Шлюха поневоле

POV Юнги       — Ты сейчас хочешь мне сказать, что всё это чёртово время он безвылазно живёт у тебя на квартире?! — заявить, что я знатно охуел от таких новостей — это не сказать вообще ничего. Я ошарашенно, во все глаза уставился на брюнета. Он что, издевается сейчас надо мной или так хреново шутит?       — Ну да… — Тэхён трусливо увёл взгляд в сторону и принялся нервно заламывать пальцы. Мне даже на секунду показалось, что он искренне чувствует вину. Вину? Перед кем, передо мной, что ли?       — Я очень надеюсь, Ким, что ты сейчас прикалываешься.       — Мне просто стало его чисто по-человечески жалко, Юн! — попытался оправдаться он.       — И именно по этой сентиментальной причине ты благополучно поселил этого идиота у себя?       — Не поселил, а временно приютил! Разницу улавливаешь?       — Это абсолютно одно и то же! — я раздражённо закатил глаза к потолку. Боги, это было, пожалуй, самое неожиданное и глупое решение, которое вообще мог сотворить Ким Тэхён за всю свою жизнь. — И послушай меня, Ким. Чонгук — это не бездомное бродячее животное, его не нужно «ютить» из жалости. У него, если ты забыл, своя собственная просторная квартира в центре имеется.       — Ему действительно очень плохо, Юнги, — Тэхён тяжело вздохнул, упрямо поджав губы. — У него сейчас самая настоящая, тяжёлая депрессия.       — Хуссия у него, а не депрессия! — я сердито сложил руки крестом на груди и смерил парня ледяным взглядом. — Ты же сам головой понимаешь, что вся эта ваша бытовая идиллия выглядит пиздец как странно и двусмысленно?       — Юнги! Ну как ты не можешь понять элементарных вещей? — Тэхён наконец-то перестал бегать глазами по сторонам и открыто направил свой янтарный взгляд на меня. Он посмотрел мне прямо в душу, и в его голосе отчётливо зазвенели умоляющие, едва слышные нотки: — Его буквально наизнанку коробит от вашей дурацкой ссоры. Гук целыми днями неподвижно сидит на одном месте и тупо, безмолвно пялится в одну точку на стене. Вообще ничего не ест, исхудал весь. А когда я пытаюсь с ним хоть как-то заговорить, он просто упрямо молчит. Чонгук… он безумно хочет извиниться. Правда.       — Перед кем конкретно? — я иронично приподнял бровь.       Если быть до конца честным перед самим собой, я и сам уже в глубине души чертовски хотел наплевать на всё и просто простить этого придурка. Всё-таки десять лет дружбы в окно не выкинешь. Да и Чимин его, если объективно, уже давно мысленно простил. Постоянно тихо повторяет мне по вечерам, что всё хорошо, зла не держит, и ведь прекрасно видит, как сильно я на самом деле скучаю по этому грёбаному перекачанному зайцу. Но моя упрямая гордость… Она до сих пор не позволяла мне сделать первый шаг навстречу.       — Перед тобой… — тихо выдохнул Ким.       Эх. Я так и знал. Чонгук в своей жизни не меняется: какой был непроходимый глупец, таким и остался.       — Передо мной ему незачем извиняться. Я тут вообще боком.       — Но как же…       — Тэхён, — я устало помассировал пальцами переносицу. Господи, как же я за последнее время вымотался от всей этой драмы. — Он не меня той ночью пытался силой прижать к дивану и изнасиловать. И просить прощения на коленях он тоже должен далеко не передо мной. Ты-то, как учитель и взрослый человек, должен это прекрасно понимать.       — Значит… если Чонгук искренне извинится перед Чимином… ты наконец-то сможешь его простить? — в янтарных глазах Кима мгновенно загорелся яркий, полный надежды огонёк.       — Сначала пусть покажет реальные действия, а уже потом будут пустые слова. Посмотрим на его поведение.       — О, поверь мне на слово, Мин Юнги! — на бледном лице брюнета тут же расплылась его фирменная, до ушей счастливая улыбка «квадратиком». — Чонгук так извинится, вот увидишь! Он сделает всё настолько идеально, что ты физически больше не сможешь на него сердиться!       — Знаешь, Ким… у меня сейчас складывается стойкое ощущение, будто во всей этой истории его прощение больше всего на свете нужно именно тебе, а не ему, — я прищурился, пристально изучая его мимику. — Что за чертовщина вообще происходит между вами двоими?       — Я абсолютно не понимаю, о чём ты сейчас говоришь… — Тэхён мгновенно растерял всю свою радость и резко, демонстративно отвернулся к окну, упрямо рассматривая пейзаж. — Между нами совершенно ничего нет. И быть не может.       — Он до сих пор любит тебя, Ким. Это слепой не заметит.       — А я его — нет, — отрезал он, даже не повернув головы.       — Ну да, конечно, охотно верю, — сухая, ядовитая усмешка сама собой сорвалась с моих губ. — А я тогда — сказочная лесная фея, которая безвозмездно исполняет любые заветные желания, если ей хорошенько отсосать.       — Мин Юнги! Ты хочешь сказать, что я тебе сейчас вру?! — Тэхён резко развернулся ко мне, возмущённо вскинув подбородок.       — Врать окружающим ты как раз абсолютно не умеешь, Тэ, у тебя всё на лице написано, — ровно парировал я, заставляя его замолчать. — Но ты почему-то научился чертовски хорошо скрывать и хоронить правду от самого себя.       Парень после моих слов заметно напрягся, замер во всеоружии и принялся внимательно, с затаённым страхом вслушиваться в каждое моё последующее слово       — Просто вспомни наши школьные годы, Тэ. Чонгук издевался над тобой. Жестоко, целенаправленно, каждый божий день. Любой нормальный, адекватный человек на твоём месте начал бы панически избегать его и обходить десятой дорогой, но ты… ты как будто подсознательно сам искал и ждал каждой новой встречи с ним. А когда он в какой-то момент резко перестал над тобой измываться, ты ведь сам не свой стал. Будто из тебя разом всю жизнь выкачали. Сразу как-то сник, погрустнел. Глаза стояли абсолютно неживые, пустые. Тогда никто в классе толком не мог понять, что вообще с тобой стряслось. Но я-то не слепой, Тэ. Я прекрасно видел, каким именно взглядом ты на самом деле провожал Чонгука по коридорам.       — Юнги, прекрати… — глухо попросил он, бледнея.       — А когда он наконец набрался смелости и признался тебе в чувствах, ты ведь не просто так взял и отклонил его? — я уверенно продолжал давить, выводя его на чистую воду. — Ты отказал ему только потому, что через неделю уезжал в другую страну на долгую учёбу, я ведь прав? Испугался расстояния и того, что сломаешь ему жизнь. А теперь ты вдруг, наплевав на свои же принципы, подобрал его на коврике, притащил к себе домой, преданно ухаживаешь, беспокоишься…       — Хватит! Ты несёшь какой-то абсолютный, несусветный бред! — брюнет резко вскочил со своего места, едва не опрокинув стул, и со злостью закинул ремень сумки на плечо. — Я больше не собираюсь выслушивать эти твои дешёвые психологические бредни. Я ухожу.       — Хорошо, иди, — я поразительно спокойно посмотрел на парня снизу вверх.       Он не просто так сейчас метался и бесился в этой кофейне. Тэхён и сам внутри себя прекрасно понимал, что окончательно запутался в собственных запретах.       — Подумай на досуге над моими словами, Тэ. И наконец-то перестань так отчаянно врать самому себе. Поверь моему опыту: иногда после честного принятия своих истинных чувств дышать становится в разы легче.       — Да я даже думать об этом не стану! Я на все сто процентов уверен в том, что чувствую! — яростно выплюнул Ким и пулей вылетел из помещения, громко хлопнув дверью.

…

      Утром меня, как и всегда в последнее время, по привычке разбудил орущий на всю спальню дурной голос Чонгука из будильника. Если я сейчас скажу самому себе, что ни капли не скучаю по этому шумному придурку, то это будет самой наглой и глупой ложью. Всё-таки со дня нашей той страшной ссоры в гостиной пролетело уже чуть более двух месяцев. Целых два месяца глухого молчания.       Я сладко, до хруста в суставах потянулся на простынях и уверенно поднялся с кровати. На циферблате часов ещё даже семи не было, но это вовсе не означало, что я встал слишком рано для сибаритства. Напротив. Сегодня был именно тот самый долгожданный день. День, когда Мин Юнги впервые переступит порог старшей школы в качестве официального преподавателя.       Я быстро сходил в освежающий душ, натянул заранее отглаженный строгий костюм и на цыпочках зашёл в комнату к Чимину. Младший сладко и безмятежно посапывал, забавно свернувшись калачиком под одеялом и крепко обнимая огромного плюшевого медведя. Одет он был в мою старую чёрную футболку, которую в своё время так бесстыдно и по-хозяйски украл из моего шкафа.       — Малыш, — я присел на край матраса, нежно убрал отросшую светлую чёлку с его закрытых глаз и трепетно поцеловал парня в тёплый лоб. Блондин недовольно нахмурился во сне, смешно пошевелил носом, но упрямо продолжил спать. — Малыш, ну же, вставай. Тебе в школу пора, опоздаешь.       — Ещё пять минуточек, Хён… — сонно пробормотал младший из-под подушки и ещё крепче, до побелевших пальчиков прижал к себе несчастного медведя.       Господи, ну вот почему он у меня всегда такой невероятно милый с утра пораньше? Абсолютное сокровище.       — Если ровно через пять минут твоя миленькая, маленькая попка не нарисуется на кухне, — я включил максимально строгий и бескомпромиссный тон, — я вернусь сюда с полным тазом ледяной воды и безжалостно окачу тебя прямо в постели.       И, ещё раз нежно чмокнув замурчавшего парня в тёплый лоб, я поднялся и поспешно вышел из спальни.

…

      Когда ароматный кофе уже вовсю исходил паром, на кухню наконец-то лениво приплёлся весь взъерошенный, сонный Чимин. Младший сладко потянулся всем телом, забавно зевнул и внезапно замер на пороге, уставившись на меня во все глаза.       — Ты чего это сегодня такой нарядный, Хён? — блондин начал с искренним, живым интересом детально разглядывать мой строгий классический костюм-тройку.       Эту одежду я действительно доставал из шкафа по праздникам. На самые важные экзамены на юридическом там… или на официальные приёмы у отца.       — И вскочил ни свет ни заря… Тебя же обычно до восьми утра из кровати никакими силами не растолкаешь. Куда это ты так вырядился и собрался с утра пораньше?       Чимин неторопливо подошёл ко мне вплотную и без лишних церемоний бесстыдно забрал кружку с горячим кофе прямо из моих рук. Он пристально, с хитрым прищуром смотрел на меня снизу вверх, явно ожидая честного и развёрнутого ответа.       — У меня сегодня намечаются одни очень важные, неотложные дела, — туманно отозвался я, с трудом удерживая на лице маску полного безразличия.       Ага. Так я тебе прямо сейчас всё взял и выложил! Рассказал, что через пару часов буду официально восседать на кафедре в твоём родном кабинете права в качестве нового классного руководителя. Нет уж, пусть это пока остаётся моим маленьким личным секретом. Хочу вживую увидеть его лицо в классе.       — Какие ещё такие дела? — совершенно не унимался любопытный Чимин, сделав аккуратный глоток из моей чашки.       — О-о-очень важные, Чимин-и! — я с улыбкой отобрал у него свой уже наполовину отпитый напиток. — Давай, иди умывайся и быстрее собирайся. Мне сегодня кровь из носу нужно выехать из дома пораньше.       — Слушай, Хён… Может, ты тогда прямо сейчас один поедешь по своим делам, а я спокойно доберусь до школы пешком? — Чимин замер, с надеждой глядя на меня. — Я уже действительно хорошо и наизусть заучил всю дорогу через дворы. Ну Юнги!!! Ну пожа-а-алуйста!!! — блондин жалобно вытянул губы уточкой и состроил умоляющую рожицу, перед которой не устоял бы и каменный идол.       — Чимин, ну мы же с тобой уже сто раз подробно говорили на эту тему, — я со вздохом отставил кружку в сторону на столешницу.       Внимательно посмотрев на парня, я заметил, как он после моих слов мгновенно погрустнел, опустив плечи. Неужели ему действительно так сильно хочется просто пройтись по утренним улицам в одиночестве?       Я ведь подвозил его до самых ворот школы вовсе не из-за личной прихоти или желания контролировать каждый шаг. Я банально коленямбеспокоился за его безопасность. А вдруг этот ублюдок Ханкон или кто-то из клиентов «Сладкого пана» случайно выследит его по дороге? Он ведь у меня такой красивый… такой хрупкий, нежный… такой уязвимый для этого жестокого мира. Такой…Ладно. Моя хвалёная оборона в очередной раз с треском провалилась, полностью уничтоженная натиском этих огромных грустных глаз. Я сдался.       — Ладно… — тяжело выдохнул я, капитулируя. — Можешь сегодня так и быть пойти в школу пешком. Но с одним очень важным условием — только если ты меня сейчас поцелуешь на прощание.       Чимин от радости, совсем как маленький ребёнок, забавно захлопал в ладоши. Он резво подскочил ко мне, обхватил своими крошечными ладошками мои щёки и подарил робкий, мимолётный поцелуй, после чего мгновенно густо покраснел до самых ушей. Младший попытался было сразу же отстраниться и сбежать обратно к раковине, но я ему этого сделать не позволил, мгновенно сцепив пальцы на его тонкой талии. Властно притянув блондина вплотную к себе, я снова прильнул к его тёплым губам, неторопливо и собственнически терзая верхнюю и нижнюю поочерёдно. Мой. Весь, до последней капли, и только мой. Чимин послушно приоткрыл рот, словно без слов отвечая на мои потаённые мысли: «Да, Юнги, только твой».       Я уверенно углубил поцелуй, вжимая младшего в своё тело ещё сильнее. Хотя, казалось бы, куда уж сильнее. Медленно изучая каждый миллиметр, я в очередной раз удивлённо подметил для себя, что этот мальчишка на вкус просто невероятно, одуряюще сладкий. Может, дело было в глотке отпитого им кофе, хотя сам я пил его принципиально без сахара, а может — всё из-за того, что я просто безумно, до беспамятства люблю этого глупого малыша.       — Думаю, это вполне достойная и честная плата за все мои утренние переживания о твоей безопасности, — хрипло прошептал я, нехотя отстраняясь от его лица, но всё ещё продолжая удерживать его в кольце левой руки.Чимин в свою очередь смущённо уткнулся носом в мою ключицу и тихо, рвано вздохнул, пытаясь унять зашедшееся в бешеном ритме сердце.       — Хё-он… Ну нельзя же так с утра пораньше, — приглушённо пробурчал он мне в пиджак.       — Можно, Мини, ещё как можно, — я ласково поцеловал его блондинистую макушку и наконец нехотя расцепил пальцы, выпуская сокровище из плена. — Всё, бегом марш умываться. И не пугайся, когда выйдешь из ванной и обнаружишь, что меня в квартире уже нет. Я изначально планировал немного опоздать в университет, чтобы спокойно отвезти тебя к воротам. Но раз уж твоё величество решило топать пешком через дворы, то и задерживаться мне здесь больше незачем.        POV Чимин       Я наивно думал, что обычная пешая прогулка до школы с утра пораньше будет какой-то… Не знаю. Весёлой? Романтичной? Хотелось просто неспешно подышать свежим весенним воздухом и спокойно обо всём подумать в тишине. Господи, как же жестоко я в итоге ошибался.       Рядом с Юнги всегда было невероятно уютно. Даже если мы на протяжении всего пути до ворот просто молчали, я всё равно чувствовал себя абсолютно защищённым и счастливым. А сейчас? В одиночку я умудрился глупо запутаться в незнакомых переулках. С ходу наступил в глубокую, ещё не высохшую после вчерашнего дождя лужу, напрочь испортив обувь. С размаху чуть не врезался в какую-то прохожую старушку. И в довершение всего — едва не опоздал на первый же урок.       Я тяжело, измотанно вздохнул, усаживаясь за свою парту в углу. Финальный звонок уже вовсю прозвенел, а учителя Кима в кабинете всё ещё не было. И это выглядело чертовски странно, ведь Тэхён никогда принципиально не позволял себе опаздывать на занятия.       В помещении тем временем царил самый настоящий первобытный хаос. Ребята рассосались кто куда, полностью забив на дисциплину. Кто-то на задних рядах оживлённо и громко пересказывал сплетни, кто-то врубил видео на телефоне на полную громкость, а пара парней у доски и вовсе в шутку дралась.       — Эй, Пак. Тебя что, твой богатый папик окончательно кинул? — прямо над моим ухом внезапно раздался ненавистный, язвительный голос Ханкона. — Я лично видел, как ты сегодня до ворот на своих двоих ковылял. Так и знал, что твой паршивый, шлюховатый характер никто долго не выдержит.       Я лишь устало закатил глаза к потолку и мысленно со всей дури ударил этого кретина коленом точно между ног. Как же он меня достал, просто до зубовного скрежета.       — А я погляжу, Хван, ты как-то слишком уж усердно и настырно лезешь в мою личную жизнь, — я лениво повернул голову и посмотрел на Ханкона в упор. — Что, неужели своей собственной обзавестись ума не хватает?       — Да кому вообще сдалась твоя грязная личная жизнь?! — Ханкон яростно сузил свои и без того узкие глаза, а его кулаки сжались. — У такой дешёвой подстилки, как ты, её по определению даже быть не может!       — Ну так если её нет, может, ты наконец-то перестанешь так нагло совать свой нос в то, чего не существует?       — Ты сейчас конкретно нарываешься, Пак!       — Знаешь, я для этого даже не стараюсь.       В эту самую секунду тяжёлая дверь в класс резко, с размаху распахнулась, и на пороге грозной фигурой вырос директор школы. Весь гомон мгновенно стих, и одноклассники в панике за секунду расселись по своим законным местам..      — Всем здравствуйте, — строго начал пожилой мужчина, степенно подходя к учительской доске и кладя на неё руку.       Следом за ним в притихший кабинет размеренным, уверенным шагом зашёл ещё один человек. Стоило мне бросить на него беглый взгляд, как я буквально онемел на месте и шокированно раскрыл рот от угасающего удивления.       — У вашего постоянного преподавателя, учителя Кима, внезапно появились крайне важные личные дела, — как ни в чём не бывало продолжил директор, обводя притихший класс внимательным взглядом. — Поэтому в школе его не будет ближайшие две недели. Но это вовсе не означает, что у вас наступили внеплановые каникулы. Знакомьтесь, молодые люди. Ваш новый временный учитель права и по совместительству исполняющий обязанности классного руководителя — Мин Юнги. Прошу любить и жаловать.