Сказка о храбром сердце

Мустафа-паша проводил свой одинокий вечер в компании с недавно пришедшим Али-беем: крупного телосложения с бородой мужчина, с чёрными большими глазами и грубыми чертами лица. Попивая спиртное из красивой посуды, визирь не торопился начинать разговор, наблюдая за строгим на вид воином.  — Думал, ты обрадуешься прибытию старого друга, — с некой досадой произнёс паша, откусывая кусок красного яблока.  — Большую роль сыграли изменения полномочий. Короткие и быстрые ответы присуще характеру Али-бея, явно таящий в себе забытый пашой огорчение. Их последняя встреча закончилась нехорошо, на данный момент показывая свою обиду визирю. Мустафа всё понимает, однако он призвал его к себе для другого дела.  — Послушай, тогда я ничего не мог сделать. Ты был причастен к этой работе. Визирь запнулся, вовремя поняв свою ошибку в словах, но не успел закончить ответ.  — Мы были причастны, Мустафа. Ты первый узнал о тайном романе Марьям-хатун и рассказал мне.  — Если бы я не доложил об этом султану, в первую очередь казнили бы нас. Покойный Ахмет-паша был же твоим двоюродным братом. Паша тыкал себе в грудь, стараясь донести причину своих действий в прошлом.  — Однако, ты всё равно подставил меня, сказав что я всё знал с самого начала!  — Твоей главной обязанностью было — охранять покои султана. Моей — нести ответственность за его жену. Пойми, узнав Повелитель о грехе Марьям-хатун раньше нас, мы бы пошли вслед за твоим родственником ещё пятнадцать лет назад, — Али-бей сжал руки в кулак, гневаясь на совершенную оплошность брата. — Я спас нам жизнь. Хоть и в должности тебя понизили, но это куда лучше, чем лишиться головы. Изначально падишах хотел также казнить, на тот момент, хранителя своих покоев — Али-бея, обвинив его в скрытности греха своего брата и в помощи в организации свиданий для них, однако доброе слово Мустафы-паши сохранило судьбу слуги султана. Совсем ещё юный парень смог добиться уважения Повелителя в столь раннем подростковом возрасте.  — В свои четырнадцать лет я охранял покойную Марьям-хатун. По сей день не понимаю: как падишах мог дать такую работу молодому пареньку? — с ухмылкой вспоминает Мустафа.  — Видимо, он готовил тебя к чему-то важному. Сейчас ты — великий визирь, который носит основную печать султана и в скором времени женится на его дочери. Под счастливой звездой родился. Паша ощущает потепление в их общении без лишних воспоминаний, переходя теперь к основной части.  — Как раз о моей будущей жене, — начал визирь, сделав ещё один глоток винного напитка. — Часто ли вы видитесь?  — Да. Лале-хатун через день приходит на ипподром или наблюдает за тренировками солдат, — Мустафа нахмурился, раздумывая в голове причины визита девушки в место, где в основном занимаются мужчины, отнюдь не женскими делами.  — А зачем она ходила туда?  — Честно, без понятия, — Али-бей стал кое-что вспоминать. — Однажды ей задал такой же вопрос шехзаде Осман, однако Лале-хатун ничего ему не ответила.  — Понятно. Слушай, хотел узнать об одном человеке, — паша сел поудобнее, перед этим налив себе ещё бокал спиртного. — Не знаешь, кто такой Аслан? Али-бей вскинул брови, слегка улыбнувшись при упоминании знаменитого имени среди воинов.  — Конечно. Он сильный солдат среди личной гвардии султана. Ответственный, храбрый, добрый парнишка. Здорово мне помогает в обучении других. Визирь усмехнулся неожиданным изменениям в эмоции серьёзного друга.  — Где он сейчас? Хочу лично познакомиться с таким замечательным воином.  — Мне сказали, что ему нездоровится.  — Ах, как жаль, — паша залпом выпил содержимое бокала, громко поставив его на стол. — Ладно, уже поздно. Ступай, мой друг. И спасибо за беседу. Надеюсь, обид больше нет. Оставшись наедине с собой, Мустафа-паша стал размышлять о поиске этого паренька. Уж сильно он его заинтересовал. В ушах звенит слабый голосок Лале, зовущий Аслана, который не даёт покоя несколько часов. Подозрения падают на некую связь между ними, и теперь у великого визиря появилась ещё одна работа. *** Костяшки её пальцев стучат по деревянной двери, через секунду раскрывая перед ней прохладный коридор дворца. Короткий шлейф сиреневого платья тянется за неспешными шагами принцессы. Тонкая рука касается каменных стен, шоколадные очи с интересом рассматривают привычные занавесками с различными узорами, а драгоценные камни на короне светятся от ярких солнечных лучей. Лале-хатун впервые смогла выйти за пределы своих покоев после недельного недомогания. Слуги приветствующе поклоняются ей, сзади идущие два стражника послушно следуют за девушкой. По словам лекаря, состояние юной хатун улучшилось и она может без проблем свободно передвигаться по улице. Но всё же неживой взгляд, заметные скулы и ключицы на белоснежной коже дают знать о разбитом внутреннем мире когда-то улыбчивой дочери султана.  — О, Всевышний, моя сестра наконец вышла в свет! Осман ожидал у выхода с распростертыми объятиями, куда сразу побежала Лале. Крепко обнимая девушку, шехзаде ласково поцеловал её в лоб, облегчённо выдохнув.  — Как я рад, что с тобой всё хорошо. Прошу, больше не пугай так меня, Лале. Уткнувшись носом в его грудь, она медленно кивнула, пряча свой неизменный поникший взор. Натянув слабую улыбку, Лале взглянула на брата снизу вверх.  — Какие на сегодня планы?  — Провести с тобой весь день. И не только я. Осман взял за руку сестру и вдвоем они вышли в просторный задний двор дворца. Клумбы с разноцветными цветками, богатая разновидность растений, от чего воздух перемешивается с запахом листвы.  — Посадили новые цветы? — спросила Лале, заметив некоторые изменения в саду.  — Да. Мустафа-паша приказал специально к твоему приходу. Девушка поменяла путь по двору, уходя в сторону беседки, где их ожидала фаворитка шехзаде Османа — Айсу-хатун. Темноволосая красавица с большими зелёными глазами. Девушка является одной из самых красивых наложниц в гареме с добрым сердцем и душой. Её тёплый взгляд всегда приветствует Лале, что не сказать об их хороших взаимоотношениях.  — Лале-хатун, рады видеть вас! Слава Всевышнему, вы пришли на поправку. Айсу в первую очередь поклонилась, после обняв юную хатун.  — Наконец-то мы встретились. Вместе они сели на подушки, готовясь к долговременному разговору с дамскими секретами. Осман приказал страже охранять девушек, в то время как сам проверит дела Али-бея.  — Рассказывай, как твои дела? — Лале долгое время не могла увидеться с подругой из-за последовательных неблагоприятных вестей в последние дни.  — Всё хорошо. Когда Осман рассказал о вас, я испугалась и вызвалась присматривать за вами. Хорошо хоть Шахи-хатун дала разрешение, — Айсу налила свежезаваренный чай, давая ему немного остыть.  — Я смутно помню события прошедшей недели, но спасибо тебе большое за это, — Лале оглянулась вокруг, в надежде увидеть его, однако быстро оставляет мысли в покое. Насколько бы сильно девушка хотела увидеть родной образ её любви, она понимает, что таким образом им двоим будет от этого больнее. Айсу замечает её опечаленный взгляд, решив поменять тему разговора.  — Гёдже по вам скучает. Лале вспомнила о своей лошадке, подаренная братом на восемнадцатилетие. В последнее время она очень редко её навещает, из-за чего дочь султана чувствует себя виноватой перед четвероногим другом.  — Ох, со своими проблемами я вовсе позабыла о ней.  — Не переживайте, Осман хорошо за ней ухаживает.  — Может прогуляемся до ипподрома?  — С радостью, Лале-хатун. Попив тёплый чай, девушки покинули сад, беседуя по дороге. Оказалось, шехзаде написал несколько стихотворений о любви и подарил их Айсу в знак своих искренних чувств. От неё юная хатун узнавала новые творческие стороны Османа, умиляясь их отношениям. С самого начала Лале относилась к Айсу без какой-либо неприязни, наоборот, сдружившись с ней. Выбор брата стал удачным, надеясь в дальнейшем увидеть свою подругу в роли законной жены будущего Повелителя. Неожиданно вдали к ним приближается мужчина, по головному убору которого можно узнать великого визиря. Мустафа-паша вместе с шехзаде Османом уже подходили к девушкам, на удивление, без стражи. Немного опасно, учитывая что они находятся в открытом пространстве, несмотря на охраняемую территорию.  — Лале-хатун, добрый день! — паша поклонился и поцеловал тыльную сторону ладони принцессы. — Я очень беспокоился о вас и счастлив видеть вас здесь.  — Мустафа-паша, — в знак приветствия окликнула Лале, уверенно расправив плечи.  — Куда держите путь? — спросил Осман, смотря на Айсу.  — Лале-хатун хотела повидаться с Гёдже. Шехзаде не скрыл свою радость, пару раз похлопав в ладони, будто Лале впервые за долгое время решила повидаться с лошадью. Сама девушка закатила глаза, посмотрев на улыбающуюся Айсу.  — Кстати, вы не желаете составить нам компанию? Мы будем выбирать лучших солдатов для личной охраны шехзаде Османа, — вопрос Мустафы-паши поставил присутствующих в нелепое положение, потому как девушки не посещают такого рода мероприятия. Однако, визирь знает, кто всегда может прийти туда и издалека понаблюдать. Внутри Лале понимает, кому в большей степени адресован этот вопрос, но молчит.  — Думаю, им станет неинтересно, — замявшись, ответил Осман, и тут резко свой голос подал паша.  — Для Лале-хатун это полезная информация. Быть может, она заодно выберет новых стражников для нашего будущего дворца. Юная хатун удивлённо подняла свой взор на Мустафу. Совершенно внезапная весть становится настоящим страхом, ведь в её голове было всё иначе, и как оказалось, ей придётся покинуть родной дом и жить вдалеке от брата, подруги, верных слуг, Аслана. Последнее имя тяжёлой ношей печали ложится на едва живую душу, при одной только мысли о нём хочется кричать от скребущей боли. Лале заметила грустный вид Османа, догадавшись о его участии в этом.  — Ваш отец подарил нам его на свадьбу, — дополнил визирь, наблюдая за растерянностью девушки. — Так как я бо́льшую часть времени буду находится вдалеке от вас, мне важно знать о вашей безопасности. К тому же, правильным будет, если Лале-хатун сможет довериться страже и выберет их сама. Последующие слова для дочери султана были пустым звуком, полностью окунувшись в реальность своей жизни. До этого ей казалось это ложным представлением, затуманенным образом, где есть просвет призрачной надежды. Она не может влиться в разговор, или хотя бы что-либо сказать, глядя в одну точку.  — … ле? Первый зов Османа, слышимый вдалеке.  — Лале?.. Второй зов с нотками беспокойства и следом сильные мужские руки касаются её плеч, полностью освободив от заглушительных мыслей.  — … А?  — С тобой всё хорошо? — шехзаде вновь повторил свой вопрос, обеспокоенно смотря на неё.  — Да, всё хорошо. Не переживай, — юная хатун посмотрела на Айсу, явно испугавшаяся за подругу. — Перенесём визит к Гёдже на завтра, — фаворитка Османа понимающе кивнула, далее Лале переметнула свой взгляд на будущего мужа. — Я согласна. Втроём они уже находились недалеко от ограды, наблюдая за выстроенными новобранцами, готовые показать свои способности. Откуда-то вышел Али-бей, подошедший к визирю и что-то нашептал на ухо. Мустафа только кивнул. Лале чувствовала себя не в своей тарелке, впервые осязая на себе дискомфорт от когда-то одного из часто посещаемых мест. Вскоре паша оставил их двоих на время, благодаря чему девушка облегчённо выдохнула.  — Кажется, ты напряжена, сестра. Что случилось?  — Раньше я часто здесь побывала, но именно сейчас ощущаю себя неважно, — дрожащим голосом произнесла госпожа.  — Может тебя проводить до покоев? Наверное, ты устала.  — Нас ожидали как почётных гостей. Не стоит так сразу уходить. К этому моменту вернулся Мустафа-паша в компании с ещё одним человеком. Осман первый к ним повернулся, в прямом смысле слова, застыв на месте. Лале с недоумением взглянула на брата, следом обернувшись назад. Судьба любит играть с нами, подкидывая разного рода препятствия, что не скажешь о сюрпризах. Сюрпризы судьбы — сильная штука, заставшая человека врасплох с собственными страхами. И в таких ситуациях хочется провалиться сквозь землю, как это происходит с ней в данном случае. Родной взор янтарных глаз окончательно разбивает девичью душу вдребезги. Родной взор карих глаз разбивает горячее сердце с миллионами трещин на осколки. Два юных сердца встретились после принудительного разрыва их любви.