Средь пены морской

Приготовьтесь обалдеть, офигеть и немножечко так охренеть :D Это прода! Когда Эрика уснула, Дайлан лежал рядом еще некоторое время, так и не выпуская ее руки. Он смотрел на ее обострившиеся черты лица, впалые щеки и покрытый испариной лоб. Тело ее горело в лихорадке, даже холодная кожа тритона не могла ее охладить; дыхание было неспокойным и вырывалось из горла с тихими хрипами. Иногда бескровные губы шептали что-то в бреду. Сложно было поверить, что какая-то болезнь действительно может сотворить с человеком нечто подобное за столь короткий срок. Едва заставив себя разжать руку и подняться с постели, Дайлан окинул Эрику еще одним долгим взглядом и направился прочь из комнаты. По пути ему встретился Уильям, бледный словно привидение, который даже и слова не смог из себя вымолвить, когда принц попрощался. На улице было темно. Дайлан остановился, едва спустившись с крыльца, и поднял голову вверх. Все было так спокойно: волны лениво накатывались на берег и тихо звали его забыть обо всем на свете в своих глубинах; стареющая луна отражалась в этих волнах и медленно покачивалась на них; даже ветер утих. Тишина. Словно в насмешку. Словно в качестве подготовки к чему-то неизбежному. Наплевав на все, даже не осмотревшись вокруг, Дайлан рванулся вперед и с разбега прыгнул в воду. Одежда треснула по швам, освобождая сильное русалочье тело от своего плена, и он понесся прочь от берега. В голове не было ни одной мысли. Дайлан яростно работал хвостом, мчался куда-то вперед, словно решение проблемы можно было найти где-то на другом конце мира. И он отправился бы за ним, не задумываясь, если бы все было так просто. Как ни странно, он довольно быстро выдохся. Принц остановился, тяжело дыша и глядя перед собой. Вокруг было темно, ни одной рыбки не проплывало рядом. Да и дела-то ему особого не было до рыбок! Дыхание его стало рваным, руки сами собой сжались в кулаки. Но потом все тело ослабло, и Дайлан опустился на мокрый песок. Там наверху у него были силы, чтобы держаться, храбриться. Но сейчас надежда покинула его. Дайлан вскинул голову вверх, и из горла его вырвался крик отчаяния. Подняв руки к голове, он схватился за волосы, словно наказывая себя за собственную беспомощность. Сын морского короля, который ничего не мог сделать, чтобы спасти ту, которую любит. Какой он жалкий. Тритон понятия не имел, сколько времени провел вот так, глядя в одну точку и тщетно пытаясь придумать, как и где раздобыть лекарство. Но неожиданно рядом зашевелилась вода: кто-то подплывал к нему. Хотя он заранее знал, чей голос сейчас услышит в своей голове. - Мой принц? – обеспокоенно окликнул его Клык, появляясь в поле зрения. Дайлан безучастно перевел на него взгляд. – Что случилось? Я везде искал вас, чтобы сообщить… - Она умрет, - сказал Дайлан, не дослушав верного друга. - Кто умрет? – не понял Клык. Если бы русалки имели слезные железы, слезы бы покатились по лицу Дайлана. Но он мог только скорчить лицо в гримасе страшного страдания. - Эрика. - Что за глупости? - Ах, если бы глупости! – тритон ударил кулаком по дну. Это все, что он мог сделать, чтобы хоть как-то снять напряжение, которое до боли сковало его тело. – Ее поразила какая-то смертельная болезнь. Уже сегодня она едва могла говорить со мной, что будет через пару дней? Мне просто страшно думать об этом, Клык. - И ничего нельзя сделать, мой принц? – спросила акула. - Лекарь, что пытался помочь ей, дал ей лишь несколько дней. Клык промолчал. Дайлан потряс головой, словно хотел стряхнуть дурман, путающий все его мысли. Он поглядел на старого друга, как будто бы тот мог придумать решение. - Ты собирался что-то сказать мне? – напомнил Дайлан, не проявляя при этом особого участия. - Ах да! Мой принц, прибыла королева Абелла. На секунду Дайлану показалось, что Клык шутит. - Мама? И давно? – спросил он. Недоумение отогнало на второй план отчаяние. - Пару часов назад. Как только она прибыла, я отправился на твои поиски, мой принц, а Ее Величество сразу принялась за принца Нереуса. Я верю, что твоя матушка может совершить чудо и исцелить его. Все верят. Решение пришло оттуда, откуда не ждали. Клык и правда принес его с вестью о прибытии королевы. Дайлан глядел на акулу, едва ли не раскрыв рот. Королева морей и океанов была лучшей целительницей, которую только знал русалочий народ. Она действительно творила чудеса, давая надежду тем, кто давным-давно утерял ее. Она не просто заставляла жить, она заставляла хотеть жить. Его матери должно быть подвластно все, что угодно. - Скорее, возвращаемся, - быстро произнес Дайлан и, не дожидаясь реакции Клыка, помчался к русалочьему городу. С каждым взмахом хвоста силы возвращались в его тело, мысли прояснялись, страх, сковавший сердце, медленно отступал. У его Эрики был шанс! Мама сможет понять и помочь! Когда тритон добрался до домика королевских детей, то увидел, что все они были на улице; Саден застыл у стены и закрыл глаза, вероятно, для того, чтобы не видеть, как сестры нервно плавали туда-сюда около двери. Увидев Дайлана, Мередит метнулась к нему и крепко обняла. - Все будет в порядке, - сказал Дайлан, погладив сестру по волосам. Риса и Райна, услышав его слова, несмело улыбнулись, Саден же вообще не подал виду, что заметил его появление. Брат все еще был в ярости. - Мы думаем, что она вот-вот закончит, - предположила Риса. Только она успела договорить, как дверь домика распахнулась и на пороге появилась мать королевских детей. Даже в такой простенькой обстановке королева Абелла выглядела статно и величественно, как и подобает владычице. На ее лице лежала едва видная тень беспокойства, но стоило ей глянуть на своих детей, как улыбка тронула губы, и все плохие мысли, кажется, оставили ее. - Жизнь вашего брата уже в безопасности, - первым делом сказала она, заставив всех с облегчением выдохнуть. – Но все же нужно поскорее доставить его в Атлантиду. Ко мне заходил Лойс, он сообщил, что люди больше не появлялись в этих водах. Так что я думаю, что все мы можем вернуться домой уже завтрашним вечером. На секунду сердце Дайлана пропустило удар. Такого он не ожидал, нужно было скорее поговорить с матерью. Абелла, казалось бы, читала мысли, потому что тут же пересеклась с ним взглядом. - Дайлан, мальчик мой, - поприветствовала она сына. Тритон, словно ему было десять лет, отпустил Мередит и поспешил заключить мать в объятия, в которых сразу же стало спокойно и легко. Королева Абелла помолчала некоторое время, после чего отстранилась и посмотрела сыну прямо в глаза. – Мне думается, нам есть, что обсудить. Это касается твоего поведения. Дайлан на секунду перевел взгляд на Садена, но тот, конечно же, не подал виду. Оставалось надеяться, что братец не переборщил с преувеличением подробностей, когда рассказывал матери о произошедших совсем недавно потрясениях. - Только если с глазу на глаз. - Конечно, дорогой. Идем, поплаваем, - она чуть улыбнулась, а потом обратилась к остальным: - Вы можете заплыть внутрь. Думаю, Нереус скоро придет в себя. Хорошо, если первым, что он увидит, окажутся ваши счастливые лица. Принцессы тут же поспешили в дом, мама потрепала их густые шевелюры. Саден бросил на Дайлана тяжелый взгляд, но тут же поспешил скрыться, когда мама отрицательно качнула головой. После этого Абелла и Дайлан бок о бок направились прочь из города, чтобы покружить в окрестностях. Пока город не остался за спиной, они молчали. Дайлан просто не знал, с чего начать, а королева, вероятно, терпеливо выжидала нужного момента. - Я уверена, что у тебя есть объяснение твоему поведению, - наконец, произнесла она, замедлившись. Дайлан подстроился под ее темп. – Саден зол на тебя, поэтому с трудом сейчас можно верить всему, что он мне рассказал. Мне хотелось бы послушать твою версию. Дайлан вздохнул. Сейчас ему предстояло правильно подобрать слова, чтобы убедить мать в том, что Эрика очень дорога ему, а ее жизнь находится под угрозой и с каждой секундой угасает. Он уже приготовился начать с чего-либо обдуманного и хорошо взвешенного, но вдруг его взгляд пересекся с глазами королевы. В следующий миг он выдал: - Я люблю эту человеческую девушку так сильно, что готов ради нее отказаться от самого себя. От собственной души. Он и сам не ожидал от себя такого откровения, чего уж говорить об Абелле, брови которой в изумлении взлетели вверх. Дайлан на секунду стушевался, но потом понял, что должен отвечать за свои слова, если хочет добиться от матери помощи. Поэтому, прежде чем она успела переварить произнесенные слова, он продолжил: - Возможно, звучит глупо, но это правда. Все, чего я хочу, это быть рядом с ней. Но дело в том, что Эрика сейчас больна. Смертельно больна, мама. Поэтому я прошу тебя, - принц остановился, то же самое сделала и королева, - спаси ее. Спаси ее, и я сделаю все, что угодно. Королева Абелла молчала, внимательно глядя на своего сына. Тот храбро держался под ее взглядом, который, казалось бы, видел его насквозь. Мать принимала решение, от которого зависело будущее не одного живого существа. - Говоришь, все, что угодно? – задумчиво повторила она, складывая руки на груди. - Да, я клянусь. Абелла помолчала еще пару секунд. - Сейчас наверху еще ночь? - Вроде бы, - неуверенно ответил Дайлан, не слишком видя связь. - Отлично. Идем. Покажешь мне свою Эрику. - Прямо сейчас?! – недоуменно воскликнул тритон, не веря собственным ушам. - Кажется, ты говорил, что у нее не так много времени. Некогда медлить. Веди меня, сынок. Дайлан не понял, как именно заставил себя шевелиться, но очнулся только тогда, когда они с мамой добрались до заброшенной пристани. Тритон едва мог поверить, что действительно давал королеве матери человеческую одежду и одевался сам. - Что за чудовищные тряпки, - покачала головой Абелла, оглядывая свое нежно-голубое платье. Дайлан хохотнул. - Идем. Они добрались до дома Тайлеров очень быстро. Тритон громко постучал в дверь. Никто не отзывался, свет в окнах не горел. Принц уже занес руку, чтобы повторить стук, но дверь отворилась и перед ним предстал заспанный Уильям. - Дайлан? – удивился он, продирая глаза. – Что ты здесь делаешь? Который час? - Самое время для того, чтобы спасти Эрику, - отозвался тритон, отступая в сторону и открывая взору сразу проснувшегося Уилла королеву Абеллу. – Это моя мама, она сумеет помочь. Ты ведь пропустишь нас к Эрике. Картер отступил в сторону. - Тебя бы я пропустил в любое время дня и ночи, даже если бы ты не пророчил спасение нашей девочке. Ступайте, да поможет вам Господь. - Я гляжу, ты здесь, на земле, стал совсем своим, - заметила мама, отойдя чуть от мужчины. По ее голосу Дайлан не понял, осуждала она его или нет. Когда они поднялись на этаж, где располагалась комната Эрики, в нос сразу ударил запах болезни, смешанный с запахом подступающей смерти. Дайлан постучался в дверь и, не дожидаясь ответа, вошел. Рядом с кроватью караулила Маргарет. Они, вероятно, менялись с Уиллом в своем дежурстве рядом с больной. Глянув на Эрику, Дайлан едва не застонал. Она выглядела едва живой и уже не металась в бреду по кровати, а просто лежала, хватая ртом воздух. - Дайлан? – удивилась Маргарет поднимаясь. – Что?.. - Прошу, покиньте комнату, - подала голос Абелла, устремившись к кровати. Маргарет посторонилась. – Мне нужно остаться с ней наедине. Тогда я смогу найти причину болезни и способ ее решения. Кажется, женщина собиралась предпринять попытку возразить, но Дайлан быстро подхватил ее под локоть и вывел прочь. - Кто это? – тут же спросила она, едва оказавшись за дверью. - Моя мать. Она знает, как вылечить Эрику. - Откуда? - Это… ее дар. Маргарет внимательно вгляделась в лицо тритона, потом посмотрела на закрытую дверь, вздохнула и удалилась, предоставляя пришедшим среди ночи гостям полную свободу действий. Тритон принялся ждать. Он не знал, сколько точно времени провел в коридоре перед комнатой своей возлюбленной, но вдруг дверь отворилась. - Войди, пожалуйста. Дайлан тут же оказался в комнате. В ней произошли разительные перемены. Стало будто бы легче дышать. Принц посмотрел на постель девушки и не смог не улыбнуться. Эрика выглядела… обычно. Она словно просто спала, отдыхала после долгой работы. Лицо ее было здоровым и совершенно безмятежным. Дайлан подошел к ней, опустился на колени и, взяв одну руку, поцеловал пальцы. - Мама, ты сотворила настоящее чудо, - прошептал он, отведя с лица Эрики прядь белокурых волос. - Еще не до конца, - сказала вдруг Абелла. Дайлан удивленно перевел на нее взгляд. Королева выглядела решительно. Она стояла у изголовья кровати. Тритон выжидательно поглядел на нее. – Твоя клятва. Я точно спасу ее, если ты выполнишь ее. - Конечно. Что нужно? - Ты отправишься в Атлантиду вместе со всеми нами. И больше не будешь подниматься на поверхность. Землю, казалось, выбило из-под ног. Дайлан даже выпустил руку Эрики, ошеломленно глядя на мать. - Ты, верно, шутишь? - Никаких шуток, мой сын. Я всем сердцем люблю тебя и желаю счастья. Но с человеческой девушкой это невозможно. Прости, но таково мое условие. Дайлан поглядел на Эрику, не в силах поверить в происходящее. Беды и радости сменяли друг друга слишком быстро. Вот она ответила на его чувства, а затем смертельно заболела, забрав с собой надежду. Вот ее излечили, вернув к жизни и его самого, но тут же заставляли оставить ее. Он что, никогда больше не должен будет увидеть это лицо, с этими глазами и улыбкой? Не прикоснется к волосам? Не услышит смех? Не ощутит ее губы на своих губах? Это ведь все равно, что вырвать у него душу. Превратить ее в морскую пену. - Таково твое решение, моя королева? – спросил Дайлан тихим и жестким голосом, не поднимая глаз на мать. - Именно, - согласилась она. Дайлан зажмурился до появления белых пятен перед глазами. Эрика должна жить, что бы ни произошло. Тритон приподнялся и прикоснулся лбом ко лбу девушки. - Я говорил тебе, что никогда не оставлю тебя, - прошептал он, не заботясь о том, слышит ли его Абелла или нет. – Но если я сдержу это обещание, тебе не жить. Я не могу допустить этого, любимая, ни за что на свете. Надеюсь, ты сможешь простить меня. Принц на миг прикоснулся губами к ее теплым губам. Эрика улыбнулась во сне. С искаженным от внутренней боли лицом, тритон подошел к двери. - Тогда у меня есть еще одна небольшая просьба. - И какая же? - Я прошу у тебя твоего королевского слова для того, чтобы освободить душу, что не может найти здесь покоя. Если бы не Гаспар, люди добрались бы до русалочьей заводи и убили бы бессчетное количество жителей. Он уже сполна заплатил за свою ошибку и заслуживает освобождения. Королева Абелла подошла к Дайлану и взяла его руку, крепко сжав. - Неси с собой мое королевское слово, - прошептала она, - освободи того, кто не жив и не мертв. Между их соединенными руками возникло тепло и легкое свечение. Когда оно погасло, тритон отпустил руку матери и отвернулся. - Я все сделаю так, как ты сказала, моя королева, - произнес он и вышел прочь из дома. В последний раз.