WWW:

— Мы играем до победы! Чонсон свирепо возвышался над Рин, едва удерживая себя от того, чтобы схватить её за ворот формы и хорошенько встряхнуть, как бы он это сделал, стой перед ним мальчишка. На удачу девушки, она являлась именно девушкой и его воспитание просто не позволяло применить к ней силу, чтобы вытряхнуть из неё какие-то тупые установки, не свойственные игре в Квиддич. Сама же Кэтрин Райес молча опустила глаза, не смея возразить капитану. Он стоял слишком близко, нагло нарушая её личное пространство, но возражать бы студентка даже не посмела, прекрасно осознавая свою ошибку. Их хмуро настроенная команда стояла кружком, скрывая от лишних глаз разборки от соперников, красным бельмом летающих по полю и не спускающих с них глаз. Кто додумался поставить тренировку команд Гриффиндора и Слизерина в один день — было неясно, но решить ничего не получилось, поэтому Гриффиндорцы уже скалились и вовсю обсуждали провал Райес. Рин, как её звала команда, да и вообще все друзья, старалась не опуститься ещё ниже и не заплакать при всех. Во-первых, она была Слизеринкой — обнажать свои эмоции на публике было для неё сущим преступлением. Во-вторых, Пак Чонсон, являющийся капитаном их команды, точно бы не стал её утешать, а может и с позором выгнал бы из сборной. Её и так взяли на скамейку запасных, лишь потому что в отличии от других претендентов, она хотя бы могла нормально держаться на метле и составлять хоть какую-то конкуренцию Найлу Харингтону, который и победил в отборе, став их ловцом. На прошлой неделе парень подхватил драконью сыпь, из-за чего Чонсону пришлось в срочном порядке вытаскивать на поле Рин, а потом краснеть и орать из-за дня в день, так как на каждой тренировке она была либо недостаточно быстра, либо недостаточно внимательна, либо слишком глупа. Поводов придраться было много, но Кэтрин старалась молча принимать его подначивания, прекрасно понимая, что своим острым языком добьётся лишь пинка, который отправит её прочь из команды. Так что стоило Паку высказаться как-то на родном корейском языке своему другу — Сонхуну, игравшему вместе с ним на позиции загонщика, Райес незаметно закатывала глаза и снова шла тренироваться. — Какого хрена ты творишь? Он всё-таки слегка толкнул её в плечо, но неожидавшая нападки девушка опасно покачнулась и упала бы, выронив метлу, если бы её не поддержал Сонхун, стоявший прямо за ней. Он сделал замечание другу, но тот даже и глазом не повёл, гневно пялясь на Райес, мысленно выбирая вид казни, что он ей устроит. — Ты ещё и на ногах не стоишь? Боже, чем я думал, беря тебя в замену!? Без Найла нам точно конец. Он расстроенно опустил глаза, выдохнув. Руки в спортивных перчатках, коснулись волос, зарываясь и портя идеальную укладку, на которую залипала бо́льшая женская половина Хогвартса. Рин тоже опустила глаза, быстро дёргая ресницами и представляя свой недавний полет, после которого её резко опустили на землю и сильно так встряхнули. Её команда смотрела с неодобрением, кто-то даже с заметным раздражением, слава богу, хоть не плевали в лицо. В конце тренировки Джеймс Поттер предложил устроить им товарищеский матч, в котором Рин совершила самую большую ошибку: увидев, что их ловец быстро приближается к снитчу, к которому она бы не успела долететь, девушка просто осталась на месте, наблюдая как мальчишка хватает заветный шарик. Это же ненастоящий матч. Подумала она. И подумала неправильно. Её сразу же вернули на землю, окружили со всех сторон, а обычно державший свои эмоции в узде — Пак Чонсон готов был её просто разорвать голыми руками на месте. — Джей, успокойся. Она же впервые играет, теперь то она знает это, не наседай, — Джесси Монтегю, являвшаяся одной из охотников, положила ладонь на плечо капитана, называя привычно американским именем, но он отмахнулся, — ты даёшь львятам хороший повод судачить о том, что у нас в команде всё скверно. От её слов парень заметно расслабился. Кэтрин мазанула взглядом по ладони Джесси, наверное, единственной кто умел успокоить этого несносного корейца. Возможно, ей удавалось это лишь потому что она нравилась Паку, но совсем не замечала этого, будучи слишком увлечённой Квиддичем и собой. Чонсон задумчиво посмотрел в глаза Рин, отходя на пару шагов, а затем и вовсе развернулся, напоследок бросая: — Каждый вечер теперь у тебя тренировка, Райес. Так она и оказалась на поле для Квиддича, забывая о своих друзьях и об учебе. Её табель как-то покатился вниз, но она даже не замечала этого, поскольку была слишком уставшей — а от этого она только больше не успевала на тренировках и Джей гонял её до двух часов ночи снова и снова, крича о том что она самый медлительный и неспособный ловец. Паря в небе, девушка позволяла себе немного расплакаться, а потом спускалась вниз, как ни в чем не бывало. Её недосып сказывался на уроках, из-за чего она спала даже на занятиях директора и совсем скоро оказалась у неё в кабинете. — Мисс Райес, если ещё раз мне пожалуются, что вы не выполняете свою домашнюю и грубо спите на уроках, я буду серьезно думать о вызове ваших родителей в школу, а может и о вашем отчислении. Старая кошка Макгонагалл провела с ней беседу, сначала сочувствуя, а потом нападая. Ей явно не понравилось то, что Рин не хотела делиться причиной своего недосыпания, совсем не понимая, что если она пойдет к Чонсону и попросит снизить нагрузку, то тот явно выперет девушку из сборной. Ей нельзя было вылететь. Мама и отец, проучившиеся всю жизнь на Гриффиндоре и так были не в восторге от того, что их дочь попала в «гадюшник змей» — как они называли её факультет. Но им нравился Квиддич, поэтому когда они узнали, что Кэт попала пусть и в запасные, то стали невероятно щедры и даже писали ей письма, расспрашивая о том, как прошли её будни в школе. Когда Рин написала им, что она стала основным ловцом на время хвори Найла, мама отчаянно исписала четыре листа с наставлениями, где можно было прочесть между строк: сделай так, чтобы ты всегда была в основном составе. Стань лучше. Поэтому девушка и не думала слушать Маккошку стала вставать на два часа раньше и делать задания с утра. Её сон сократился и теперь она спала не шесть часов, а четыре — от этого болела часто голова и сон схватывал студентку в самых неожиданных местах. Однажды она уснула на уроке Травологии в теплице и проспала полчаса тренировки, из-за чего Джей готов был придушить её как только она прибежала. — Ты тоже пойми меня, Рин, — обмолвился в одну из тренировок капитан, приглашая присесть её рядом на трибуне, — мы потеряли ловца, с которым разработали стратегию. Ты же отстаёшь от неё, матч через полторы недели, а ты сдаёшься на поле, даже не пытаясь. У нас нет замены на тебя. Но ты подводишь команду. — Я понимаю, — прошептала девушка, — я буду стараться усерднее. И она старалась. На выходных они не пошли в Хогсмид. Чонсон выбил у Макгонагалл разрешение на общую тренировку, поэтому они уже час летали по полю. Рин видела как скалились её сокомандники, когда она пропускала свой снитч, заместо его поимки, растирая красные и сонные глаза. Заданий задали слишком много и ей пришлось после тренировки с Чонсоном, не спать всю ночь, лишь бы осилить все свои долги. — Рин, живее! Монтегю пролетела мимо, поддерживающе улыбаясь. В отличии от отца, прослывшего тем ещё козлом и трусом, его дочь была слишком добра и открыта, будто место ей было где-нибудь в Пуффендуе. Но Чонсон, летающий, где-то внизу с Сонхуном, не был Джесси и не был настолько благодушным. Форма Райес неприятно липла к телу, волосы выбивающиеся из хвоста, словно приклеились к лицу. Руки дрожали и уже не могли нормально держать древко метлы, но ей нужно было поймать снитч и она снова дёрнулась за ним, даже не понимая, почему стало так легко, будто она легла поспать и отчего снова кричали её имя всей командой. Она же всё делала правильно.

***

Проснулась девушка не от голдящей толпы, которая толпилась в день её падения с метлы в больничном крыле, а от стойкого запаха медикаментов и горького привкуса настойки, что их целительница Ханна Аббот, будучи стажёром, вливала Райес в рот. От пробуждения Слизеринки женщина радостно всплеснула руками и стала расспрашивать о самочувствии, прося кого-то пригласить мальчишку, что всё это время ждал выздоровления больной. Рин ожидала увидеть Джейка — её лучшего друга, который и посоветовал Чонсону всё-таки принять кандидатуру Кэтрин на отборочных. Шим тоже был этническим корейцем, даже вроде с одного города, что и Джей, поэтому частенько лето они проводили вместе в магической Америке. Родители не хотели отдавать их учиться в их школу волшебства — Ильвермони, поскольку в Штатах снова было неспокойно, в отличии от страны, до сих пор традиционно празднующей победу над Волдемортом. Вместо него вошёл Джей. Будто побитая собака, он едва смотрел на неё и тихой поступью опустился рядом на стул, пряча глаза. Обычно он был гордым, не признающим ошибок, был упрям и резок. Сейчас же он показывал вину всем своим видом, словно и не был таким привычными Слизеринцем, нетерпящим показывать свои эмоции, кроме злости и раздражения. — Почему ты не сказала? Он поднял на неё глаза, карий цвет который напоминал о тёплом шоколаде, коим угощали девушку Джейк и Саванна — подруга с Когтеврана, вместе с которой они сидели на рунах. — Это означало бы, что я не справляюсь, — Рин шмыгнула носом, отворачиваясь от парня и замечая цветы, а также множество подарочных коробочек на тумбочке, — я не хотела, чтобы ты думал так. — Но ты не справлялась, — справедливо заметил Пак, сжимая кулаки и неспокойно вставая со стула, — я думал, что всё делаю правильно, но чуть не довёл тебя до смерти. Ты понимаешь, что у тебя было истощение? Парень чуть ли не истерично приблизился к ней, разглядывая мокрые глаза и дрожащие ресницы. Рин знала, что он скажет, что выгоняет её из команды, знает, что уже скоро мама напишет письмо, отдающее разочарованием в каждой строчке. — Я привык, что люди дома работают с утра до ночи, ведь это у нас в крови. Когда мы переехали в Америку, я не стал сдавать позиции и был удивлен, как живут другие. Ритм тоже бешенный, но они знали, что есть время работы и время отдыха. Чонсон вздохнул, молча трогая её ладонь и слегка поглаживая её. Тёмные волосы юноши будто терялись в темноте ночи и Рин видела только его искажённое сожалением лицо. Она удивилась, почему так поздно Пак находился здесь и почему Ханна вообще разрешила ему войти, а не отправила спать. — Прости, пожалуйста. — Всё хорошо, — если бы Райес могла, она бы похлопала его по руке, — я сама виновата. Я решила, что изводить себя будет эффективнее, чем поговорить с тобой. Сколько я спала? — Четыре дня. — Оу, — удивлённо распахнула глаза девушка, — Найл, наверное уже вылечился. Чонсон пожал плечами, будто его и не беспокоило состояние своего основного ловца. Сейчас он наблюдал за Рин, проверял удобно ли лежит одеяло и спрашивал нормально ли ей так полусидеть, поправляя подушку. Он рассказал о том, как вся команда испугалась за неё и что Пак еле успел подхватить девушку у самой земли — это спасло её от множества переломов. Джесси часто наведывалась к ней, как и все остальные, а Саванна и вовсе меняла цветы каждый день, веря что их запах вернёт Райес домой. — Будет лучше, если я уйду. Ты был прав, когда говорил, что я ни на что не способна. Даже сейчас, я лежу в палате, а не летаю по полю. Рин устало повела носом, глядя куда-то вверх, мысленно умоляя слёзы подождать. Она не могла плакать при Чонсоне, не могла сказать ему, что уже жалеет о своих словах. Лазарет умиротворяюще действовал на нервы и ей хотелось поскорее уснуть и не слышать ответа Пака, скептически поджимающего губы. — Думаю, это я был не прав. В тебе усердия больше, чем в каждом из нас вместе взятых. Мы бы были очень горды, если бы ты играла с нами. Знаю, что тебе нужно время восстановиться, но игра лишь через неделю, я считаю, ещё шесть дней в отдыхе не сделают тебя слабее. Что думаешь? Рин не думала. Она смотрела. Сначала на потолок, потом на окно — там ярко сияли звёзды в созвездии скорпиона. Затем она перевела взгляд на Джея, он с волнением ожидал её ответа. Райес уже слышала крики трибун, голос Ким Сону — который озвучивал игру, она представляла как возьмёт снитч и утрёт самодовольную улыбку с лица Джеймса Поттера, считавшего, что если его отец сам Гарри Поттер, то он заочно круче всех. — Я буду рада. Надеюсь, Найл не сильно расстроится, если не может летать также быстро, как и я, а значит будет упускать снитч, — с плохо скрытым сарказмом ответила Слизеринка, сжимая чужую ладонь. — Мы с командой подумали и решили, что Найл ещё долго будет болеть. И в нём явно нет твоего упорства и усердия, Райес. Ты в основном составе навсегда. Чонсон улыбнулся. Где-то пробежала кошка Филча, а может, это была и сама Макгонагалл. Рин не заметила как уснула, но ей почудилось, будто Пак поцеловал её в висок на прощанье, лёгкой дымкой исчезая за дверью. Её матч прошёл на ура. Она действительно отдыхала целых четыре дня, затем один потратила на тренировку со сборной и один перед матчем, они провели в гостиной, наперебой разговаривая и играя в различные игры. Будто они куча Гриффиндорцев, ребята расположились у камина, пылающего зелёным огнём. Кто-то повторял домашнее задание, Сонхун играл в волшебные шахматы с Джейком, Джесси беседовала с девушками о том, какие заклинания для волос она применяет на игру, чтобы они оставались чистыми и собранными. Джей сидел за спиной Рин на диване, иногда касался её плеча рукой и будто больше не смотрел на Монтегю, которая заметив всё-таки это, стреляла в капитана волнующимся взглядом. Чонсон стал больше проводить времени с Райес. Он заявил, что теперь он будет приглядывать за младшей, во избежание новых обмороков, хотя сама Рин не была в этом уверена. Они сидели вместе на Зельях и Прорицании (больше предметов Джейк не позволил ему отбить), сидели рядом за большим столом, вместе тренировались и делали домашнее задание в гостиной. Будто намертво приклеились друг другу. — Словно парочка, — Саванна недовольно цыкала, но ненадолго. Пока староста школы, Ли Хисын, не проходил мимо. Матч Кэтрин выиграла быстро. Вдохновлённая неожиданной поддержкой команды и рукой Джея, которой он сжимал её ладонь, на протяжении своей капитанской речи, она сразу же обнаружила снитч и обрезав бледного Гриффиндорца, выхватила шарик прямо из под его горбатого носа. Лицо Джеймса Сириуса Поттера было воистину прекрасным в тот вечер. Уязвлённый, раздраженный и донельзя печальный. Найл отнюдь не расстроился перспективе запасного. Он был уже наслышан о Рин, о решении команды и сам был не против, ведь знал, что переделать стратегию уже будет трудно, так как у каждого ловца был свой стиль. Он, например, не давал сопернику даже приблизиться к снитчу, Райес же интересовал сугубо золотой шарик. С Чонсоном у них уже сложилась традиция. Каждый вечер субботы выделялся на небольшую тренировку, в течение которой они либо летали и тренировали свою скорость и различные пируэты, либо сидели на трибунах и разговаривали о жизни. В разговорах упоминалась семья. Непростые отношения родителей к Рин, любящие родители Джея. Грубый мир чистокровных и бесячие Гриффиндорцы, иногда их откровения переходили на личную жизнь — так Райес узнала, что Джесси Монтегю уже давно перестала цеплять Пака. А ей нравился он сам, но об этом парню знать было необязательно. — У нас в Беркшире весной не так, как в Хогвартсе. Всё зелёное, но ничего не распускается. И вечно идут дожди. Когда я была маленькой, я думала, что нет ничего скучнее, чем Англия. Ещё ни разу не передумала. — Америка тоже не очень хороша. Много людей, много заводов. Даже в Магической части много новшеств от не-магов, в чем, конечно, правительство не признается. Мы жили раньше в зелёном поместье, всё вокруг цвело. А потом я уехал в Хогвартс и родители захотели вернуться на родину, но так и не решились. — Нам осталось учиться так мало. Всего год. — Я думаю, что хочу стать Министром Магии. — Боюсь, твои планы не совпадают с действующей сейчас властью, — засмеялась Рин. — Думаю, это их планы не совпадают с моими. Рин засмеялась. Она лежала на тёплом дереве трибуны, что ребята заботливо согрели чарами заранее. Джей сегодня сидел у её головы, разглядывал звёзды и выглядел спокойным и расслабленным, в отличие от остальных дней, когда его состояние сложно было даже назвать раздражённым. — Андромеда сегодня необычайно яркая, — поделилась наблюдением Рин. — Если бы ты была на её месте, я бы не раздумывая бросился за тобой*. Снова. Джей мягко очертил пальцами её ладонь, прежде чем крепче сжать и накрыть второй рукой. Райес даже не думала подавить улыбку, ведь его ответ был гораздо громче любых слов. И дороже любого снитча.