Путешествие в Османию

На утро после казни Гюльбахар я проснулась ближе к обеду, потому что накануне очень долго читала, опасаясь, что мне будут сниться сны, где лицо женщины будет преследовать меня и корить за участие в её гибели. Однако, к удивлению, кошмары не преследовали, я спала спокойно, и даже сны о прошлом моей предшественницы на время оставили меня. Видимо настолько меня захватила и в чём-то даже рассмешила поэма «Юсуф и Зулейха» авторства Джами. Забавно, царевна влюбляется в человека из сна, выходит замуж за первого встречного, надеясь, что он – её суженый, но её ждёт разочарование. Конечно, ведь мужем обязательно должен быть тот, кого видела во сне. Потом женщина узнаёт свою любовь в слуге, который на самом деле является пророком, пытается его соблазнить, а когда не получается – добивается его заточения. Она по нему так тоскует, что превращается в слепую старуху, в итоге принимает его веру и освобожденный от заточения пророк на ней женится. «Это ещё ладно, у другого автора женщина спокойно себе живёт, а бедняга сорок лет томится в темнице, пока «роза любви» не расцветает в его душе. Эх, вот какая жестокая средневековая любовь!» – Нарин! — я поднялась с постели, сонно потирая глаза. В тот же момент вошла служанка с тёплой водой и полотенцами. Под дверью она что ли стояла, ожидая призыва? – Который час? Где дети? – Султанша, уже почти обед, вы так сладко спали, что я решила вас не будить. Шехзаде на уроках, а наша султанша училась с Эллой вышивать, после чего Хатун отвела её в сад. Будут какие-то распоряжения? «Значит другую служанку зовут Элла! Наконец-то узнала, потому что уже совсем неудобно, Хатун да Хатун!» Свита моя была совсем маленькой: Нарин – моя правая рука, а ещё две служанки, исполнявшие разные поручения «подай-принеси-убери», первую звали Лале, а другая почти всегда занималась детьми и её имя я узнала только сегодня. Ещё была шпионка, но ту едва ли можно добавить к действующим слугам. Когда нужны были дополнительные руки, звали первых попавшихся слуг из гарема. Ладно хоть моя предшественница не забывала иногда задобрить слуг и наложниц золотом, потому что в многих аспектах беспечность прежней Айше меня просто поражала: она тратила баснословные суммы денег на кучи почти одинаковых на вид платьев и украшения, каких и без того было множество шкатулок, практически ничего не отложив «на чёрный день», не думала, что однажды ей будут нужны сбережения и верные люди, даже той же благотворительностью не пыталась заниматься, чтобы оставить какой-то след в истории и сознании простых людей. – Нарин, помоги мне собраться, пойду в сад, погуляем с Ханзаде. Потом вместе заберём Ахмеда с занятий и поедим в шатре. Я умыла лицо, руки и шею с помощью Нарин, которая лила мне на руки воду с высокого кувшина, а потом женщина подала мне мягкое полотенце. – Другие пожелания, султанша? – Да, пока я буду с детьми, возьми шкатулку, которая стоит около моей постели и найди в гареме свободного евнуха, желательно чтобы он до этого никому конкретному не служил. Пусть Ага продаст содержимое шкатулки и внесёт деньги на счёт местной больницы. В шкатулке лежало несколько тяжёлых ожерелий, которые накануне принесла служанка, как оказалось, Айше только недавно их заказывала у ювелира. – Султанша, это очень доброе дело. Я всегда знала, что вы очень добрая!— потом добавила:— Подбором служанок я займусь, но может понадобиться несколько дней, чтобы подобрать подходящих девушек. Скольких вы хотите отобрать? Я слабо улыбнулась женщине и продолжила: – Для начала хватит ещё двух девушек, с этим не спеши, тщательно их проверь. После этого я хочу, чтобы ты составила список всех моих украшений — откуда они у меня, кем-то подарены или заказаны мною, примерная стоимость, должны же где-то о цене сохраниться записи. Потом то же самое сделаем с остальным моим имуществом. – Султанша, зачем вам это? Раньше вы ничем подобным не интересовались. — Раньше я тратила деньги не задумываясь, думала только о сегодняшнем дне, но больше этого не повторится. Я ведь могу тебе доверять, Нарин? Ты мне поможешь? — Я жизнь за вас отдам, султанша,– в лучших традициях ответила Нарин. – Ну-ну, ты с жизнью собралась расстаться? Мне нужно чтобы ты всего лишь оставалась моей верной соратницей и подругой. – Для меня большая честь быть вашим другом, султанша. Пока мы вели разговор Калфа умудрилась подвести мне глаза, уложить волосы "короной" вокруг головы и вплести в них нити жемчуга, одна из которых свисала мне на лоб. Под причёску я выбрала подходящие серьги и кольцо. Тем временем Лале принесла мне утренний кофе, после чего помогла надеть фиолетовое платье и нежно-розовый плащ. Накинув на голову лёгкий платок, я наконец-то покинула свои покои.

***

Как и было задумано, мы с детьми отлично провели время в саду: сначала мы с Ханзаде гуляли по саду и плели украшения из цветов, потом вернувшийся с уроков Ахмед рассказывал, как учился арифметике. Я задала мальчику несколько вопросов, а получив ответы обратила на них внимание Ханзаде, ведь дочь тоже должна расти образованной. На обратном пути мы зашли в библиотеку – я решила выучить персидский и подобрала пару подходящих книг. Когда возвращались обратно в покои, я увидела, что навстречу мне быстро идёт Лалезар-Калфа: – Султанша, наконец-то нашла вас! Повелитель хочет видеть вас! Я удивилась, но ответила, что скоро приду. Сама тем временем велела одной из служанок отвести детей в детскую и отнести вещи в покои. В покои Султана меня пропустили сразу же, очевидно знали, что Падишах ждёт моего прихода. Оказавшись внутри, я поклонилась Мураду и подошла ближе. Мужчина осмотрел меня оценивающим взглядом, не спешил говорить. — Повелитель, вы меня звали? — Теперь ты всегда называешь меня Повелителем, а раньше часто звала по-имени. Почему, Айше?— заговорил Мурад, поставив меня в тупик. И что тут ответишь? Не скажешь, что я совсем не та Айше, которую он знал, только по какому-то недоразумению заняла её тело и ношу его ребёнка. – Вы — Падишах огромной империи. Разве не должны ваши рабы и другие подданные проявлять должное уважение? Я всего лишь следую правилам,– выждав паузу, таки осмелилась осторожно спросить:— Вы меня потому вызвали? – Вот как, значит ты просто соблюдаешь правила,– чему-то кивнул Мурад, мне показалось даже с раздражением, потом уставился в мои глаза и долго смотрел, будто искал что-то. Потом опять кивнул.– Вот как... Я недоумевала, зачем он меня позвал. Неужели чтобы просто посмотреть и сделать для себя какие-то неизвестные мне выводы? А вдруг он понял, что я самозванка? Впрочем, такую мысль я сразу отмела, как не имеющую смысла, ведь он-то видит ту же Айше. «Ту же, да не ту, ведь ты умело прячешь в себе чувства прежней Айше, перед собой он видит практически равнодушную женщину,– толковал мой внутренний голос.– Впрочем, ему полезно. Пусть думает, что мать его детей смогла выбросить из сердца свою к нему любовь, как и он заменил её на Фарью!» — Я вызвал тебя, чтобы поблагодарить. Благодаря тебе вчера была обезврежена Гюльбахар-султан и её подручные, которые могли немало горя всем нам принести. – Не стоит, Повелитель. Я всего лишь сделала то, что должна была сделать, как мать ваших детей. Ваши враги – мои враги. Синан-паша тоже пойман? – Этот шакал успел сбежать. Но долго бегать у него не получится,– недовольно заметил Мурад. — Всевышний поможет вам найти предателя и вынести ему наказание,– спокойно ответила я, хотя внутри чувствовала досаду, ведь этот человек может принести много проблем. «Эх, жаль, что я не знаю его укрытия. А если бы и знала, что я сделаю? Как объяснить, откуда мне такая информация известна? Так можно и самой попасть в ловушку. Нет, нужно затаиться на время, иначе чего доброго ещё свекровь начнёт видеть во мне опасность и захочет потихоньку избавиться, или сам Мурад в паранойю ударится.» – Ты молодец, что не стала поддаваться своей ревности, как раньше. Ведь ты могла сделать, как посоветовала Гюльбахар,— продолжал между тем Мурад. – В моём сердце больше нет места для ревности, Повелитель. Вы вправе избрать любую девушку для услады и я не скажу ни слова против,– я улыбнулась Султану, но похоже, что его такой мой ответ совсем не порадовал, даже наоборот. – Я вижу, Айше,– просто ответил Мурад, продолжая сверлить меня взглядом. «Неужели и правда злится, что не ревную? — готова была рассмеяться я.– Так тебе и надо, Мурад! Будешь знать, как любящим женщинам изменять и нервы мотать!» За своими размышлениями я не заметила, что Султан, двигаясь бесшумно, как дикий зверь, оказался рядом со мной, очнувшись только когда мужчина впился жарким поцелуем в мои губы. На этот раз я не смогла возразить, когда он потащил меня в постель, даже оправдание про ребёнка как-то не пришло в голову. – Повелитель...– невольно сорвалось с моих губ, настолько я была поражена пылом этого мужчины. – Имя! – властно приказал Султан. У меня конечно были в прежней жизни любовники, но никто из них особенно меня не удивил. Этот же мужчина умудрился вытворять со мной такое, что имя «Мурад» само собой как-то слетело с губ. Прежде чем ощущения совсем лишили меня рассудка, я успела ещё заметить, как в глазах Султана промелькнуло самодовольное выражение.