Где гнездятся птички

Сандор обнял Сансу за талию, когда она стояла у зеркала, укладывая свои волосы. Он поцеловал ее в шею, и Санса почувствовала, как ее глаза закрылись, когда через нее прошел знакомый жар. — Ты прекрасно выглядишь, — пробормотал Сандор. Санса улыбнулась. — Ты пытаешься меня задержать? Сандор продолжал целовать ее шею, хотя прикосновение его губ было таким легким, как перышко, это было похоже на совершенно другой вид контакта, который нуждался в особом термине, — Конечно, нет, повозка уже давно готова. Раз уж ты упомянула об этом. Санса развернулась в его руках, положив руки ему на шею, — Ну, я бы не хотела заставлять старую Нэн ждать. Она быстро, нежно поцеловала Сандора, затем стала отходить. Сандор поймал ее и поцеловал снова, глубоко и основательно. Санса хихикнула и оттолкнула его. — Ну и кто нас задерживает? — игриво спросила она. Она подняла шляпку с кровати и накинула ее на голову, стараясь не повредить причёску - замысловатый клубок кос. Она свободно завязала ленты шляпки вокруг шеи, не слишком туго, но и не настолько, чтобы она могла улететь. Сандор уже стоял у повозки и гладил старую Нэн по голове. Санса закрыла за собой дверь и задвинула засов. Сандор взял ее за руку и помог сесть. Он приподнялся и сел рядом с ней, поправляя поводья, прежде чем отдать Нэн приказ идти. Санса была взволнована до головокружения, ведь ей предстояло поехать в город, где она не появлялась несколько месяцев. Помимо вещей, необходимых для дома, которые она хотела выбрать сама, было интересно пойти посмотреть на людей и заняться чем-то. Она снова почувствовала себя подростком, который в первый раз отправляется на ярмарку. Старая Нэн ехала медленно, поэтому дорога до города заняла почти час. К тому времени, как они прибыли, солнце было уже высоко, свежий бриз не позволял воздуху стать слишком душным. Сначала они зашли в лавку. Сансе нужна была легкая ткань для нового летнего платья. Она планировала сделать короткие рукава и низкий вырез - новый современный фасон, который ей не особо нравился, но лето здесь было ужасно жарким. Еще она купила льна для нижнего белья, нитки, иглы и кусочки фланели для уборки. Она следила за покупкой провизии для дома, хотя заказ делал Сандор. Мука, сало, кукурузная мука, свинина малосольная, пекарский порошок*. Это была дорогостоящая покупка, но Санса знала, что вскоре они смогут прокормить себя сами, как только будет собран первый урожай. Мука с пшеничных полей, кукурузная мука с кукурузных полей и, возможно, несколько свиней для разведения. Казалось, что еще так много предстоит сделать, и Санса с нетерпением ждала того дня, когда они смогут не зависеть от магазина. После того, как продукты были куплены и оставлены в лавке до отъезда домой, они направились на небольшой неофициальный рынок под открытым небом, который время от времени здесь появлялся. Санса не разочаровалась. Она обменяла несколько банок ежевичного варенья не только на шерстяные шкуры, но и на книги. Сандор отнес шерстяные шкуры обратно в повозку, а Санса отнесла свои книги, — Ты умеешь торговаться, — ухмыльнулся он ей, нагружая повозку. Санса улыбнулась, слегка наклонив голову от комплимента, — Мама воспитывала меня не для того, чтобы меня использовали. Сандор покачал головой, — Я сомневаюсь, что кому-нибудь это удастся. Санса развернула пачку содового хлеба, которую принесла с собой, откупорила банку с ежевичным вареньем. Пока Сандор ходил за водой, Санса намазала вареньем два ломтика хлеба для Сандора и один для нее. Сандор вернулся с кувшином колодезной воды, и они перекусили в тени повозки. Старая Нэн ела траву, пока Сандор не хлопнул ее по бокам, — Ты станешь слишком толстой, чтобы доставить нас домой, — упрекнул он. Старушка Нэн посмотрела на него с упреком и снова продолжила пастись. Санса засмеялась, чистя нож и складывая остатки хлеба и варенья в небольшой сверток. — Санса! — услышала она голос молодой женщины. Обернувшись, она увидела свою подругу Маргери, которая вместе с ее мужем Бронном жила на ближайшей к Клиганам ферме. Санса помахала молодой брюнетке, которая оставила Бронна запрягать лошадь, и подошла поговорить с Сансой. Маленькая девочка двух лет цеплялась за юбку Маргери. Маргери обняла подругу и тепло кивнула Сандору, — Мне кажется, что мы сто лет не виделись. — Очень давно, — согласился Санса. — Ты должны приехать к нам когда-нибудь, мне так много нужно тебе рассказать. Санса посмотрела на выпирающий животик Маргери и улыбнулась. Было неприлично упоминать об этом публично перед мужчиной, который не был мужем Маргери, — Я с удовольствием приду на следующей неделе. — Можете ли ты обменять козье молоко на коровье? Бронн не мог насытиться козьим сыром, который я приготовил в прошлый раз. — Я была бы счастлива! Ведро цельного молока со сливками за две банки козьего молока? Я хочу сделать немного масла. — Договорились, — Маргери снова обняла подругу, прежде чем вернуться к Бронну, — Приходи ко мне. В любой день на следующей неделе. — Приду, — пообещала Санса. Ее глаза смотрели на маленькую златовласую девочку, бредущую за своей матерью, и часть ее сердца растаяла. Санса осталась у повозки, а Сандор пошел в магазин кормов, чтобы купить кое-что для фермы и забрать свои посылки из универсального магазина. Все, о чем она могла думать, безуспешно пытаясь прочитать одну из новых книг - это маленькая девочка, ее улыбка, румяные щеки и золотистые кудри. Она думала, что их с Сандором дети будут больше похожи на отца, но, возможно, унаследуют ее голубые глаза. Высокие крепкие парни и милые гибкие девушки, как она. Она почти не заметила, когда Сандор подошел, но когда он вернулся, то на поводке у него была огромная гончая. Маленькая белокурая девочка могла бы ездить на этой собаке, как на лошади. Он казался достаточно дружелюбным, глядя на Сансу большими сонными глазами. Она вопросительно посмотрела на Сандора, протягивая руку, чтобы пес понюхала. — Он был привязан возле магазина кормов. Владелец магазина сказал мне, что он был там несколько дней. Видимо, его бросили. Думаю, из него получится хороший компаньон, и мне больше не придется беспокоиться о том, что ты будешь стирать белье в одиночку. Он положил свертки и мешок с кормом в заднюю часть повозки, пока Санса осматривала животное. Собака понюхала руку Сансы, затем несколько раз неуверенно лизнула ее. Санса заметила ошейник на его шее и потянулась за ним. Сандор убрал ее руку. — Дай мне. Пусть лучше укусит меня, чем тебя, — проворчал он. Однако собака не показала недовольства, когда Сандор коснулся ошейника, и Санса увидела, что он слишком мал. Она задавалась вопросом, как эта бедняжка могла дышать. Сандору удалось просунуть только один палец между шеей животного и кожаной полосой. Он вытащил из кармана карманный ножик и осторожно развернул его одной рукой. — Успокойся, старина. Я не причиню тебе вреда, — тихо пробормотал он, затем быстро разрезал кожаный ремешок. Он протянул ошейник Сансе и растер шерсть на шее собаки, которая так долго была сдавлена. — Так лучше, не так ли? — пробормотал он. Пес дважды встряхнулся, затем сел у ног Сандора и лизнул его руку. — Что там написано? — спросил Сандор, почесывая благодарное животное за ушами. — Неведомый, — прочла она детским царапины на коже. — Что скажешь, Неведомый? Хочешь пойти с нами домой? Когда Сандор открыл заднюю часть повозки и свистнул Незнакомцу, пес запрыгнул туда и лег, как будто делал это каждый день в своей жизни. Сандор помог Сансе встать, затем отстегнул старую Нэн от столба. Санса покачала головой, когда он сел вперед и взял вожжи. — Кто бы так поступил с животным? — Мой отец мог бы, и делал это много раз, —он заставил старую Нэн идти в сторону дома. Он хотел было сказать что-то еще, но замолчал. Санса приняла этот ответ и больше не поднимала эту тему; чем меньше о нем говорят, тем лучше.

<center>***

</center>

Восемь месяцев назад

Санса крепче сжала шаль на плечах и придвинулась немного ближе к Сандору, когда в темном лесу вокруг них раздался длинный волчий вой. Лунный свет сиял на старом снегу, озаряя ночь странным, неземным светом. В любой момент Санса ожидала увидеть кого-нибудь из Детей сквозь деревья. Сандор переместил поводья в одну руку, чтобы обнять ее. Санса покраснела в темноте, хотя и пыталась притвориться, что это было просто от холода. Сандор подоткнул оленью шкуру вокруг ее талии, затем взял поводья обратно в обе руки, при этом Санса все еще был прижата к его боку. Она прижалась щекой к его руке и вздохнула. Сегодня она была счастливее, чем за последние несколько месяцев. Погода стояла холодная, но ясная. Снег не шел уже несколько недель, хотя старый снег все еще лежал на земле, сохраняя свое господство. Сандор позаимствовал сани у Амберов, чтобы они с Сансой могли навестить ее семью. Они провели день со Старками, готовили, обменивались подарками, поскольку в этом году у них не было возможности собраться вместе на Рождество, и делились историями. Ранее они обменивались письмами, но в письме не могло быть отражено ни выражения лица ее матери, ни звука нетерпеливых голосов ее братьев. Даже Арья была там, по крайней мере, на ужине, рассказывая истории о работе в отеле. После ужина им пришлось уехать. Солнце давно село, но луна была такой яркой, а белый снег отражал свет, что Сандору даже не понадобился фонарь, чтобы запрячь позаимствованную лошадь обратно к саням. Санса обняла свою семью долгими и крепкими объятиями, даже Арью, и поцеловала их в щеки. Она испытывала противоречивые чувства, потому что, как ни странно, хотя она любила и скучала по своей семье, она поняла, что у нее было такое же сильное желание вернуться в свой тихий маленький дом, как и остаться с родными. Это не ускользнуло от внимания Сансы, и она улыбнулась, прижавшись к Сандору, думая, как прекрасно было создать свою собственную семью. Сандор остановил сани у их хижины и выпустил Сансу. Он собирался отвезти сани и лошадь обратно в главный сарай и вернуться домой пешком. Сандор спустился первым, затем потянулся, чтобы помочь ей спуститься. Она была так закутана в шали и перчатки, с длинным шарфом, обмотанным вокруг головы и шеи, что ей казалось, будто шерсти в ней больше, чем плоти, и ходить в трех толстых нижних юбках было несколько затруднительно. Она чуть не споткнулась об одну, но Сандор поймал ее и поддержал. — Ты справишься, девочка? — спросил он с легким намеком на улыбку в голосе. — Жалкие юбки, — пробормотала она, и Сандор усмехнулся. — Это самое близкое к ругательству, что я когда-либо слышал от тебя. — Это не ругательство… — начала она протестовать, но Сандор оборвал ее, наклонив голову вперед и нежно поцеловав. Санса почувствовала, как ее щеки покраснели. — Холодно? — спросил Сандор, уткнувшись носом в ее щеку. — Больше нет, — выдохнула она, облачко ее дыхания противоречило ее словам. — Иди, — наконец мягко приказал Сандор, садясь на сани, — Согрейся. Санса доковыляла до хижины, когда Сандор отъехал. Она начала разжигать огонь в печи и в камине. Этим утром Сандор положил хворост и поленья, так что ей оставалось только ударить по кремню, пока не загорелась искра. Когда в комнате стало медленно нагреваться, она начала снимать одежду, разматывая шарф с головы, одну за другой снимая варежки и платки. Когда Сандор вернулся, он ворвался в дом, поспешно закрыв за собой дверь, прежде чем пересечь комнату к Сансе тремя гигантскими шагами. Он поднял ее с места у камина, положив руки ей на талию, и стал крутить по комнате. Санса не смог удержаться от радостного визга, его радость была настолько очевидна и заразительна. — Сандор, что на тебя нашло! — вскликнула она после того, как он поцеловал ее, а затем встал, глядя на нее сверху вниз глазами. — У Амберов была телеграмма из моего дома в Вестерлендах. Боги помогают мне, мой отец мертв, и это повод для праздника, — он отпустил ее, достал из буфета бутылку вина и быстро наполнил две кружки. Санса слегка нахмурилась. Она знала, что Сандор ненавидел своего отца и брата, он почти не говорил о них, — Сандор, ты не должен быть счастлив, — проворчала она, беря чашку, которую Сандор протянул ей. Сандор махнул рукой, — Мне все равно, даже если это меня проклянет, я счастлив. Но это еще не все, Санса. Я когда-нибудь говорил тебе, что мой брат умер? Она покачала головой, — Ты сказал мне только, что твоя мать умерла, когда тебе было 14 лет, и ты уехал оттуда навсегда. — Несколько лет назад Григор умер, сброшенный с лошади. Я полагаю, животное могло почувствовать зло на своей спине. Санса нахмурилась, потягивая вино, —Но какое это имеет отношение к нам? — Ферма, Санса. Она перешла ко мне. Она моргнула, — Что? — Отец никогда ничего не делал с ней, он, видимо, очень ленился в последние годы жизни. Участок зарос, и потребуется много времени, чтобы привести его в надлежащий вид, но он мой, Санса. Наш. — Ферма в Вестерлендах? — Ее сердце упало, когда она поставила чашку на очаг. Сандор ухмыльнулся и кивнул, притягивая к себе Сансу. Санса отстранилась, и Сандор отпустил ее, его лицо закаменело, — В чем дело? — Ты обещал! Ты обещал, что никогда не заставишь меня покинуть Север. На него нахлынуло понимание, — Это нечестно. Я не понимал… Когда я обещал тебе это, отец много лет говорил мне, что выписал меня из своего завещания. Он поклялся перед Семерыми, что я никогда не получу от него ни медяка. Я тоже никогда не думал, что уеду с Севера. — Тогда не уезжай. Продай ферму и купи здесь. Сандор покачал головой, отхлебнув вина. Он выглядел внезапно потерянным и несчастным, — Я не могу. Она ничего не стоит. Кроме того, земля здесь дорогая, и кто знает, сколько продлится эта зима. Но на юге тепло, весна наступит рано, а ферма большая. Даже больше, чем у Амберов. Я действительно думаю, что мы должны поехать. Санса начала вешать свои шали и шарфы на крючки у двери, отвернувшись от Сандора, чтобы он не увидел слез в ее глазах. — Нам не пришлось бы жить на чужой земле, мы могли бы пожинать плоды собственного труда. Если я куплю здесь землю, мне придется расплачиваться за нее годами, и кто знает, получим ли мы когда-нибудь прибыль. — Это все, что тебя волнует? Деньги? А как насчет моей семьи? — Ты пытаешься сказать, что мне наплевать на твою семью? Они сыты благодаря мне. Благодаря мне у них есть дрова, одежда и крыша над головой. Разве это не забота? Санса сдерживала слезы, — И теперь ты попрекаешь меня этим? Я должна быть благодарна, если больше никогда их не увижу, потому что твоя благотворительность позволяет им жить? Сандор застонал, — Ты искажаете мои слова. Я не это имел в виду. Если мы сделаем ферму успешной, привезем их к себе на юг. Мы можем построить им собственный дом, земли более чем достаточно. — Они никогда не поедут. У Арьи есть работа, все их друзья здесь. Их место на Севере, Сандор. Мое место на Севере. Плечи Сандора распрямились, а губы сжались в тонкую линию, — Тогда я думаю, у тебя есть выбор. — У меня нет выбора, — прошипела она, накинув одеяло на плечи и опускаясь на пол перед огнем. Сандор на мгновение постоял позади нее. Она взяла кочергу и начала с силой орудовать ею в огне. — Ты идешь спать? — устало спросил он. Она покачала головой, — Я не устала, — Она смотрела в огонь, не обращая внимания на слезы, катившиеся по ее щекам. Через несколько мгновений Сандор подошел к кровати, сбросил туфли и, не раздеваясь, скользнул в кровать. Санса долго сидела, глядя в огонь, и плакала так тихо, как только могла. Сколько бы она не разводила огонь, никак не могла согреться. Она чувствовала онемение, словно бездонная яма внутри нее высосала все тепло из ее конечностей. Что бы она ни утверждала, перед ней действительно был выбор. Бросьте мужа или семью. Но разве она не ушла из семьи? В ее клятве перед древом ничего не говорилось о ранее данном обещании. Её просто спросили, выйдет ли она за этого мужчину, и она согласилась. Когда она преклонила колени перед деревом и молилась о детях, о благополучии, о любви, она не молилась о том, чтобы любить своего мужа, только если он останется на Севере. Свежие слезы потекли по ее лицу. Были ли вообще древние боги на юге? Когда Санса проснулась утром, она лежала у очага с подушкой под щекой и вторым одеялом на ней. В какой-то момент ночи Сандор, должно быть, проснулся и погасил огонь, положил ей под голову подушку и еще одно одеяло сверху, чтобы согреть ее. Она чувствовала себя выжатой. Когда Санса подняла глаза и увидела Сандора, сидящего на кровати, измученного и изможденного, словно он не сомкнул, она знала, каким будет ее решение. — Когда мы отправимся на юг?