Шахматная партия

      Королевская свита стояла плечом к плечу возле отдельно стоящего деревянного столика и время от времени тихо перешёптывалась, наблюдая за нами, простыми людьми, которые привыкли радоваться мелочам. Варди нашёл меня возле огромного раскидистого дуба, и теперь мы оба поглядывали на герцогов, баронов, капитана стражи и одетую во всё темное королевскую охрану, которая даже на таком расстоянии внушала мне страх одним своим видом: хмурыми беспристрастными лицами и молчаливостью. Но и Варди был сегодня неразговорчив. Он будто витал в облаках, но я давно про себя заметила, что он ведёт себя подобным образом лишь тогда, когда его что-то сильно волнует. Неужели то известие о скорой службе королю на него так подействовало?       — Эй, что с тобой? — спросила я. Варди рассеянно бросил на меня взгляд и уже хотел было что-то ответить, как его перебил мягкий, елейный голос, невольно напомнивший мне тягучий, липкий мёд.       Вперёд, на небольшую поляну между королевской свитой и горожанами, вышла жрица церкви, одетая в кремовое льняное платье, ниспадавшее богатыми архитектурными складками, его дополняли объёмные рукава и капюшон из более тонкого, почти полупрозрачного льна.       — Рада приветствовать вас! — она вскинула голову и руки к небу. — Давайте же возрадуемся и поблагодарим Создателя за этот волшебный день. За этот праздник! Сегодня мы в очередной раз проведём многовековой обычай. Он существует уже многие столетия и до сих пор объединяет народы! Делает нас равными перед могучей природой, прогоняет злых духов и демонов. Так пусть же возгорится священное пламя! Пусть дарует нам твёрдость духа и мир нашему королевству!       После её слов два стражника отточенными движениями зажгли огонь на специально подготовленных клумбах с сухой травой, стоявших по обе стороны толпы, и вскоре запах горелых веток, смешанный с ароматом пряностей, улетал в усеянное бледно золотым сиянием звёзд небо.       Празднование продолжилось. Большинство жителей почти тут же пустилось в пляс, танцуя вокруг священных костров, время от времени расплёскивая сидр или вино, отчего от огня отлетали маленькие красные искорки.       Настроение заметно улучшилось после речи жрицы, и я, пританцовывая, подошла к одному из столов, стоявшему ближе всех к знати. Стараясь не поднимать на них взгляд, налила себе из большого глиняного кувшина белого вина, которым нас на празднике угощали наиболее обеспеченные жители нашего городка.       Чуть позже мы с Варди потеряли друг друга в толпе, но я не беспокоилась за него. Наверняка, он встретил родителей и теперь проводил свой последний свободный вечер с ними. Я сидела на бревне у костра и плавно покачивалась из стороны в сторону, подпевая старухам старенькую знакомую всем жителям песню, как вдруг краем глаза заметила какое-то движение за массивными ветками деревьев. Они и ночная тьма будто скрывали собой два силуэта. Я качнула головой, прогоняя наваждение.       «Всего-то проделки разыгравшейся фантазии из-за выпитого вина» — я повертела в руке опустевший глиняный бокал и не придала увиденному значения. Я отвернулась от леса и продолжила смотреть на костёр, напевая песни, особо не вникая в их смысл.       Я подняла голову к ночному небу. Где-то издалека, из лесной чащи, послышалось, как кричит певчая птица, наверняка, сидя на ветке, она переговаривалась с себе подобными. Я принялась аккуратно водить пальцами по толстому бревну, повторяя его естественные узоры неровно стриженными ноготками. Под них забивалась грязь, а ладони вскоре покрылись тонким слоем пыли.       В реальность меня вернул приглушённый лесом крик. Я в замешательстве оглянулась по сторонам, но не заметила ничего странного, только всё ту же шумную толпу из горожан, которые продолжали веселиться и танцевать. Никто из них не слышал того, что слышала я.       Отец всегда говорил, что лезть не в своё дело — очень невежливо, но я каждый раз протестовала.       — А если кому-то нужна помощь? — причитала я, но отец только отмахивался.       «Я же не могу остаться здесь и делать вид, будто ничего не слышала?» — завела внутренний монолог я, словно снова спорила с отцом.       Я закусила губу в нерешительности, взгляд метался от беспокойства. Но вскоре я преодолела барьер, поставленный невнятными приличиями, и всё же решилась пойти на крик. Подобрав подол клетчатой юбки, я направилась к той части поляны, которую почти полностью скрывали ветки зеленеющих деревьев.       — Стой смирно и не ори, дурёха! Не ори, кому сказал!       Я выглянула из-за высокого кустарника и поняла, что мои догадки оказались верны. Во тьме среди деревьев стояли двое: темноволосая худенькая девушка, которой на вид было едва ли больше восемнадцати, и стражник, прибывший сюда вместе с королевской знатью — его лицо, как и лица всех стражников, полностью скрывал тёмный капюшон. По хриплому, басистому голосу, было ясно, что он был намного старше меня и той бедняжки, которую он прижимал к дереву. Я поёжилась от внезапной, неприятной догадки и оглядела лес, но никого кроме нас троих здесь больше не было.       Стражник выкрикивал девушке оскорбления и угрозы, велел ей молчать, а она, слабея с каждой попыткой вырваться из хватки, отчаянно билась в его сильных руках, которые страстно изучали её хрупкое тело.       Мне было противно смотреть на это. Я замешкалась всего на минуту, опустив взгляд себе под ноги, собираясь с мыслями.       Я была в ярости!       «Как он смеет! Пускай он королевский стражник, но это не даёт ему право брать то, что он захочет и когда захочет!» — подумала я и втянула побольше воздуха в лёгкие.       Такое сильное чувство, как ярость, наполнило меня неожиданной смелостью: я вышла из своего укрытия, подобрав юбку и широко расправив плечи, и старалась выглядеть как можно серьёзнее и злее.       — Как ты смеешь трогать эту девушку! — громко сказала я. — Немедленно отпусти её!       Когда стражник повернул ко мне голову, то лунный свет упал на его бледное, землистое лицо. Он прищурился и мерзко ухмыльнулся, затем грубо оттолкнул девушку, так, что она упала на холодную землю. Она замерла, прижав руку к животу, и взглянула на меня с благоговейным страхом.       — А то что? — он насмехался, его голос был полон презрения. Он был уверен в себе и своей безнаказанности. Стражник двинулся в мою сторону. Он подходил всё ближе и ближе, до тех пор пока между нами не осталось чуть больше двух шагов. Я нервно сглотнула, но смотрела ему прямо в глаза и не думала отступать.       — Неужели какая-то оборванка думает, что может мне что-то запрещать? Жалкое зрелище. Но, раз уж ты уже пришла…       Его рука было потянулась ко мне, и я не выдержала: схватила его за кисть, больно впивая пальцы в тонкую кожу на запястье. Я смотрела ему в глаза и сжимала его кисть всё сильнее, всё крепче, пока он не завопил. Его глаза растеряно смотрели на меня. Наконец, он ошарашено отпрыгнул, сделал несколько неосторожных шагов назад и едва не растянулся на земле.       Сперва меня охватила радость, гордость за саму себя переполняла моё сердце. Я подумала, что напугала его своей храбростью. Но так продолжалось недолго, ровно несколько секунд, пока я не увидела непонимание и шок в его глазах. Я нахмурила одну бровь, не совсем понимая его реакцию. В конце концов, перевела взгляд на его руку, и воздух из лёгких словно выбили одним ударом.       «Обожённая. На его запястье покрасневший отпечаток моих пальцев!»       — Что я только что сделала? Что я наделала? — проговорила я вполголоса.       Опомнилась, уже стоя на коленях. Я смотрела на свои ладони, словно пыталась увидеть там что-то, чего не было раньше. Но я ничего не видела — ничего не изменилось, совершенно ничего. Я едва дышала от страха, пытаясь понять, что произошло.       Я осторожно подняла глаза и обнаружила, что ни стражника, ни темноволосой девушки уже не было. Похоже, они оба убежали вскоре после того, что случилось.       «Только бы не начали болтать…» — взмолилась я мысленно. Одному Создателю известно, что это такое было.       Спустя несколько мучительных мгновений, сидя в полной тишине, я ощутила на своей спине несколько взглядов. По ней пробежал холодок. Я спрятала ладони, спешно поднялась на ноги и развернулась. Увидев, как пересекая поляну, ко мне приближается герцогиня и двое стражников, синхронно шагающие у неё за спиной, я склонила голову и чуть присела в почтительном поклоне. Оставалось лишь молиться, что она ничего не видела…       Немолодая женщина с красиво собранными каштановыми волосами и в изысканном платье в пол медленно остановилась на поляне перед входом в лес. Она была ещё далеко, но я и отсюда чувствовала, что она смотрит на меня. Объёмные украшения в ушах и на её тонкой шее сверкали при каждой пляске света от костров. Будь я в другой ситуации, я бы непременно подошла к ней выразить своё почтение, но не сейчас, когда страх переполнял меня, а в венах кипел адреналин. Я снова почтительно присела и поторопилась исчезнуть у неё из виду. Я побежала в сторону дома, избегая людных мест, но всю дорогу мне казалось, что её пронзительные глаза продолжали за мной наблюдать до самой двери…