Тессеры

      Кресло-мутанта нашел в одной из неиспользующихся комнат и приволок в лабораторию грубой силой, магией и такой-то матерью Гилтиас. Рейстлин поначалу опешил, потом — возмутился, потом возмутился ещё... Но в порядок всё-таки привел. И опробовать согласился.       С тех пор мутант прочно обосновался напротив окна, под углом к камину. Ещё не диван, но уже и не кресло, оно волшебным образом идеально подходило для двоих.       Сейчас это было особенно актуально. Маяк замёрз, покрылся непроницаемым туманом над снежной коркой... Мир спал. Рейстлин застал уже одно такое затишье: на промежуток около недели жизнь будто замирала, пустели русла, по которым текла местная магия, природа погружалась в анабиоз, чтобы после вернуться к привычному, как ни в чем не бывало.       Можно было спокойно пережидать затишье: в этот период застывало даже море, промерзало на несколько миль к горизонту, маяк не был нужен даже как маяк.       И этим беззастенчиво пользовались: как сейчас, сонно устроившись вдвоем в монструозном кресле. Рейстлин, зевая иногда, показывал фокусы, растянувшийся через подлокотники и мажьи колени Гилтиас пытался разгадывать, как проворачивался тот или другой.       — Да ты магией жульничаешь!       — Ну и в чем тогда интерес? — хмыкнул Рейстлин, вытаскивая из докторского уха красивую монету.       — А ну дай сюда, — Гилтиас рассмеялся, разглядывая черный реверс с цветастой бабочкой. — Где взял-то только такую? Ей же небось и не расплатишься нигде?       — Нет, конечно. Зато красивая.       — А почему ты в больнице фокусы не показывал? — оторвавшись от монеты, поинтересовался Гил и устроился поудобнее.       Рейстлин пожал плечами:       — Просто не вспоминалось. Я очень недолго увлекался фокусами, считай, одно лето. Маму в больницу положили, а меня по счастливой случайности вместо кого-то отправили в горы, лагерь какой-то, что ли? — маг вздохнул. — Первый и последний раз. Кажется, я там только фокусами и... Что с тобой?       Гилтиас, до того все пытающийся устроиться поудобнее, замер в напряжённой позе и смотрел с удивлением.       — Я помню один лагерь... И мальчишку с фокусами!       — И ты думаешь, что... Гил, не сходи с ума. Мало ли детей этой ерундой увлекается?       — И он как раз был немного старше...       — Любой из миров полон людей, которые старше тебя, — хмыкнул Рейстлин. — Мальчишка же!       — Нет-нет-нет, даже не начинай сейчас. А в самом деле, Рейст?..       — Не бывает таких совпадений.       — Таких... — Гил обвел рукой все вокруг, — тоже не бывает, вообще-то!       — Ладно, возможно. Как место называлось? И где?       — Двадцать лет прошло, — протянул Гил несчастно. — И пробыл я там недолго... Даже не успел подойти и попросить научить и меня тоже фокусам. А ты помнишь какие-то ориентиры?       Маг задумался, но через несколько секунд с сожалением покачал головой.       — Кажется, вообще ничего. Совсем не о том думал. Если это был я, то хорошо, что ты не подошёл.       — Но ты признаешь, что это возможно?       — Может быть...       — А это могло как-то?..       — Повлиять на нас? Ещё тогда? Магически?       — Угу.       — Гил, ну как это можно знать? Даже если это был я...       — И этого мы тоже никогда не узнаем точно, да? — грустно, уже зная ответ, спросил доктор.       — Наверное, — маг нахмурился. — Гил, мы встретились вовремя.       — Я и не спорю, — поднял доктор примирительно руки. — Просто любопытно. Забавно было бы...

***

      Когда магу не спалось, это бывало заметно.       — Что? — привычно маякнул, что тоже не спит, Гил.       — Тебе все еще любопытно?       — А что?       — То зелье, которым я возвращал себе память...       — Нет!       — Хоть дослушай. Его ведь можно доработать. Спокойно, без спешки, без...       — Ни за что. И уж точно не по такому дурацкому поводу!       Маджере мягко улыбнулся:       — А кто подал мне эту мысль?       — Вот мне ее и верни! К тому же, если мы будем знать точно, это будет только один вариант. А пока можем верить в тот, который больше нравится. Или придумать еще какой-нибудь.       — Прошлое Шрёдингера? Но в реальной, свершившейся вселенной-то есть только один правильный вариант, и его мы не знаем.       — Знаем, ты его уже озвучил, — вздохнул Гилтиас. — Мы встретились вовремя. Лучше иди сюда и скажи, а вот тот телескоп, который на втором этаже пылится...