В объятиях твоей любви

      Вэнь Кэсин никак не ожидал внезапной проверки для своей выдержки. Это был самый обычный день, и он просто возвращался со своего занятия с учениками, когда увидел Чжоу Цзышу во дворе, совсем рядом с их спальней, куда он должен был пойти отдохнуть после долгой работы. Вместо этого Чжоу Цзышу, видимо, решил устроить целое представление, чтобы извести своего бедного, несчастного мужа, который из последних сил сдерживал себя от непристойных предложений уже несколько дней, видя, как его родственная душа уставала после усердных тренировок с учениками, в которых лорд Поместья теперь принимал непосредственное участие.       Теперь Чжоу Цзышу практиковался с мечом — обычное зрелище, именно то, что ожидаемо увидеть от великого мастера боевых искусств. Но только в глазах Вэнь Кэсина Чжоу Цзышу — это не только мастер и его дорогой шисюн, но и его муж, которого он любил и желал, имея на это полное право. Поэтому Вэнь Кэсин не мог оторвать взгляд не столько от техники Чжоу Цзышу, сколько от него самого: его глаза были завязаны черной лентой, одежды съехали с одного плеча, немного открыв взору линию ключиц, а по лицу катились капли пота, пока он двигался легко, но стремительно — Вэнь Кэсин точно знал, что эта обманчивая легкость в одно мгновение могла лишить врага жизни. — Лао Вэнь, — вдруг позвал Чжоу Цзышу, остановившись, указывая мечом прямо туда, откуда на него с широко раскрытым ртом смотрел Вэнь Кэсин. Он судорожно вздохнул, заметив, как губы его мужа растянулись в ухмылке, когда он опустил меч, другой рукой стягивая повязку. — Почему ты там притаился? Собирался напасть, пока я не вижу? — А-Сюй, — Вэнь Кэсин обиженно заныл, медленно придя в себя, — да разве бы я посмел? — он направился к Чжоу Цзышу, лениво обмахиваясь веером, и они встретились на полпути друг к другу, ни разу не отводя взгляд. — Я просто наблюдал, как тренируется мой шисюн, — сказал Вэнь Кэсин, ухмыльнувшись, и склонился ближе к лицу возлюбленного. — Знаешь, он, вроде как, мой пример для подражания. Когда я был маленьким, я мечтал вырасти и стать таким же сильным и храбрым, как он.       Улыбка Чжоу Цзышу внезапно погрустнела, и Вэнь Кэсин заметил, как в его глазах блеснула вспышка боли и сожаления. Он моментально пожалел о своих словах и судорожно пытался подобрать новые, чтобы исправить ситуацию, когда Чжоу Цзышу заговорил вновь. — Жаль только, что он использовал свою силу, чтобы совершать злые дела, да и храбрым его тоже не назовешь, — горько усмехнулся он, опустив взгляд. — Ты выбрал плохой пример, шиди. Твой шисюн сожалеет, что подвел тебя. — У меня самый лучший шисюн, — уверенно заявил Вэнь Кэсин и наклонился ближе к лицу Чжоу Цзышу, чтобы коротко поцеловать его губы, с улыбкой наблюдая, как он сморщил нос — это было нелепо, но Вэнь Кэсин находил это очаровательным, как и все остальное, что касалось Чжоу Цзышу. — Льстец, — Чжоу Цзышу закатил глаза, но Вэнь Кэсин заметил, как уголки его губ поднялись в слабой улыбке. — Но ты все равно меня любишь, — улыбнулся Вэнь Кэсин, обернув руку вокруг чужой талии. — И я тебя тоже, — добавил он, когда Чжоу Цзышу снова закатил глаза. — Ты, кажется, куда-то шел, — Чжоу Цзышу попытался отстраниться. Вэнь Кэсин с трудом сдержал смех, с удовольствием наблюдая за смущением своего мужа. — Я шел к тебе, А-Сюй, — он прижался к телу возлюбленного, оставив нежный поцелуй на его лбу. — Мы с ребятами закончили тренировку, дежурные по кухне уже готовят ужин, так что у нас есть немного времени для нас. — Если ты намекаешь на постель, то даже не думай, — Чжоу Цзышу бросил на него предостерегающий взгляд. — Я не собираюсь снова краснеть за тебя, когда ты придешь на ужин, даже не пытаясь скрыть то, чем занимался. — О чем это ты? — Вэнь Кэсин надул губы, обиженно посмотрев на него. — Я никогда… я… А-Сюй! — Что? — Чжоу Цзышу выгнул брови, почти не сдерживая смех. — Разве не ты на прошлой неделе заявился в обеденный зал весь растрепанный и с раскрасневшимися щеками? — Что за провокация, А-Сюй? В тот день я был таким после того, как несколько часов тренировал шаги, которым ты меня учил! — Видимо, той тренировки было недостаточно, раз после этого тебе хватило сил полночи меня… — А-Сюй! — Вэнь Кэсин удивленно распахнул глаза, перебив Чжоу Цзышу, который, в конце концов, рассмеялся, не сдержавшись. — Кто бы мог подумать, что ты настолько испорчен, лорд Чжоу? — хмыкнул он, улыбнувшись. — И это меня ты называл бесстыдным. Как ты мог, Чжоу Цзышу? — Это все твоя вина, — Чжоу Цзышу пожал плечами, невинно захлопав ресницами. Они смотрели друг на друга несколько секунд, прежде чем вместе засмеяться. — Тем не менее, — Вэнь Кэсин ухмыльнулся, приблизившись к лицу мужа настолько, что их дыхание смешалось друг с другом, — я очень рад, что мой А-Сюй стал таким бесстыдным для меня. — Еще чего…       Вэнь Кэсин прижался к его губам, не дав ответить, и Чжоу Цзышу, выдохнув в поцелуй, позволил ему отвлечь себя, одной рукой обняв его за шею, а другой — сжав предплечье руки, обернутой вокруг его талии. Они целовались медленно, точно зная, что больше спешить некуда — у них было все время в мире для них двоих. Вэнь Кэсин издал тихий звук истинного удовольствия, когда Чжоу Цзышу зарылся пальцами в его волосы на затылке, нежно царапая кожу ногтями, а следом недовольно застонал, когда Чжоу Цзышу отстранился, громко выдыхая и облизывая покрасневшие губы. — А-Сюй, еще, — Вэнь Кэсин потянулся за его лицом, но наткнулся на выставленную между их лицами ладонь Чжоу Цзышу, посмотревшего на него с явно притворным недовольством. — А-Сюй! — захныкал он, потянув мужа за талию ближе к себе, но Чжоу Цзышу остался непреклонен. — Мы на улице, — напомнил он и выпутался из крепких объятий Вэнь Кэсина, поправляя свои одежды. — А-Сюй! — Вэнь Кэсин обиженно засопел и надулся. — Можно подумать, после того, как твои ученики занимались целый день, у них в самом деле остались силы, чтобы прийти сюда. Тем более, когда они знают, что мы оба здесь. — Это не значит, что ты можешь быть таким бесстыдным и приставать ко мне на улице, — Чжоу Цзышу закатил глаза. — Тогда пойдем в спальню, — Вэнь Кэсин тут же схватил его за руку и потащил за собой, но Чжоу Цзышу вырвался из хватки и недовольно посмотрел на него, когда они встретились взглядами.       Вэнь Кэсин скрестил руки на груди и насупился, не глядя больше на своего мужа. Чжоу Цзышу подошел ближе к нему и громко вздохнул, подняв руку, чтобы ласково провести пальцами от запястья к плечу, запустив ладонь под широкий рукав его верхних одежд. Вэнь Кэсин бросил на него недоверчивый взгляд, ничего не говоря, и подозрительно прищурился, встретив неожиданно хитрую улыбку возлюбленного. — Потерпи до конца ужина, — тихо попросил Чжоу Цзышу, подойдя еще ближе и положив руку на талию удивленного Вэнь Кэсина. — Я обещаю, что откажусь от всей работы и до утра ты сможешь делать со мной все, что захочешь. — Ловлю на слове, — усмехнулся Вэнь Кэсин, склонившись к лицу мужа. — Сегодня ночью даже не проси о помиловании, — прошептал он, клюнув поцелуем чужие губы. — Главное, чтобы помилование не понадобилось тебе самому, — хмыкнул Чжоу Цзышу, щелкнув его по носу.       Вместо ответа Вэнь Кэсин притянул его к себе для еще одного поцелуя, намереваясь показать, что умолять сегодня будет точно не он.       (Ночью, задыхаясь громкими звуками, которые вырывались из его груди, Вэнь Кэсин умолял Чжоу Цзышу остановиться и не останавливаться одновременно, отчаянно хватаясь за его обнаженные плечи.)