Torn

Гарри не вставал неделю. Впрочем, как не вставал. Под себя он не мочился, если это кого-то заботило, но остальном он не вставал. Сметвик заходил каждый день. Первый раз он не успел поздороваться, как его вымело магией за дверь, и та захлопнулась за ним. На второй день он успел задать пару вопросов, прежде чем невидимая рука пригвоздила его к стене и с чувством шарахнула о штукатурку. Он предпочёл уйти сам. На третий день Гарри лежал и смотрел в потолок. Сметвик осторожно присел рядом и принялся рассказывать о болезни, говорил, что они уже сделали, какое лечение применяли. Пытался даже объяснить, почему сразу ему ничего не сказали. Они надеялись, что мозг достаточно быстро справится сам, и все функции восстановятся. Такое бывает. Ответа он, впрочем, не дождался. На четвёртый при виде него Гарри отвернулся к стене и прикинулся спящим. На пятый целитель стал злиться. Топал ногой и говорил, что если Гарри не начнёт вставать и нормально есть, им придётся кормить его насильно. На шестой день целитель стал торговаться. Спрашивал, чего бы Гарри хотелось, может быть, прогуляться или увидеть друзей. На седьмой пришли Рон и Гермиона. При виде них у Гарри не хватило сил держать осаду. Рон выглядел уставшим и сильно повзрослевшим. Гермиона похудела, синяки под глазами занимали с пол-лица. Она сходу бросилась к нему и заключила в объятия. Гарри не мог не ответить. Они проговорили почти весь день. Гарри не был готов рассказывать о себе, поэтому расспрашивал друзей. - Это было... это было сложно, - Гермиона, сидевшая на краю кровати, отвернулась к окну. - Было много похорон. Кого-то приходилось хоронить отдельно, кого-то удавалось одновременно. Профессор Люпин и Тонкс - в Годриковой впадине. Недалеко от твоих... твоих родителей, - ее голос часто сбивался, тогда Рон клал ей руку на плечо, - Лаванду забрали родители. Ее мама так плакала, Гарри, она так плакала. Казалось, что она тоже умрет там же. Профессора Вектор забрать было некому, ее похоронили рядом с профессором Дамблдором. И профессора... - она закрыла глаза, ей нужна была минутка, прежде чем продолжить, - профессора Снейпа - тоже. Там теперь очень красиво. Деревья посадили, они уже цветут. Думаю, ему бы понравилось, там очень спокойно. Рон, поняв, что подруга почти кончилась, продолжил сам: - Фреда похоронили недалеко от дома. Джордж пока не оправился. Мама тоже. Он пьёт, она плачет. Но потихоньку становится проще, и им, и нам. Флёр с Биллом приезжают каждые выходные. Джинни, - он сделал паузу и посмотрел на друга, - она все время спрашивает о тебе, не стало ли тебе лучше и нет ли новой информации от целителей. А я не знаю, что сказать. - Скажи ей, что я сумасшедший. И что это надолго. - Ну зачем ты так, Гарри, - вспыхнула Гермиона. - Целитель Сметвик говорил, что твой мозг защищается таким образом, чтобы постепенно обработать всю ту боль, что на тебя свалилась. Я знаю, ты много сделал, чтобы спасти Мал... Драко, и во время войны, и после. - А я не знаю, - отрезал Гарри куда жёстче, чем ему хотелось бы. - Что? - Гермиона и Рон одновременно переглянулись. - Я. Не. Знаю. Не знаю, что произошло, и как я тут оказался. Все это время я не знал, что чокнутый, и что целители просто смотрят на то, как я все дальше еду кукухой, и надеются, что оно само рассосётся! Я не знал, что пытался спасти Малфоя ПОСЛЕ битвы, потому что в моей голове с ним ничего не произошло после того, как мать увела его из Хогвартса. Я не знал, что мне и это не удалось! Я! Ничего! Не знаю! - стёкла зазвенели и пошли трещинами, потолок задрожал и начал осыпаться мелкой крошкой. - Успокойся, Гарри, давай я расскажу, что сама знаю. Нам никто не говорил, что ты не знаешь, что с тобой, просто объясняли, что у тебя сильный стресс и тебе нужен отдых, в первую очередь от тревог. Не разрешали приходить, так как новостей хороших у нас не так много. Давай я все расскажу, - она говорила торопливо, сжав его руку в своей ладошке, но тут в палату вбежал Сметвик в компании двух стажеров и Рона с Гермионой выпроводили, пообещав, что «они смогут навестить мистера Поттера чуть позже, а сейчас самое время отдохнуть». Последнее, что увидел Гарри, прежде чем снова упасть в спасительную темноту - это как сильные руки молодого целителя подталкивают Гермиону к выходу, а она оборачивается и зовёт его. На лице страх, но она обещает, что все будет хорошо. Похоже, его и правда перевели на принудительное питание. Это было первое, о чем подумал Гарри, когда очнулся. Он посмотрел на целый, без трещин, потолок над головой. Окна тоже были в порядке. В голове было тихо и пусто, есть не хотелось. Он пошевелился. Почувствовал руки, потом ноги, подвигал головой. Вроде ничего не болит. Не так плохо для начала. Раз с головой он больше не дружит, так хоть тело не подводит. Можно, кстати, выразить ему за это благодарность. С этой мыслью он поднялся с кровати, осторожно, так как после стольких дней в горизонтальном положении его немного шатало, и дошёл до ванной. Из зеркала на него смотрел не человек - сам черт. Лицо исхудало, скулы выступали, казалось - притронься, и порежешься. Волосы напоминали гнездо, глаза ввалились. Руки свободно болтались в руках пижамной куртки. Начало мутить, не то от усилия добраться сюда, не то от отражения в зеркале. Пришлось приложить немалые усилия, но Гарри методично принялся приводить себя в порядок. Тело, волосы, лицо, зубы, уши - все подверглось самой тщательной обработке. Иногда приходилось присаживаться и отдыхать, но Гарри был твёрд в своем желании продолжать. Что бы не задумали целители, их план не работал. С каждым днём Гарри все меньше походил на здорового человека. А значит, пришло время взять ситуацию в свои руки. Он пока не знал, как это произойдёт, и что придётся сделать, но... Не впервой. Он справится сам. И с этим он тоже справится. Прошло не меньше часа, прежде чем он вернулся в палату. В комнате отвратительно пахло. Болезнью, немытым телом и чем-то ещё. "Наверно, так пахнет безумие", - подумал Гарри и невесело улыбнулся. Теперь пришло время поесть. Он заколотил в дверь палаты. Тут же прибежал тот самый целитель-стажёр, что почти унёс отсюда Гермиону. Это было вчера? Или месяц назад? Неважно. - Мистер Поттер, что-то случилось? - Я хочу есть, - просто ответил Гарри и сел за стол. - О, - целитель растерялся, - я сейчас пришлю эльфа, одну минутку. Минут через двадцать перед Гарри стояла пиалка с куриным супом и чай. Он осторожно принялся есть, понимая, что после его частично добровольной голодовки скрутить может в любой момент. Он как раз допивал слегка остывший чай, как за спиной раздался голос: - Паршиво выглядишь, кстати. Поттер подскочил так, что опрокинул стул. Холодный пот прошиб от шеи до поясницы. Он не хотел оборачиваться. - Эй, Гарри. Если ты не перестанешь буянить, сюда опять сбежится половина больницы. Они тебе разве не надоели? Гарри сильно зажмурился. Да что же такое-то. Может, его проклял кто? - Не думаю, что прокляли. Скорее, ты должен сам себе задать пару вопросов. Гарри наконец обернулся. Малфой, как ни в чем не бывало, сидел на краю «своей» кровати. Нога была закинута на ногу, волосы аккуратно причёсаны, начищенной туфлей немного нетерпеливо отстукивает по полу. Да-да, Драко был совсем не в больничной одежде, он был одет так, как выглядел бы, наверно, теперь, будь он просто молодым лордом Малфоем, а не мертвым бывшим Пожирателем Смерти. Темно-синий костюм сидел точно по фигуре, серебристый шейный платок уходил под на две пуговицы расстёгнутый ворот рубашки. Сама рубашка была темно-серой и, конечно же, дорогой даже на вид. - Чего вырядился-то? Драко оглядел себя. Придирчиво поправил воротник рубашки и поддёрнул рукава пиджака. - А разве так тебе не нравится? Как по мне - так гораздо лучше, чем в этой твоей робе. Ты похож то ли на беглого преступника, то ли на пациента отделения для буйнопомешанных... Ах да, - Драко улыбнулся, - ведь так и есть. Гарри просто смотрел на него. Он сам не мог понять, что должен чувствовать. Он должен злиться? Должен просить его уйти? Должен позвать целителей? Нет, они не помогут, это уже опытным путём проверено. Проведя руками по волосам, он наклонился, не торопясь, поднял стул, сел обратно, и даже постарался отзеркалить позу Малфоя. Ногу закинул на ногу, выпрямил спину, поправил воротник пижамы. Только сношенный тапочек жалко повис, держась на пальцах ног, совсем не такой эффектный, как блестящие ботинки Малфоя. - Ну да, я псих. А ты сдох. И кому из нас хуже? - Тебе, - засмеялся Малфой. - Мне-то уже все равно. - Не похоже, - Гарри не сдавался. - Иначе зачем ты снова приперся? - Это не я, - пожал плечами Драко, - это ты меня не отпускаешь, Гарри. - Я не отпускаю? Да я готов Мерлину задницу поцеловать, лишь бы ты исчез, и я смог отсюда выйти. - Мне кажется, мой визит зашёл в тупик, - Малфой поднялся, разгладил невидимую складку на костюме. - Позволишь уйти? - Можешь и не возвращаться. - Я бы хотел, Гарри, я бы хотел, - Драко вышел из палаты. Гарри схватил стул, замахнулся им в сторону двери и замер. Нельзя. Он должен взять себя в руки, только так есть шанс сдвинуть все это с мертвой точки. Если позволить сейчас себе сорваться, устроить погром, в очередной раз напугать целителей, он рискует снова провалиться в то бездумное состояние, в котором существовал до сих пор. Нельзя. Нельзя. Он должен выйти отсюда. Он аккуратно поставил стул на место. *** - Доброе утро, мистер Поттер. Я слышал, вы вчера вечером сами поужинали, и выглядите не в пример лучше. - Доброе утро, целитель. Мне можно открыть окно? Пахнет тут, прямо скажем, так себе, - Гарри хотел было улыбнуться осторожно вошедшему Сметвику, но поостерегся. Не надо переигрывать. Если они просто решат, что его крыша поехала в другую сторону - это ничем не поможет. Спокойствие и смирение - вот верный путь для человека, который очень хочет поправиться. - Конечно, Гарри, я так рад, что вы чувствуете себя лучше, - Сметвик расслабился и заулыбался, - как только чуть окрепнете, сможете снова гулять, и мы пригласим ваших друзей. Они буквально засыпали меня совами, - доверительно закончил он. - Это хорошо, но пока прогулка мне не по силам. - Конечно, может быть, через пару дней. А пока пейте общеукрепляющие зелья и не пропускайте приёмы пищи, - Сметвик разве что в ладоши не хлопал, - Мы живо поставим вас на ноги. *Из записей личного дела пациента Гарри Джеймса Поттера. В состоянии пациента впервые заметен прогресс. Он стал следить за собой, начал добровольно питаться. Интересуется окружающей действительностью. Адекватно реагирует. Похоже, после сильнейших выбросов энергии он смог выплеснуть весь свой сдерживаемый гнев и готов принять реальность и начать путь к исцелению* *** - Такой пай-мальчик, - протянул Малфой. - Пошёл ты. - Ты в курсе, что стал со мной гораздо грубее теперь, когда знаешь, что я мёртв? - Ты сам-то себя слышишь, Малфой? - Я - это ты, Гарри. Почему ты злишься на меня за то, что сам снова хотел, чтобы я был тут? - Ты меня отвлекаешь. - Ну извините, - фыркнули за спиной. - Малфой, если хочешь сделать что-то полезное, можешь молча сидеть рядом и выглядеть красиво. - Ладно, - пожал плечами Драко. Он подошёл к Гарри, забравшись рядом с ним на кровать. Сел чуть позади, сложил руки на плече Гарри и положил подбородок на сложённые ладони. - А что ты делаешь? - Молча, Драко, помнишь? - Молчу. Гарри закатил глаза. - Так что ты делаешь? - Две минуты! Ты продержался две минуты! - Мне скучно. А ты ничего не делаешь. - Я думаю. - Не уверен, что ты привык к такому. Давай лучше думать вместе. - Что ж, если он действительно пустит сюда Рона и Гермиону, это будет опасно. Они меня знают куда лучше, и если я облажаюсь, они поймут, что что-то не так. Я на самом деле не хочу их обманывать, понимаешь, но и о тебе не могу рассказать. О том, что ты вернулся. А значит, что о выздоровлении речь не идёт. И я не знаю, как объяснить друзьям, что не надо никому об этом говорить. Это же не школьная шалость, где можно просто попросить «только никому не говори», и дружеский кодекс требует от тебя сохранить тайну. Тем не менее, местное лечение не помогает. А значит, я просто... - Ты просто должен отсюда выбраться? - Драко погладил его пальцем по щеке. - Именно. На свободе я смогу сделать гораздо больше. - Например? - В первую очередь я смогу узнать, что именно с тобой случилось. - Почему не спросишь у них? - Честно? - Конечно. - Я боюсь, что если заговорю о тебе, они снова накачают меня успокоительными и я проведу ещё пару недель овощем на кровати. - Я бы не был так уверен, но твои опасения мне вполне понятны. - Именно поэтому я хочу попробовать сделать это сам. Я уверен, что на свободе смогу найти помощь. И того, кто расскажет мне, что в действительности произошло после Битвы, и того, кто поможет мне... поможет с тобой. Поможет сделать так, чтоб ты смог уйти. - Вот вроде правильно все говоришь, а даже обидно, - Драко насупился. - В каком смысле? - Если я правда мёртв, возможно, ты - мой последний шанс ещё немножко, ну знаешь, пожить, - он аккуратно придвинулся ближе и коснулся губами шеи Гарри, прямо под ухом. - Ещё немножко насладиться этим, - он прихватил губами мочку уха, - и этим тоже, - осторожно обвил руками талию Гарри. - Малфой! - Что Малфой? Я последние два года своей жизни трясся за себя и своих родных каждый чертов день, я боялся быть в школе, потому что мне казалось, что каждый, кто смотрит на меня, знает о моей Метке и о том, что я должен сделать, боялся быть дома, потому что там поселился этот больной маньяк. Я думал, что когда все закончится, так или иначе, я обрету покой. Но я не думал, что этот покой будет вечным. Я так много не успел, Гарри, - он зарылся носом в его волосы, вдыхая запах, терся, прижимаясь все ближе и ближе. Прильнул грудью к спине Гарри, а язык его в это время вылизывал раковину уха. Голос Драко понизился до хриплого шепота: - Я ничего не успел, Гарри. Не успел полюбить, не успел насладиться чьей-то близостью по-настоящему, не успел проснуться с кем-то в кровати и все утро заниматься любовью. Не успел получить диплом, не успел завести семью, не успел увидеть, как мой сын первый раз сядет на метлу. Гарри больше не мог это слушать, он обернулся и подмял Драко под себя. - Ты меня прикончишь, Малфой. Ты просто наваждение. - Я и есть наваждение, - Драко улыбнулся и просто протянул к нему руки. Мир вокруг сжался до них двоих, одежда полетела в сторону, Гарри не мог думать, он только чувствовал жар тела, распростертого под ним. В эту минуту было не важно, где они, есть ли они. Он впивался губами в шею Драко, слушая, как стоны рвутся из его груди, ласкал, гладил везде, куда мог дотянуться, терся об него в исступлении, в отчаянии. Его рука скользила по влажной гладкой коже ниже, пока не обхватила Драко между ног, заставляя его выгибаться и открывать рот в беззвучном крике. Он немного сжал ладонь, не давая Малфою отделаться так быстро. А после скользнул вниз, не спрашивая себя, как он собирается делать то, что никогда не умел. Не спрашивая себя, как ему это вообще в голову пришло. Все, чего он сейчас хотел - это доставить Драко удовольствие и, может быть, вычеркнуть один пункт из его списка того, что тот не успел. Оказавшись лицом к... ну, пусть будет, к лицу с подрагивающим членом Драко, он осторожно подул на головку. Драко вздрогнул. Гарри не торопился взять его в рот, он отвёл его ногу в сторону, зарываясь лицом в промежность Драко и вдыхая мускусный запах возбуждения. Нетерпеливые пальцы запутались в его волосах и больно дёрнули. - Если ты собирался там спать, Поттер, я тебя прикончу. Воскресну ради этого и прикончу тебя. Гарри хрипло засмеялся, чуть отстранился, и обхватил губами головку. Лизнул, попробовал на вкус. Странно, но ничего критичного. Опять же, это просто его больная фантазия, так что он так и не узнаёт, каково на вкус мужское возбуждение. Приятно ли это или противно? Сейчас было приятно. Он выбросил все эти отвлекающие мысли из головы, и сосредоточился на дрожащем под ним Драко. Провёл языком, чуть сжал губы. Услышал над головой стон. Вроде так правильно. Наверно, Гарри самому бы именно так и понравилось. Расслабив рот, он пропустил член глубже в себя, тот упёрся в нёбо. Чуть повернул голову, чтобы вобрать немного глубже. Начал плавно двигать головой. Несколько движений Драко держался, а потом толкнулся навстречу. Гарри поймал руками его бёдра, придержал, чтобы не подавиться. «Чем подавиться? Вымышленным членом вымышленного Малфоя?» «Заткнись» «Как знаешь» Гарри удерживал его и методично двигал головой вверх-вниз, перед самой головкой усиливая давление губ. Ему казалось, что ему бы именно так было особенно приятно. Там, над ним, Драко стонал и закусывал ладонь, чтобы сильно не шуметь. Его движения становились все более хаотичными и Гарри ускорился, двигая головой все быстрее и быстрее. В какой-то момент Драко выгнулся дугой, до боли сжав пальцы в его волосах. Из глаз его брызнули слёзы. Гарри не оставалось ничего другого, кроме как послушно замереть в ожидании, пока тот изольётся ему в рот. Вкуса не было. Он не мог представить, какая на вкус была бы сперма Драко. Он просто ждал, пока тот перестанет дрожать. Потом подполз выше, притянув к себе мокрое от пота тело, обнял за плечи и уложил головой себе на грудь. Перебирая слипшиеся потемневшие пряди, он лежал и смотрел в потолок. Потом не удержался и осторожно, так чтобы воображаемый Драко не заметил, протянул руку к своим штанам, скользнул внутрь и собрал пальцами немного семени с подрагивающего от разрядки члена. Поднёс пальцы к губам и лизнул. Теперь он знал, как это на вкус. В следующий раз он сможет прочувствовать оргазм Драко лучше. Драко лежал тихо-тихо, словно вся энергия его покинула. - Драко? - Мммм... - Я попробую сделать так, чтобы у тебя ещё был шанс сократить свой список. - Если ты в своих галлюцинациях родишь мне ребёнка, я тебя прокляну из могилы, так и знай. - Пошёл ты, хорёк неблагодарный. - Сам иди, шрамоголовый. Гарри устало засмеялся и провалился в сон.