Тебе никто не навредит

Утро началось с непривычного оживления. Принц-мэнор словно стряхнул с себя многовековую пыль и настороженность: гобелены в коридорах больше не казались мрачными, а пламя в каминах горело ровным, золотистым светом. Магия дома приветствовала своего молодого лорда. Гарри чувствовал себя значительно лучше. Хотя палочку в руки брать по-прежнему запрещалось, прилив родовой силы помог ему перешагнуть через критическую стадию истощения. Серебристая вязь на левом запястье приятно покалывала, напоминая о случившемся в подземельях. Ровно в одиннадцать часов камин в парадной гостиной вспыхнул зеленым, и из него элегантно, без единой пылинки на дорогой мантии, вышел Люциус Малфой. Следом за ним, сдержанно оглядываясь, появился Драко. — Северус, — Люциус приветственно склонил голову, его трость с набалдашником в виде головы змеи тихо стукнула о паркет. — Известия из Визенгамота застали меня врасплох, но признаться, я давно не видел Альбуса в столь… растерянном состоянии. — Он рассчитывал на легкую добычу, Люциус, — отозвался Снейп, жестом приглашая гостей присаживаться. — Но недооценил силу, которая защищает этот дом. Драко тут же устроился в кресле напротив Гарри. В его серых глазах горело бешеное любопытство, смешанное с непривычным уважением. Он скользнул взглядом по запястью Поттера, замечая серебряные линии. — Поттер… то есть, Принц, — Драко хмыкнул, качнув головой. — Ты хоть понимаешь, что ты устроил? Отец полночи отправлял сов. Визенгамот на ушах. Дамблдор пытался доказать, что тебя опоили зельями или заставили провести ритуал силой, но магия Рода не принимает принуждения. Ты теперь официально вне его досягаемости. — Я просто взял то, что принадлежит мне по праву, Драко, — спокойно ответил Гарри, и в его голосе прозвучали те самые холодные, уверенные нотки, которые он подсознательно перенял от отца. — Это только начало, — прервал их Люциус, его лицо стало серьезным. — Альбус задействует все свои связи в Министерстве, чтобы выставить эмансипацию как опасный прецедент. Он будет давить на то, что «Герой магического мира» попал под дурное влияние бывшего Пожирателя Смерти. Северус, в Хогвартсе вам обоим устроят ад. — Хогвартс — это школа, управляемая Попечительским советом, Люциус, — ледяным тоном напомнил Снейп. — И ты, насколько я помню, все еще имеешь там вес. Наша задача — сделать так, чтобы появление Гарри в Большом Зале 1 сентября исключало любые двусмысленные шепотки. — Мы объявим о твоем статусе официально через «Ежедневный Пророк» за день до начала семестра, — кивнул Люциус, переводя взгляд на Гарри. — Никаких слухов. Только сухие факты, заверенные Гринготтсом. Когда ты выйдешь из Хогвартс-Экспресса, администрация школы будет обязана предоставить тебе отдельные апартаменты, как эмансипированному главе Рода. Дамблдор не сможет даже вызвать тебя в свой кабинет без официального уведомления твоего отца или твоего личного согласия. Гарри посмотрел на Северуса. Отец сидел, скрестив пальцы на коленях, и внимательно слушал Малфоя. Между ними больше не было тайн. Конфликт у Гремучей ивы, слабость, страх — всё это осталось позади. Теперь они были единым целым перед лицом общей угрозы. — Мне нужно будет подготовить защитные амулеты для Хогвартса, — произнес Северус, глядя на сына. — Директор не сможет коснуться тебя магией закона, но он мастер ментальных манипуляций. Твоя окклюменция должна стать абсолютным щитом. — Я готов учиться, отец, — твердо ответил Гарри. — Сколько бы времени это ни заняло. Драко переглянулся со своим отцом, и на его губах появилась предвкушающая ухмылка. — Похоже, этот учебный год на Слизерине будет самым интересным за всю историю школы. Поттер… прости, Принц, готовься. Мы покажем им, как чистокровные защищают своих.