В мире розовых единорогов

Первое рабочее утро. Даже не успев освоиться дома, так и не увидев вторую соседку «у неё командировка, приедет скоро», Харин спозаранку села на автобус и поехала в сторону офиса. Ёнми с вечера предупредила, что её не надо ждать, так как она едет с кем-то на машине. Харин уловила нежелание сближаться, и её, в общем, это устроило. Офис встретил гулом и насмешливо-подозрительными взглядами. Харин чувствовала холод, который изучали все работники, и которого вчера точно не было, и пыталась понять, что она успела сделать за те недолгие минуты, которые она провела в этой комнате, но ничего не приходило в голову. Стало немного понятнее, когда она добралась до Доёна, его вчерашнее раздражение наконец нашло выход и помогло ему определиться с отношением к новому работнику — вместо приветствия она получила в руки стопку бумаги, тычок в направлении двери в конце комнаты и короткое «Это основная инструкция, за дверью найдёшь девушку в красном, делай что она скажет». Длинный коридор с кучей дверей, в каждую из которых пришлось заглянуть, пока она не нашла девушку в ярко-красном спортивном костюме, сидящую перед толпой подростков. Харин постучала, вошла, встала в уголочке. Никто даже не обратил на нее внимание, увлеченно слушая рассказ о том, как правильно выходить в прямые эфиры, если ты айдол, и ошибки, совершенные раньше разными артистами, в том числе приведшие к скандалам. В распечатанной инструкции в руках Харин, было и это, и еще очень много правил поведения для всего персонала и артистов. Наконец, девушка в красном встала, выдала камеру, и отправила писать пробные эфиры, с вопросами от остальных присутствующих в комнате. — Помните! Вопросы могут быть совершенно любыми, вы должны научиться либо уходить от них, либо не краснеть, читая. Потренируйтесь сейчас, а потом попробуем с вопросами от старших., — она подошла к Харин, — свежее мясо? Отлично. Инструкции прочитать сказали? Тогда сейчас сидишь читаешь, а когда они закончат, просмотришь видео, и дашь мне отчет по их ошибкам в соответствии с инструкцией. Посмотрим, как у тебя с внимательностью. А то высматривать эти тонны видео нам всем уже надоело. Часа через два Харин поняла, почему её отправили в первый же день заниматься такой «ответственной и важной работой» — глаза уставали дико, мозг не успевал следить за текстом в инструкциях, и за картинкой, и она мечтала просто спокойно помыть где-нибудь полы. Но стоило ей поднять голову, как ее позвали разбирать на склад какие-то коробки. Первый день подошел к концу, а Харин даже не присела. Видео, беготня, знакомство с персоналом, и постоянно преследующие хмурые взгляды и смешки в спину. Видимо, новенькие тут не пользуются популярностью, но Харин это мало волновало. До дома она буквально доползла, и, не ужиная, рухнула в постель… В таком режиме прошла пара недель. В выходные она тоже торчала в офисе — слишком многому ей предстояло научиться, и она ходила за старшими, носила непонятные бумажки, училась правильно измерять размеры одежды, и делала еще миллион разных непонятных дел, которые можно было охарактеризовать одним емким словом — «ВСЕ». Ёнми она даже не видела, уезжая раньше, а возвращаясь без сил. Единственными местами, которые она видела кроме дома и офиса, были автобус и ближайший к дому круглосуточный. И вот, наконец, ей удалось вырваться пораньше, и, счастливая, она шла из магазина, когда увидела впереди знакомую фигурку — Ёнми шла в сопровождении нереальной, совершенно космической блондинки, как будто сошедшей с обложки модного журнала. Они шли в сторону дома, и Харин подумала, что, видимо, это загадочная соседка вернулась из командировки. Она начала их догонять, но услышала их разговор, и притормозила. Обсуждали, конечно, её. Привычки подслушивать у девушки не было, но то, что она успела услышать, дало ей многое понять «Сучку притащил Доён, говорят, прямо от Бона-ним. Да никто она, говорю, ты сама увидишь, ни рожи, ни кожи, а Доён ей кланялся!»… Девушки еще что-то говорили, но Харин отстала так сильно, как смогла… Теперь понятно, почему на нее так смотрят и относятся. Но, в общем, ее и правда притащили через голову начальника, с самого верха, и единственное, что она могла сейчас сделать — это работать, и показать, что она не хуже, а, может, и лучше всех, кто прошел по собеседованию и отбору. А работать она умела и любила, и даже за прошедшие дни смогла доказать, что делает все, что дадут, с максимальной отдачей, как ни пытались к ней придраться. Доён продолжал разговаривать с ней сквозь зубы, и отправлял в основном к инструкторам трейни, которым было все равно, откуда она взялась, лишь бы слушала, что говорят. За это время она пару раз видела издалека Хоби с Чонгуком, но даже не пыталась пойти в их сторону — их дороги никак не могли пересекаться, она улыбалась себе под нос, и бежала дальше. Чонгук все пытался уговорить её встретиться в офисе, но у нее, во-первых, была совесть, а во-вторых, совершенно не было времени. Но их бурная переписка не останавливалась ни на день, и, конечно, именно ему она писала, что, кажется, ее соседка, как минимум Мисс Корея, а может, и Мисс Вселенная, и это она ее еще близко не рассматривала. Рассказывать про сплетни, конечно, смысла не имело… «Ким Чиа? Я знаю! Да ее все знают, ты что! Катается в США по каким-то партнерским программам, общается со всеми айдолами, и не только нашими, еле отцепили ее от Тэ на какой-то вечеринке. Смотри аккуратнее, ладно?», предупредил ее парень. Ну вот, соседка звезда. Только этого не хватало. Но… Съезжать пока было некуда, эта квартира была корпоративной, искать что-то, что она могла бы потянуть на свою небольшую зарплату в этом районе нереально. Справится… Хуже ее отчима (черт, она не вспоминала о нем и маме с самой больницы) вряд ли возможно что-то в этом городе. Дома ее встретили обе девушки, сидящие на диване в гостиной, и вопрос «А почему ты до сих пор не убиралась общей квартире?» вместо приветствия и знакомства. Уборка правда была общей задачей, и Харин даже умудрялась как-то перед тем, как отключиться, то подмести, то посуду перемыть. Такое знакомство ей явно не понравилось. — Привет, я Квон Харин, я живу тут. Ты, видимо, Ким Чиа? Рада познакомиться, — игнорируя все разговоры про уборку, Харин достала свои продукты из пакета, и начала готовить себе ужин, — может, хотите присоединиться? , — девушка помахала коробкой с лапшой, увидела брезгливо сморщенное лицо, и ухмыльнулась. — И да, я согласна на очередь, давайте расписание повесим? Как будем убирать? Я вчера всю посуду перемыла, сегодня ты, Чиа? — не дожидаясь ответа, Харин взяла еду, и пошла есть к себе в комнату, оставив девушек в гостиной обсуждать ее, как им вздумается. В ее комнате, которая постепенно приобретала очертания жилого пространства, хоть и очень медленно, явно было уютнее, чем с ними. Харин все мечтала попасть в магазин, купить себе нормальную зимнюю обувь, и новые шторы, но пока было некогда. Кеды, которые привез в чемодане Доён, от ноябрьского холода спасали не очень… Конечно, с приездом Чиа стало сложнее. Её высокомерие ощущалось даже сквозь закрытые двери, и на работе, стоило столкнуться, ее окатывали таким концентрированным презрением… Чиа не стеснялась в лицо говорить: «Не нравится? Жаловаться Боне-ним побежишь?», или просто обзывать. Харин не вылезала из комнат трейни, став там уже своей, и старалась не ходить в ту часть здания, где сидели юристы и старшие менеджеры — Чиа обычно была там, лишь иногда «озаряя собой ваше убогое обиталище» в офисе Доёна, с которым, конечно, дружила. Трейни звали Харин «нуна», хихикали, инструкторы таскали за собой, а вот среди своих сослуживцев она была изгоем. Больше всего Харин нравилось помогать в танц-класах — там всегда были нужны руки, то камеру держать на записях, то приносить воду, то бегать между классами с флешками, то ходить за приглашенным хореографом и носить его сумку. В один из таких забегов Харин буквально налетела на вышедших из класса довольных и показывающих друг другу хореографию прямо в коридоре Бантан. Хосок посмотрел на нее, улыбнулся под нос, но обошел и пошел дальше. А вот Чонгук… — Мелкая! Ты меня убить решила, да, на радостях? — он потрепал ее по макушке, потом увидел торчащего из кармана джинс лисенка-брелочек, и довольно заржал. Остальные в непонятках оглянулись на застрявшего Гука, но Хосок что-то сказал, все засмеялись и пошли дальше. — Ты чего? Боишься меня что-ли опять? Пошли кофе попьем? — Ты дурак? Мне же нельзя с вами разговаривать! — Харин недовольно пыталась отобрать у Чонгука своего лисенка, которого тот успел отцепить от ее телефона и теперь старался оторвать ему хвост, — вы вообще-то суперзвезды, а я тут раб компании. — Вот, раб, а отбираешь игрушку… У тебя еще много, жалко что ли? И стаффу же можно с нами разговаривать, чего ты? И на ногах опять что? Ты погоду видела, почему тонкие кеды, давно в больнице не валялась? Ай, — Чонгук не оценил, когда вернувшийся Хосок влепил ему подзатыльник, и поволок по коридору, злобно шипя «Когда ты начнешь мозгами думать, Чон Чонгук». Харин грустно посмотрела в сторону удаляющегося от нее Чонгука с ее лисенком в руках, повернулась в сторону танц-классов, и уткнулась носом в грудь Доёна…. — Можешь объяснить, что это только что было?