Шлюха поневоле

      — К кому? — колкий взгляд владелицы борделя был устремлен на двух юношей, только что переступивших порог заведения.       — Илай.       Один из парней молча передал женщине паспорта, чтобы без лишних вопросов перейти к главному. Та, мельком взглянув на даты рождения, коротко кивнула и вернула документы владельцу.       — Вам в двести двадцать седьмую, — хозяйка указала в сторону лестницы и протянула ключ. — И пожалуйста, — её голос заметно смягчился, растеряв былую строгость, — будьте с ним понежнее. Он… он ещё совсем неопытен…

…

Неделей ранее

POV Юнги       Никогда бы не поверил, что очередная встреча с лучшим другом может затащить меня в бордель…

…

      — Юнги! ЮНГИ! — как только я принял вызов от Чонгука, сразу же пожалел об этом. Кричать без видимой на то причины он может, умеет, да и практикует регулярно.       — Хуйли орёшь?       Мой вопрос благополучно проигнорировали, и из динамика снова донёсся визгливый голос друга:       — КАРОЧЕ, ТУТ ТА-А-КО-О-Е-Е! НАМ СРОЧНО НАДО ВСТРЕТИТЬСЯ! ТЫ СЕЙЧАС ГДЕ? АЛЛО? АЛЛО? ТЫ МЕНЯ СЛЫШИШЬ? АЛ…       Сбросить звонок — первое, что пришло мне в голову. Особенно учитывая, что раскалывающаяся от боли голова к высокочастотному ультразвуку Чона была вообще не готова.       Чтобы больше не мучить свои барабанные перепонки, я быстро набил ему сообщение:       «Ты заебал звонить и орать мне в трубку! Через 10 минут жду в „Субару“! И, пожалуйста, без истерик».

…

      Через десять минут я уже сидел в кафе, блаженно потягивая горячий кофе и глядя в окно. В голове вяло крутилась мысль — попытаться выловить из тысячи незнакомых лиц одно-единственное, до боли знакомое. И, о чудо! Идёт. Мой рыцарь в сияющих доспехах, не меньше.       Переваливаясь с ноги на ногу, Чонгук не спеша переходил дорогу. Ну ещё бы, с его-то отцом-гибддшником правила нарушать не станешь. Но, несмотря на всю его неторопливость, по одному только выражению лица можно было безошибочно понять: парень сейчас взорвётся.       Ха, видно, новость действительно из разряда эпических, раз он так надулся.       С Чонгуком мы дружим со средней школы. До сих пор поверить не могу, что из того четырнадцатилетнего, пухленького и милейшего мальчика вырос двухметровый перекачанный амбал. В первом классе старшей школы его жёстко отшила одна девчонка, знатно унизив перед всем классом. С тех пор Чон у нас слишком болезненно воспринимает любую критику. Каждая колкость в адрес его внешности работала как подлитое в огонь масло. И — пуф! Тот прежний Чонгук-и благополучно исчез в небытии, а на его месте появился Гук.       К первому году старшей школы он подкачался, ко второму — накачался, ну а к выпуску уже откровенно перекачался. Лишь мои постоянные подколы помогают ему сохранять ту хрупкую грань между сегодняшним днём и великой возможностью уйти в профессиональный бодибилдинг.       — Опоздал!       Я не спеша перевёл взгляд с прохожих на друга. Тот, мокрый от пота, готов был заорать на весь зал «Субару».       — Я… Я… Я…       — Ты, — я бесцеремонно ткнул пальцем в тушу друга, — сначала сядешь и отдышишься. А потом очень… ОЧЕНЬ тихо расскажешь, что у тебя стряслось.       Парень смиренно плюхнулся на стул напротив меня, шумно вздохнул и затараторил:       — Короче, ты же знаешь парней из моего офиса! Вчера как-то невзначай наш разговор перешёл на тему порнухи, и…       — Как-то невзначай? — я иронично выгнул бровь. — Извини, друг мой, но о порнухе «как-то невзначай» не разговаривают.       Чонгук лишь раздражённо махнул рукой и продолжил:       — Да не перебивай ты! В общем… Зашёл у нас разговор, и, как оказалось, большая часть коллектива шалит на парней, прикинь!       — Тип геи?       — Нет! — Чон категорично замотал косматой головой. — У многих это… Как его… ФЕТИШ! Да, фетиш на гей-порно. Но не на простое, а именно с парнями, которые похожи на баб.       — К трансам, что ли? — м-да, наш утренний разговор становился всё интереснее и интереснее.       — Да блять, нет! Юн, ты чё, тупой?       — Поумнее некоторых, Чонгук-и, — и без того кривая мина друга скривилась ещё сильнее. — Просто объяснять нормально надо!       — Ну смотри, — Чонгук сделал глубокий вдох, заходя на первую официальную попытку объяснить, — помнишь Тэхёна?       Я утвердительно качнул головой. Тот, кто заявлял, что не помнит Ким Тэхёна, просто никогда не был с ним знаком. В школе этот парень был настоящей звездой. Рост под два метра, но при этом на удивление нежная, мягкая внешность. Все его движения были лёгкими, элегантными, даже немного женственными. Длинные ресницы, тонкая талия…       И тут до меня наконец дошло.       — Ну, понял? — Чонгук подался вперёд, заглядывая мне в глаза.       — Хочешь сказать, у твоих коллег фетиш на андрогинных мальчиков? — я дождался утвердительного кивка от друга и хмыкнул: — Педофилией попахивает, не находишь?       — Ты что! — Чонгук замахал руками. За его эмоциями всегда было забавно наблюдать: никогда до конца не угадаешь, что у него на уме. Сейчас он явно смутился, но на губах всё равно играла дурацкая улыбка. — Да они никогда бы в жизни…       — Да пошутил я, уймись! — тишину полупустого кафе развеял мой громкий смех.       Через пару минут я окончательно успокоился и задал тот самый вопрос, который волновал меня с самого начала этого странного разговора:       — Ты мне это всё сейчас зачем рассказываешь?       — Как зачем? — улыбка мгновенно исчезла с лица друга, сменившись на удивление. — Я придумал, как нам заработать!       Внутри тут же заворочалось нехорошее подозрение. Все гениальные задумки Чонгука, сколько я его помнил, никогда и ничем хорошим не заканчивались.       — Почему молчишь? — нахмурился Чон.       Я демонстративно перевёл взгляд на улицу, наблюдая за редкими прохожими.       — Жду.       — Чего?       — Плана.       — Какого плана?       — Твоего, Гук, не тупи! — я снова посмотрел на друга и пару раз звучно щёлкнул пальцами перед самым его носом.       — Т-ты что делаешь? — громко. Слишком громко он заорал, заставив парочку людей за соседним столиком обернуться.       — Пытаюсь заставить твои извилины работать. Рассказывай давай!       Усевшись поудобнее, Чонгук послушно продолжил:       — Сегодня мне в интернете в предложениях попался один сайт. Ты слышал о заведении «Сладкий пан»? — я отрицательно покачал головой. — Это единственный бордель в нашем городе, который стоит забор к забору с главным отделением РОВД.       — И их до сих пор не закрыли?       — Нет! Мой батя сказал, что у них там какие-то железные связи на самом верху.       — Стоп! Ты серьёзно спрашивал об этом у своего отца?       — Ну да, — господи, сама невинность. Для него это, видимо, абсолютно нормально — заводить с отцом-гибддшником душевные разговоры о подпольных публичных домах.       Не обращая внимания на моё искреннее удивление, друг увлечённо заторил дальше:       — В общем, батя говорит, что они на каких-то особых льготах, так как обслуживают местных шишек. Ну, я ради интереса зашёл к ним на сайт, и знаешь что? Их расценки вообще ничем не отличаются от цен в обычных борделях!       — А тебе-то зачем их цены? — я отпил уже изрядно остывший кофе, не отводя подозрительного взгляда от друга.       — Это сейчас не имеет значения! Слушай дальше. Я полистал их ленту анкет и наткнулся на парня по имени Илай.       — Хм, интересный никнейм.       — С чего ты взял, что это никнейм?       — Потому что если парень родился раньше две тысячи шестнадцатого года, то его мать точно была не настолько глупа, чтобы назвать так корейского ребёнка.       — А если он приехал из Америки?       — То и жил бы он в своей Америке, а не под боком у нашего РОВД!       — Ладно, опустим! Важно то, что этот парень на фото нереально похож на тот самый тип миловидных мальчиков!       — И?       — А вот теперь перейдём к самому плану! — Чонгук аж подался вперёд, понизив голос до заговорщического шёпота. — Представь, что у нас появится своё личное порно! Мы будем собирать всех этих «нуждающихся» из офиса и брать с них плату за просмотр приватного контента. Ты только представь, сколько бабла мы с этого срубим!       — Это незаконно, — сухо обрубил я.       — Что?       — Если ты собираешься снимать и крутить это видео без согласия Илая, это будет стопроцентная уголовка.       — А кто сказал, что его согласия нет?       — А оно есть? — я прищурился и скептически скрестил руки на груди.       — Нет, — Чонгук уныло опустил голову и спрятал глаза. Но уже через секунду в его взгляде снова заиграла упрямая решимость: — Но будет, Юн, обещаю! Если ты подпишешься на это, я завтра же обо всём договорюсь.       — Подпишусь на что именно?       — Ты будешь моим оператором! У тебя как раз есть отличная практика! — парень улыбнулся так отчаянно и широко, словно от моего решения зависел вопрос его выживания.       — Под практикой ты сейчас имеешь в виду наш школьный клуб кинематографии?       — Ага! — Чонгук выдал серию бешеных кивков. — Ваш короткометражный фильм про обезьянку был просто шикарен!       — Он был ужасен, Гук. Нас чуть не исключили.       — Ну Юнги-и! — его и без того жалостливая мина стала совсем невыносимой. — Пятьдесят процентов от всей выручки — твои.       Злость на милость. Оскал в улыбку. Дружеское рукопожатие.       Так мы с Чонгуком и договорились на следующей неделе пойти в бордель снимать домашнее порно…