Подражание

      Кареглазый сидел на кровати, пока Аллин ходил кругами по комнате, схватившись за голову. Он то и дело что-то бормотал, или просто истерически смеялся. Иногда парень останавливался посреди комнаты и, всё так же улыбаясь, восклицал:       — Хах, я умру! Пойдёт дождь – и я умру!       Арий лишь неодобрительно мотал головой, напоминая об имеющемся у него времени.       — Дождь только на следующей неделе, Аллин, — раздражённо говорил он.       — Да, круто, за это время мне найдутся компаньоны в мир иной, — кричал он, размахивая руками.       — И одним из них буду я, — усмехнулся кареглазый.       Аллин притих.       — С чего ты взял? — спустя несколько секунд молчания спросил он.       — Я ведь ужасный человек, ты разве не замечал? — отвёл взгляд Арий.       Аллин же смотрел прямо в лицо кареглазого.       — Ты не ужасный человек, что ты несёшь вообще? — повысил он тон.       Арий перевёл взгляд на второго.       — Как ты это определил?       — Ты не ужасный, всё, помолчи, дай спокойно паниковать! — отмахнулся Аллин.       — Ну, посмотрим, какой я. Завтра, когда будем слушать запись. Может, там буду я, — ухмыльнулся кареглазый.       Второй озарил его непонимающим взглядом.       — Так ты ходил к Миссис Рук?       — Да, ходил, — кивнул Арий. — Моя запись есть, но она не отдала её мне. Ингрид была бухая. В мясо, в хлам! — воскликнул он. — Она сказала, что я урод, вытолкнула из кабинета и закрыла дверь прямо у меня перед носом.       — Не слишком педагогично, — отвёл взгляд Аллин.       — Да, но я не учусь в её школе, так что, ей наплевать.       — Ты вообще не учишься в школе, ты прогуливаешь её, — фыркнул зеленоглазый.       — В той школе, куда я перешёл, многие прогуливают. Им ничего не делают, так почему должны что-то сделать мне? — изогнул бровь Арий.       — Ты и здесь прогуливал, — цокнул второй.       — Не всем быть такими паиньками, как ты, Аллин, — усмехнулся кареглазый и встал с кровати, становясь прямо напротив парня.       — Я не паи... — не успел договорить Аллин, как Арий прильнул к его губам и стал целовать. Руки кареглазого блуждали по шее второго, слегка щекотя её.       Когда они отстранились друг от друга, зеленоглазый прошептал:       — Я люблю тебя.       Арий, как и всегда, лишь ухмыльнулся.

***

      — Привет, мы почти закончили, на самом деле.       Голос Куинси вновь прозвучал так же, как раньше – легко и свободно. Она не стеснялась никого и ничего, её речь способна захватить всё внимание публики, создав вокруг себя полнейшую тишину. Будто для каждого из сидящих в зале существует лишь она.       — Всем нам бывает плохо, правда? И мне тоже плохо. Было. Ведь меня так часто предают. Предавали. Так трудно и не привычно осознавать, что скоро конец, но так радостно... — последняя фраза – еле слышный шёпот, едва различимый. — И знаете, бывают люди, появляющиеся именно в тот момент, когда хуже всего. Тебе кажется, что они поддерживают тебя, а они добивают. Ощущение, будто ты ступил на эскалатор, но промахнулся и встал на две ступеньки. Сначала ты не ощущаешь этого, но когда они разделяются, ты оступаешься. Боюсь эскалаторов. И ты знал об этом, Арий Стендалл, но создал ощущение, будто я прокатилась на нём раз двадцать. Зачем же ты это сделал? Мы ведь были друзьями. Но, как всегда, по порядку.       Аллин и Арий всё так же сидели на заднем ряду напротив родителей Куинси. Миссис Джонс взглянула на парней, и одинокая слеза скатилась по её щеке. Кареглазый взглянул на неё и прошептал одними губами:       — Простите...       Джулия помотала головой.       — Мы познакомились с тобой благодаря Виктору. Ты общался с ним, поэтому, узнав, что мы встречаемся называл меня просто: "девушка Дейти". Глупо, не правда ли? Однажды ты спросил, сколько мы уже встречаемся. Я ответила "месяц", а ты так сильно удивился... Ты знал, не так ли? Знал всё? Признавайся, Арий, я вижу тебя насквозь.       Пауза.       —Когда я была опустошена полностью из-за всех этих глупых интрижек, мы стали общаться очень хорошо. Ты часто спрашивал что-то об Аллине, в то время, как чем больше мы общались, тем сильнее он отдалялся от меня. Я не знаю, как это связано, но всё было именно так. Ты посвящал меня во все подробности твоих отношений с девушками, а я всё внимательно слушала, даже иногда помогала советом. После недолгого общения и очередного расставания ты предложил мне встречаться. Тогда Аллин уже перестал отвечать мне, начав распускать сплетни, поэтому у меня оставились лишь ты и Лила. Но в отличие от неё, ты оказался не тем, за кого себя выдавал. Да, я совершила очередную ошидку, ведь согласилась на эти отношения. Я боялась, очень боялась и сказала тебе об этом. Я рассказала тебе, как сильно я боюсь новых отношений. Боюсь, что это вновь разобьёт мне сердце... Помнишь, что ты сказал? "Я не Алекс, не Виктор. Я не они. Со мной ты можешь не бояться предательств и разбитого сердца. Просто поверь". И я поверила. А на следующий день после твоих слов мне позвонила какая-то девушка. Я не знаю, откуда у неё был мой номер, но она сказала, что видела тебя. Тебя и ту, что была до меня. Она... Она сказала, что вы целовались. Эта девушка спросила  у тебя: "А как же Куинси?", на что ты ответил: "похоже, Алекс и правда наврал, не даёт она. Сегодня брошу её, надо только что-нибудь придумать".       Пауза. Голос перестал быть уверенным. Он звучал достаточно тихо. Изредка были слышны рваные выдохи, будто Джонс пыталась сдержать слёзы.       — Я не поверила ей. Однако моё доверие не спасло, ты всё равно сделал это, Арий. Нарушил обещание, бросил, разбил мне сердце.       — Итак, дети, — еле стоящая на ногах Миссис Рук вышла на сцену. Ноги подкашивались, язык заплетался.       — Давай лучше я, — вздохнула Хельга, выходя вслед за директрисой.       — Спасибо, — икнула Ингрид и ушла. Вскоре за ней закрылась дверь актового зала.       — Это была последняя запись, названная именем. Но есть ещё одна. Куинси назвала её "я". Мы послушаем её завтра и будем, наконец, полностью свободны от этого.

***

      — Вот видишь, мы умрём вдвоём. Романтично, не так ли? — усмехнулся Арий, положив руку на плечо Аллина, приобняв его.       — Она говорит правду? — спросил вдруг зеленоглазый, подняв голову на второго.       — Да. И Миссис Рук тоже сказала правду. Я урод, каких ещё поискать. А почему ты перестал общаться с ней?       — Я ревновал, — шепнул Аллин.       Кареглазый усмехнулся:       — Дурак ты.       — Да, — подтвердил второй.       — Дождь пойдёт в понедельник... У нас всего три дня...       — Я люблю тебя.       Арий погладил его по макушке.       — Молодец.