…
Утреннюю тишину квартиры безжалостно разрушил оглушительный звук будильника. Боже, ну вот какой чёрт дёрнул меня в своё время поставить на звонок старое голосовое сообщение от Чонгука? — Вставай, придурок, уже утро! Твоей жопе не нужен сон, так что вставай! Вставай! Вставай! ВСТАВА-А-АЙ! — надрывался динамик на всю спальню. — Да встал я, встал! — рявкнул я в пустоту, нехотя принимая вертикальное положение. Я взял мобильный и принялся лениво листать ленту уведомлений. Ожидаемо: целая куча пропущенных вызовов и гневных СМС от Гука. Да, мне точно пздец. «Юнги, уёбок, я тебя прибью нахй!», «Ты гандона кусок!», «Готовь вазелин, сука!» и всё в таком же духе. — Блять… — я со вздохом отложил телефон обратно на тумбочку и поплёлся в ванную.На часах было 6:50. Я специально завёл будильник пораньше, чтобы спокойно помыться, не создавать утреннюю толкучку и в тишине выпить свой законный утренний кофе. Выйдя из душа, я надел заранее приготовленные чёрные джинсы и серую рубашку. Теперь оставалось решить квест посложнее — найти хоть что-нибудь подходящее из одежды для Чимина. Не пойдёт же парень в школу в своём вызывающем топе цвета бешеной фуксии. На первый взгляд, комплекция и размер у нас были примерно одинаковыми. Вкусы, может, и кардинально разные, но габариты — один в один. Я заглянул в недра своего шкафа. М-да… Выбор, мягко говоря, не густо. Из всего моего довольно мрачного обилия одежды я в итоге выудил классические чёрные джинсы и, так уж и быть, решил отдать парню свой самый любимый чёрный свитер. Он был огромным, невероятно мягким и уютным. Чимину точно должно понравиться.В моей комнате на тумбочке опять залился дурным голосом Чонгук: — Я же сказал тебе — вставай! Юнги, не будь куском говна! — Чонгук, сам не будь куском говна и никогда больше не трогай мой телефон, — пробурчал я себе под нос и пошёл в гостевую будить своего вынужденного сожителя. Тихо приоткрыв дверь и зайдя в комнату, я сразу же подметил, как аккуратно Чимин сложил свои вещи. Всё, кроме моей джинсовки, ровненькой стопочкой лежало на сиденье стула, а сама куртка была бережно расправлена на его спинке. Я почти бесшумно приблизился к кровати, где, свернувшись калачиком, мирно посапывал блондин. Его отросшая чёлка небрежно падала на закрытые глаза, а пухлые губы во сне расплылись в едва заметной, трогательной улыбке. Я слегка прикоснулся к его лбу, попутно осторожно убирая светлые пряди с лица. Этого мимолётного касания хватило, чтобы парень тут же зашевелился и открыл глаза. — Хён?.. — его голос со сна был совсем хриплым. Он щурился, но не от того, что не выспался, а от непривычно яркого утреннего света. — Вставай, малыш, — тихо произнёс я.И тут же мысленно дал себе знатную пощёчину. Какой, к чёрту, малыш, Юнги?! Ты вообще в порядке?! Что это ещё за розовые сюси-пуси с утра пораньше? Немедленно приди в себя, придурок! — Сколько времени? — Чимин, к моему огромному облегчению, либо не обратил внимания на эту непонятную ласку, либо просто со спросонья не услышал моего обращения. Аккуратно потирая кулачками заспанные глаза, он сел на постели. — Уже семь, так что поднимайся и топай в душ. Чистая одежда уже ждёт тебя там на полке. Ты, кстати, что с утра предпочитаешь? Чай или кофе? — Кофе, пожалуйста. И три ложечки сахара, — всё так же продолжая тереть веки, пробормотал Чимин. Господи, ну какой же он всё-таки милый. Абсолютный ребёнок. — Харе глаза тереть, только хуже сделаешь. Иди умойся лучше, — наигранно строго буркнул я и поспешно скрылся за дверью, пока окончательно не растаял от этой картины…
Уже через десять минут ароматный кофе был полностью готов. Чимин сидел за кухонным столом, забавно утопая в рукавах моего свитера, и блаженно попивал горячий напиток. — Я обычно кофе вообще не пью, — парень сделал очередной аккуратный глоток. — Но твой получился очень вкусным. — Я рад, — коротко отозвался я, чувствуя, как внутри разливается глупое довольство. — И свитер действительно очень удобный. Если честно, я думал, ты подобные вещи не носишь. — Подобные? — я сидел прямо напротив него, что позволяло без труда считывать малейшие изменения в его мимике и жестах. Увидев мою иронично вздернутую бровь, Чимин тут же смутился и принялся поспешно оправдываться: — Ну… я просто решил, что ты ходишь либо в чём-то строго официальном, либо в чём-то рэперском и слишком свободном…Я не выдержал и негромко рассмеялся. — Я тоже люблю комфортную одежду, — я выразительно указал взглядом на плотную ткань. — Нравится? Чимин послушно кивнул. — Тогда забирай себе. — П-правда? — его глаза удивленно округлились. Я утвердительно качнул головой. Юнги, ты в своем уме вообще? Ты только что без сожалений подарил свой любимый, самый дорогой свитер пацану, с которым познакомился буквально вчера ночью. Приди в себя! — У тебя теперь хоть что-то нормальное будет в гардеробе, — вслух проворчал я, маскируя внутреннюю панику. — Вообще-то у меня много своей одежды, — тихо возразил он. — Её просто нужно забрать из комнаты в общежитии. Я резко, со стуком поставил свой кружку на столешницу, отчего Чимин невольно вздрогнул и испуганно замер. — Ты туда больше не вернёшься, — отрезал я тоном, не терпящим никаких возражений. — Но… — Мы лучше тебе новую одежду купим, — непреклонно перебил я. — Но в те стены ты больше ни одной ногой не ступишь. Тем более завтра суббота, выходной. Вот с утра пораньше и съездим в торговый центр. — Но, Юнги, я так не могу! Это ведь куча денег! — Если дело исключительно в финансах, — я неторопливо поднялся из-за стола, подошел к раковине и открыл кран, чтобы сполоснуть посуду, — то давай договоримся так: считай, что ты просто взял у меня эти деньги в долг. Спокойно вернёшь всю сумму, когда окончательно закончишь учёбу и устроишься на нормальную работу. Идет? Видимо, такой компромиссный вариант Чимина вполне устроил. Он несмело поднялся со стула, подошел ко мне и, аккуратно опустив свою кружку в раковину, негромко произнес: — Хорошо. Тогда я прямо с сегодняшнего дня начну искать подработку. — Зачем сейчас-то? — я искренне не понял этого порыва. Куда он так отчаянно спешит? — Ну как зачем? Мне до выпуска всего полгода учиться осталось, — он пожал плечами с таким непринужденным видом, что хотелось просто обоссаться и не жить от его наивности. — А дальше учиться ты, значит, вообще не планируешь? — Я… — Мне тут одна симпатичная птичка напела, что ты вообще-то хореографом стать мечтаешь, — я искоса взглянул на притихшего парня. Этой самой «птичкой», естественно, была Шики. Она в ту ночь на ресепшене успела выдать мне краткую биографию Илая, пока я её шантажировал. Так что я был прекрасно осведомлен о его непреодолимой тяге к танцам. А ещё я знал, как старательно и упорно он учится, чтобы сдать экзамены и поступить в Государственный хореографический институт. Знал, какую музыку он предпочитает слушать в наушниках. Ну и многое другое по мелочи. Например то, что у этого чудесного мальчишки в школе совсем нет друзей. И это было чертовски паршиво, потому что парень-то он, если объективно, невероятно интересный. — Я не…— Чимин растерянно захлопал ресницами, явно не ожидая от меня такой осведомленности. — «Я не» — что? Чимин, прекращай страдать хернёй, — я выключил воду и повернулся к нему всем корпусом. — Давай ты сначала нормально отучишься, поступишь куда хотел, а уже потом будешь забивать свою светлую голову мыслями о заработке. Ей-богу, рассуждаешь как маленький ребенок. Не спеши ты так лезть во взрослую жизнь, работа от тебя никуда не убежит. Деньги в этой жизни — далеко не главное. Куда важнее твердо идти по своему правильному пути. А для тебя этот путь — танцы. Всё, закрыли тему. Пошли обуваться, а то в школу опоздаем.…
Мы вышли из подъезда высотки и направились в сторону подземной парковки. — Хён, а мы куда? — Чимин семенил рядом, забавно кутаясь в рукава моего свитера. — На парковку. — Зачем? — Угадай, — я коротко улыбнулся, ввёл цифровой код на панели у тяжёлой железной двери и зашёл внутрь прохладного помещения. — Подожди меня здесь, у въезда. Через минуту я уже плавно выруливал со своего парковочного места на новеньком чёрном внедорожнике. Притормозив прямо рядом с Чимином, я заметил, что тот стоит как вкопанный, во все глаза разглядывая автомобиль и явно не зная, что ему делать дальше. Я опустил тонированное стекло со своей стороны: — Садись, чего стоишь? — У тебя… есть машина? — его голос прозвучал искренне изумлённо. — Ага. А ещё у меня, представь себе, есть официально выданные права, так что копы нам точно не страшны. Садись давай, замёрзнешь. Долго уговаривать пацана не пришлось. Он с радостной улыбкой, лёгким камушком плюхнулся на переднее пассажирское сиденье и аккуратно прихлопнул за собой дверь. — Я даже не знал, что у тебя есть своя машина, — восторженно выдохнул Чимин, с любопытством оглядывая приборную панель. Я невольно уснулся. Боги, он вообще всегда такой милый и непосредственный? — Ты ещё очень много чего обо мне не знаешь, — я плавно нажал на педаль газа, и автомобиль послушно тронулся с места, выезжая на залитую утренним солнцем городскую трассу. — Куда тебя везти, попутчик мой восторженный? Чимин быстро, на одном дыхании назвал наизусть заученный адрес. К моему огромному удивлению, оказалось, что парень учится в той же самой старшей школе, которую я сам окончил несколько лет назад. Естественно, этот маршрут я знал как свои пять пальцев. Уже через десять минут быстрой езды мы плавно подъезжали к знакомым массивным воротам. — Ты так хорошо знаешь дорогу? — Чимин удивлённо повернулся ко мне. У меня в этот момент появилось стойкое чувство, что если я сейчас невзначай обмолвлюсь, что в свободное от юриспруденции время ещё и музыку сам пишу, пацан вообще окончательно в осадок выпадет. — Конечно, я знаю дорогу, — я мягко затормозил у главного входа, паркуясь у обочины. — Я ведь сам окончил эту школу. — Да ладно?! — его брови взлетели едва ли не к самой кромке осветлённой чёлки. Да уж, про музыку точно пока лучше тактично промолчать, а то его эмоциональный радар не выдержит. — Доказать? — я на секунду задумался, и в памяти тут же всплыли весёлые воспоминания об уроках тригонометрии. — Мистер Чон, наш легендарный математик, который два слова связать нормально не мог, всё ещё там работает? Чимин мгновенно прыснул, сразу поняв, о ком именно идёт речь. Ну ещё бы, этого колоритного мужчину во всей округе знали абсолютно все. Вечно молодой, вечно пьяный. Полезной информации по предмету от него на уроках было ровно ноль, зато всю подноготную и личную жизнь остальных учителей благодаря его пьяным откровениям мы знали просто досконально. Все самые сочные школьные сплетни первыми доходили именно до нашего класса. — Уволили, — с улыбкой покачал головой Чимин. — Как уволили? — я аж опешил. — Такого великого мужика? И уволили? Не верю! — Спалили прямо посреди учебного дня в подсобке физрука с полупустой бутылкой водки, — охотно поделился парень. — Физрук, кстати, потом до победного отнекивался. Мол, знать ничего не знаю, ведать ничего не ведаю, он сам пришёл. — Эх, жаль. Классный мужик был, душевный, — я театрально вздохнул, заглушая мотор. — Ладно, беги давай, учёный. У тебя уроки сегодня во сколько заканчиваются? — В полпятого… А что? — Чимин замер, уже держась за ручку двери.— Никуда после звонка от ворот не уходи. Я сам за тобой заеду. — Ну, Хён! — жалобно протянул он.— Не хёнкай мне! — прикрикнул я, но в голосе не было ни капли строгости. — Бегом марш. Я снова завёл двигатель и медленно поехал в сторону своего университета, поглядывая в зеркало заднего вида на хрупкую фигуру Чимина в моём огромном чёрном свитере, скрывающуюся за школьными дверями.