Ре мажор

— Не бойтесь, можете подойти ближе, — одушевленно улыбается Райнер, любезно подставляя Белль ладонь и подводя ее к столу, стоящему в самом центре небольшого лабораторного помещения. До этого момента Белль здесь не бывала, но и рассматривать толком нечего, голые стены с белоснежным покрытием, одна камера в углу под потолком и, собственно, стол, на котором и сосредоточилось все самое интересное: пушистый серый кролик беспокойно снует в пределах тесной прозрачной коробки, недалеко стоит микроскоп с подставкой для небольшого количества пробирок. Белль непроизвольно умиляется и вопрошающе глядит на Райнера. — Конечно, можете погладить, если хотите, — понимая Белль без слов, улыбается Райнер, настраивая что-то в устройстве микроскопа. В предвкушении закусив губу, Белль осторожно опускает руку в коробку и, поначалу, почти невесомо проходится пальцами вдоль пушистой шерсти. Животное дергается, беспокойно возится уходя от прикосновений. Такой напуганный, это заставляет Белль жалостливо вытянуть губы, и надеяться, что доктор Райнер не собирается делать ему больно. Наверное, это ужасно жить в лаборатории, там, где смысл твоего существования пугающе прост и ограничен. Белль мягко гладит замершего кролика, неосознанно проводя параллель между ним и Баки. Гидра держала его у себя прямо как животное, проводила свои ужасающие эксперименты. Белль столь много не знает о Баки, о времени, проведенном в плену у нацистов, в каких условиях они его содержали, как обращались, что заставляли делать, вне выполнения миссий. Она не уверена, что действительно хочет знать обо всем. Когда Белль размышляет обо этом, начинает злиться, так сильно, что внутри будто полыхает огонь, но этой злости нет выхода, это чувство, с которым ей приходиться мириться, но что тогда испытывает сам Баки? Если он помнит все те ужасы, какая ярость живет внутри него и как он способен выдерживать эту отравляющую ненависть каждую секунду своей жизни? — Белль, все хорошо? Она чувствует теплую ладонь доктора на своем плече. — Да, я просто задумалась. Не терпится увидеть, что же вы покажите, — Белль натягивает неубедительную улыбку. Стив забрал ее на базу, со словами, что доктор Райнер хочет показать ей нечто особенное, как и обещал, а Белль уже и забыла об этом. По дороге в лабораторию произошла не самая комфортная встреча с Броком, но ее не покидало желание отыскать его снова, если ей удастся, и поговорить нормально. Она очень давно не видела его и честно сказать, Белль действительно привязалась к Рамлоу сильнее, чем думала, чтобы вот так просто махнуть на него рукой, и пусть он с этой миссией по отношению к ней справляется отлично, Белль не желает с этим мириться. Брок выглядел на редкость плохо и, кажется, он с упорством ребенка бегает от Белль, и она обязательно предъявит ему за эти детские выходки. Да, их последняя встреча была не самой удачной, Белль может понять его поведение, но оставлять все это вот так — неправильно. А еще она чувствует иррациональную вину перед Рамлоу, Белль знает, что не должна — это бессмысленно, но она так чувствует и ничего не может поделать. Что ж, она обещает себе решить этот вопрос, как только подвернется возможность. Сегодня даже не пришлось переодеваться в лабораторную одежду, ассистенты во главе с доктором Райнером сразу же привели Белль сюда. В данный момент в помещении находились только она, Райнер и неизменная Долорес, следующая за доктором призрачной тенью. — Подойдите сюда, — Райнер подзывает к микроскопу, разворачивая оборудование в сторону Белль. Она неуверенно заглядывает в окуляр, сосредоточенно хмуря лоб. — Сейчас вы видите клеточный материал, пораженный раком, продолжайте наблюдать, — Райнер достает из подставки пробирку с пипеткой и капает пару капель содержимого на стекло с зараженной клеткой. — А это активный биоматериал, который мы получили на основе мутагенов вашей клетки. — Что... что произошло? — Белль любопытно придвигается ближе, хватаясь за штатив микроскопа. — А что вы видите? — Райнеру едва удается сдерживать радость в голосе, Белль это отчетливо слышит. — Трудно сказать, но... все меняется, теперь она совсем другой формы. — Это так и вернее будет сказать — у нее правильная структура. Так выглядит нормальная, здоровая клетка. Ваш биоматериал активировал факторы, стабилизирующие геном, а также усилил позитивный регулятор клеточного цикла и его ингибитор. Говоря проще, Белль, мы только что вылечили рак, благодаря активной мутации. Ваша мутация прекрасна, она — есть исцеление. Если бы только вы могли обладать ей в полной мере, — восторженно вещает Райнер, бурно жестикулируя. — С ума сойти... — пораженно охает Белль, слабо улыбаясь, ее затапливает чувство тихой радости и облечения. И причиной тому, совсем не удивительные возможности ее ДНК — хотя это просто невероятно и может спасти миллионы жизней, и Белль все еще трудно чувствовать себя причастной к чему-то подобному — данное открытие знаменует окончание ее существования как подопытного кролика, Баки больше не будет волноваться о ней, и им не придётся снова ругаться. — Это еще не все, — Райнер принимает из рук Долорес шприц-пистолет, ассистентка же подходит к коробке, ловко вытаскивая оттуда беспокойного кролика. Белль протестующе распахивает рот, но так ничего и не успевает сказать. Доктор одним отработанным движением вкалывает в бедро животного содержимое шприца. — Что это было? — нетерпеливо интересуется Белль, ей совсем не хочется томить себя догадками о том, что кролику только что навредили. Долорес молча возвращает его назад в коробку, но тот неожиданно стих, приваливаясь на бок и замер совсем. — Доктор... — беспокойно зовет Белль, ей совсем не нравится то, что ей приходиться наблюдать. — Это... он же не... — Он умер, — безэмоционально докладывает Долорес. — Что? — Точнее, почти. У нас есть буквально пару секунд, — добавляет Райнер и снова вкалывает что-то в мышцу неподвижного животного. — А вы уверены, что... — Не переживайте, Белль, просто наблюдайте. Белль нехотя кивает, ей становится некомфортно здесь присутствовать, но вот пушистая лапка едва дергается и буквально через пару мгновений кролик поднимается на ноги и вновь резво возится в своей коробке. Пораженно хлопая глазами, Белль облегченно выдыхает, прижимая руку к груди. — Но... как... что произошло? Райнер восторженно хлопает в ладоши, а после сдержанно и горделиво поправляет очки на переносице. — Сыворотка, полученная на основе мутированного генома, смогла реинкарнировать поврежденные клетки — даже в критичном состоянии — и ликвидировать все токсичные материалы. — Хотите сказать... вернула из мертвых? — пораженно усмехается Белль. — Нет, до этого нам еще далеко. Животное было не убито, как я и сказал. — Я полагаю, тем не менее, вы добивались именно этого? — Белль поднимает кролика на руки, такого живого и юркого словно и не он каких-то пару секунд назад был практически мертв. — Так и есть, — Райнер кашляет, весьма неловко, и Белль совсем не нравится, как заметно он стушевался, на его лбу проступают глубокие морщины. — Это ведь может спасти очень много жизней, — воодушевленно улыбается Белль. — Могу я вас поздравить? — удерживая в одной руке притихшее животное, она протягивает вторую для рукопожатия. Райнер нетвердо пожимает ее в ответ. — Конечно. — Значит ли это, что моя работа здесь... ну, закончена? — криво улыбается Белль, отчетливо ощущая в воздухе нависшее напряжение. Она так хочет услышать желанный ответ, но уже понимает, так просто ничего не будет. — Говоря об этом... — доктор шумно вздыхает и нервно чешет затылок, — Все не так просто, — буквально дублирует ее мысли Райнер и смотрит таким жалостливым взглядом, только Белль не ясно кого именно он жалеет: себя — из-за угрозы невозможности продления их исследовательской деятельности — потому что Белль этого точно не захочет, или ее саму — потому что ее хотелки никому не будут интересны? — В каком смысле? — Мы полагали, что сможем производить дальнейшие вариации сыворотки на основе полученного биоматериала, но мутация зараженной клетки обладает рецессивным признаком и не способна делиться с передачей мутированного генома, без вас, Белль, мы беспомощны. Источник мутированной РНК живет только в вашем организме, поэтому я вынужден вас просить... — Нет. Она перебивает, не успев подумать насколько это может быть грубо, потому что ей совсем не нравится то, что она слышит. — Простите, но я не намерена продлевать контракт и.… я очень устала и хотела бы закончить на этом. Райнер понимающе кивает, он нервно теребит пуговицы своего халата. — Конечно, я все понимаю и не смею вас уговаривать, — едва скрывая негодование говорит Райнер, слишком тихо, будто самому себе, — Но я должен сообщить об этом Нику, думаю вам предстоит обсудить это с ним. — С Ником Фьюри? — боязливо переспрашивает Белль, ей совсем не хочется говорить с Фьюри, она более чем уверена, что он, со своими выдающимися способностями манипуляции, вполне способен заставить ее передумать. — А могу я увидеть Капитана Роджерса? — Не уверен, что он на базе, подождите здесь, — Райнер вместе с Долорес скрываются за дверью, оставляя Белль одну. Одну, в давящей тишине белоснежного помещения и стерильного запаха. Она нервничает, потому что подозревает — Стив не на базе, даже Рамлоу наплевать, он больше не заботиться о ее делах, и Белль не знает, как ей выкручиваться из лап ЩИТа в одиночку. Она очень сомневается, что, сказав Нику в лицо свое "не хочу", он пожелает ей всего хорошего и отправит восвояси. Баки был прав, наверное, ей не стоило соглашаться на все это еще с самого начала, но какой выбор у нее был? Такая наивная и самонадеянная, Белль думала, что будет рада помочь, внести свой вклад на благо человечества. О, эти громкие слова, что песок по ветру — абсолютно ничего не значат. И почему она позволяла себе столь самоуверенно и глупо рассуждать? Похоже, Капитан Роджерс абсолютно прав, считая ее ребенком, это все — слишком для нее. Белль переоценила себя и свои возможности, но понимает это слишком поздно. Благо человечества. Белль трясет головой, сжимая пальцами виски. Такая глупая. Да, ЩИТ не раз спасал это самое человечество, но даже это не делает их белыми и пушистыми. У любой организации подобных масштабов есть свои цели и мотивы, и они не могут быть настолько прозрачны. На кону стоят личные интересы целой группы лиц, не только Фьюри, и не только доктора Райнера. Ей просто не нужно было ввязываться во все это, но время назад не повернешь. Возможно ей стоит найти Рамлоу? Она не может просто стоять здесь и ждать неизвестно чего, но как Брок сможет ей помочь? Он напрямую подчиняется руководству ЩИТа и в случае чего, уж точно, не нарушит устав ради нее. А что она вообще хочет сделать? Нет, она не будет просить у Брока помощи, ему и своих дел хватает, он уже достаточно отхлебнул по ее вине. Белль просто хочет с ним поговорить, когда это представится возможным и, если он больше не желает ее видеть, пусть скажет это в лицо. Она будет действовать по ситуации, если необходимо поговорить с Фьюри, Белль это сделает, без помощи Роджерса или кого бы то ни было. Нельзя бояться всего на свете, чтобы там на этот раз не придумал Фьюри, она не поддастся, и это нужно не только ей, но и Баки. Если Щит отстанет от нее, будет лучше всем. — Белль, — из-за двери высовывается незнакомая светлая макушка, а вскоре показывается и сам обладатель. Высокий мужчина в штатной униформе боевого подразделения ЩИТа, молодой парнишка на вид, с всколоченными волосами, слегка отдающими рыжиной и странной полуулыбкой на губах. — Да? — Белль подскакивает со стула, на который опустилась буквально пару секунд назад. Незнакомец криво усмехается на ее нервозность и примиряюще поднимает ладони. — Я агент Матис Гальяно, мне приказано отвезти вас домой. — Домой? А как же Ник Фьюри и... Матис безразлично вздергивает бровь и спешит прервать попытки Белль разобраться в ситуации. — Фьюри сегодня вас не примет, вы будете доставлены на базу, когда это понадобиться. — Что? Но доктор Райнер сказал... погодите, а где доктор Райнер? Матис одаривает Белль смешливой ухмылкой, и более не объясняясь, просто хватает ее за предплечье и тянет вслед за собой. — Эй! Я и сама могу идти, — пытается возмутиться Белль, едва поспевая за быстро идущим агентом. — Вы задаете слишком много вопросов, Белль, — ее имя он произносит нарочито язвительным тоном, от чего Белль непроизвольно морщится. — Что это вы так испугались? Еще и язвит, мерзавец. — Отпустите меня, — ее голос не дрожит, на удивление у нее получается взять себя в руки и говорить требовательно. Только вот никакого эффекта на наглого агента это не производит. — Я сказала отпусти! Белль упирается ногами в пол и пытается вырвать свою руку из крепкой хватки, Матису приходиться обхватить ее за плечи, чтобы продолжать вести за собой, но Белль не собирается так просто сдаваться. Она делает резкий выпад ладонью, он приходится точно Матису по подбородку, и он болезненно шипит. Белль пихается и извивается так рьяно, что умудряется практически выскользнуть из рук Гальяно, но он ловит ее за край распахнувшейся верхней кофты, из которой Белль легко выбирается и предпринимает новый рывок вперед, но Матис, похоже, настроен не менее решительно чем она, снова ловит ее за руку, тянет на себя и с размаху ударяет Белль по лицу, так, что она падает на пол ударяясь головой об угол приоткрытой двери лабораторной.

***

Рамлоу просыпается с лютой ненавистью на самого себя, и почему он забыл выключить чертов телефон прежде чем лег спать? Он честно собирался игнорировать ублюдка — кто бы он ни был — но похоже, настойчивости ему не занимать. Проклятый мобильный не затыкается ни на минуту, так что Брок чертыхаясь и ненавидя все мирское существование сползает с кровати, едва не запутываясь в собственных ногах. По итогу, больно ударяясь голенью о тумбочку, которую незамедлительно одаривает четырёхэтажным матом и, одним не менее болезненным для себя же, пинком, после чего, наконец, добирается до дивана и своих смятых брюк, в заднем кармане которых все еще продолжает надрываться телефон. — Ебанный в рот, — вздыхает Брок, едва разбирая имя на дисплее. Ну конечно, только один человек мог быть таким бесяче упёртым. — Роджерс, вот ублюдина... Со второй попытки Броку удается провести по нужной кнопке, чтобы ответить на звонок. — Блять, Кэп, тебе сойдет это с рук, только если кампус в огне, или прилетели чертовы инопланетяне с какой-нибудь космической задницы. — Я знаю, что у тебя выходной, но мне снова нужна твоя помощь. — Ты меня с благотворительным фондом перепутал? Мы с тобой не друзья и даже не приятели, если это не касается работы хватит с меня этой хуйни. — Рамлоу, — голос Роджерса серьезен и даже требователен, и, если бы можно было ударить человека через телефон, Брок бы обязательно этим воспользовался. — Это касается Белль. Рамлоу закатывает глаза и зажимая телефон между плечом и ухом, пытается нашарить в джинсах пачку сигарет. Серьезно, почему каждой собаке теперь известно, что достаточно упомянуть лишь имя этой девушки, чтобы Брок не послал на хер на первой секунде разговора. — И почему меня должно это ебать? — тем не менее, артачиться чисто для проформы и удовлетворенно улыбается сам себе, отчетливо слыша тяжкий вздох Роджерса на свои весьма не красноречивые высказывания. Отторжение Стива к матерным словам, обеспечивает Рамлоу хоть какой-то отдушиной. — Если бы тебе действительно было все равно, ты бы не помогал мне искать Белль и не сделал бы много чего еще, я могу перечислить, но не думаю, что тебе это понравится. — Погоди… это что, попытка мной манипулировать, Кэп? — Едва ли я это умею. — Вот именно. — Меня нет на базе, за Белль нужно присмотреть, она пока на процедурах, но я бы хотел, чтобы ты был рядом. Ей будет так спокойнее. Похоже, Стив умело игнорирует недовольство Брока и будто точно знает, что Рамлоу побежит исполнять его просьбу. И давно этот старый, наивный дурак стал таким проницательным? — Там что, агенты закончились? За ней может присмотреть любой другой, Кэп, не еби мне мозг, — еще одна жалкая попытка, Брок не понимает зачем продолжает упираться, потому что уже точно знает, что пойдет. — Рамлоу. Фу. Брока тошнит, когда Роджерс произносит его фамилию вот так, что-то вроде: «Хэй, я отлично понимаю какое ты говно, но, так как являюсь местным Иисусом, уверен, что и в тебе есть что-то хорошее». — Я надеюсь на тебя. Спасибо. Рамлоу хочет сказать ему, чтобы тот засунул благодарность себе в задницу, но вместо этого отключает звонок и спешно принимается надевать брюки.

***

На этаже до странного тихо, Рамлоу не находит доктора Райнера и Белль в исследовательской, но белые халаты подсказали, что те скорее всего еще в лабораторной, куда Брок спешно направляется, с каким-то дурным предчувствием. Он даже забыл о том, что зарекся никоим образом не связываться с Белль и хоть как-то участвовать в ее жизни, но все это уходит на задний план за простым желанием увидеть ее, убедиться, что все хорошо. Одна из лабораторных дверей открыта, но Рамлоу не находит там никого, кроме скучающего в своей коробке кролика. Брок зависает на какое-то время, прикидывая в голове варианты того, что могло произойти, но как бы сильно не задумался Рамлоу, он все еще опытный боец и оперативник, чьи рефлексы работают на пределе почти каждую секунду, так сказать, в фоновом режиме. Именно поэтому Рамлоу успевает увернуться от летящего удара сзади как раз вовремя. Микроскоп, которым его очевидно пытались огреть, в холостую проходится об стену разбиваясь вдребезги. — Какого, блять… — не успевает договорить Рамлоу, как Долорес, верная помощница доктора Райнера, ничуть не растерявшись хватает стоящий рядом стул и снова замахивается на Брока. Он успевает удачно перехватить предмет за металлическую ножку, вырвать его из рук ассистентки, но она быстро находится, награждая его точной серией довольно крепких ударов прямо под дых. — Вот сука, — шипит Рамлоу и не жалея сил хватает Долорес за волосы, ударяя головой об стол, но та, похоже не так проста, как кажется, умудряется схватить со стола шприц и извернуться так, чтобы воткнуть его прямо в оголенную шею Брока. Это отвлекает и у нее получается нанести удар локтем в лицо и коленом в живот. Брок успевает отметить какое непривычно злобное лицо у этой извечно спокойной и раздражающе улыбчивой Долорес. А еще он понимает, что дело говно. Долорес — шпион, подосланный агент, прямо у них под носом, все это время. И стоит ли сомневаться в том какой именно организацией она послана. К черту церемонии. Он ловит ее голову и ударяет своим лбом так, что Долорес болезненно распахивает рот, в беззвучном крике, и закатывает глаза от дезориентации, но Рамлоу не собирается на этом заканчивать. Один точный удар кулаком в грудь, в легкие — ассистентка сгибается, словно поломанная кукла — и локтем по позвоночнику. Она грузно падает на пол, беспомощно открывая и закрывая рот, все еще обрамленный ярко-красной помадой, в попытках вздохнуть. — А теперь, мы немного поговорим, — Брок садиться на корточки, рядом с извивающейся на полу Долорес и хватает ее за щеки, разворачивая лицом к себе. — Х-хх-…Хайль… — Не трать свои силы на эту хуйню, дорогая. Учти, я не буду нежным.

***

Голова ритмично бьется о что-то твердое и это неприятно, а еще Белль чувствует, что ее значительно потряхивает — все эти ощущения заставляют прийти в себя и силой согнать сонную пелену с глаз. Белль обнаруживает себя на переднем сидении машины, ей сложно шевелиться, опустив взгляд она понимает, что довольно изобретательно скованна ремнем безопасности. Осознание накатывает на нее одной болезненной волной, бьет прямо в ушибленную голову. — Очнулась? Будь хорошей девочкой и веди себя тихо, если хочешь доехать в целости, — говорит Матис, он вальяжно ведет машину и его расслабленная поза говорит о том, что они успели отъехать довольно далеко от базы и едва ли он чего-то опасается. — Доехать куда? — едва слышно хрипит Белль, отрывая тяжелую голову от оконного стекла. Матис говоряще улыбается, хлопая Белль по колену. Этим жестом он заставляет ее нервно дернуться, в попытке отсесть как можно дальше. — Туда, где ты должна была быть уже очень давно, но оказалась слишком везучей, я даже завидую, — хохочет Гальяно, — Мало того, что ускользнула, так еще лучшего агента с собой прихватила. Белль старается не выказывать ужаса, который она испытывает с каждым сказанным словом этого незнакомого ей агента в, казалось бы, обмундировании ЩИТа. — Ты… ты не агент ЩИТа? — заплетающимся языком произносит Белль, знает, что задает до смешного глупый вопрос, и Матис всем своим лицом это показывает. — Возьми с полки пряник. Твое везение закончилось Белль. Хотя, как бы тебе сказать… Гидра всегда знала где ты, как и ее совершенное оружие. Вы умело спрятались, но ЩИТ сделал за нас практически всю работу. Белль ошеломлённо хлопает глазами, пытаясь уложить в голове полученную информацию. — Тогда почему… именно сейчас… — Потому что доктор Райнер, один из гениальных ученных нашего времени, похищение которого также создало бы нам много мороки, успешно завершил свое исследование, вывел нужную формулу, а Гидра… — Матис безразлично жмет плечами. — Просто была рядом и ожидала своего часа. Агент ЩИТа, точнее Гидры, оказывается довольно болтливым, Белль и не думала, что услышит так много, но похоже парню доставляло удовольствие трещать в один канал. Пока он продолжает увлеченно бахвалиться заслугами Гидры, Белль пытается поймать наиболее удобное положение своего тела, чтобы добраться до кнопки ремня. — Теперь у нас есть формула и источник мутированного генома, — Матис красноречиво указывает на Белль, — Ах да, цепной пес, также, вернется домой. Белль сжимает челюсти от вмиг накатившей злости, но она нащупывает чертову кнопку, приходиться больно вывернуть кисть руки в попытке нажать, но пальцы все норовят соскользнуть. — Что вы сделали с Баки? — Это вопрос времени, — снова жмет плечами Матис. — А что, думала будешь жить с Зимним Солдатом долго и счастливо? Он принадлежит не тебе. Без обид. Ей, наконец, удается нажать на кнопку ремня, тем самым освобождая себя из тисков и прежде, чем Гальяно успевает отреагировать на это, Белль замахивается ногой, со всей силы — насколько это возможно в ее состоянии — ударяет агента по челюсти. — Без обид! — выплевывает Белль и в тот же момент, под болезненные стоны Матиса, совершает резкий рывок вперед и тянет руль в сторону так, что машину резко заносит влево, навстречу бордюру. — Дрянь! — мычит Матис, он успевает перехватить руль, чтобы выровнять движение, грубо отталкивая Белль в сторону. Но для этого приходится сбавить скорость, и она пользуется этим, спешно распахивает дверцу машины и выпрыгивает прямо на ходу. Болезненный удар об асфальт, но Белль успевает сгруппироваться, пока ее тело волочится вдоль проезжей части. Она лишь эхом слышит громкие сигналы несущихся навстречу машин и свист тормозов. Первые секунды Белль боится оторвать руки от головы и осмотреться, а еще она чувствует, как все тело гудит от боли, но у нее совсем нет времени тут лежать. Только со второй попытки ей удается подняться на дрожащие ноги. Оглядываясь по сторонам, она видит какой хаос образовался на дороге, а еще буквально вылетевшего из машины Матиса, он спешно пролезает через капоты, тесно остановившихся друг к другу вереницы машин, в попытке добраться до Белль. Его лицо больше не источает спокойствие и самоуверенность — это гримаса почти отчаянной злости. Хайвэй пролегает на высоте двадцати пяти метров над обычной развязкой магистралей, двустороннее полотно стоит на бетонных опорах и не имеет пешеходных обочин, обе стороны огорожены металлическим забором и Белль панически размышляет куда ей деваться. Бежать вдоль шоссе? И как долго? Прихрамывая и держась за ушибленный бок, она несется к краю дороги, прямо к карману для аварийной парковки, если она правильно помнит, там должны были располагаться аварийные выходы. Неуклюже перелезая через ограду, Белль слабо радуется, замечая узкую пожарную лестницу, она уходит вниз, до самой автодороги. Не теряя больше ни секунды, Белль перебирается на лестницу, металл скользит под вспотевшими ладонями, ноги дрожат и каждый шаг на следующую ступеньку все более неуверенный. Она даже не успевает оценить высоту, страх отступает под воздействием адреналина, она думает лишь о том, как бы спуститься скорее и не сорваться. Матис уже лезет следом, Белль лишь отдаленно слышит его угрозы, уносимые порывистым ветром, но все это не важно, ей нужно сосредоточиться. Пока она спускается, голову посещают не самые радужные мысли, почти все они связаны с Баки так или иначе, и сопровождаются аккомпанементом истошных воплей сигналов машин. Что имела в виду эта Гидровская скотина? Неужели они напали на Баки и им удалось снова его захватить? Нет, нет, нет. Белль трясет головой, хочет выбросить эти мысли из головы, Баки так просто им не сдастся. Он будет в порядке, а ей в данный момент лучше позаботиться о себе. Она наконец спускается на землю, едва успевает перевести дух и поверить в то, что преодолела такой страшный спуск, необходимо бежать дальше, в сторону от дороги. Она сбивает с ног, проходящих мимо, ничего не понимающих людей, бежит так быстро, как может, оглядывается и видит, что Матис едва ли отстает от нее, а еще он говорит с кем-то по рации. Это плохо. Тут есть еще агенты Гидры? Прежде, чем Белль успевает обдумать эту мысль, она забегает на какую-то, скорее всего заброшенную стройплощадку. Она едва не спотыкается о сваленные железные трубы и сваи, но вовремя координирует движения. Возможно, у нее получится спрятаться в здании, но в момент, когда она очередной раз оглядывается назад, резко и слишком больно ударяется о что-то, валиться на землю. Ее махом поднимают на ноги. Совершенно незнакомые люди в черной тактической униформе — агенты Гидры, тут и гадать не нужно. Белль уже понимает — ей не выбраться, их слишком много, они с оружием, но зачем-то продолжает пыхтеть и пытаться выскользнуть из грубой хватки. — Осторожней, эта сука не так проста, как кажется, — ворчит запыхавшийся Матис, Белль одаривает его ненавистным взглядом, но это только веселит его. — Гальяно, не можешь довезти какую-то девку из одной точки в другую? Вот что бывает, когда понабирают молодняк, — усмехается самый здоровый из агентов, именно он и удерживает Белль на месте. — Она, блять, дала деру с хайвэя по пожарной лестнице, я даже не знал, что такие выходы вообще бывают, — плюется Матис, зачесывая волнистые пряди назад. — Ты чертов кретин, — гогочет здоровяк, но вот, слышится звук выстрела и в голове агента красуется кровавая дыра от пули. Белль вскрикивает быстрее, чем понимает, что ее больше никто не держит, она стеклянными глазами смотрит на вот уже бездыханного агента Гидры, который был жив каких-то пару секунд назад. Выстрелы снова повторяются, агенты разбегаются кто куда, совсем позабыв про Белль. Она успевает лишь осесть на землю и обхватить голову руками, крепко зажмурив глаза. Прямо как ребенок, будто это ей поможет. В голове ни единой мысли, все что она может — это красочно представлять, как именно шальная пуля окажется в ее голове. Но выстрелы скоро прекращаются, и Белль не знает сколько времени так просидела, прежде чем кто-то настойчиво начинает дергать ее за плечо. — Белль, черт, поднимайся скорее! О, этот грубый и командный тон она ни с кем не перепутает, даже в столь нестабильном состоянии. Она поднимает голову, таращится на склонившегося над ней Брока, который более не ждет пока она придет в себя и не церемонясь дергает ее за руку, вынуждая подняться на нетвердые ноги. — Рамлоу… — наконец ей удаётся вымолвить хоть слово, но Брок только усмехается спешно уводя Белль за собой. — Ага, потом поблагодаришь. Она пытается сосредоточиться на том, чтобы ее дрожащие ноги не запутались, при этом буравит взглядом грубую хватку его руки на своем предплечье и не может поверить, что все еще жива и кажется ей несказанно повезло. Матис был прав. Они останавливаются у кучи какого-то строительного хлама, накрытого защитной полиэтиленовой пленкой, за которым вполне можно спрятаться. Брок давит Белль на плечи заставляя осесть на землю, опускается следом. Пока командир воровато оглядывает местность на наличие потенциальных угроз, Белль во все глаза рассматривает его. За спиной Брока, на ремне болтается автомат, а в руке он крепко сжимает пистолет, но при этом Рамлоу не выглядит так, будто собирался на задание, и уж тем более на перестрелку с Гидрой. На нем обычная растянутая белая футболка с парой заметных пятен неизвестного происхождения и уже запыленные черные брюки с кроссовками. Похоже, он просто сорвался с базы, в том, в чем был, стоило ему только узнать о ее положении. У Белль щиплет в глазах от осознания того, что Броку все еще не плевать на нее. Чтобы он не говорил и как бы себя не вел. Он снова помогает ей, хотя сам буквально несколько часов назад вернулся с тяжелой миссии. Все его лицо в ссадинах, на виске большой пластырь и хоть он выглядит получше, чем во время той встречи в лифте, Брок все еще уставший. Белль делает то, что хотела сделать еще во время их встречи на базе, если бы не была такой трусливой. Она поддается вперед и мягко обхватывает шею напряженного, словно струна, Рамлоу. Она обнимает его, крепко как может, будто готовая к тому, что он оттолкнет ее в любой момент. — Ты выбрала не подходящий момент, принцесса, — чертыхается Брок, он не отвечает на объятия, но и не пытается прекратить все это. Хоть и по разным причинам, но им обоим это нужно. — Прости… я… просто я… Броку ничего не остается, кроме как приобнять в ответ, ее тело слишком сильно дрожит. Нужно ее успокоить, как-то поддержать. Дело ведь только в этом, да, Брок? — Знаю, Белль, знаю, что ты испугалась, но нужно взять себя в руки, понимаешь меня? — он слегка отстраняет Белль от себя, чтобы иметь возможность заглянуть в ее лицо. Ее взгляд растерян, и она смотрит куда-то мимо него, Рамлоу приходиться сжать ее подбородок и приподнять лицо, и только сейчас он замечает ярко-фиолетовую гематому на ее щеке. Черт побери. — Ты меня слышишь? Она наконец переводит на него влажный взгляд и едва слышно выдыхает нестройное: «Да». —Хорошо, молодец. Слушай внимательно, да, то что происходит — полный пиздец. В ЩИТе засела Гидра и мы пока не знаем, как много этих тварей было у нас под носом все это время. В данный момент на кампусе с этим разбираются. Боевая группа пока в пути, я прибыл так быстро как смог, мы должны продержаться пока подмога не прибудет. — Но… но Гидра… — Да, их здесь много. Я не знаю насколько, они могут вылезти откуда угодно, поэтому нам с тобой нужно залечь в тихое место, прятаться по мере возможности. Понимаешь? — Брок откладывает пистолет, чтобы обхватить лицо Белль обеими руками. — А как же доктор Райнер и… Брок раздраженно цокает языком и прерывает нестройную речь, прикладывая к губам Белль указательный палец. — Твоя сердобольность должна иметь чёртовы границы, хватит переживать за всех подряд. С доктором пока ничего не ясно, да и мало ебет, давай ты сосредоточишься на себе. Белль кивает, хватаясь за руки Брока на своем лице. — Просто делай все, что я говорю, ясно? — Да. — Только то, что я говорю, — с нажимом повторяет Брок, — Без самодурства. Белль снова кивает, мысленно усмехаясь. Какое еще самодурство? За кого он ее держит? От страха она едва чувствует свои ноги, конечно она будет его слушаться. — Не слышу. — П-поняла. — Так-то лучше, — криво усмехается Брок и подбирая пистолет, резво поднимается на ноги. — Идем, нам нужно уйти отсюда как можно дальше, держись рядом, старайся следить за тем, что происходит за спиной. Белль поднимается следом, поправляет взлохмаченные волосы и пытается уложить мысли в голове, а еще успокоить дыхание. Пара глубоких вздохов и она с готовностью кивает Рамлоу, показывая, что может идти. — Держись, — он берет ее руку и кладет себе на поясницу, Белль послушно сжимает в руке край его майки. — Не отпускай, чтобы не отстать. «Ни за что» Думает Белль и они двигаются к входу в здание. Она не спрашивает зачем они идут внутрь пустующего недостроенного здания, вместо того чтобы бежать подальше от этой стройплощадки, лучше не отвлекать Брока глупыми вопросами, Белль уверена он знает, что делает. — Если выйдем через восточный выход, будем ближе к городской части, не придётся огибать по всему периметру, — разъясняет Рамлоу, словно чувствуя ее непонимание. Белль молча кивает, она старательно смотрит под ноги, потому как на голом бетоне чего только не валяется: куски арматуры, спиленные части труб и прочий строительный мусор, о который можно не просто споткнуться, но и получить травму, что сейчас было бы очень некстати. Похоже, это должен был быть некий торговый центр, такое предположение Белль делает исходя из размеров здания. Они идут вдоль широкого помещения, с множеством залитых бетонных колон, каждый шаг эхом разносится по всему пустующему зданию, ударяясь о голые стены. «Тук» «Тук» «Тук» Ритмично стучат подошвы их обуви, Белль начинает казаться, что даже ее дыхание звучит неимоверно громко, резонируя в этом пугающе пустом пространстве. Брок, вдруг, резко разворачивается к ней, сгребая в охапку и толкая за ближайшую колонну, в этот же миг оглушает автоматная очередь. Бетонная основа колонны нещадно сыплется под градом выстрелов. Белль крепко прижимает ладони к ушам, под давлением руки Рамлоу на своем плече, послушно оседает на пол. — Сиди, не двигайся! — бросает ей Брок и умудряется отстреливаться, Белль не знает сколько их там, но судя по звукам не мало, а может и всего один, эхо вполне может создать иллюзию того, что здесь целая ватага из солдат Гидры. Она упирается взглядом в ноги командира перед собой и едва сдерживает желание вцепиться в них, словно маленький ребенок в мамину юбку. Ей так страшно, последний раз так страшно было только в ту ночь, когда Зимний Солдат нашел ее. А вдруг из-за нее с Броком что-то случится или… он умрет? Рамлоу убьют, а ее заберут на базу террористической организации, а Баки… что же будет с Баки? Почему ее голову посещают только самые наихудшие варианты исхода? — Белль! Пока она предавалась неутешительным перспективам, вокруг все стихло и только несмело выглянув из-за колонны, Белль может заметить вражеских солдат, коих было двое — их безжизненные тела лежат на сыром бетоне. — Ты в порядке? Хэй, я с тобой говорю, — рявкает Рамлоу, несильно хлопая Белль по щеке. — Д-да! — быстро кивает она, черт знает какими силами, поднимаясь на ноги. — Хорошо, стой здесь. Брок резво отбегает в сторону широкого оконного проема, нагибается, высовывая лишь голову и разглядывает то, что происходит снаружи, и судя по его лицу, ничего хорошего там не происходит, он кривится и снова возвращается к Белль. — Что? Что там? — нетерпеливо спрашивает она, хватаясь за края его грязной, всей в бетонной пыли, майки. — Их здесь как мух, видимо прислали подкрепление, эти ребята серьезно настроены. Брок осекается, замечая испуганный взгляд Белль. Черт. Ситуация скверная, но ЩИТ тоже на подходе, осталось лишь немного продержаться. — Все хорошо, слушай сюда, — Рамлоу снова приходится обхватить ее лицо, сосредотачивая внимание на себе. — Мой отряд с минуты на минуту будет здесь, как и Роджерс. Я скинул координаты, так что осталось всего пара пустяков, да? — Д-да… давай, надо уходить отсюда, — согласно кивает Белль и уже хочет двинуться вперёд, но Брок не позволяет ей, продолжает держать. — Нет, времени мало, они идут сюда, ублюдки оцепили периметр, нам не выбежать так просто. Ты бежишь туда, — Рамлоу указывает на лестницу, виднеющуюся в углу темного коридора. — А я, их задержу… — Нет! — перебивает Белль, даже не дослушав. — Нет, мы пойдем туда вместе! — Тише, глупая, — рычит Рамлоу, опасливо оглядываясь по сторонам. — Это не обсуждается, руки в ноги и побежала. — Пожалуйста, не заставляй меня… — всхлипывает Белль, пока Брок сует ей в руки пистолет, который норовит вот-вот выпасть из ее дрожащих рук. — Снимаешь с предохранителя и только потом стреляешь, держи крепко, — раздаёт короткие указания Брок, стараясь игнорировать нарастающую истерику Белль. — Их же много, ты сам сказал… они тебя убьют, нам нужно быть вместе. Брок мысленно ругается, потому что сердце делает кульбит каждый раз, когда она смотрит на него таким умаливающим взглядом, когда так искренне переживает за его жизнь, когда ей так страшно. — Я не собираюсь здесь помирать, Белль, а ты обещала слушаться. Так что, утри эти сопли и бегом наверх, — тоном нетерпящим возражений приказывает Брок, будто говорит с одним из своих солдат, а не с девушкой, в которую по уши влюблен. Он настойчиво подталкивает Белль и она наконец двигается в сторону лестницы, прежде, пару раз оглянувшись на Брока. — Быстрее! — подгоняет он и Белль все же скрывается в темноте лестничного пролета. Ей непривычно ощущать тяжесть оружия в своих руках, а сейчас, пистолет словно валун, тянет ее вниз, уговаривая упасть на пол, сдаться под этим давлением. Каждая ступенька, будто становится невыносимо высокой, но Белль упрямо продолжает взбираться, даже когда слышит звуки громких выстрелов внизу. Рамлоу будет в порядке. Повторяет сама себе, словно защитное заклинание. Только бы с ним все было хорошо, она более ни о чем не попросит. Легкие нещадно печет, Белль добегает до третьего этажа и решает перевести дух, точнее она вынуждена это сделать, опускается на пол под оконным проёмом. Крепко сжимает в обеих руках пистолет и все еще слышит отзвуки хаотичных выстрелов внизу. Это ужасно, пока Брок там отстреливается совсем один, она прячется здесь. Но чем она может помочь? Только помешает. Ее мысли обрывает оглушающий взрыв, звук резонирует по всему зданию, стены которого будто жалобно задрожали. Белль испуганно срывается с места, обратно вниз, хоть и понимает, после такого ей нужно бежать совсем в другую сторону, но ноги сами ее несут. Это была граната? Что если с Броком что-то случилось? Белль не знает, что побуждает ее выглянуть в оконный проем второго этажа, прежде, чем успевает пробежать мимо него. Перед глазами предстаёт страшная картина: черный джип горит ярким пламенем, вместе с другим, в который нещадно врезался, обе машины смяты словно куски бумаги и судя по всему взорвались именно они. Вокруг валяются отброшенные, убитые или раненые взрывом агенты Гидры. Те, что остались целы группируются вместе, с поднятым оружием, но Белль никак не может понять в кого они целятся? От кого защищаются? Может, Капитан Америка, наконец, прибыл? Эта мимолётная догадка, возрождает в Белль надежду, и она более не думая мчится вниз. Это спасение, почему-то она так глупо и наивно верит в это. Слышатся крики и выстрелы, похоже там внизу большая заварушка, но что эти солдаты для Капитана Америки? Он быстро справится с ними, Белль уверена, а ей стоит найти Брока, как можно скорее. Наконец Белль выбегает из темного коридора, туда в большой зал, где они и разлучились с Рамлоу, но она никого не видит. Тут, в принципе, становится почти невозможно что-либо разглядеть, за столбом поднявшейся бетонной пыли, Белль идет практически наощупь, стараясь прикрывать рот и нос рукавом кофты, но все равно громко закашливается и едва не наступает на чье-то бездвижное тело. Мгновением позже понимает насколько много их здесь. Агенты Гидры валяются по всему периметру, и Белль старается осторожно обходить тела. Брока нигде не видно. Волнение возрождается с новой силой, обещая перерасти в отчаяние, если она сейчас же не увидит его здорового и живого. Но вот, Белль подбегает к выходу, видит те самые дымящиеся машины, но не находит ни одного солдата. Однако, там, за завесой пламени и черного дыма, она точно может различить какое-то движение. Драка? Белль щуриться, несмело подходит ближе, выходя из здания, пытается вглядеться и ее ноги будто примерзают к земле, когда неожиданно получается узнать очертания знакомой фигуры. Этот могучий разворот плеч, тяжелые удары, металлический лязг. Он тоже ее заметил. И теперь исполинская фигура неотвратимо направляется прямо к ней, промозглый ветер раздувает длинные темные волосы, вот дымовая замеса наконец позади и Белль может отчётливо видеть его лицо. — Баки… — зовет она, слабо, но радостно и отчаянно одновременно. Видеть его здесь и сейчас — это было похоже на чудо, мираж. Она не задает себе вопросов: откуда он здесь? Почему? — это все уже неважно, главное он здесь и теперь они вместе. — Баки, я здесь! Она отбрасывает пистолет на землю и всхлипывая нетвердым шагом спешит ему навстречу. Слезы застилают глаза, но Белль продолжает упорно идти, бежать, только бы оказаться в его объятиях, только там она сможет почувствовать себя в безопасности, только там она хочет находится сейчас. Всегда. С разбега она влетает в него, обхватывает торс, прижимается щекой к твёрдой груди и вдыхает запах сажи, уличной пыли и железа — запах Баки. Он не отвечает на ее объятия, но Белль не замечает этого ровно до того момента, как чувствует не слишком бережную хватку бионики на своей руке. Баки одергивает ее от себя одним быстрым, грубым движением и заглядывает в глаза абсолютно пустым, леденящим душу взглядом. Белль его не забыла и никогда не забудет, именно поэтому осознание настигает ее в то же мгновение. Когда уже поздно. Может ли быть, что она добровольно оказалась в руках Зимнего Солдата? Из хватки которого можно выбраться, лишь оставив в ней часть своей руки. — Б-баки… — несмело, и непонятно зачем зовет Белль, зная, что не сработает. А еще она пытается отстраниться, зная, что не сработает и это. Так выглядит отчаяние. Мышь, прижатая к полу когтистой лапой, чувствуют себя примерно так. — Не может быть… — отчаянно усмехается Белль, чувствуя, как слезы подступают к глазам. Солдат хватает ее за волосы, больно сжимая у корней и ей приходится запрокинуть голову, инстинктивно хватаясь за бионическую кисть, в бесполезной попытке ослабить хватку. Не может такого быть. Эта мысль снова и снова проносится в ее голове. Словно того Баки, которого они со Стивом так долго «возвращали» никогда и не существовало. Не существовало ласковых прикосновений, разговоров по ночам, чтения книг, не существовало прогулок у озера и той жизни в доме. Солдат просто взял и разрушил все то, что они выстраивали по кирпичикам, одним взмахом металлической руки. Как? Почему? Эти вопросы набатом стучат в голове, от несправедливости и осознания всей трагедии данной ситуации хочется выть. Не говоря ни слова, Солдат одаривает ее грозным, будто предупреждающим взглядом, в тот же миг забрасывает Белль на свое плечо и идёт с упорством ледокола, точно зная куда, в отличие от нее. Она безвольно висит на его жестком плече, все еще в попытке смириться с осознанием того, что сейчас происходит. Ей надо что-то сделать, прямо сейчас, она это понимает, но что Белль может? Не сделает ли она хуже, разозлив Солдата? Но ведь он, скорее всего, ведёт ее прямиком в Гидру, а может ли быть что-то хуже этого? — Эй, отмороженный. Белль вздрагивает, стоит услышать голос Рамлоу, она упирается руками в спину остановившегося Солдата, чтобы немного приподняться и иметь возможность оглянуться. Брок действительно стоит в метрах пяти от них и держит Баки на прицеле автомата и господи, боже, он цел. Но Белль не может облегченно выдохнуть, точно не в этой ситуации. — Рамлоу, нет, даже не думай! — протестующе кричит Белль. — А ты лучше притихни, — рявкает Брок. — Забыла куда я сказал тебе бежать, несносная девка? Белль не успевает ответить, Солдат спускает ее со своего плеча, отпихивая себе за спину, а сам широким шагом направляется в сторону Брока, тот ни секунды не сомневаясь начинает стрелять прямо по нему и у Белль в мгновенье сердце ухает куда-то в пятки. Слышится звон встречи пуль с металлической рукой, Солдату не составляет труда увернуться от всех, а те что приходятся по ногам никак не мешают ему преодолевать расстояние до Рамлоу в считанные секунды. Белль даже не успевает осознать ситуацию, понять за кого переживать больше, как Баки хватает автомат Брока, приклад которого одним жестким ударом приходиться Рамлоу по голове. Он падает на землю под испуганный вскрик Белль, она хочет рвануть к нему, но Солдат не закончил. Он поднимает бессознательное тело командира спецотряда ЩИТа над землей, собираясь завершить начатое, но Белль долго не раздумывая хватает из груды кирпичей, оставшихся со времён стройки, один и швыряет, попадая точно Солдату в плечо. Кирпич жалобно разбивается, разлетаясь сыпучими осколками, но Зимнего это отвлекает. Он оборачивается. Смотрит на Белль долгим, ледяным взглядом. Ей приходится громко сглотнуть, прежде, чем заговорить. — Это я тебе нужна! — твёрдым голосом заявляет Белль. Солдат отбрасывает в сторону более не интересующего его Брока. Белль пятиться назад, не успевая порадоваться тому, что сумела отвлечь внимание от Рамлоу, потому что Солдат выглядит так, будто сорвется в ее сторону в следующую секунду. И что-то ей подсказывает, что стоять на месте и наблюдать за этим — не лучший план. И вот он идет. Солдат не считает нужным бежать, своей уверенностью убивая в Белль последние крохи надежды на то, что ей вообще удастся от него скрыться, но она должна попытаться. Поэтому срывается с места, забегая обратно в здание, несется вперед на дрожащих ногах и очень хочет разреветься от несправедливости всей ситуации, от того, что ей снова приходится переживать ту проклятую ночь, лишь в измененных декорациях. Но это длится совсем недолго, она едва успевает добежать до лестницы, как Солдат ловит ее, снова хватает за волосы и больно тянет. Белль вскрикивает, от боли зарябило в глазах, в какой-то момент ей кажется, что он снимет ей скальп, но Солдат просто отбрасывает ее в сторону и прежде чем она успевает прийти в себя, сориентироваться, его рука сжимается на ее шее. Он снова поднимает Белль с земли больно впечатывает в стену позади. Она пытается вздохнуть, безрезультатно хватается за его руку — на краю сознания успевает отметить, что это не бионика, что мало чем ей помогает — от недостатка воздуха опухает язык, в глазах темнеет. Теперь-то она умрет? Похоже, именно так и именно здесь. Но Солдат словно четко выверив каждую секунду, ослабляет хватку именно в тот миг, когда Белль уже растеряла все свои мысли и балансировала на грани сознания. Она делает жадный вздох и громко закашливается, сила покидает тело, и Белль вот-вот упадет, но Солдат снова, удивительно вовремя подхватывает ее на руки. Он будто читает состояние ее организма лучше ее самой. — Б-баки… — слабо проговаривает Белль, безвольно повиснув на руках Солдата. — Это… — снова кашель, шея так болит, будто ей только что отсекли голову и наскоро пришили назад. — Это же я… Белль… помнишь? — Заткнись, — коротко, без единого намека на эмоцию, бросает Солдат и снова куда-то идет. Белль тошнит, хорошо, что Баки не решил забросить ее на плечо, иначе ее бы точно вывернуло. Возможно, он знает и об этом. — Солдат, немедленный отчет о директиве. Белль слабо поворачивает голову и видит окруживших их с Баки агентов Гидры, с поднятым оружием, наставленным прямо на Зимнего Солдата, они стоят напряженные и совсем неуверенные в том, что делают. Белль даже может видеть, как трясется оружие в их руках. О, похоже Гидра боится своего Солдата не меньше кого бы то ни было. — В доступе отказано, — коротко рапортует Солдат, его взгляд сосредоточен и холоден. Белль чувствует, как он перехватывает ее крепче и понимает — Солдат не собирается ее отдавать. — За нарушение устава, следует наказание, Солдат. Передай девушку и отчитайся о директиве. Солдат скалится, трясет головой и говорит что-то несвязное себе под нос, Белль не может разобрать что. В следующую секунду он опускает ее, агенты боязливо ведут дула автоматов вслед за каждым его движением. Стоит Белль оказаться сидящей на земле, Баки срывается с места и ликвидирует агентов Гидры один за другим, ломает их как игрушек, всего пара движений на каждого, ему даже не нужно огнестрельное оружие, забрать которое у него не составило бы никакого труда. Зимний Солдат убивает жестоко, но быстро, точными и тяжелыми ударами, без вертлявых приемов и лишних движений, лишь грубая сила. Белль действительно отчетливо слышит хруст поломанных костей и короткие предсмертные крики боли агентов. Один из них шумно падает прямо рядом с ней, его глаза закатаны, рука неестественно вывернута, как и сломанная нижняя челюсть из которой вывалился окровавленный язык. Белль вскрикивает и отползает подальше, отворачивая голову, она больше не хочет это видеть, слышать. Этот звук, грозный лязг бионики после которого непременно слышится чей-то неистовый крик боли. Белль не хочет запоминать такого Баки, поэтому единственное ее желание — это оказаться как можно дальше отсюда. Она поднимается на ноги со второй попытки, проходит всего пару метров и снова падает на колени, потому что ее рвет. Спустя пару секунд удается отдышаться и отползти к груде каких-то сваленных реек у стены здания, Белль крепко сжимает в руках ткань своей кофты, быстро и рвано дышит, перед глазами какая-то смазанная картинка, она чувствует себя камерой, которая никак не может поймать фокус. Белль не сразу понимает, что он уже стоит перед ней, поэтому пару секунд тупо смотрит перед собой, на его ноги. Поднимает взгляд выше, от грязных грубых ботинок, по потрепанным джинсам, белой борцовке, на которой слишком ярко выделяются брызги чужой крови. Белль нехотя заглядывает в его лицо и очень жалеет об этом. Нет, нет. Это не ее Баки. У этого Баки дикие глаза, блестят после кровавой бойни, словно ему мало. В то же время он держится отстраненно и не ведет ни одной мышцей лица, наблюдая за Белль с высоты своего роста. Бионика то сжимается в кулак, то разжимается, словно он не может решить в каком положении ее оставить. — Что тебе нужно? — заплетающимся языком, едва выговаривает Белль, не особо надеясь на ответ. Солдат вдруг резко теряется, на долю секунды его взгляд перестает быть таким грозным и ледяным, кажется он в замешательстве, однако довольно быстро берет себя в руки. — В доступе отказано. Белль горько усмехается, опуская голову. Словно какой-то замкнувший компьютер, что они с тобой сделали, Баки? И что с ней сделает он? Солдат снова, легко поднимает ее на руки, и направляется куда-то столь уверенно, что это пугает. Она слышит, как открывается дверь машины, он недолго возится, чтобы уложить ее на заднее сиденье. Отлично. Думает Белль, наконец ее никто не трясёт, ей нужно немного полежать, перед глазами все кружится. Спасибо, Солдат. Что будет если она тут немного поспит? Это же Баки… Боже, нет. Кислород слишком долго не поступал в ее мозг, и о чем она только думает? Это Зимний Солдат, он увезет ее прямиком на базу Гидры, закончит свою миссию и вернется «домой», обратно к ним в лапы. Нужно вернуть Баки, но ей так сложно пошевелить и пальцем. Но они никак не поедут. Странно, у Солдата здесь есть еще какие-то дела? Где он? Белль насилу открывает глаза, обводит взглядом салон автомобиля, но никого не находит, зато слышит снаружи шум драки и выстрелы. Что-то происходит… Она незнамо какими усилиями, хватаясь за спинки сидений, поднимается, чтобы заглянуть в окно машины и видит никого иного, как Стива Роджерса. Слава Америке. Он пришел. Они с Солдатом дерутся, так яростно и быстро, Белль едва успевает следить за движениями, только не в ее состоянии. Она замечает боевую группу ЩИТа со стороны оцепленной Гидрой территории. Хочет выйти из машины, снова окликнуть Баки, попытаться вернуть его, возможно вместе со Стивом у них бы что-то вышло… но… Как же спать хочется. Перед глазами стремительно темнеет, последнее что улавливает ее сознание, это яркий, сине-красный костюм Капитана Америка.

***

Какое знакомое чувство. Запахи, звуки и этот яркий свет больно бьющий даже сквозь закрытые веки. Нет, она пока не хочет открывать глаза, необходимо еще пару минуточек. Она решает сосредоточиться лишь на звуках: помимо пиликающего мониторинга и шуршания листвы деревьев за открытым окном, она слышит голоса. Поначалу, будто из-под толщи воды, но с каждой секундой получается все лучше и лучше. «Я даже, блять, слушать об этом не хочу, не начинай.» «Тише, давай спокойнее…Рамлоу…» «У меня нет ни одного блядского основания оставаться спокойным, так что засунь это знаешь куда…» Белль хмурится. Это голос Рамлоу и Капитана, как же она может их не узнать. Но Рамлоу… он же… Воспоминания произошедшего медленно возвращаются, складываясь по кусочкам, словно пазл, принося за собой и головную боль, а еще, Белль удается распахнуть глаза. Яркий свет флуоресцентных ламп больно режет и она спешит принять сидячее положение. Последнее, что помнит Белль, это как Зимний Солдат затолкнул ее в какую-то машину, а дальше тьма. Сколько времени прошло? Баки! Белль оглядывает себя, на ней уже привычная больничная одежда, но каких-либо серьезных ранений она на себе не обнаруживает. Разве что, нащупывает бинт, обмотанный вокруг головы, которая все не перестает кружиться. А что если пока она тут лежала, Баки забрали, и он уже там, на базе Гидры, где-то далеко отсюда? Эта мысль придает сил, чтобы вскочить на ноги, отцепив от себя все датчики и помчаться к двери, добежав до которой Белль приходиться отдышаться. Еще пара секунд и она готова идти дальше. Но вот, дверь распахивается с другой стороны и Белль буквально вываливается наружу. И встреча с полом была бы неизбежна, если бы чужие крепкие руки не подхватили ее ни на что негодное тело. — Белль! — стройным хором выкрикивают мужчины. Она дезориентировано оглядывается, крепче хватается за руки, крепко удерживающие ее на ногах и оглядывает удивлённых Брока — в чьих руках она и оказалась — и Стива, оба выглядят ненамного лучше нее. Рамлоу все еще в той же грязной одежде, в которой Белль видела его там, на стройплощадке, его лицо больше похоже на кровавое месиво, а Стив, в запыленном костюме Капитана Америка, но без шлема. Его волосы стоят всколоченным ёжиком, а передние пряди волос прилипли к вспотевшему лбу, лицо в какой-то копоти, грязи и кровавых разводах, однако самих ран Белль не видит, видимо, уже зажили. Привет, сыворотка. Судя по всему, прошло не так много времени. — Рамлоу, — обессиленно выдыхает Белль и обнимает Брока, используя оставшиеся в теле силы. — Ты в порядке? — беспокойно тараторит она, параллельно пытаясь оглядеть его с ног до головы, убеждаясь, что он вполне способен стоять на ногах и еще удерживать целую ее. — И куда это ты поперлась? Черт побери… — ворчит Брок и подхватывает Белль на руки, чтобы занести обратно в палату и опустить на кровать. — Белль, как ты себя чувствуешь? — Стив обеспокоено мельтешит позади Рамлоу. — Все хорошо, — кивает ему Белль, сдаваясь под натиском Брока и укладываясь назад на подушку. — Что... что произошло? Мы на базе? — Да, — коротко отвечает Брок. — Это подождёт, тебе нужно отдохнуть. — Нет, — мотает головой Белль и снова пытается подняться, но Рамлоу давит на ее плечо, прижимая обратно к постели. — Баки, где Баки? Рамлоу фыркает, недовольно закатывая глаза, а Белль умоляюще смотрит на Стива, он выглядит виновато и как-то сокрушенно, что совсем не нравится Белль. — Все хорошо, Белль, Баки в порядке, он здесь, на базе, — говорит Стив и садится на постель, сбоку от Белль. Она чувствует, как большая, тёплая и сухая ладонь Капитана накрывает ее руку, ободряюще сжимая, будто Белль на смертном одре. Его брови изломлены вверх и на лице вселенская скорбь, может она действительно умирает? — Прости… — хрипло выдает Стив, опуская взгляд. — Прости меня, это все… я виноват во всем. То, что случилось с тобой, я не должен был оставлять тебя одну и… Брок тихо усмехается где-то позади, и Белль слышит его копошения, видимо опять в поисках сигарет. — Агенты Гидры все это время были так близко к тебе, и я самолично отдавал тебя им в руки каждый… — Роджерс облизывает пересохшие губы и вновь поднимает взгляд на Белль. — Доктор Райнер мертв… — Что? — Белль пытается приподняться, но Стив успокаивающе поглаживает ее по ладони, неодобрительно качая головой. — Но... как… — Долорес была наемным агентом Гидры, все это время они просто выжидали, пока доктор окончит свою работу. Им всего-то оставалось забрать готовую сыворотку и тебя, — мрачно заканчивает Роджерс, крепко сжимая челюсти. Белль поджимает губы, смаргивая влажную пелену с глаз. Доктор Райнер был хорошим человеком, Белль всегда верила в это. Она до сих пор помнит его радостное, гордое лицо, когда тот демонстрировал ей работу полученной сыворотки. Но Долорес… да, она была немногословной, но Белль казалось они с Райнером понимали друг друга с полуслова, она была уверена в том, что они хорошие друзья и замечательные коллеги. О, какая досада. Ее радужный мир разваливается на глазах. — Много шпионов оказалось и в боевых отрядах, именно поэтому случилась такая задержка и ЩИТ не мог прибыть к вам на подмогу так долго. Тут творилось черти что. — Ебучий Матис… всегда знал, что он ублюдок, — ворчит Брок, он стоит у подоконника и буравит взглядом тёмное марево за окном. Белль только сейчас замечает, что там ночь. — Но Баки… как он оказался здесь и почему Зимний… — Белль не договаривает, неосознанно глотает последние слова. — Этого не знаю, — качает головой Стив, — Скорее всего, это страшное совпадение. Видимо, пока тебя не было с ним что-то стряслось. — Вот же удивительно, — встревает Брок, ехидно ухмыляясь, — Никто такого и предположить не мог. Что чокнутого киллера, с промытыми и запрограммированными мозгами, вдруг переклинит в режим, о ужас, киллера? Стив переводит на Брока неодобрительный взгляд, на что Рамлоу красноречиво выставляет средний палец, в который раз, не заботясь о субординации. — Рамлоу. — Что, Роджерс? Скажи, что я не прав. Стив хмуро молчит, опуская голову и Белль становится так жаль его. Сейчас, Капитан столь многое взвалил на свои плечи, похоже это его любимая привычка. Стив всегда берет ответственность лишь на себя. Что это? Комплекс героя? Белль хочет его как-то успокоить, но едва ли он прислушается к ней, Стив смотрит на нее, как на ребенка, она всегда это чувствовала. — Но Баки… эм-м, Зимний Солдат не сбирался отдавать меня им… — вдруг вспоминает Белль, она хорошо помнит, как Солдат легко и не задумываясь убивал агентов Гидры, по сути тех, на кого он должен работать. — Настройки сбились, — жмет плечами Брок, выдыхая сигаретный дым в открытое окно. — Ничего удивительного в его подвешенном состоянии. — Согласен с Рамлоу, — вздыхает Стив, — Прошло много времени с того момента, как программа Зимнего полетела, было бы странно, если бы он мог так легко переключиться… на первоначальные настройки, — Стив морщится, выражаясь подобным образом о Баки, словно о какой-то машине, — Зимний помнил тебя, но и Баки тебя знал, их ощущения и эмоции так или иначе связаны… хотя… я не уверен, как это все работает. Белль понуро опускает голову. — Что теперь, кому-то удалось сбежать? — Да, как же, — хмыкает Брок. — Нет, агенты Гидры ликвидированы, а те что остались в живых взяты в плен, сейчас с ними работают, — объясняет Стив, выделяя последнее слово. — Как только узнаем от них место базирования Гидры, выдвигаемся туда. — Давно пора разворошить муравейник, а эти ублюдки долго молчать не смогут. — Да, — согласно кивает Роджерс, — Скоро все закончится, Белль. Мы отвезем тебя домой, к родителям, пока не закончим с зачисткой. Там ты будешь в безопасности. Белль вдруг хмурится, выдергивая свою руку из ладони Стива. — Где Баки? Я никуда не поеду без него. — Тебя никто и не спрашивает, — выплёвывает Брок, выбрасывая окурок и даже не удостаивая Белль взглядом. — Как я и сказал, с Баки все хорошо, он пришел в себя, но… — примирительно приподнимает ладони Стив, он медлит с ответом, словно тщательно подбирая слова. — Просто... он пока не готов… увидеть тебя. Пойми, Белль, ему сейчас непросто. — В каком смысле не готов? Я должна его увидеть, он же будет винить себя и надумает всякого, вы же знаете его. Нельзя оставлять Баки одного, только не сейчас, — беспокойно тараторит Белль, ее щеки раскраснелись от волнения, а губы дрожат, словно она вот-вот заплачет. — Тише, Белль, все хорошо, — Стив, снова мягко поглаживает ее предплечье, несильно сжимая. — Баки не один, и я обязательно позволю вам увидеться, обещаю. Просто дай ему немного времени, ладно? Ты тоже должна отдохнуть, сейчас не время. «Позволит»? Что еще за выражение, почему Белль нужно чье-то позволение, чтобы увидеться с Баки, пусть даже это сам Капитан Америка? Она быстро прогоняет эти глупые мысли, Стив заботится о ней, о Баки, чтобы он не навредил ей, о чем она вообще думает? Он прав, Белль тоже нужно перевести дух, набраться сил для встречи с Баки — она будет нелёгкая для них обоих. Главное она знает, что Баки в порядке и здесь, рядом со Стивом. — Ладно, — покорно кивает она, виновато опуская взгляд. — Простите, что вам приходиться возиться со мной… — Белль, — строго прерывает ее Роджерс, — Отдыхай. Стив улыбается ей в последний раз, прежде чем встать и уйти за дверь, после короткого кивка Броку. Рамлоу же, вместо того чтобы выйти следом, вальяжно опускается в кресло, рядом с кроватью, внимательно рассматривая Белль. Она неловко возится под одеялом, укладываясь поудобнее, после чего все же поднимает на командира вопросительный взгляд. — А ты не уходишь? — Прогоняешь меня? — слабо усмехается Рамлоу. Белль быстро мотает головой. — Нет, просто… я думала ты тоже отдохнёшь. — Так плохо выгляжу? Белль негодующе качает головой, преодолевая желание запустить в Брока подушку. — Прекрати ерничать. Да, тебе тоже нужен отдых, ты же ранен, Рамлоу. — Я в состоянии о себе позаботиться, принцесса. Выключай свой режим «мамочки» и засыпай. — Ты что, будешь просто здесь сидеть? — слабо возмущается Белль. — Представь себе. — Меня не нужно охранять. — Это последнее что тебе стоит говорить, после всего случившегося. Я знаю, что ты безумно любишь спорить со мной, но давай не сегодня, — тяжело вздыхает Брок, откидываясь на спинку кресла, с досадой отмечая какое же оно неудобное. Белль устало улыбается, подкладывая ладони под щеку и наблюдая за Броком, тот редкий момент, когда она совсем не смущается так явно заглядывать человеку в глаза. Она чувствует, что хочет поблагодарить Рамлоу, что это будет правильно, но последний раз он слишком остро и негативно отреагировал на ее порыв души. — Хватит, я вижу, что ты хочешь сказать, — ворчит Рамлоу, проводя рукой по щетинистым щекам. Белль удивлённо приоткрывает рот, и спешит опустить виноватый взгляд. Она настолько очевидная? Длинно выдыхая, она молча высовывает руку из-под одеяла, протягивая ее Рамлоу, он отвечает вопросительно выгнутой бровью, не считая нужным делать что-либо. Белль же красноречиво трясет ладонью, прожигая Брока говорящим взглядом, под которым он все же сдается. Тянется вперед, чтобы взять ладонь Белль в свою, она крепко сжимает его, и он не может сдержать себя — проводит большим пальцем вдоль ее кисти, поглаживая. Кожа ее ладони нежная, немного прохладная и Белль как-то особенно держит его руку, Брок не может объяснить себе, что именно в этом особенного, просто у Белль каким-то образом будто получается общаться лишь одним прикосновением — передавать свои эмоции и чувства ни говоря ни слова. Теперь Рамлоу отлично понимает Зимнего Солдата и его маниакальную тягу к прикосновениям Белль, еще с самого начала. Белль пытается передать Броку всю свою благодарность через это прикосновение и очень надеется, что у нее это получается. Ладонь Брока большая и грубая, у него довольно длинные пальцы, кожа смуглая, более загорелая, чем у Баки, и Белль не знает зачем вообще их сравнивает. Они молчат слишком долго, просто держась за руки, в какой-то момент она понимает насколько неловкая на самом деле выстраивается ситуация и уже думает отпустить Рамлоу, как он поднимается с кресла, чтобы пересесть на кровать, сжимает руку Белль крепче пристально заглядывая в ее глаза. Белль взволнованно вжимается в подушку, хаотично бегая глазами по его лицу и уже немного жалеет, что позволила себе и Рамлоу что-то вроде этого тактильного общения — оно принадлежало только им с Баки. — Засыпай, — даже слишком несвойственным себе, тихим тембром, говорит Брок. Он вдруг наклоняется ниже, и Белль втягивает голову в плечи, успевая лишь трусливо зажмуриться, прежде чем чувствует легкое прикосновение его губ на своем лбу. Но звук открывшейся двери заставляет ее дернуться и распахнуть глаза. Он похож на грозовую тучу. Мрачные тени пролегли в складках нахмуренного лица. Почти черный взгляд давит своей тяжестью, скрежет сжавшейся в кулак бионики заставляет кровь в венах стынуть, и Белль отчетливо видит, как яростно вздымается его грудь. — Баки…