Азикроу: зарисовки

Азирафаэль очень тактильный и это работало не только с Кроули. Увлечённый разговором с каким-нибудь довольно интересным человеком, Азирафаэль позволял себе похлопывания по плечу, а иногда хватания за руку, когда его особенно восхищали человеческие идеи (а, например, в компании его замечательного друга Леонардо это случалось особенно часто). А в Хэллоуин и Сочельник дети, постучавшиеся в двери книжного магазина (а намного позже - милого коттеджа) неизменно получали вкусные конфеты и взъерошенные добрым прикосновением волосы. Через прикосновения ангел делился хорошим настроением и добром. Это было то, что ангел дарил людям. Но всё остальное - да. Оно доставалось исключительно Кроули. Демон лежал на диване, о чём-то пьяно рассуждая, а его голова покоилась на ангельских коленях. Азирафаэль нежно массировал кожу головы, перебирал короткие прядки волос, из-за чего Кроули постоянно сбивался с мысли, всё больше и больше просто заглядываясь на ангела и при этом неконтролируемо проваливаясь в сон. Он тянется рукой, чтобы описать в воздухе какую-то фигуру, когда его ладонь перехватывают, а уже секунду спустя Кроули чувствует, как Азирафаэль невесомо целует костяшки его пальцев. И Кроули честно не понимает, по какой причине он ещё не стёк на пол счастливой лужей, потому что в груди его затапливает какое-то невообразимо светлое и тёплое чувство, которое он совершенно не знает, как выразить, но однозначно должен донести его до своего ангела. Способа лучше объятий человечество ещё не изобрело. Раннее утро и Кроули стоит у окна спальни в своей квартире. За спиной, на кровати, тихо сопит Азирафаэль. Он спит, прижав к себе освободившееся одеяло, как бы ища, кого обнять, ресницы периодически трепещут, потому что Азирафаэль - в отличии от Кроули - приучил себя моргать ещё шесть тысячелетий назад, а кудряшки забавно примялись. Он просыпается тихо, просто в какой-то момент открывает глаза, и взгляд почти сразу упирается в тёмный силуэт спины. Азирафаэль улыбается, перекатывается на кровати и встаёт на пол, в два шага оказываясь у Кроули за спиной. Он кладёт руки Кроули на лопатки и неторопливо ведёт их к рёбрам, заключая в замок на груди. Кроули не вздрагивает и улыбается, откидывая голову Азирафаэлю на плечо, а тот нежно целует его в основание открывшейся шеи. Что бы Кроули ни тревожило, оно только что успешно растворилось. Или растворится спустя мгновение, когда Азирафаэль развернёт белоснежные крылья и скроет их с Кроули в шалаше из перьев, тепла и уюта. Азирафаэль неторопливо идёт по тропинке рядом с Кроули. Они обсуждают, какие шторы лучше повесить в гостиную, какая лампа подойдёт для спальни, стоит ли приобретать ещё один горшок с фикусом, если тот, который у них уже имелся, остался глух к угрозам Кроули (не по той причине, что угрозы Кроули были плохими, а по той, что за спиной демона каждый раз стоял ангел и подмигивал растению, а после подходил, и, мягко брав демона под локоть, уводил того пить какао, которое по необъяснимой причине к их приходу превращалось в вино). Из молодой рощицы неподалёку раздаются трели соловья и Азирафаэль, абсолютно счастливо улыбаясь, берёт Кроули за руку, осторожно сжимая пальцами его узкую ладонь. Кроули немного наклоняется и целует Азирафаэля в висок. Дважды, потому что первый раз он совершенно случайно промахивается и проезжается носом и губами по светлым кудрям. Разговор продолжается как ни в чём ни бывало, просто теперь присутствуют небольшие дополнения в виде крепко сцепленных рук и соловьиной песни.