Лето в деревне

— Кирилл, выйди на минутку! Кирилл встрепенулся. Вот уже третий день жизнь казалась нормальной, хоть и несколько скучной, вот уже третий день дед ни о чем не просил, а только предлагал что-нибудь сделать. С чего вдруг теперь-то? Он отбросил книгу, вышел из дома. Дед, явно звавший его с крыльца, уже куда-то испарился, и Кирилл без страха закатил глаза. Вот что он там опять придумал? Только же все начало налаживаться! — Я тут, Киря! — снова крикнул дед. Кирилл кивнул, пошел к сараю, гадая, что там такого и сможет ли он от этого чего-то отказаться. И захочет ли. Вдруг дед предложит ему разрисовать его «Ниву», тогда уж Кирилл придумает, что изобразить — без опасности для жизни. Дед выглядел каким-то слишком довольным, и Кирилл насторожился. Нет, с таким лицом свою машину на растерзание не отдают, тут что-то другое. — Смотри! — радостно сказал дед, запуская его внутрь. — Безбородько, как и обещал, все в лучшем виде сделал. Кирилл уставился на мопед, отметил, что колесо сменили и спереди тоже, вздохнул. — Здорово, — буркнул он. Дед прошел чуть дальше, вглубь сарая, выудил с одной из полок какую-то коробку и ручной насос, гордо показал Кириллу. — А это он тебе лично передать просил. Ты бы при случае зашел как-нибудь, поблагодарил. Кирилл, особо не думая, взял протянутые ему «подарки», стал рассматривать, совершенно не понимая. — Ты заплатки-то ставить умеешь? — уточнил дед, не теряя жизнерадостности. — Да зачем мне? Зачем ему это все? Зачем показывать мопед, зачем отдавать набор резиновых заплаток и насос, зачем дразнить? — Чтобы больше не пришлось ждать, пока я тебя с обочины подберу. Так ты умеешь или нет? Если нет — скажи, я объясню. Кирилл опешил. Да быть не может, после всего? — Мне что, можно ездить? Снова? Дед посмотрел на него как-то очень внимательно, наконец, вернувшись из неоправданной веселости в норму, спросил: — Мы же с тобой решили, что живем мирно, так? Кирилл осторожно кивнул. — Надеюсь, других причин сбегать у тебя нет? Кирилл насупился. Вообще-то, изначально он хотел сбежать просто чтобы здесь не жить, а дед все выставляет так, будто он от наказаний сбежать хотел, как трус какой-то. Но ведь так даже лучше, пусть и дальше считает себя виноватым. Зато не пристает больше, не угрожает. — Нет. — Ну и вот. Не вижу причин, запрещать тебе осторожно по округе ездить. При условии, что этот набор, — дед кивнул на подарки, — у тебя в рюкзаке лежать будет. И что, случись что, ты мне позвонишь. Кирилл почувствовал, как внутри растет что-то нехорошее. Он же трижды уже пытался сбежать, и ничего не мешает ему — ну, кроме возможного наказания, если снова не удастся — попробовать снова. А дед так просто его готов отпустить? И не просто готов, а еще и абсолютно уверен, что он вернется. Кирилл закусил губу, опомнился, пробормотал: — Спасибо. Это что-то, растущее в груди, стало давить чуть меньше. — Да не за что, Кирюш. Для тебя же его и чинили. Так что, кататься поедешь? До ужина часок есть, успеешь. Кирилл решительно помотал головой: — Не сегодня.