметил. Птица толкал его к наёмнику, и Разумовский никак не мог понять, с чего вдруг тот так активно занялся этим. Было здесь что-то странное, хотя Сергей не понимал, что именно. Впрочем, он много нервничал, поэтому из-за этого наверняка придумывал лишнего. Скорее всего, никаких реальных причин для волнения не было.