— кэтрин хилл;
22 августа 2021 г., 13:57
Примечания:
!au! в котором семья Кэтрин разваливалась не из-за болезни матери
Её тонкие пальцы сильнее сжимают сигарету, прежде чем сердце пропустит очередной тревожный удар. Крики где-то за дверью квартиры словно эхом отдаются в сознании, заставляя зажмуриться и досчитать до пяти. Она не хочет слышать этого, не хочет знать, что там происходит. Единственное, чего ей хочется просто уйти/сбежать/исчезнуть. Искусанные губы облизывать уже даже больно, но фильтр всё также прижат, позволяя впустить в себя (не)спасительный вдох. Забавно. Ей бы давно влепили подзатыльник за то, что уже который день пропускает уроки катания; что уже который день её волосы пахнут ментолом. И она была бы счастлива, если бы хоть кто-то остановил её, указал верный путь. Вот только все были слишком заняты тем, что разрушали то, что было так прочно построено [когда-то]. Синяки на запястьях уже болели не так сильно, как те, что на внутренней стороне чего-то за рёбрами, и уже вряд ли посветлеют. Однажды, возможно, она сможет понять, почему семьи рушатся. Почему когда-то любящие люди целенаправленно делают друг другу как можно больнее. Поймёт. Но не сейчас. Не сегодня. Сегодня ей хочется вновь оказаться восьмилетней девочкой, которую любили мама и папа; которые с радостью приняли её мечту стать олимпийской фигуристкой после часовых залипаний в телевизор, где шли выступления этих невероятных спортсменов. Сейчас ей хочется вновь быть десятилетней, когда единственные их ссоры могли быть из-за проигранной монополии. Сейчас же Кэтрин тушит сигарету, натягивает получше капюшон и знает, что её отсутствие никто не заметит.
