Тебе никто не навредит

Большой Зал Хогвартса еще никогда не выглядел столь зловеще и торжественно одновременно. Обеденные столы факультетов были сдвинуты к стенам, освобождая огромное пространство в центре. За преподавательским столом, помимо бледного и собранного Дамблдора, восседал министр магии Корнелиус Фадж, нервно тискавший в руках свою неизменную котелковую шляпу. Но главное внимание привлекала делегация, стоявшая прямо у входа. Люциус Малфой в роскошной мантии цвета ночного неба, опираясь на трость, возглавлял Попечительский совет Хогвартса. За его спиной стояли пять влиятельнейших лордов Магической Британии. Когда Гарри, Северус и Драко вошли в зал, тяжелые дубовые двери с грохотом захлопнулись за их спинами. — Альбус, это безумие! — Фадж сорвался с места, едва завидев Снейпа и Гарри. — Попечительский совет требует отмены твоего личного приказа! Но министерские авроры пострадали! Долиш до сих пор не может внятно разговаривать! — Корнелиус, успокойся, — мягко, но с пугающей сталью в голосе произнес Дамблдор, поднимаясь со своего трона. Он посмотрел на Гарри, и в его глазах вспыхнуло разочарование. — Гарри, мальчик мой. Ты привел сюда политиков, чтобы защитить то, что разрушает тебя изнутри. Магия Рода Принц ослепила тебя. Я, как директор этой школы, требую, чтобы ты добровольно снял перстень Наследника и проследовал со мной в Мунго для стабилизации твоего ядра. Это ради твоего же блага. — Ваше «общее благо», директор, закончилось в тот момент, когда вы отправили авроров штурмовать дом моего сына, — ледяной голос Северуса Снейпа заставил Фаджа вздрогнуть. Профессор сделал шаг вперед, полностью заслоняя Гарри. — Юридически Гарри Поттер-Принц — эмансипированный лорд. Ваши приказы здесь не имеют никакой силы. — Хватит фарса, Альбус, — Люциус Малфой плавной походкой вышел в центр зала. Его трость звонко ударила о каменный пол. — Попечительский совет Хогвартса единогласно проголосовал за вынесение вам официального вотума недоверия за превышение должностных полномочий и злоупотребление властью в отношении студента. Если вы сейчас же не отзовете свой незаконный приказ, мы инициируем процедуру вашего отстранения от должности директора. Дамблдор медленно перевел взгляд с Люциуса на Гарри. Старик выглядел загнанным в угол, но его Бузинная палочка уже скользнула в ладонь. Магия в зале накалилась до предела — свечи над головами начали бешено мигать, а воздух потяжелел. — Вы не понимаете, — тихо сказал Дамблдор, и его голос разнесся по залу, усиленный чарами. — Мальчик должен быть защищен. Если он уйдет к вам, Тьма победит. Я не позволю... Директор вскинул палочку, направляя её прямо на Гарри, намереваясь применить принудительные связывающие чары Хогвартса. Но он опоздал. Драко Малфой, до этого момента молча стоявший рядом, резко выставил руку вперед, перехватывая ладонь Гарри. — Контрактум Протего! — одновременно выкрикнули Гарри и Драко. Их родовые кольца — сапфир Принцев и фамильный перстень Малфоев — вспыхнули единым, ослепительным серебряно-зеленым щитом. Это не была просто школьная защита. Это был резонанс двух древнейших чистокровных Родов, связавших свои магии ради защиты друг друга. Заклинание Дамблдора с сухим треском врезалось в этот барьер и бессильно разлетелось на искры. Магическая волна отката заставила директора пошатнуться и сделать шаг назад, тяжело оперевшись о стол. Бузинная палочка в его руке мелко задрожала. Замок Хогвартс, почувствовав объединенную силу двух Лордов и решение Попечительского совета, глухо загудел, вставая на сторону защищающихся. Древняя магия школы больше не подчинялась Дамблдору. — Всё кончено, Альбус, — спокойно и твердо произнес Гарри, выходя из-за щита. Его окклюменция была безупречна, а взгляд — чист и холоден. — Вы проиграли. Моя магия принадлежит мне и моей семье. И вам её больше никогда не коснуться. Корнелиус Фадж, бледный как смерть, быстро переглянулся с Люциусом Малфоем и, кашлянув, поспешил объявить: — Приказ директора Дамблдора аннулирован ввиду... эмм... явных юридических несоответствий. Лорд Поттер-Принц полностью свободен в своих перемещениях. Дамблдор медленно опустился обратно на свой трон. Его плечи поникли. Великий светлый волшебник впервые за многие десятилетия остался абсолютно один, поверженный силой, которую он так долго пытался подчинить — силой любви, верности и крепких семейных уз. Гарри повернулся к Драко. Серые глаза Малфоя сияли торжеством и чем-то еще, гораздо более глубоким. Драко улыбнулся — открыто и мягко, только для него одного. Гарри сжал его руку, понимая, что отныне их общая история изменилась навсегда. Северус Снейп подошел к мальчикам, его рука тяжело и уверенно легла на плечо сына. — Идемте домой, — тихо сказал отец. — Нам больше нечего здесь доказывать.