Тессеры

      Ночь глазирует дождем здания, фонари, облетающие деревья. Пляшущее пламя свечей на подоконнике — в тон скачущей ко камням мостовой луне. Слова затихают, осыпаются с губ, как листья желтеющего под окном каштана, ненужные до утра. Ночь селится на кончиках пальцев, влажно блестит на коже.       Лужи октябрьские неглубоки, но глубока ночь — единственное, что остается между; глубоки смыслы каждого жеста и движения; глубок стон, передаваемый с губ в губы.       Ночь — время для магии превращения чувств в действия, в несдержанное и искреннее признание, глухой смешок на два голоса, пронизывающее одинаково и душу и тело удовольствие. Не идеально. Не как в кино. Не по плану, не по сценарию, но по невысказанному, желанному, живому, нуж-но-му. Иначе и быть не может.       Ночь плавится, как свеча. Крупица резкости чтобы оттенить нежность, и сдержанности ровно настолько, чтобы только оттянуть приход утра — один из работающих рецептов, магическая смесь, оживающая для тех, кто верит в то, что вместе они способны и на это.       Шум дождя неловко стихает после рассвета — успокоив, убаюкав, уходит, чтобы не мешать. Светлеющее небо разливается по мостовой от дома до дома, ложится насмешливо рядом с лужицей светлого воска на подоконник золотой осколок утреннего солнца. От ночи остается огарок, неправильно перевернутое одеяло и теплая усталость в коротком шепоте, в незаметной заботе, в тихой улыбке.       И все же ни одна из ночей не кончается полностью, вкус каждой расцветает при встрече губ и утром, и через месяц, и следующей весной.