Вишня

Ло Фэй стояла у перил моста, крутя в пальцах жёлтый листок и смотрела на беспокойное море. Облик девушки не претерпел сильных изменений, но сегодня из-под привычного белого платья виднелась высокая, подвязанная над грудью, серо-голубая юбка, становясь неожиданной яркой деталью вместе с однотонной лентой в собранных на затылке волосах. Ветер играл узким шёлковым шарфом, прятался в свободных рукавах и раздувал юбку, обрисовывая контур хрупкой фигуры и её манящие, плавные изгибы. Чжун Ли немного замедлил шаг, в отличии от мальчишки посыльного, сорвавшегося к девушке, словно глупый щенок к хозяйке. Едва заметив юношу, та одарила его мягкой улыбкой, а затем её сияющий взгляд обратился к мужчине, и в груди у него всё сжалось. Словно не было нескольких дней разлуки, полных пустой суеты, чужих интриг и собственного неясного ожидания. Она была перед ним, смотрела на него и улыбалась именно ему — прекрасная девушка, всё глубже проникающая в его мысли и чувства, подобно пожару, поглощающему неприступную гору. Слегка одёрнув рукав, обнажив тем самым тонкое запястье, Ло Фэй погладила юношу по лохматой макушке, и тот склонился ещё ниже, млея от ласкового прикосновения пальцев. — Госпожа… Госпожа, я выполнил Вашу просьбу! — Уши и шея посыльного пылали от смущения, и он крепко зажмурился, отчаянно краснея. В какой-то момент их общения, из сестрицы она стала госпожой, и Чжун Ли не был уверен, повышение это, или понижение. — Спасибо. Я всегда могу положиться на тебя, верно? — Напоследок коснувшись чужого плеча, Ло Фэй отстранилась, со снисхождением и теплом смотря на юношу. Со стороны больше походило на то, как хозяйка балует заигравшегося с её рукавом щенка — тот повис на ткани, не способный её повредить, но оставлял всё больше мокрых пятен. Кем же был Чжун Ли на этот раз? Таким же щенком, прибежавшим к молодой госпоже, или мужчиной, которому она принадлежала? Пока Чжун Ли размышлял, юноша внезапно схватил девушку за руку, и лист тополя, который она держала, полетел в воду. Ло Фэй растерянно проследила за ним взглядом, но не стала ни ругаться, ни высвобождать ладонь, только озадаченно приоткрыв губы. — Я-я-я… — От волнения крепко стискивая чужую ладонь, посыльный заикаясь пообещал: — Г-госпожа Ло Фэй, я Вас не подведу! Она посмотрела на Чжун Ли, остановившегося за спиной посыльного с выражением сдержанного скепсиса на лице, и вновь улыбнулась. — Само собой. Ты очень помогал мне всё это время, и наверняка ещё поможешь. Думаю, господин Чжун Ли будет рад, что у меня есть такой помощник. Парень опомнился и тут же одёрнул пальцы. Оглянувшись, мальчишка прикусил губы, ощущая себя под взглядом мужчины крайне неловко и нелепо. Он знал, что пара собралась гулять по городу, и его чувства — это безответная влюблённость, но похвала и внимание всё равно действовали на него, как вид восхода над бескрайней гладью моря — ощущение было потрясающее. Встретившись взглядом со спокойными золотыми глазами, юноша почувствовал, что его безнадёжно оставили позади. Насколько утренняя заря была потрясающей, настолько и недостижимой. Солнце вставало для всех, но только этот господин способен его коснуться. — Пожалуйста, позаботьтесь о госпоже Ло Фэй. — Низко поклонившись, посыльный позволил себе последний раз полюбоваться девушкой. Та протянула ему мешочек, и, помявшись, мальчишка не стал его брать. — Не стоит, госпожа, просто поручите мне ещё что-нибудь… Тяжело вздохнув, парень ушёл, оставив пару наедине друг с другом. — Похоже, я разбила ему сердце. — Ло Фэй смотрела юноше вслед, всё ещё сжимая в ладони щедрую награду. Она не выглядела ни грустной, ни веселой, только задумчивой и немного усталой. — К Вам сложно оставаться равнодушным… Но не нужно посылать мальчишку ко мне в дальнейшем — я вполне могу найти Вас сам. — Произнёс Чжун Ли, делая шаг, чтобы оказаться ближе. Расстояние между ними теперь нельзя было назвать приличным, и во взгляде девушки вновь появилось лукавство, и мужчина поспешил добавить: — Неплохое место… Облокотившись на перила, Чжун Ли коротко взглянул на море, отдавая себе полный отсчёт, что всё его внимание обращено к Ло Фэй. А та не отстранилась, оставаясь всё так же нестерпимо близко, положив руку рядом с его. Определённо, очередная игра, призванная подточить его терпение. — Не похоже, чтобы Вас интересовали местные виды. — Заметила девушка, тихо смеясь. Её слова вновь можно было трактовать двояко, и Ло это только забавляло. Она улыбнулась, вдруг выпрямляясь. — А вот я бы осмотрелась. Вы же покажете мне город? — А Вам будет интересно? — Чжун Ли сомневался, что ей есть дело до того, что в Ли Юэ считают достойным внимания. Если бы она действительно хотела — она бы нашла, с кем прогуляться ещё раньше. Но её желания были иными, и заключались вовсе не в осмотре достопримечательностей. — Отчего нет? Наверняка здесь найдётся своя изюминка. — Ло Фэй окинула его оценивающим взглядом, не скрывая своего веселья и откровенного намёка. — Или вы собрались сбежать от меня? Боюсь, что уже поздно. — Я и не собирался. — Чжун Ли подставил свой локоть, даже не думая признавать себя побеждённым. Стоило девушке взяться за его руку, как он наклонился, чтобы негромко произнести над её вмиг покрасневшим ухом: — Обещаю не разочаровать Ваши ожидания, госпожа Ло Фэй.

***

Чжун Ли и Ло Фэй шли мимо пруда с лотосами, где нарастающий ветер покачивал тёмно-зелёные листья и пышные бутоны, а высоко в небе всё больше сгущались чёрные тучи. Девушка подняла взгляд вверх, рассматривая подсвеченные огнями тянущиеся до самого горизонта облака. Свет нарастающей луны слабо пробивался сквозь их тёмную пелену, и не было видно ни одной звезды. Теплый ветер продолжал налетать порывами, разнося по дорожке листья, и гонял их по поверхности пруда, где меж лотосов плавали крупные карпы. — Скоро дождь пойдёт. — Произнося это, Ло слегка нахмурилась. Прерываться из-за вдруг испортившейся погоды, когда они шли рука об руку, так близко, что могли почувствовать тепло чужого тела, и очередная двусмысленная фраза и жест вызывали всё больше сладкого напряжения в груди, совершенно не хотелось. — Ещё немного, и нам придётся прятаться, тесно прижавшись друг к другу, под ближайшим козырьком, чтобы не промокнуть и не замёрзнуть. — Наверняка так и будет, но у нас ещё достаточно времени, чтобы сделать это на обратном пути. Дождь наверняка застанет нас на пороге Вашего постоялого двора, когда мы уже будем прощаться. — Опыт подсказывал Чжун Ли, что не нужно спешки, а теперь, после в шутку оброненной фразы, идти захотелось ещё медленнее. — Даже не знаю, жалеть мне или радоваться. — Ло Фей прижала веер к губам, весело смотря на собеседника снизу-вверх, склонив голову так, что едва не положила её ему на плечо. Чжун Ли только и мог, что любоваться лисицей, жавшейся к нему, как домашняя кошка. Прося ласки, она всё ходила вокруг, потираясь о протянутую руку, чтобы в следующее мгновение отойти, а потом вновь приблизиться. Мужчина выдохнул, с осуждением качая головой и отвернулся, пока девушка принялась с довольным видом обмахиваться веером. Горожане, неторопливо прогуливающиеся по дорожке, также не спешили расходиться — они лишь мельком посматривали на мрачно почерневшее у самого горизонта небо. Молодая пара с ребёнком, шедшая впереди, обсуждала планы на оставшееся время прогулки, споря стоит запускать воздушного змея или же лучше где-нибудь поесть. Слушая их, Ло только вздёрнула бровь, недоумевая чужой беспечности. — В Ли Юэ, похоже, все привыкли к подобным капризам погоды. Хотя, до ваших познаний им ещё далеко, но я бы не теряла бдительности… В обыденных вещах, кажется, к Вам понемногу приближаются. — Это лишь хорошая память и немного в своё время проявленного интереса, госпожа Ло Фэй тоже знает не мало и должна меня прекрасно понимать. А погоду может угадать каждый, кто проживёт на одном месте дольше нескольких лет. Море и ветер могут подсказать многое. — Чжун Ли не мог сдержать улыбки подначке, которой его наградили, словно девушка постукивала его по отодвинутой в сторону маске. Гуляя по городу, он рассказывал практически обо всём, о чём бы его не спросили. Многое из сказанного знал почти каждый житель Ли Юэ, и Ло Фэй, очаровавшая мальчишку посыльного, только подтверждала то, что уже от него узнала. Но некоторые рассказы Чжун Ли оставались слишком специфичными, чтобы эта информация задерживалась в головах смертных. А шутливая подача Ло не скрывала того, что она замечает эти странности, над которыми можно было гадать и гадать. — Вы мне слишком льстите. Я всю жизнь училась играть на инструментах, петь, рассказывать стихи и танцевать, но не проведя нескольких часов за нужными книгами или инструментами — не в пример Вам — смогу только улыбаться и спешно менять тему. — Девушка посмеялась и немного теснее прижалась к Чжун Ли, приковывая его взгляд к себе. — И, увы, последние четыре года моей жизни прошли в постоянных переездах с места на место. Что уж говорить, сколько раз я бывала на улице, не считая моментов схода и подъёма на корабль, можно пересчитать по пальцам одной руки. Ни море, ни ветер мне ни о чём не говорят. Неожиданные слова, стали ещё одним кусочком от пазла, который мужчина всё это время пытался собрать. Хотя формулировка оставалась туманной, Чжун Ли живо представил себе вереницу разнообразных «Садов», сменяющих один другой, пока процессия не прибыла в Ли Юэ. Четыре года за закрытыми дверями, пока хозяину не подвернулся случай выгодно продать свой лучший, самый прекрасный цветок. Но прежде чем мужчина успел задать вопрос, Ло спросила: — А я могу покормить рыбок? Слова прозвучали внезапно, и Чжун Ли растерянно моргнул. Мерно обмахиваясь веером, даже не пытаясь скрыть что нагло меняет тему, девушка указала в сторону пруда, где две женщины под пристальным взглядом миллелитов сыпали карпам корм. Ло, подкинув пищу для ума, не хотела продолжать разговор, но её вопрос не казался надуманным. Какой бы ни была лисица — за всем кокетством, манерами и нарочитой лёгкостью не так часто появлялась обычная девушка, которой не доставало простых радостей жизни. Что бы ни случилось четыре года назад — сейчас это не имело значения. Сейчас они наслаждались прогулкой и продолжали понемногу узнавать друг друга. Это было то, чего хотел и сам Чжун Ли. — Их запрещают кормить слишком часто, так что мы немного опоздали. Мы можем вернуться позже или уже в следующий раз, чтобы к нам не возникло претензией. — Если существует подобное правило, значит, здесь либо запрещают всё подряд, либо не нашлось более серьёзных проблем, занимающих всё внимание. — Ло Фэй фыркнула. — Что ж, придётся ждать следующего раза. На этом они замолчали, погрузившись каждый в свои размышления. Пока пара поднималась по лестнице, оставляя позади аптекарскую хижину, они обменивались взглядами, словно каждый хотел начать новый разговор, но никак не решался. Глядя на купающееся в мягком свете здание, девушка заговорила первой: — Во всех этих переездах… я видела места, где люди живут в страхе перед собственным божеством и такая глупость, как переедание рыб в пруду просто не может произойти. А там, откуда я родом, просто закрывали глаза на творящийся беспредел. Архонту до этого не было дела. Похоже, слова давно рвались из неё. В окружении таких же подневольных девушек, как она сама, кто мог удивиться подобному рассказу? А любой посторонний в первую очередь был тем, кого Ло Фэй должна была развлечь — для них она была товаром, приобретением, чьё мнение не учитывалось. Наверняка когда-то девушка верила, что ей помогут, что её мольбы хоть что-то изменят, но сейчас это превратилось в разочарованное, оборачиваясь одним сухим предложением — Архонту до этого не было дела. — Иногда, даже желая помочь — не всегда есть такая возможность. Но безразличие… — Чжун Ли вздохнул, не зная, как высказать то бесчисленное множество слов, которыми он мог бы описать свои мысли и как бы мог оправдать себя и других Архонтов. Новые были другими, время было другое, и он сам тоже стал другим. Имел ли он право судить, если решил дать людям самим творить свою судьбу, какой бы она не была? — Будучи божеством — безразличие, это не то, что ты когда-либо сможешь по-настоящему почувствовать. — А Вы, кажется, немало знаете об этом. — Щёлкнув веером, Ло Фэй отпустила руку мужчины и пошла вперед по стёртым от времени, утонувшим в земле ступеням. Миллелит, который охранял тропу, уходящую в горы, проводил пару долгим взглядом, но ничего не сказал. Чжун Ли молча последовал за девушкой, не собираясь как-либо с ней объясняться. Иногда казалось, что все его попытки выглядеть человеком — сплошной фарс, не способный обмануть даже ребёнка. Однако это ощущение быстро проходило. Люди легко обманывали сами себя, самостоятельно находя объяснения странностям и сомнительным совпадениям, чаще попадая пальцем в небо, чем догадываясь о чужом секрете. Ло Фэй исключением не была. Наконец, они оба вышли к поросшему мхом мосту с высокими бамбуковыми перилами. Громко шумел водопад, пробивавшийся прямо из горы Тяньхэн, поднимая плотную искрящуюся дымку. Шумный водный поток журчал под мостом, чтобы вскоре обрушиться в бухту и войти в залив. Девушка прошла по деревянным доскам, с каждым шагом всё больше замедляясь, пока на середине не остановилась полностью. Ближайшее к ним здание — Аптекарская хижина — подсвечивалось несколькими фонарями и светом из окон, но всё равно меркло на фоне остального города. Даже той небольшой части, которая виднелась хватало, чтобы осветить ночь. Море переливалось в тёплом оранжевом свечении, и нескольких позолоченных журавлей у смотровых башен таинственно поблёскивали. Мрачное небо с набегающими тучами делало вид ещё ярче. Шум города, его пристани, магазинов и домов, доносился слабо, заглушаясь водопадом и теряясь в шелесте листвы. Тихое, уединённое место. Воздух здесь ощущался иначе, он пах цветами и свежестью, но из-за воды был немного прохладнее, и Ло Фэй непроизвольно поёжилась. Когда ей на плечи опустился тёплый от чужого тела плащ, уже знакомо пахнущий лилиями и совсем немного каштанами, девушка крепко сжала пальцы на его краях. — Вы странный, но нравитесь мне всё больше. — Девушка обернулась к Чжун Ли, облокотившись на ограждение и беззастенчиво рассматривая мужчину. Она несколько секунд скользила взглядом по его фигуре, оценивая, как он смотрится в рубашке и жилетке, особое внимание уделив подчёркнутым крепким плечам и манящим ремешкам на руках. — Вам так больше идёт. Ло Фэй скромно улыбнулась, пожирая его взглядом, но даже не шевельнулась. Сомнений, что без одежды ему было бы ещё лучше, у Чжун Ли не осталось. Однако он тоже не двинулся с места. — Разве это не мне положено осыпать Вас комплиментами? — В ответ на это собеседница только развела руками, предлагая ему начать. Чжун Ли рассмеялся, ощущая себя способным не только на комплименты. Он всё же шагнул ближе, протягивая руку, чтобы поправить свой плащ, крепче кутая в него обомлевшую девушку. После нескольких секунд молчаливого негодования, она фыркнула: — Вы самый… невозможный из всех, кто меня покупал. — Но я ведь сейчас здесь, не потому что купил, а потому что мне с Вами интересно. А какова Ваша причина, госпожа Ло Фэй? — Этот вопрос иногда возникал в размышлениях Чжун Ли, но он никогда не придавал ему особого значения. Девушка проверяла его, как наверняка проверяла всех, кто не видел в ней одно лишь тело для развлечений. В какой-то степени он был вызовом, пятном на её гордости умелой соблазнительницы. И уже в последнюю очередь интересным собеседником. Возможно даже, что она пришла к нему из-за сержанта Е, в поисках не то подтверждений его манипуляций и лжи, не то чтобы найти возможного союзника. Чжун Ли не собирался спрашивать, но ситуация располагала. — Причина? Их было много. — Ло Фэй не отводила взгляда от его лица, смотря в золотые глаза, в которых уже когда-то утонула. У неё перехватило дыхание, и она тяжело вздохнула, крепче сжимая пальцы на плотной ткани чужого плаща. Чжун Ли терпеливо ждал продолжения, не без внутренней улыбки отмечая едва заметный румянец на бледных щеках. — Но сейчас мне просто нравится. Жаль только, что Вы такой нерешительный. Любите ожидание? Колкая насмешка некстати напомнила о едва не потерянном в бюро лице, и мужчина вспомнил все вдохновленные речи Ху Тао. Он умел ждать, был терпелив и сдержан, но нравилось ли ему всё это? Конечный результат почти всегда стоил того. Глядя на девушку, Чжун Ли знал, к чему всё идёт, однако, как и до этого, не считал нужным торопить события, даже если это означать ещё подождать — он хотелось всё сделать по правилам. Для Ло Фэй, это могло быть выматывающее — она не привыкла, что её знакомства длятся так долго — но для Властелина камня? Для него время понятие условное. — Вы не правы. — После всех раздумий, ответил Чжун Ли. Такой короткий ответ не вызывал у Ло Фэй доверия, но она не стала настаивать, приняв то, что ей дают подумать. Отвернувшись, девушка несколько минут смотрела на гавань вместе с мужчиной, вставшим рядом с ней. Тишина между ними казалась непривычной, но не неловкой. Чжун Ли больше рассматривал красивый профиль своей спутницы, нежели любовался видом. Ло Фэй была права, когда говорила, что ему мало интересны знакомые виды — ему хотелось нового. Чего же хотела она сама? Чжун Ли считал — спокойствия, расслабленности, уверенности в том, что ей больше не нужно выживать. Всё её предыдущие отрывисто брошенные слова были об этом. Подозрения подтвердились, когда тихий голос нарушил тишину. — Помните Вы спрашивали, кто учил меня играть? Вам ещё интересно это узнать? — Разумеется. Именно за этим я здесь. — Чтобы слушать и слышать, прежде чем они упадут в одну постель.

***

Стекая с красной черепицы, вода лилась на землю потоками беспокойных ручьёв. Дождь стоял плотной стеной, сбившей нараставшую духоту, и ветер задувал холодные капли, промачивая последние островки сухой земли. Отовсюду из окон лился свет, покачивались не погасшие фонарики — город продолжал сиять вечерними огнями даже под ливнем. Чжун Ли окинул взглядом опустевшую улицу, с редкими прохожими, прятавшимися под промасленными зонтами, и подумал, как сейчас сам точно так же отправится в бюро. Стоя на пороге постоялого двора, он мог слышать разговоры и оживлённый смех разомлевших от выпитого вина постояльцев, мог чувствовать запах еды и уютное тепло, но даже не думал остаться, какой бы соблазнительной такая атмосфера не казалась. — Вы выглядите одиноко, господин Чжун Ли, и это делает больно моему сердцу. — Ло Фэй не смогла приблизиться незаметно — мужчина слышал тихие шаги и характерный шелест её одежды. Девушка приблизилась, и в воздухе словно неуловимо повеяло спелой вишней. Руки Чжун Ли коснулась тёплая ладонь, скользнула к локтю, а затем слегка потянула за ремешок на плече. Голос послышался совсем рядом и звучал игриво: — Вы точно не хотите надеть плащ? На улице теперь прохладнее, да и зонт не сильно поможет от дождя… Так ли нужно уходить? Для Вас здесь наверняка найдётся комната. Любая пустая комната. Или комната Ло Фэй. Он мог сам выбрать, и любой вариант был бы встречен с улыбкой. И даже тот, где он уйдёт. Чжун Ли встретился с девушкой взглядом, ожидая увидеть привычное веселье и кокетство, но та смотрела с беспокойством. — Это всего лишь дождь. Я не заболею. — Но он всё равно принял у неё из рук зонт, оставляя плащ висеть на локте. — Госпоже Ло Фэй стоит побеспокоиться о себе — она любит играть с огнём. Под этой фразой он имел ввиду очень многое. И её беспечное поведение с ним, и её слишком лёгкую одежду, когда на улице действительно похолодало, но в первую очередь, его беспокоила ситуация с сержантом Е. — Это уже часть моей натуры. — Фыркнула девушка и спрятала лицо за веером, не без любопытства поглядывая на Чжун Ли. С их разговора на мосту в общении меньше флирта не стало, однако Ло Фэй словно вдохнула полной грудью и позволила себе немного свободы. Рассказ о матери пусть и вышел кратким, полным недосказанности и без каких-либо дальнейших слов о судьбе той женщины, что уже говорило само за себя, но он будто напомнил Ло о прошлых обещаниях и надеждах. Чжун Ли мог лишь гадать, впрочем, почти полностью уверенный в своей правоте — мать Ло Фэй была продажной женщиной, не выкупившей себя из-за рождения девочки, которую пришлось оставить при себе в публичном доме. И всё же, это не опустило руки женщины — она берегла свою дочку и учила её всем благородным искусствам, что так выделяли её на фоне других, делая из неё скорее певицу и актрису, но позже они обе стали жертвой обмана, и Ло Фэй осталась одна. Возможно, как раз четыре года назад, или немного раньше. Ло не знала, есть ли у неё живые родственники, и доверять в этом мире ей было не кому. Чжун Ли стал первым, кого она подпустила на шаг ближе, и он не собирался предавать её доверие, а потому не мог сейчас остаться. И по той же причине он не станет молчать. — Старший сержант Е заходил ко мне. Вы становитесь его головной болью. — Какое совпадение, ко мне он тоже заходил. — Ло Фэй продолжила как ни в чём не бывало обмахиваться веером, пытаясь не то раздуть огонь ещё больше, не то лениво стараясь потушить. — Вам стоит быть осторожнее с этим человеком. Он может казаться терпеливым, и он не так глуп, чтобы действовать необдуманно, но Вы даёте ему и стоящим над ним время, чтобы всё переосмыслить. Почему им нужна информация именно от Вас? — В Сливовом саду были и другие известные девушки, пользующиеся лишь немного меньшей славой, нежели Ло Фэй. Наверняка с ними можно было договориться проще — Чжун Ли видел их потухшие и полные смирения взгляды. Эти птицы с перебитыми крыльями никогда больше не полетят, и пойдут в любую протянутую в ласке руку. — Им нужна не сколько информация, а сколько моё общество рядом с нужными им лицами. Хотя, об этом речи пока не шло… Но я знаю, что мои давние знакомые их очень интересуют. Всё это лишь вопрос времени. Другие девушки просто боятся говорить, а смотреть людям в лица тем более. — Ло Фэй отвела взгляд и прижала веер к губам. В какой-то степени, она тоже боялась, прячась за своей лисьей маской, то кусая протянутую руку, то под неё подставляясь. За тихим щелчком сложенного веера послышался вздох, а затем уверенная, но фальшивая улыбка появилась на лице. — Не то чтобы я сильно против, но сержант Е обещал мне помощь — я думала остаться в Ли Юэ, Вы ведь наверняка заскучаете без меня… Вот только он что-то не торопится выполнять свою часть уговора. Впрочем, как и с Вами, ведь так? Иначе почему Вы мне рассказали? — Рассказал, потому что беспокоюсь. Но да, в том числе и потому что сержант Е был недостаточно вежлив и ещё он действительно должен мне. Ло Фэй немного помолчала, а затем задумчиво протянула: — Однако, разве я Вам теперь не обязана ещё больше? Вы выслушали меня, а теперь и про господина Е рассказали. Вы же позволите мне отплатить Вам на благотворительном вечере? — Её кроткий тон не мог скрыть коварного замысла. Провалившись в лисье логово, Чжун Ли ощущал себя в мягком плену раскинувшихся белоснежных хвостов, пока нежные руки оглаживали его плечи, а губы тепло прижимались к горлу. Острые клыки уже слегка прокусили кожу. — Не думаю, что Вам нужно разрешение, хотя я не считаю, что Вы мне чем-то обязаны, госпожа Ло Фэй. Но я приду. Будет интересно посмотреть на представление. — Он улыбнулся, и слегка склонил голову в вежливом поклоне. Что бы она не задумала, Чжун Ли уже решил, что совершенно не против. Ло Фэй рассмеялась: — Вам обязательно понравится, но прежде я хотела бы познакомиться с культурой Ли Юэ. Да и Вы ведь должны будете вернуть мне зонт, а я вновь угостить Вас чаем. Не всё же пить его в одиночестве. — Она слегка прижалась к мужчине, разглаживая невидимые складки на его груди. — А о сержанте Е не беспокойтесь — я не позволю ему обидеть меня.