Тебе никто не навредит

Воздух в подземелье мгновенно стал плотным, как свинец. Гарри почувствовал, как магия Мэнора, только что ласково принявшая его кровь, яростно ощетинилась. Дом зарычал — глухим, подземным эхом, от которого задрожали каменные плиты под ногами. Северус среагировал за долю секунды. Он не стал тратить время на обвинения или вопросы. Заклинание, сорвавшееся с его палочки, было соткано из чистой, первозданной тьмы — *Сектумсемпра*, модифицированная для удержания щитов, полетела в сторону директора, оставляя в воздухе черный шлейф. Дамблдор даже не шелохнулся. Взмах Бузинной палочки — и перед ним выросла стена из ослепительного белого пламени. Заклинание Снейпа врезалось в нее и разлетелось мириадами искр, которые с шипением гасли на сырых камнях пола. — Альбус, ты перешел черту, — голос Северуса вибрировал от сдерживаемой ярости. Он сделал полшага назад, закрывая Гарри собой, но его палочка описывала в воздухе сложные, смертоносные фигуры. — Твое «общее благо» закончилось там, где ты посмел явиться в мой дом без приглашения. — Этот дом скрывает то, что не принадлежит тебе, Северус, — мягко, но с пугающим давлением ответил Дамблдор. Его взгляд на мгновение переместился на Гарри, и в глазах директора промелькнуло разочарование. — Гарри, мальчик мой, ты совершаешь ужасную ошибку. Сила, к которой ты взываешь, осквернит твое ядро. Позволь мне помочь тебе. Защита твоей матери… — Не смей говорить о моей матери! — выкрикнул Гарри. От его крика факелы на стенах вспыхнули синим пламенем. Избыток магии Мэнора, бушующий в его венах, требовал выхода. Истощение никуда не делось, но сейчас его перекрывал чистый, концентрированный адреналин. Гарри чувствовал, как за его спиной, в открывшемся архиве, пульсирует «Клятва Крови», призывая его завершить ритуал. — Отец, держи его! — крикнул Гарри, бросаясь глубже в открывшуюся нишу архива, прямо к массивному каменному постаменту, на котором лежал древний пергамент, оплетенный серебряными нитями. — Гарри, нет! — Дамблдор впервые проявил поспешность. Он вскинул руку, и из его палочки вырвался луч чистой кинетической энергии, способный раздавить человека. Но Северус уже стоял на его пути. — *Протего Тоталус!* — рявкнул Снейп. Удар был такой силы, что защитный барьер отца треснул с оглушительным звоном. Северуса отбросило назад, он сильно ударился плечом о каменный косяк двери, но устоял, мгновенно перегруппировываясь и посылая в Дамблдора каскад сложнейших проклятий, которые заставили директора отступить на шаг. В это время Гарри добежал до постамента. Серебряные нити на пергаменте жгли пальцы даже на расстоянии, чувствуя чужака. Но в Гарри текла кровь Принцев. — Я, Гарри Джеймс Поттер-Принц, взываю к Магии Рода! — тяжело дыша, произнес он формулу, которую Снейп заставлял его учить во время уроков этикета. Он прижал окровавленную ладонь к центру пергамента. — Прими мою кровь, утверди мои права и защити мой дом! Пространство вокруг взорвалось серебряным светом. Гарри ожидал боли, ожидал, что его ядро разорвется от резонанса, но вместо этого он почувствовал невероятную, оглушительную тишину. Магия Мэнора замкнулась внутри него. Серебряные нити на пергаменте вспыхнули, впитались в его кожу и растаяли, оставив на запястье едва заметный след в виде переплетенных линий — знак эмансипации и признания Рода. Дамблдор, собиравшийся нанести следующий удар по Северусу, замер. Его палочка медленно опустилась. Магический фон в подземелье изменился безвозвратно. Мэнор больше не просто сопротивлялся — теперь он выталкивал чужака. Воздух вокруг директора начал сжиматься, лишая его возможности дышать и концентрировать чары. — Ты опоздал, Альбус, — тяжело дыша, произнес Северус. На его щеке горела царапина от осколка камня, но на губах играла холодная, торжествующая усмешка. — Магия Рода зафиксировала его статус. С этого момента Министерство не имеет над ним власти. И ты тоже. Дамблдор посмотрел на Гарри, затем на Северуса. В его взгляде больше не было отеческой теплоты — только расчетливая, холодная оценка понесенных потерь. — Вы выиграли этот раунд, Северус. Гарри, — директор грустно покачал головой. — Ты выбрал опасный путь. Твоя мать не хотела бы для тебя такой судьбы. С этими словами Дамблдор сделал шаг назад, и Мэнор, повинуясь безмолвному приказу Гарри, буквально вышвырнул его со своей территории через принудительную аппарацию за пределы защитного купола. В подземелье воцарилась тишина. Гарри пошатнулся, чувствуя, как магия дома резко уходит, оставляя после себя звенящую пустоту. Ноги подогнулись, и он начал падать. Северус оказался рядом в то же мгновение. Он подхватил сына, не давая ему удариться о каменный пол, и крепко прижал к себе. — Всё кончено, Гарри. Ты справился, — шепнул отец, и его голос заметно дрожал. — Мы справились. Гарри уткнулся лбом в плечо отца, чувствуя, как сознание медленно покидает его, но впервые за долгое время ему не было страшно. Они защитили свой дом.