София

Мутная вода. Она плыла в ней. Пузырьки воздуха изредка вырывались из Софии, но нисколько не мешали ей. На верху воду пронзали тусклые потоки света, но ее интересовало другое. Там, в на глубине, сияло что-то изумрудным цветом. Свечение влекло ее, она погружалась все глубже и глубже в пучину. А потом у нее кончился воздух... София проснулась от резкого приступа удушья. Она начала интенсивно глотать воздух, но не чувствовала того насыщения, которое получаешь будучи долгое время без дыхания. Все было в порядке. Это всего лишь сон. За окном только светало. Она слишком рано проснулась. Дом дышал сном. Нельзя было терять такую возможность. София встала и схватив гребень тихо вышла из комнаты. В коридоре было пусто. На цыпочках она спустилась на первый этаж, а дальше выбежала на улицу. По пути ей так же никто не был встречен. Все же были плюсы в отсутствии оравы слуг, что могли в хлопотах и заботах сновать по поместью даже ночью. Во внутреннем дворе стоял почти незримый туман. Такой частый гость на Гроутмаре этот туман. Но даже он уходил, оставляя за собой столь любимую Софией росу. Девушка в одной ночной рубахе ступила босой ногой на залитую драгоценными каплями траву. Трава была молодой мягкой, а вода, сбитая с нее, давала столь родную прохладу. Первая нога вступила в объятья зелени за ней вторая и София уже кружится в танце, омывая водой себя и все вокруг. Делала она так не впервые, все движения выверены, каждый шаг отработан. Она это делала уже с закрытыми глазами. - Красиво, - тихо сказал Демий. София оторопела и закончив посмотрела на нежданного зрителя. - Подкрадываться неприлично. - Возможно. Я не хотел тебя отвлекать, - он стоял перед ней в том же, в чем был вечером. Лишь добавился меч в ножнах, что свисал с пояса. - И все же отвлек, - София сложила руки крестом. - Хах, - пойманный Демий улыбнулся и почесал затылок. - А ты почему не спишь? Час довольно ранний. - Тоже самой хочу спросить у вас Демий. Я же просто проснулась из привычки вставать рано. - Я не и не засыпал. - От чего же? - Странное чувство не давало спать. Вот я и выбрался побродить по окрестностям. Сейчас уже в сон начало клонить, я возвращался в поместье, а тут ты... - То есть я вам мешаю спать? - наигранно возмутилась София. - Ну так идите в свою кровать, господин Рин. А то вдруг господин Лортрад узнает, что вы шастаете по округе с мечом наперевес. - она махнула подолом рубашки, оросив юношу.

***

Готилак проснулся от стука в дверь. Лениво потянувшись и ответив да, он увидел в дверном проеме черноволосую Софию. - Завтрак готов. Спускайся вниз, - сказала девушка одарив его милейшей улыбкой. - Спасибо, София. Скоро буду. - Хорошо бы. Ждем только тебя. Дверь мерно хлопнула, оставив Готилака наедине с самим собой. Он принялся одеваться, рыбкой нырнув в свой сундук. Такой выдавался каждому юноше в поездки. В отделении для одежды была найдена туника глубокого синего цвета и красивый пояс из молодого оленя. Признаться честно, это были единственные вещи в гардеробе мальчика, которые можно было назвать приличными, а еще и чистыми. Убедившись в последнем, он напялил на себя все необходимое. Постоял, подумал, понял, что ему не хватает статусности. Из того же сундука достал свой короткий однолезвийный меч и повесил на пояс. Все, марафет наведен и очень даже не плох. Теперь можно произвести впечатление на дам. Вернее на одну единственную - Софию. По одной только ему понятной причине Готилак считал, что именно он завоюет сердце черноволосой служанки барона. По пути в столовую Готилак увидел гномку Гришу, семенящую куда-то по своим гномским делам. Удивительно, она и вправду не носила бороды. Тогда встает вопрос, отец врал своим детям или же дело было совершенно в другом и требовалась иная точка зрения. Нет, все же Готилаку требовалось узнать, какую страшную тайну скрывает неопределенность бородатости женщин гномов. Но не сейчас он раскроет эту тайну, это точно. Его носа достиг сладкий запах еды. В столовой не было только взрослых. По всей видимости, они нашли более интересные занятия, чем компания молодежи. - О, ты не спешил, - поздоровался Лортрад, наматывая на хлеб остатки желтка с тарелки. - Ну я в отличие от тебя слежу за своим внешним видом, - Готилак на фоне Лортрада одетого в походную одежду и кирасу выглядел явно выигрышно. - Самый настоящий столичный петух, - залился смехом старший. Готилак надулся. - Иди ешь. Скоро выдвигаемся. - Пешком? - Нет, идиотина, на конях. - Что-то я не заметил конюшни, - решил поумничать Готилак. - Через дорогу находится деревня барона. Все слуги и необходимые для их работы принадлежности находятся там. В том числе и конюшня. Барон не особо любит людские скопления, - пояснила София. - Да? А я думал, нас отправили к помещику-банкроту в качестве наказания, - недоуменно проговорил Готилак. Все остальные пустились в неудержный хохот. Демий похлопал младшего по плечу: - Дорогой Готи, если бы ты внимательно слушал отца, брата или Софию, а не витал в облаках, то знал бы что барон Бенедикт Жилинарт является одним из самых влиятельных, а следовательно и богатых представителей гроутмарской знати. Тоже можно сказать и об общеимперской арене. Если говорить понятным для тебя языком, это мы "бедные родственники", а не он. - Но тут же самая настоящая свалка, а не поместье влиятельного рода! - негодование Готилака множилось, как и непонимание. - Прошу извиниться за "свалку"! - София не выдержала серьезности своего тона и засмеялась. - Довожу до вашего сведения, что свалкой это место можно было назвать лишь до нашего переезда сюда. Теперь это по праву можно назвать кунсткамерой, - по-лебединому развела она руки. - Демий, а что такое кунсткамера? - шепотом спросил Готилак. - Если бы я только знал. - А ты, значит, по такой логике не безвольная крестьяка-служанка, а самая всамделишная гувернантка? - Вообще-то да, - на лице Софии возникло истинное удивление вопросом. - а если быть точней, то дочь гувернантки с полным квалитетом ее обязанностей и прав исключая возможность свободного перемещения. Но как я знаю, редким детям дают полную свободу их родители, - она вновь одарила всех своей прекрасной улыбкой - София, - закончил свой завтрак Лортрад. - С каждым произнесенным словом вы радуете мое сердце все больше. Таких дам еще поискать надо. Надеюсь ваше будущее сложится как нельзя лучше. - Благодарю за теплые слова. - А сейчас я пойду проверить, не привели ли лошадей. Я узнал у барона, что вы не умеете ездить верхом. Что ж, такую оплошность нужно исправлять. А сейчас, если вы не против, я попрошу поехать в моей компании. - Я совершенно не против. Демий и Готилак теперь оба сидели с какими-то грустными минами. Видимо, тоже хотели предложить девушке разделить с ними поездку, но в своей неосмотрительности позволили Лортраду опередить их. Особенно был опечален младший, так и оставив свой завтрак не тронутым. Что же до Софии? Она и не догадывалась почему мальчики так резко погрустнели, да и не хотела задумываться. Их ждала поезда в Саум.

***

Саум был был тихим городом у одноименного озера, что находилось на его западной стороне. С северо-востока наступал лес, а на юге раскинулись луга и поля, что шли до самой столицы - Адаларда. Городок был спокойным. Для Софии он всегда казался синонимом гармонии человеческого общества. Далекие от столичных хлопот и пограничных опасностей на вроде набегов поселения подобные Сауму по-настоящему могли расцвести. Жители города занимались различным промыслом: рыбным, заготавливали лес, сеяли поля, занимались ремеслами и торговлей. Возможно, именно обстоятельный барон стал причиной столь хорошего положения дел. Не секрет, что он имел довольно высокое влияние на верхушку Саума, что фактически противоречило имперскому закону о том, что города вольны сами выбирать себе управленцев и независимы от власти дворянства. Но чисто юридически Бенедикт этот закон не нарушал. Три коня скакали по опушке леса, сбивая пыль с дороги. Трое юнош и девушка седлали их, выкрикивая странные стороннему наблюдателю фразы. Вот уже видно окраину города. Они притормозили возле крупного вида конюшни. Самый старший на вид слез с коня, а потом пода руку девушке, что сидела с ним. Другие последовали его примеру. Лортрад подошел к мальчику лет семи, что накидывал сено в стойла, и спросил: - Ты сын конюха Уолли? - Есть такое дело, - улыбнулся малец в свои двадцать четыре зуба. - Вы, добрые господа, от барона? Не отвечайте. Сам вижу, что от него. Привет, София! - он помахал ей рукой. - Уолли младший, иди сюда, - она, оказавшись возле него, потрепала сына конюшего за щеку. - Приглядишь за конями, - Лортрад достал пару крон и предложил мальчонке. - Не надо мне ваших подачек, добрый господин. Моему тятенке барон раз в месяц сорок крон отстегивает, а мне целых пять перепадает, хых, - сказал Уолли младший, показывая растопыренную пятерню. Пальцев было четыре. Отдав коней, компания отправилась уже в сам город. Он был до нельзя аккуратным. Вымощенные улочки, беленые домики с черепичными крышами. Особый шарм городу придавали округлые формы зданий и переулков. Очень много было округлых башенок, на чьих шпилях красовались флюгеры: от стандартных птиц и указателей до диковинных рыб и животных. Горожане правда контрастировали на фоне теплых домов. Все одеты в холодные тона: темно-синий, бирюзовый, пепельно черный и фиалковый. Золотого блеска нельзя было увидеть даже на самых богатых горожанах - они отдавали предпочтение серебру, а еще чаще начищенному до блеска металлу. Их образ будто впитал всю влагу местного климата. Стоит ли говорить, что София при своей любви к зеленому буквально сливалась с местным окружением? Бесцельно побродив по городу некоторое время компания встала напротив местного храма Святого Света. Он однозначно выбивался из общей стилистики города, представляя из себя образец ломарской архитектуры. Изящное, устремленное ввысь, переполненное украшательствами и не понятно зачем втиснутыми повсюду арками. Да именно таким был ломарский стиль и именно таким был храм Саума. К тому же он был выстроен из довольно темного камня и очевидно контрастировал на фоне теплых провинциальных домов. Одним словом мрак, а не пристанище духовности. Очень ироничным являлось то, что для мрачных гроутмарцев подобное место являлось самым нелюбимым в силу исторических предпосылок. Эх, как жаль, что столь подходящие друг к другу по внешнему виду оказались несовместимы в вопросе содержания. Но не по причине размышлений социо-культурного антогонизма Гроутмара и Ломара молодые люди остановились возле единственного пристанища Света в радиусе пяти лиг. Нет, все намного прозаичнее. По среди площади, где стоял храм, орал во всю глотку мужик. Он был в красном изорванном балахоне. Изможденное то ли безумием то ли алкоголизмом лицо. По всему телу шрамы. В общем колоритный мужик. А какие занимательные вещи он кричал: - Мы все умрем! Сгорим за свои грехи! Демоны! Демоны выйдут из-под земли и сожрут наши души! Мертвые восстанут из могил! Брат пойдет на брата! Сын на отца! Матери будут давить новорожденных! А все почему?! Темная звезда воссияет на небосводе! Вот почему! Подобный перформанс не остался незамеченным местными. Горожане, естественно, не решились приближаться к брызжущему слюной смутьяну. На площадь подоспели люди мэра. Два бугая аккурат схватили мужика под руки и потащили в одном им известном направлении. - Север падет! Империя скоро умрет! - продолжал безумец. - Но спасение есть! Скоро вернется истинный бог! Бог огня! Бог мести! Бог... - ему прилетело от человека мэра и он потерял сознания. - Вот дает, - посмеялся Лортрад. - Империя стоит пять сотен лет и не шатается, а тут взяла и пала. Умора. Ладно, мне пора. Я отлучусь ненадолго. - Ты куда? - поинтересовалась София. - Да так, магазинчик один увидел по дорого. Винный. Заскочу, может быть что-нибудь подходящее найду, - слегка застеснявшись, ответил он. - Решил винцо к совершеннолетию выбрать и без нас?! - возмутился Готилак. - У тебя день рождение? А когда? - Уже совсем скоро, София. Шестнадцатого дня второго месяца лета. - Это получается ровно через две недели?.. - София задумалась. - Послушай, Лортрад, а ты не будешь против подарка? - Нет, конечно. С удовольствием приму любой дар. - Тогда мне тоже нужно кое-куда сходить. Мальчики, вы со мной? - Конечно, - хором ответили они. - Может потом сходите? Мне будет спокойнее, если вы останетесь там, где я вас оставил. - Да не парься, Лорт. Ничего с нами не станет, - за такое заявление Демий получил крайне осуждающий взгляд Рено. - Ну хорошо, - вздохнул Лортрад. - Идите. Думаю ничего с вами не случится в таком месте. - Спасибо большое за доверие, - София горячо обняла Лортрада, он аж покраснел. Ребята разделились. Лортрад исчез в надежде найти свою алкогольную музу, а София повела остальных в лавку к местному мастеру красок. Их бы путь продолжился без остановок, если бы на нем не встала фигура в белой монашеской рясе. - Здравствуй, София, - лицо отца Лазара как всегда излучало блаженство. - куда то спешишь? - Не особо, отец Лазар. Я показываю красоты Саума своим друзьям с Севера. А вообще мы направляемся в лавку за новыми холстами. - Хорошо, что ты развиваешь свое ремесло, дочь моя. А не приставишь ли ты меня своим друзьям? - Конечно. Это святой отец Лазар, настоятель Саумовского храма. А это Готилак Рено и Демий Рин. - Приятно познакомится с юношами. Редко северян я встречаю в этих краях, что меня очень печалит. - И нам приятно, - ответил Демий. - И что же в этом факте вас печалит? - О! По молодости я служил в храме на севере. Город Рорик, знаете такой? И вот скажу я вам так, у северян в отличие от гроутмарцев есть хоть какое-то уважение к делу церкви. Как пятьсот лет назад были безбожниками и варварами, так сейчас ими и остались. Не в обиду тебе, твоей матери и барону, София. Вы настоящий пример для всех остальных. Подобные слова были обычным делом для Лазара. Не мудрено, он был чистокровным ломарцем: белоснежные волосы и кожа, голубоглазый, подсознательная ненависть ко всему, с чем была связана островная провинция. Не смотря на всю неприязнь, именно ломарцы в первых рядах приплывали на гроутмар насаждать местным имперский культ. И тут сложно сказать из-за чего они это делали. Возможно, дело было в искреннем желании принести добро и свет в темные сердца островитян, но скорее всего им просто нравилось бесить всех своим сияющим присутствием. Правду было дано знать только самим ломарцам. - А что это был за черт в красном? - спросил Готилак. - Это? Проповедник конца света. Я слышал о подобных ему, выступающих на материке, но здесь вижу их впервые. Не беспокойтесь, он научиться уму разуму в тюрьме. - Он говорил про нового бога. Не думал что бог это что-то... - Личностное? Да это очень странно. Обычно персонализация божественной сущности имеет место быть у язычников на вроде доминиканцев. В имперских священных писаниях не Святой Свет не упоминается как личность. Он есть повсюду и нет его нигде. И лишь лики ангелов являются форменным воплощением его воли. Видимо, безумец даже этого не знает. - А что там, после смерти? - Готилак явно решил доконать святого отца своими вопросам. Подобным он занимался и на севере. За это местные священнослужители запретили приближаться ему к храму на расстояние выстрела из арбалета, который имелся у каждого из них. - Единение со светом, если праведен, и гниение в адской утробе, если грешен, сын мой. - А если праведники растворяются в свете, а грешники забивают ад, то не значит ли это, что когда-нибудь ад порвет от обилия этих самых грешников? Может тогда безумец прав? - Невозможно! Это... - Лазар уже был показать всю мощь своего богословия. - Простите, святой отец, нам срочно нужно бежать, - перебил Демий и за шиворот оттащил Рено от ломарца. - До свидания, отец Лазар, - София поспешила за мальчиками. Фактически со скоростью Света они добрались лавки красок. Вообще там продавалось буквально все, что могло пригодиться Софии хоть и в довольно скромных объемах. София купила там тройку разноплановых холстов, новые кисти и пару недостающих пигментов. Расплатилась она деньгами что дала ей мать перед отъездом. - Почему ты не сказала, что рисуешь? - Демий взял у Софии холсты. - Да как-то в голову не пришло. Знаешь, ты тоже многого о себе еще не рассказал. Я же не начинаю возмущаться, когда что-то из этого открывается. - Прости за нетактичность. - Ничего, со всеми бывает. На обратном пути они увидели выбивающегося из общей зажиточности чумазого парня, что просил милостыню. Готилак по доброте душевной хотел кинуть монетку, но Демий не позволил ему этого сделать. И тут из переулка донеслось: - И с хера ли вы, сударь, зажмотили жалкую монетку этому бедолаге. Из-за угла вышло по меньшей мере четверо подростков. Все ободранцы. Софии ударил в нос запах немытых тел. Самый большой, тот что говорил, мерно постукивал загвозденной палкой себе по ладошке. - Так что, сударь, дань за проход будем уплачивать? Вы моего брата своей жадностью обидели, - Сзади встал еще и пятый оборванец. - Да, меня сильно обидели. На все деньги, что есть у этого господина обидели. - Ничего я вам не должен. Уйдите с дороги, прошу по-хорошему, - Демий медленно передал холсты Софии. Его рука опустилась на навершие меча. Готилак встал лицом к пятому, так же готовый. - По-хорошему? Ахахахах, - заржал старший вымогатель. - Ты видать не местный. Откуда ты, золотце? - Северная провинция, чернь. - Ебать! Северянин? Здесь? Не туда тебя занесло, сука ты заморская. - Как ты смеешь говорить так с дворянином? Тебя в детстве совсем не пороли? - угли глаз Демия начинали уже тлеть. - Ты тут - говно на палке! И на херу я вертел всех материковых! Вы здесь чужаки! - Ля, браток, а эта чернявая вроде как местная! - припомнил один из банды. - Хороша чертовка. Я б ее отымел по самые гланды! - А давайте отберем у этих северян наше, гроутмарское. Вернем, так сказать, суку в семейный круг! - внес конструктивное предложение пятый. - Да я вас щас всех!.. начал было Демий. - Порву нахуй выблядков!!! - раздался рев позади толпы бандитов. Криминальные подростки оглянулись и слегка отступили по бокам, давая остальным возможность увидеть. А посмотреть было на что. Там стоял медведеподобный Лортрад. Он всегда был крупнее своих братьев: сейчас достигал роста метр девяносто и широкоплеч. Но сейчас, именно в этот момент, когда на его лице не читалось ничего кроме перманентной необузданной ярости, он казался настоящим гигантов. Кираса блестела даже в темноте улицы. Данный эффект достигался за счет воздетого над головой Рено меча. Он стоял в своей излюбленной стойке - высокой соколиной. При достаточном мастерстве и скорости он мог бы из не подрезать шеи всем бандитам. Воистину, настоящая машина для убийств зазнавшейся черни. - Епт твою мамашу. Братан, нужно валить, - сказал один из толпы - Не ссы! Нас больше! Сейчас всех размотаем! - не отступал главарь. - Я, суки, рыцарь милостливый! И вам даю пять секунд, чтобы вы исчезли! Иначе порежу всех на куски, а последнему скормлю все то дерьмо, что от вас по итогу выйде! Я понятно выражаюсь? - А еще вы окружены! - подметил Демий, располосовав сзади мешковатые штаны одному из чумазых. На этом весь бандитский запал кончился. Их пятки еще долго сверкали в том грязном переулке, из которого они посмели вылезти. Отдышавшись, Лортрад вложил меч в ножны, подошел к компании и со всей силы вдарил Рину по лицу. Демий от такого поворота событий, естественно, упал. Сплюнув кровью на землю, он посмотрел на "брата". - Что ты творишь?! - София была в еще большем недоумении. Она не думая бросила холсты, благо они от этого не пострадали, и опустилась к Демию, осматривая его лицо. - Не вмешивайся, - холодно ответил Лортради переключился на юношу. - Почему... почему каждый раз где бы ты не находился это приносит несчастье? Почему я не могу положиться на тебя? Почему ты несешь один лишь хаос? - Ты опять решил обвинить меня во всех смертных грехах? - Да, опять! А разве это не так?! - Нет, не так! И тогда это было не так! Но ты до сих пор не можешь принять тот факт, что это произошло! Даже больше, ты бы хотел, чтобы я тогда тоже погиб! - Нет! - Да! Так сделай это! Заверши начатое! Сверши справедливость! - Демий бросил свой меч к ногам Рено. - Нет... Ты сам себя прикончишь... Лортрад закончил разговор и побрел по улице прочь от компании. На его пути встретилась разбитая бутылка прекрасного северного вина урожая 488 года...