Чтобы больше не вернуться

      В комнате стояла оглушающая тишина. Тени скользили по стенам. Все замерло в ожидании.       Шин медленно, превозмогая боль, поднялся на локти. Будто в замедленной съемке вскинул руки.       — Пусть это место очистится от скверны, что принесли сюда два убийцы. Если же ваши помыслы чисты, то идите с миром, но больше никогда не попадайтесь на глаза моему хозяину — белые глаза моргнули и по щекам потекли слезы. Чуя сильнее схватил ладонь Осаму, переплетая пальцы. — Да видят боги, не этого я хотел.       Как струйки белого дыма от его руки начал расползаться свет, но свет этот как будто делал комнату вокруг ещё темнее. Дазай, склонился над Накахарой, будто пытаясь защитить своим телом, и трепетным движением убрал рыжую прядь с его лица.       — Чуя, что бы не случилось, не впадай в это безумие снова — холодные губы коснулись лба. — Я вернусь к тебе, обещаю. Я хочу лишь чтобы мы с тобой были счастливы где-то, где не будет Мори с его интригами и Кое с её сплетнями. Где не будет Портовой Мафии. Я хочу чтобы ты ушёл со мной, чтобы больше не вернуться.       Чуя хватался за изчезающие пальцы, дрожа и роняя слезы на скомканную кровать. Улыбка, такая Дазаевская, долго висела в ночной темноте.       Наутро голова была на удивление ясной, несмотря на ночную истерику. Разглядывая себя в зеркало Накахара мысленно усмехнулся – так жалко как сейчас он не выглядел никогда. Шин и Дазай изчезли, став лишь очередным сном, и Чуя и сам не был уверен, что все это было реальностью. Лишь скомканные бинты у подножья кровати доказывали, что кто-то тут точно был, но их мог принести и сам Чуя.       — В любом случае, с меня хватит! Ишь, нюни развесил — он с трудом расчесывал свалявшиеся волосы, стоя перед зеркалом. — Босс наверняка в ярости, сколько проблем я ему доставил, ухх.       Но в Портовой Мафии все смотрели на него с недоумением, как будто впервые видели. Акутагава дернулся, когда Чуя позвал его по имени, и пробормотал себе под нос что-то про нерадивых новобранцев, которые понятия не имеют о суббординации.       — Здравствуйте, босс, я наконец-то вышел с больничного, надеюсь якудза уже отстали от вас? — Чуя зашел без стука в кабинет своего начальника, как обычно и делал после заданий да и вообще всегда, не считаясл ни с чьим мнением. — Как там Кое? Как наша большая и дружная семья?       Огай вскинул бровь, глядя на незнакомого рыжеволосого парнишку, который так самовольно вломился в его кабинет и теперь фамильярно с ним разговаривал, будто они знакомы уже много лет.       — Извините, мне кажется, вы ошиблись — он склонил голову набок, изучая паренька. Что-то смутное колыхнулось на дне памяти, но тут же пропало без следа. Даже черты паренька казались ему смазанными, будто он был картинкой с плохим качеством. — Вам лучше уйти и не нервировать моих людей.       Чуя остолбенел, замерев на месте, и посмотрел на своего начальника как на умалишенного. Да что с ними такое сегодня? Первое апреля уже давно прошло, и поведение окружающих поджигало неподдельный интерес к происходящему.       — То есть вы меня не знаете? — Чуя сощурился, глядя на Мори, ожидая подвоха. — Правда?       — Молодой человек, сколько можно вам повторять, я вас в глаза не видел до сегодняшнего дня — он отвлекся, глядя Чуе за спину и кивнул дважды, пальцами выстучав условный знак «проследить за ним».       Не подавая виду он обернулся, глядя на двух членов Чёрных Ящериц и Акутагаву которые стояли у двери, ожидая аудиенции.       — Ох, извините, я видимо и правда ошибся — Чуя уже спешил к двери. Если его и правда здесь не помнят, то это во-первых забавно, во-вторых немного пугает. — Хорошего вам дня.       На улице он тут же свернул в переулок, и пробежав пару кварталов, вскарабкался по стене на крышу дома. Внизу фигуры в темных одеждах метались, не понимая, куда он делся.       — Чу~я — по спине мгновенно побежали мурашки, ладони вспотели, сердце забилось в два раза быстрее. На краю крыши, прямо перед ним, сидел Дазай и болтал ногами с высоты пятого этажа. — Я же говорил, что не отпущу тебя больше? — он едва успел поймать чужой ботинок у своей головы. — Стареешь, партнер.       Но Чуя уже не слушал. Они вместе летели к земле, с высоты пятого этажа, и целовались так, как будто и вправду сейчас умрут, а не просто привычным образом спускаются с высокого места.       — Ты... Полнейший... Придурок... Дазай! — от хлесткой пощечины тот даже не стал уворачиваться, и, получив по морде, тут же построил обиженное лицо.       — Я тут значит стараюсь, пытаюсь ради нас, а ты... Вот ты неблагодарный гном, Чуя — Дазай театрально ухватился за щеку. — Но ничего, я тебя прощаю. А теперь, когда нас уже никто не помнит, может мы уже сможем пожить для себя? Все-таки этот твой Шин не всесилен, и существующие наличные деньги, да тем более на другом конце страны, он уничтожить-таки не смог. Только память о нас у всех, кто нас когда-либо видел.       — Эй, да что за чертовщина — за их спинами послышался голос Рюноске. Чуя настороженно замер, глядя через плечо. — Эй, парни, вы не видели тут такого... Ну не знаю, паренька, с ходу не определить, парень или девушка, за глаз тоже не цепляется, даже в чем он был не помню! Наглый такой.       Человек, с которым он виделся буквально пять минут назад, не признал его в лицо. Чуя стоял в ступоре, пока Дазай не ответил за него.       — Нет, таких не видели, да и вообще, мы с моим парнем вообще-то тут немного заняты — Дазай усмехнулся, ловя разъяренный взгляд Чуи. — Не могли бы вы оставить нас одних?       — Чертовы пидарасы — пробормотал себе под нос Акутагава, отворачиваясь. Дазай, усмехаясь, глядел ему в след.       — Теперь мы уже точно не вернемся.