Приятели по постели

Вокс смеялся совершенно не по-дружески. Долго и надрывно. Механизированный голос срывался на звонкий писк и задыхающееся кудахтанье. Руки Валентино инстинктивно дёргаются, вприпадке пытаясь найти любой доступный огнестрел, чтобы просто заставить этого плоскоголового ублюдка заткнуться. И вот незадача — ангельское ружьё осталось в шубе, дотлевающей где-то в гостиной! А Вокс мог бы для приличия притвориться, что ему не всё равно. Или для того, чтобы не злить сутенёра ещё больше. — Так значит, — теледемон делает паузу, даёт себе любимому отдышаться и с ломанной от оставшегося хихиканья улыбкой продолжает, — Вельвет обиделась из-за того, что ты сказал хуйню про её кексы? Теперь понятно, где именно происходил накал страстей! Кажется, она прямо-таки воспылала к тебе и устроила тебе самую настоящую прожарку. — Вокс, детка, заткнись, — устало ворчит мотылёк, уже порядком раздражённый припадком Вокса. — Заткнуться? Валентино, тебе напомнить, кто звонил мне в середине, блять, ночи, чтобы добрый я снова решил его проблемы? — тут же вся напускная шутливость пропала, оставляя место крайней суровости и раздражённости. Только теперь Валентино понял, что действительно разбудил партнёра — на нём не было ни привычной галстук-бабочки, ни чёрно-красного жакета, даже маленькая шляпка и то отсутствовала, а сам ведущий едко, почти сонно, щурится от яркого света огня и больше не улыбается, просто глядит в прострацию, словно засыпая от умеренного танца пожара. Интересно, если бы не было очков, Валентино прыгнул в горящий дом из-за инстинкта двигаться на свет? Вокс невольно вздрагивает. Сутенёр, каким бы хуёвым не был, всё-таки являлся одним из выгодных и, стоит признать, интересных партнёров. — Я могу подвезти до порностудии, — как бы между делом вставляет оверлорд, направляясь к машине. Мотылёк весь сжимается, вспоминая последнюю поездку с теледемоном. Тело уже начинало колоть от холода, но гордость, конечно, превыше всего, и потому повелитель похоти надменно поднял голову и отчаянно сопротивлялся идее ехать в этом гробу на скорости блять-мы-сейчас-врежемся-в-оленя-Вокс! — Я не поеду на твоей машине для карликов, — обидно шипит Валентино и сильнее прижимает подушку к себе, чтобы хоть немного согреться. — Будешь ждать свой катафалк? Как знаешь, — неопределённо пожимает плечами ведущий, видимо не находя сил, чтобы злиться за упоминание невысого роста. Вокс садится в электрокар, по щелчку пальцев заводит (как хорошо иметь электричество в виде магии) и медленно отъезжает. Реакция не заставила себя долго ждать. Валентино вдруг опомнился, встрепенулся, как оскорблённый павлин, и с горем пополам залез в ужасно маленькую машину. Для этого пришлось пригнуться и поджать колени так, что они всё равно при каждой кочки бились в бардачок, а голова в потолок. В салоне пахло ментолом и чем-то горелым. Не совсем хорошее сочетание, если честно. Но выказывать недовольство — себе дороже. Вместо этого порно магнат с самым непринуждённым лицом просится пожить у Вокса на время. — Что?! — руки оверлорда рефлексно дёрнулись от возмущения, отчего машина дрогнула. — Ещё чего! У тебя целый район похоти, и ты хочешь сказать, что тебе негде жить?! Мой дом — моя крепость, слышали? А в свою крепость точно не стоит впускать двухметрового мотылька-извращенца со спермой вместо серого вещества, а то потом рискуешь половину бюджета потратить на дихлофос. Или что-то по мощнее. Чтобы обезопасить себя от крылатых вредителей. — Это... дорого, арендовать у кого-то, — задумчиво объясняет сутенёр, мысленно подмечая, что с него будут сдирать последние деньги, ведь... — Ты оверлорд! У тебя достаточно денег, чтобы прожить пару деньков в каком-нибудь пятизвёздочном отеле! — восклицает повелитель телевидения, решительно не настроенный впускать его в свой дом. — Дорогуша, это лишь на время,— сладко тянет демон-бабочка и касается одной из рук явно напряжённого плеча собеседника и подбадривающе сжимает. Это работает. Почти. — Мой ответ — нет, если тебя интересует, — телеведущий вздрагивает от прикосновения, но покорно расслабляется, но стоит на своём. — Я тебе друг? — Я всё равно не пущу тебя в дом, — уклончиво отвечает тот, сжимая руль крепче и, кажется, нажимая на газ сильнее. Он не хотел продолжать этот диалог. Дьявол, у Валентино была скрытая способность злить Вокса своими беспечными выходками! Даже лучше чем у Вельвет. И ужасно бесило то, что Вокс каждый раз вёлся как наивный дурачок. Молчание было почти осязаемым, а запах казался более блевотным, чем сначала. Сутенёр недовольно откинулся на сидение, сложил верхнюю пару рук на груди, а нижней держал заветную дакимакуру и любимую трость. Мотылёк выглядел так, словно во всём этом безоговорочно вина Вокса. Между прочим этот осёл мог принять его предложение! — Что в подушке? — беззастенчиво сменяет тему Вокс, бросая мелкие взгляды на соседнее сиденье. Сутенёр очевидно напрягся. Пошире растянул обыденный оскал и нахмурился. — Ничего, — конечно эта фраза никак не повлияла на телеведущего. Тот хмыкает и тоже хмурится, почти не смотрит на дорогу. Действительно, что в этом куске ткани, набитой пухом, такого, что Валентино спас её из лап огня? Наркотики, деньги, ангельская сталь или может компромат на него самого? — "Ничего" не спасают из пожара, Вэл. Всего мгновение. Грёбанное мгновение для того, чтобы резким поворотом заставить партнёра вцепиться всеми конечностями в сидение и зажмуриться, в то время как юркие провода оверлорда сжали подушку и притянули её хозяину. Вокс не любил, когда ему лгали. Но Валентино, блять, не соврал. В подушке на самом деле ничего не было. А вот на ней... Тормоза скрипят от силы сжатия педали, машина неуверенно качнулась перед резкой остановкой. Пассажирская дверь открылась с характерным щелчком, и в салоне загорелся свет. — Пошёл вон. Повторять дважды, к счастью, не было необходимости. Мотылёк выпорхнул из электрокара под осуждающе-испепеляющим взглядом. Ему показалось или Вокс покраснел? Скорее всего, блик фонарика в салоне просто отразился о гладкую поверхность монитора, делая забавную иллюзию румянца. Или нет. В любом случае, Валентино решил не сдаваться и к данной цели идти прямо. Как говорил Цезарь: "Пришёл, увидел, победил!" Трость бьётся об асфальт, а из уст мотылька доносится почти искренний смех. Всё-таки он покорит Эверест знойного партнёра. Во всех смыслах. И пока ничего не подозревающий теледемон ехал домой, Валентино уже придумывал, как осуществит свой план в действие. Но сначала нужно дойти до порностудии и одеться. А ещё покурить.

***

Вокс пристально смотрит на своё собственное изображение на ткани. В приоткрытых глаз блестело животное желание, привычный оскал сменился на кривую от удовольствия ухмылку, а на щеках лежал румянец. Его тело было голым, связанным проводами и кабелями, с чёрным экраном, скрывающим самое интимное место теледемона. На том спасибо. Если бы Вокс не нашёл это у Валентино, то было бы не так мерзко. "Что он с ней делал?" — набатом стучало в процессоре, ежесекундно отдаваясь болью. Честно говоря, Вокс не хотел знать. Теперь ему нужно это сжечь. Машину тоже. И Валентино желательно. Вокс даже не знал, насколько всё серьёзно. Без сомнения, сутенёр не раз предлагал массаж простаты для увеличения потенции, не раз пытался соблазнить и флиртовать, но чтобы дойти до такого низменного метода самоудовлетворения, будучи королём борделей, когда любая шлюха с удовольствием раздвинет ноги перед тобой? Определённо, это не то — что ожидал Вокс от своего недо-друга. Стало противно и тошно. Теледемон ещё раз смотрит на дакимакуру. Какой же дешёвый принт. Он вовсе не так краснеет! Его румянец вообще проявляется крайне редко. Да и тело изображено слишком худое, слишком хрупкое для оверлорда. Благо к торсу... к нему претензий не было. Телеведущий хочет выбросить этот мусор фан-сервиса. Пользоваться электричеством в своём доме не было желания, поэтому от позорного сжигания пришлось отказаться. Варк не вовремя крутится под ногами, тянет хозяина за штанину и просит посмотреть, любопытными глазами сверкая в темноте. Вокс ругается, поднимает подушку выше и обходит нерадивое животное. Акула расценивает это по-своему: опирается на задние лапы, а верхними толкает хозяина на пол, заваливаясь сверху. Язык Варка шершавый, озорно ласкает экран и покрывает слюнями. С каждой секундой импровизированного плена сопротивление оверлорда утихает, и тот издаёт отчаянный стон, снова понимая, что не может пойти против желаний питомца. — Ладно, ладно! — Вокс отдаёт подушку акуле и та радостно взвизгивает, кусает ткань и мотает головой, пытаясь оторвать. В какой-то момент Варк переворачивает дакимакуру и снова видит хозяина. Питомец совестно покачал головой и прижал её в качестве извинений. Вокс давно перестал отрицать, что считает Варка милым. И сейчас он тоже так считал. Не дай Люцифер, кто-нибудь узнает о его не совсем заросшем сердце и первой привязанности. — Забирай, если хочешь. Папочке она больше не нужна. Акула счастливо лыбится, словно действительно понимает слова, и уносит подушку куда-то к себе, в укромное тёплое местечко. Телемагнат тщательно стирает слюни с экрана, встаёт с пола и ковыляет до спальни. Оверлорд небрежно снимает остатки одежды, разбрасывая где-то на полу — неважно, это проблема завтрашнего Вокса. Сегодняшний должен поспать хоть немного. Он так чертовски устал за этот день. А до работы осталось чуть меньше двух часов. Вокс издаёт протяжный рык и лениво падает на постель. Кто-то под ним яро вскрикнул. И Вокс тоже. Видимо поспать ему всё-таки не удастся.