vientos de cambio

Мы лежим сидим на диване какое-то время, размышляя каждый о своем. Его руки не отпускают меня, отдавая тепло. Я начинаю все глубже и глубже проваливаться в мысли, которые обволакивают меня спокойствием и уютом. Я думаю о нас и о нашем будущем. — Дорогая, — слышу я шепот над ухом, — Я думаю мне пора, ты уже совсем сонная. Я с усилием открываю глаза, пытаясь схватится за реальность и не провалиться в сон. — Ты можешь остаться у меня, — говорю я полусонно, думая о том, что не хочу, чтобы эти руки отпускали меня. — Давай я проведу тебя до кровати, — он помогает мне подняться и ведет меня в комнату, где расположена большая кровать. — Помоги, — говорю я, выпутываясь из кофты, которую нужно расстегнуть сзади. — Чшш, сейчас расстегну, — он легко поддевает застежку пальцами и освобождает меня от ткани. Я остаюсь в кремовом белье и, почему-то, совершенно не пытаюсь прикрыться руками. Мой мозг уже проснулся и в полутьме в комнате я замечаю горящие глаза парня, стоящего напротив меня. — Какая красивая, — он шепчет, то и дело бросая взгляд на мое тело. Я обхватываю его шею руками, притягивая ближе, прижимая к себе. Его руки смыкаются за моей спиной, поглаживают лопатки. — Такая горячая, — он оглаживает мою кожу кончиками пальцев, — давай я уложу тебя спать. — Ты совсем меня не хочешь, — я хмурюсь и пытаюсь отстраниться. — Что за глупости, малышка, — он ловит мои руки и снова смыкает их за своей шеей, — очень хочу, — он признается. — Но я не хочу тебя торопить, я хочу чтобы это был твой выбор, я не порыв. — Это не порыв, — я возражаю, — это точно не порыв. — Ты мне так нравишься, — говорит он, глядя мне в глаза. Он наклоняется чуть ближе, целуя мою щеку, все ниже и ниже прокладывая дорожки поцелуев, пока не доходит до ключицы. Моя голова запрокинута назад, когда его язык ласкает мою кожу, когда его пальцы проходятся по ложбинке не спине. — Сними, — прошу я, когда поцелуи превращаются в пытку. — Ты уверена? — он смотрит на меня серьезно, пытаясь показать, что он сдерживает себя, хотя я вижу его горящие глаза и слышу подрагивание рук. Вместо ответа я целую его, медленно, проходясь по каждому миллиметру его губ, только потом заглядывая глубже. Его губы терзают меня, сжигают, а язык кружит во рту. Как только мы отстраняемся друг от друга его губы находят другую цель — мочку моего уха, которую он облизывает, посасывает и вызывает во мне волну мурашек. Вместе с этим его руки щелкают застежкой бюстгальтера и я наконец не чувствую ткани, которая только что упала на пол между нами. Его большие пальцы находят мои соски, он поглаживает их, щипает и сминает, продолжая целовать мое тело. Придерживая меня за талию он начинает подходить к кровати. Когда я, наконец, оказываюсь в объятиях мягкости и прохлады простыни его руки расстегивают мои джинсы и снимают два последних предмета одежды. Он снимает свитер и я наконец могу дотронуться до его кожи. Он мягкий и родной, запах его шеи будоражит мою душу воспоминаниями о доме, хотя я не могу вспомнить, был ли у меня когда-то дом. Наша разгоряченная кожа прилипает к друг другу, заставляя быть ближе, рядом. Он сжимает мою грудь, шепчет глупости и я вижу его горящие глаза, которые направленны на мое тело. — Ты так красива, — он не обязан был говорить это, я чувствую себя так, потому что его глаза направлены на меня и они горят, поглощая и меня. Он опускается поцелуями от моей шеи к груди, не переставая ласкать ее. Его губы находят мои соски, терзают, обдувают, время от времени его зубы проходятся по чувствительным точкам. Я изнываю от желания, наполняясь возбуждением. Мои ноги переплетены вокруг его бедер, его член трется об меня, все никак не совершая нужное нам движение. Он обхватывает меня за талию, чуть приподнимая и я наконец чувствую его в себе. — Такая узкая, — шепчет он, толкаясь глубже, вырывая из мои уст стон. Он кусает меня за шею и не думаю о том, что завтра там появятся отметины. Мои руки сжимают его плечи, я целую его в перерывах между толчками, ощущая соленую влагу на губах. Нам жарко. Моя рука протискивается между нашими разгоряченными телами, попадая в центр событий. Я дотрагиваюсь к клитору и мне хватает лишь пары движений, чтобы выгнуться струной, получая такой болезненно необходимый оргазм. Через пару секунд Максим отстраняется и кончает куда-то на простыни, падая рядом со мной. Пару минут мы выравниваем дыхание, а позже его руки обвивают меня и мы, обессиленные, наконец засыпаем.