Преодолевая путь

      Самое сложное после больничного — встать рано утром и собраться в школу, но ещё тяжелее становится, когда ты поспала всего ничего из-за бурной ночки и пытаешься разлепить веки. Киричин пришлось приложить немало усилий над собой, чтобы раскрыть глаза и заставить себя проснуться. Даже предстоящая встреча с Мичи не прибавляла сил. И если с миссией «открыть глаза» Оширо отлично справилась, то с непосильной задачей под названием «вылезти из объятий Манджиро» пришлось попотеть.       Майки — это ленивец, обладающий сильной хваткой. С первого взгляда и такого же ощущения казалось, что он прижимал к себе несильно, но стоило попытаться отстраниться, как сразу стало понятно, насколько крепко Сано обнимал. Кира лежала боком на руке школьника, которой он залез под футболку и сжал в ладонях грудь, как будто это антистресс или мини-подушка; вторая его рука покоилась на животе, приподнимая слегка ткань футболки.       С каждой попыткой высвободиться Кири ощущала, как пальцы на груди сжимаются и разжимаются, отчего щёки покраснели, а губы поджались в смущении. После очередной попытки Майки нагло закинул ногу на девушку. Пребывающий во сне глава «Тосвы» чувствовал, что любимая желает сбежать, потому и предотвратил побег таким образом. Нежелание отпускать Оширо напоминало трясину: чем больше девушка противилась и старалась высвободиться, тем сильнее Майки утягивал её.       «Я не против прогулять уроки, но мне тогда снова пиздец: и папа отругает, и учитель заставит что-нибудь делать! И как мне тогда выбраться? — Кира обречённо выдохнула и кое-как повернула голову, чтобы немного посмотреть на Майки. Единственное, что та смогла увидеть, так это золотистую макушку. — Надо будить, но я, Манджиро, честное слово не хотела этого делать» — мысленно извинившись перед парнишкой, Кира с максимальной нежностью стала его звать по имени и аккуратно трясти плечо. Только глава «Тосвы», привыкший просыпаться под яростные крики сестры и друга, не разомкнул веки, и потому Оширо ничего не оставалось, кроме как прибегнуть к иному варианту.       «Раз не получается так, то попробую, как Дракен», — злорадно улыбнулась, больше не чувствуя жалости. Сам виноват, надо было просыпаться по-хорошему.       — Майки! — крикнула Кири, чуть контролируя тон, чтобы было не так громко. — Подъём!       Манджиро не дёрнулся от неожиданного крика, не вскочил, только медленно разлепил сонные глаза, уставившись в потолок. Вознамерился вновь закрыть веки, но девушка помешала:       — Не-не-не, Манджиро! В школу нужно! Просыпай же.       — Мф, ты такая беспощадная, Киричин, — сонно пробубнил парень, прижимаясь к спине Оширо с новой силой. — Прям как ночью, — сказал без стыда в шею, щекоча дыханием, и блаженно закрыл веки.       — Не меняй тему. Если не хочешь вставать, то дай мне это сделать. Тебя в любом случае потом разбудит Дракен.       — М-м, — недовольно промычал, — не хочу.       — Что не хочешь?       — Отпускать.       «Такой милаш, не могу», — умилялась, но нужно было пересилить себя и пойти на ненавистные уроки.       — Мне надо уходить, Манджиро, — настояла Кира. Сано расстроенно выдохнул, не спеша разомкнул руки и открыл глаза, чтобы обиженно взглянуть на свою девушку.       Оширо встала, потянулась с полным облегчением и чувством свободы. Школьница была одета в одну из футболок Майки, которую он часто носил на собрания «Свастонов», и в ней девушка ощущала себя особенной.       Сано скользнул взглядом вниз, с кошачьей улыбкой откровенно пялился на нескрытые футболкой ягодицы, на коже которых остались маленькие синяки от его пальцев. Парень усмехнулся, а Киричин, не подозревая ни о чём, надевала на себя уже свои вещи. Ради Кири глава «Тосвы» боролся со сном, и, когда желание спать начинало одолевать разум, Оширо наконец-то закончила.       — Пока, Манджиро, — перед дверью попрощалась Кири.       — Мгм, пока-а, — протянул, зевая, и поторопился принять удобную позу для сна. Знал, что долго поспать не получится, но против желания не попрёшь.

***

      Кире не терпелось рассказать обо всём Такемичи, но, к её разочарованию, Ханагаки отсутствовал. Предположила, что он проспал и, скорее всего, будет только ко второму уроку, и покорно ждала появления друга. Вот только он и после не пришёл.       — Эй, Аккун, — шёпотом позвала, пока учитель писал цитаты из книги на доске; Сэндо повернулся к Киричин. — Где Мичи?       — Так сегодня собрание командиров из-за недавнего случая с «Чёрными драконами», — объяснил в лёгком удивлении Ацуши, ведь всё время думал, что Кири знает об этом.       В голове Киры будто сверкнула молния, ударяя в неприятное заключение, что заставило Оширо с ужасом нахмуриться.       «Уже?! И мне никто и ничего не говорил! — после шока последовала злость. — Да какого хрена?!»       — Такемучи не хотел тебя беспокоить, — поспешил прикрыть друга, как только увидел перемены в лице Кири, не сулящие ничего хорошего.       Девушка с подозрением покосилась на Ацуши, но ничего не сказала.       — Кстати, Кири, — Сэндо смущённо посмотрел на шею одноклассницы, заметив на ней алеющие следы, что стало рычагом для быстрого перескока на другую тему. — У тебя тут... — толком не объяснив, парень лишь указал на свою шею.       «У меня на шее? — Кира машинально дотронулась до шеи, вспоминая, что на ней может быть такого, раз Аккун покраснел. И снова грянул удар молнии в голове. Осознав наконец, что заметил парень, Оширо залилась краской — почти не было отличия между её лицом и волосами Сэндо. Вытащила с сумки телефон, втянула голову в шею и напечатала Майки гневное сообщение. — Убью его. Надеюсь, больше никто не заметил. По крайней мере, никаких странных взглядов на себе не замечала. И как можно быть такой слепой?».       Чтобы скорее избавиться от чувства смущения, Кири вернулась к размышлению о сегодняшнем собрании.       «Манджиро ничего не говорил, тоже решил не беспокоить? Какие же идиоты! По их мнению, сейчас я не беспокоюсь? — проскользив взглядом по всем чатам, школьница остановилась на прочитанном сообщении неназванного абонента. Конечно же, этим абонентом являлся Кавамура Сачи. — Ему же надо написать наше решение».       Постаравшись не вспоминать о последней встрече с Кавамурой, Киричин написала ему сообщение, где сказала, что дом им не нужен. И после удалила с ним чат, чтобы не мозолил глаза вместе с воспоминаниями.       До окончания урока телефон не подавал признаков жизни, а время, благодаря раздумьям о Рождестве, прошло быстро, и наступила перемена.       — Хэй, Кири, держи, — к Оширо подошёл Ацуши, протягивая ей тональный крем.       — Спасибо, — без замедлений взяла баночку. — А у кого взял?       — У Акихимэ, в параллели учится, — с невозмутимым лицом ответил Сэндо, но в глаза подруги не смотрел; Киричин даже не заметила и с благодарностью улыбнулась.       — Спасибо ей передай! — и убежала в туалет к зеркалу, чтобы скорее замазать безобразие, что устроил Манджиро.       «Он ничего не отвечает. Всё ещё идёт собрание? — пока Кири наносила на красные отметины плотную текстуру тонального, вспоминала момент самого собрания. — Появление драконов ожидаемо, надеюсь, победа над ними будет проще, чем было изначально. Кисаки и Ханма в тюряге, никто не будет манипулировать Юзухой. Манджиро и Мичи знают обо всём, будут начеку, и я тоже постараюсь выложиться на полную», — девушка набиралась решимости, надеясь скорее закончить всё. И как же сердце трепетало от предвкушения, словно происходящее нереально.       Оширо закрыла баночку с кремом, поставила его на раковину и принялась рассматривать себя в зеркале: засосы не видно, тоналка достаточно плотная, чтобы перекрыть все несовершенства на коже.       «М-м, — внимание моментально переключилось на волосы, длина которых уже была на пару сантиметров ниже плеч. — За несколько месяцев так выросли. Нужно снова подстричь их, но лучше попрошу кого-нибудь», — Киричин взяла прядь волос с двух сторон и приподняла, визуально делая их короче.       — Наверное, под каре ебануть.       Киричин вышла из туалета и благодарила судьбу, что за время, пока она там находилась, никто не заходил. Иначе бы она умерла от стыда. В этот момент девушка почувствовала вибрацию телефона в кармане кофты и остановилась в сторонке, прижавшись спиной к стене.       Манджиро:       — А что я сделал? ;D — 10:10.       Киричин представляла, какое выражение возникло у Майки, когда он прочитал сообщение школьницы, и потому с раздражением выдохнула.

***

      Примерно час назад в заброшенном здании, где проходят собрания капитанов «Свастонов».       В обведшей комнате, покрытой толстыми трещинами и паутиной, ребята смогли обустроиться, чтобы нахождение в ней было намного благоприятнее. Конечно, не хватало женской руки, так как на мебели можно было заметить слой пыли, которая, конечно, мало волновала.       Командиры заняли свои места: кто-то предпочитал стоять, а кто-то решил посидеть.       Манджиро, когда Дракен удостоверился, что все на месте, позвал главных пострадавших от рук «Чёрных драконов» — Хаккая и Такемичи.       — Четыре дня назад Такемучи был избит главой десятого поколения «Чёрных драконов». Он знал, что Такемучи является одним из командиров «Токийской свастики», но всё равно полез в драку, не остановил своих, — Кен объяснил командирам причину сегодняшнего собрания и вынес вердикт. — Это значит, что «Чёрные драконы» объявили нам войну.       Кавата и Ясухиро выразили недовольство по данному инциденту, напомнив, что раз в прошлом «Тосва» справилась с «Чёрными драконами», то и сейчас набить им ебала не станет проблемой. На что Такаши возразил, объяснив, что нынешнее десятое поколение совершенно другое, то есть, сильнее. Потому парни быстро переключили внимание на Хаккая, подозревая его в предательстве и сотрудничестве с драконами.       — Слышь, Хаккай, ладно Такемучи не знал, что это была территория «Чёрных драконов», но ты, — Нахоя улыбался, вот только ему невесело, что по голосу и без того стало ясно. — Какого хуя привёл его туда?!       Муто с яростью в глазах сократил расстояние, подходя к заместителю второго отряда, и грозно навис над ним. Он был готов в любой момент применить свои пытки для предателей «Свастонов», но держал себя в руках, ведь сейчас собрание, где не место его правилам.       — Уёбок, ты скрытый шпион «Чёрных драконов»? Пытался это скрыть от нас?       — Погодите минуточку! — в разговор вмешался Ханагаки, желая защитить своего друга, который в произошедшем не виноват. Только вот Ясухиро это мало волновало и на протесты Такемичи ему ровным счётом наплевать.       — Завали ебало! — заткнул Муто парня. Ханагаки нахмурился и возразил в ответ:       — А вот нихуя, ты завались, — сам не ожидал от себя такого и быстро закрыл себе рот, испугавшись за свою жизнь. Он-то помнил, как Кира рассказывала, что Муто может с лёгкостью от кого-нибудь избавиться, если его разум скажет: «Он предатель».       «Это всё Кири виновата! С кем поведёшься…Он же запросто мне лицо разукрасит!».       — Чё вякнул? — на виске Муто вздулась от злости вена, тот уж собрался подойти к Ханакаги, как подал голос капитан первого отряда — Баджи Кейске.       — Вы все, завалите хлеборезки, иначе я сам этим займусь. Пусть говорит Такемучи, он главный пострадавший.       Мичи с благодарностью кивнул Кейске, а Баджи никак не отреагировал, ведь для него это сущий пустяк. Капитан первого отряда после того, как узнал от Майки один секрет, стал уважать Ханагаки и был ему благодарен. А секрет состоял в том, что если бы не Такемучи, то Кисаки бы заставил Ханемию совершить ужасный поступок — убить Кейске. Такемичи само собой не имел понятия, почему Баджи так проникся к нему, но много не думал об этом.       — Хаккай… — начал Мичи, желая очистить имя друга от обвинений в предательстве, как был прерван им же.       — Глава! — Шиба резко опустился на колени, склоняя голову в послушании и извинении, громко обращаясь к Сано. — Я не собираюсь оправдываться. Можете ненавидеть или избить, мне всё равно. Как младший брат главы «Чёрных драконов», я готов взять на себя ответственность за то, что произошло четыре дня назад. Так что, глава, прошу меня, заместителя командира второго отряда, исключить из «Токийской свастики»! — Хаккай говорил с твёрдой уверенностью, и всё из-за Ханагаки, которого Шиба хотел спасти. Он пообещал Тайджу, что уйдёт из «Тосвы», если тот позволит Такемучи уйти. Как бы сильно не было горько от собственных слов, он не сожалел.       «Пока его действия идут согласно тому, что рассказывала Кири», — Мичи наблюдал за ситуацией, готовясь, когда сможет вклиниться. И ожидал, что Манджи тоже что-нибудь предпримет.       — Я возражаю!       — Такемучи, я принял решение. Глава, пожалуйста!       Манджиро перевёл взгляд на Мицую, и в эту самую минуту телефон, находящийся в кармане штанов, пустил лёгкую короткую вибрацию.       — Мицуя, решение за тобой, — Сано не стал как-либо менять сюжет, так как все действия и сама ситуация не склонены к вмешательству самого парня.       После собрания, где Такаши решил поговорить с Тайджу, Мичи получил сообщение от Ацуши, от которого пробежался холодок по спине.       Аккун:       — Кири обо всём знает. Она тебя убьёт. — 9:00.       Стоило лишь представить разозлённую подругу, становилось дурно. Наверное, пора ходить к ней с кем-то, чтобы был свидетель в случае чего.       — Ну вот, не хватало пизды ещё от Кири получить, — с жалостью к себе пробормотал под нос Ханагаки.       — Чего ж такого сделал? — усмехнулся Мицуя, услышавший случайно бормотание друга.       — Скрыл от неё, что меня побили драконы, — рассказал мальчонка.       — Да ладно тебе, не кисни. У тебя уважительная причина. Насколько я знаю, у Кири за последнее время много чего произошло, поэтому твои действия вполне объяснимы. Она должна понять, что ты умолчал ради её блага, — Такаши успокаивающе похлопал Такемучи по плечу, ободряюще улыбнулся. — Что ж, ты и Хаккай, пойдём вместе к Тайджу.       Все стали медленно расходиться, и в помещении остались двое — Дракен и Майки. Сано с озорной улыбкой на губах быстро клацал по кнопкам мобильника, печатая Кире ответ. Рюгуджи поднял бровь в недоумении и взглянул на экран изо спины друга.       Киричин:       — Я УБЬЮ ТЕБЯ! — 9:03.       Дракен слабо улыбнулся и обратился к Манджи:       — Что ты натворил? — не потребовалось много времени и ума, дабы догадаться, что он что-то сделал.       — Оставил засосы на шее, — посмеялся Сано, закрыв крышку телефона.       — Раз она в таком расположении духа, значит, всё хорошо? — Кен имел в виду Кавамуру и Оокубо. Он узнал обо всём от Манджиро после поджога её дома и переживал за состояние Киры.       — Да.       Майки взглянул на время в телефоне, рассуждая, сейчас поехать к Оширо или позже.       — Если поедешь сейчас, то она правда тебя убьёт, — Рюгуджи словно прочитал мысли Манджиро, представил, как Кира пытается ударить парня, и ухмыльнулся этому представлению.       — Согласен.       — Хотя я бы посмотрел.       — Ты на чьей стороне? — в шутку злясь, Сано задумался, а после его лицо снова преобразилось в хитрой гримасе.

***

      Кира нашла Ацуши в коридоре с остальными из дружеской команды и припомнила себе, что он хочет стать парикмахером, так почему бы не дать ему опыт с раннего возраста и стать для него неким экспериментом?       «Вопрос только, согласится ли?» — задумала Кири, как вдруг оповестили о начале следующего урока. Ни капли не расстроившись, школьнице ничего не помешало, чтобы всё равно подойти к Сэндо. Всё равно отдавать ему тоналку.       — Аккун, держи.       — По всей видимости, Майки тот ещё шалун, — подтрунивал Сэндо, когда трое друзей прошли вперёд.       — Попробуй сказать это ещё раз вслух перед всеми, и я скажу, что это твоя тоналка.       — Как страшно, — посмеялся Аккун. — Никто не услышал, не переживай, Кири, — поспешил успокоить парень, ведь действительно мог получить по голове, а удар у неё тяжёлый: Такемичи рассказывал своим друзьям, как проходят тренировки с «Сорвиголовой Кири».       Оширо подумала и решила спросить Ацуши про стрижку на следующей перемене, и подготовила мозг к штурму, ведь сейчас начнётся математика.       «Кисаки в тюрьме, вместе с ним Ханма, осталось разобраться с Тайджу, — девушка про себя улыбалась, сверкая от радости, и вырисовывала на полях кривые рожицы. Занималась чем угодно, не могла сконцентрироваться на уравнениях, и все её мысли крутились вокруг одной единственной. — Скоро всё закончится. Пусть это и кажется сном, но я готова поверить. Если всё это игра моего воображения, то разочаровываться я буду после пробуждения», — Кири действительно не могла поверить, что конец испытания близок. Она поверит, когда увидится с Такемучи, и они вместе всё обсудят.       Ханагаки являлся светом в жизни каждого, и его лучи вытаскивали из пучины сомнений, доказывая, что весь мир реален; что хорошее тоже случается. Кира хотела как можно скорее встретиться с ним, развеять сомнения в пух и прах, выдохнуть.       Учитель, перестав расписывать на доске уравнения, положил мел на полочку и повернулся к классу, думая, кого вызвать.       — Оширо, к доске, — решение пришло быстро, когда взгляд мужчины зацепился на одну единственную поднятую голову среди склонённых: Кира одна из всего класса не пряталась за учебником и не делала вид, будто внимательно слушала. Учителю не понравилось, что она смотрела в окно и чему-то улыбалась, захотелось скорее испортить ей настроение.       — М? — Оширо слегка вздрогнула, когда в полнейшей тишине услышала свою фамилию. Самое ужасное чувство, когда тебя вызывают к доске, а ты ничего не знаешь и не смыслишь в данной теме. Кири повернула голову, посмотрела на хмурое лицо мужчины и с великим сожалением осознала свою ошибку.       «Пиздец. За что? Меня же не было, откуда я знаю эту тему, старый хрящ?» — Киричин со вздохом начала неуверенно вставать.       — Но, учитель, Оширо болела. Она не знает, как решать уравнения, — вступился Сэндо.       — Это не оправдывает её. Можно заняться самоизучением дома. Для этого у неё были всевозможные материалы, — оспорил мужчина.       — Не думаю, что у неё остались какие-либо учебники, учитель, — продолжил Ацуши; Кири с благодарностью на него посмотрела, оставаясь на месте. — На днях в её доме случился пожар, не все вещи сохранились.       — Только вот Оширо всё равно придётся решить это простое уравнение, раз эту тему она не знает. В процессе изучит, как-никак, любое сложное задание проще усваивается на практике, — ухмыльнулся учитель, и Кири представила, как бы хотела стереть эту улыбку с его противного и надменного лица.       — Спасибо, — шёпотом сказала Оширо, похлопав друга по плечу, пока направлялась к доске. Попутно смотрела на уравнение, напоминающее больше алхимию из исторической эпохи в манхвах.       «Вот бы сейчас что-нибудь такое произошло, как бывает в мангах, когда герой выходит к доске, и тут появляется кто-то или что-то, из-за чего ему не приходилось отвечать», — мечтала Киричин, остановившись у доски и взяв мелок.       — Итак, сможешь решить самостоятельно или тебе помочь?       «Ты, блять, издеваешься?! Сказано же, что я нихуя незнающий бедный человек!» — про себя злилась школьница.       — Ох, Оширо, что же с тобой стало? Раньше была круглой отличницей. Связалась не с той компанией?       «Тебя это ебать не должно», — жуть как хотелось сказать это вслух, глядя при этом в лицо учителя, но здравый смысл держал Киру в руках.       — Здесь? — тихий вопрос прозвучал за дверью, и та в ту же секунду открылась. — Оп! Нашёл! — радостно промурлыкал Манджиро, когда наконец отыскал свою девушку. Оширо удивлённо смотрела на возникшего Сано, что с улыбкой смотрел на неё горящими глазами.       «Спасение! Манджиро, спаси меня от этого старого!».       — Молодой человек, что вы себе позволяете, когда решаете прервать урок? — мужчина не видел, кто именно помешал, но, кто бы это ни был, он у него попляшет.       — Я всего на минуточку, — Майки пришёл в хорошем расположении духа и лишь посмеялся на ворчание учителя. Мужчина понял, что смельчак не собирался уходить и извиняться, вышел вперёд. Тогда-то Сано увидел лицо учителя математики, ведь он до этого стоял позади Оширо. — О-о, Такада-сан, здрасте.       — Манджиро? А я-то думал, почему голос такой знакомый. Как Мансаку поживает?       Ситуация обрела удивительный поворот событий, и Кири пришлось молча наблюдать.       — Лучше всех. Ждёт Вас в гости, — отвлекая друга своего дедушки разговором, Сано подошёл к Кире и незаметно для всех взял за руку.       — А ты какими судьбами?       — За своей девушкой.       Такада перевёл недоумённый взгляд с Майки на Киру; та предпочла сгорать от смущения, глядя на уравнения, которые теперь казались не такими страшными. Возможно, Киричин знала, что слухи разошлись по всему Токио, и каждый второй знал, что она девушка «Непобедимого Майки». Только её это ни капли не затрагивало, но, когда Сано при всех об этом сказал, стоя рядом с девушкой и держа её за руку, Кира ощущала, что превратится в помидор через минуту; она чувствовала взгляды одноклассников спиной.       — К сожалению, но Оширо сейчас занята уравнением.       — Но я не спрашивал, Такада-сан, — вежливость, сквозившаяся из его слов, совсем не вписывалась в них, как и в действия, которые он собирался воплотить в жизнь. — Бежим! — Манджиро побежал к выходу из класса, потянув за руку Кири. Она только с радостью бросила мелок на пол и побежала со всех ног.       — Так вот, что с тобой стало, Оширо, — вздохнул учитель математики, подбирая мел. — Сэндо, раз заступался за свою подругу, то твоя очередь решать уравнения.       — Чёрт, — раздосадовано протянул Ацуши.       Школьники бежали по пустым коридорам, затем вверх по лестнице и добрались до крыши, где решили спрятаться и провести время. Точнее, захотел Манджиро, Кира лишь послушно бежала следом.       — Что ты здесь забыл? Решил приблизить свою смерть? — девушка быстро вспомнила количество розовых отметин на шее, которые приходилось скрывать тональным кремом. Скрестила руки на груди, нахмурено смотрела на Сано, усевшегося на холодный пол.       Кира злилась не от факта, что Манджиро посмел это сделать, а из-за места, где он оставил засосы — видно всем, смотрите, кто хочет и не хочет. Но Сано не совсем понял, в чём заключалась её злость, так как Оширо сделала то же самое с ним, да ещё хуже!       — Я могу сказать точно так же, — и с озорной ухмылкой снял с себя плащ, оттянул кофту, оголяя ключицы, на которых красовались засосы. — А видела мою спину? Та-ак больно было в душ ходить, Киричин.       — У тебя практически ничего не заметно! Решил сравнить, — возмутилась, а щёки предательски покраснели. — И что ты тут забыл?       — Хотел с тобой увидеться, — растянулся на холодном полу, как кот, и смотрел снизу верх на девушку с широкой улыбкой. — Ты шорты носишь под юбкой? — неподдельно удивился; одна бровь приподнялась, высказывая недоумение на лице.       — Ну да, драться неудобно, — пожала плечами, объясняя. — Я слышала про «Чёрных драконов», — с неимоверной скоростью изменила тему, уселась рядом и зачем-то ткнула пальцем в щеку Майки.       — Ты не пойдёшь с ними драться, — закрыл глаза, догадался, что хотела сказать Киричин.       — Я не собиралась, — опровергла его подозрения. — Почему вы с Мичи не рассказывали, что на него уже напали?       — Беспокоить тебя не хотели.       Кира ожидала такой ответ, но всё равно не смогла придумать, чем возразить, как поругать. Они думали о ней, о её душевном состоянии, и Кири не могла продолжать злиться и ругать их за заботу.       — Мицуя с Мичи пошли к Тайджу на переговоры?       — Ага-а, вместе с Хаккаем. Что там, кстати, будет в дальнейшем? — Манджиро с интересом в бездонных глазах посмотрел на Оширо, слабо улыбнулся и готовился к небольшому рассказу. Неизвестно, ему больше любопытнее услышать будущее или послушать голос обожаемой девушки.       Кира кивнула и принялась рассказывать о переговорах с Тайджу, что произойдёт после и чем закончится битва на Рождество. Она не упомянула, что Майки в тот праздничный и холодный вечер, сильнее чувствуя себя одиноким, катался с Шиничиро и Баджи. Наяву их не было, лишь ледяной ветер тогда сопровождал его, морозя лицо, но они были рядом: в сердце и сохранённом обереге Кейске.       — М-м, вот как. Да я как всегда хорош, — посмеялся Сано, блистая от своей непобедимости яркими лучами света.       — Пока сам себя не похвалишь, никто другой этого не сделает, — пробормотала Киричин, но не совсем тихо, а так, чтобы Майки обязательно услышал.       — Эй! — воскликнул Манджиро, отчего Кира разразилась громким смехом. Майки не стал протестовать, резко привстал, чтобы схватить девушку. Но та предчувствовала подобное, поэтому успела первее вскочить на ноги и отбежать, потому глава «Тосвы» лишь схватил воздух. — Тебе не сбежать от меня!       Сано под смех Кири встал с пола и догонял школьницу, что каждый раз ловко и быстро уворачивалась от его рук, оставаясь на небольшом расстоянии от парня. Они долго бегали друг от друга, неизвестно, на каком моменте начали играть в «салочки», и безудержно смеялись от веселья.       С момента, как Кира здесь оказалась, мало было времени на простые игры и веселье. Очень много времени Киричин мучилась от воспоминаний прошлой обладательницы тела, от мыслей о будущем, как спасти свою новую семью. Последнее, что произошло с семьёй, сильно ударило по состоянию девушки, и даже после завершения событий она не верила в это. Но сейчас становилось легко и радостно, и она наконец смогла позволить себе смеяться от души.       Манджиро стало приятно от её радостного смеха, от ребячества со стороны той, которая старалась держать всё под контролем и боялась, что произойдёт нечто ужаснейшее. Сердце мальчонки билось сильнее, кажется, что Сано влюбился в Киру ещё раз и полюбил намного сильнее.