Деку повелитель стихий

      На следующее утро первым проснулся Кён. Подтянувшись и случайно упав с кровати, он принял человеческий образ, собрал свои длинные белые волосы, которые доходили ему до бёдер, в высокий хвост, оставив впереди несколько прядей. Он пошёл на кухню готовить завтрак. Все те годы, что Кён жил с Айзавой, он каждый день занимался домашней рутиной: готовка, уборка, стирка и так далее.       — Айзава, мать твою, что это за срач?! — Кён орал на бедного шестнадцатилетнего Айзаву, который, опустив голову вниз, смотрел в пол.       — Не знаю, оно само как-то.       — Меня не было четыре дня, четыре, мать его, дня! А твоя квартира уже как помойка, — ни на секунду не переставал возмущаться Кён. Он, конечно, понимал, что Айзава не знал, что такое чистота и уборка, но чтобы развести такой свинарник за четыре дня, нужно быть избранным.       — Ну, оно как-то случайно, — Айзава просто не знал, как убирать. Как бы смешно это не звучало, но да. Не так давно он съехал от родителей. Ну как, съехал — они его выгнали, узнав, что тот гей.       Айзаве было обидно, ведь родители не приняли его таким, какой он есть… Отец наорал на него, а мать просто смотрела презрительным взглядом. В тот момент Айзаве было очень больно. Они сказали валить из дома, и ему ничего не осталось, как собрать рюкзак, забрать все свои сбережения, что успел накопить, и уходить.       Слоняясь по улицам, он пытался найти место, где мог бы переночевать или найти того, кто сдавал квартиру в аренду. На его огромное счастье, он встретил человека, что сдавал двухкомнатную квартиру, и плюс, по приемлемой цене. Отдав тому деньги за месяц, Айзава положил рюкзак около дивана и завалился спать. Завтра его будет ждать очень тяжёлый день, от которого можно ожидать много чего.       И он не ошибся. На следующий день, после академии, он в одном из переулков заметил среднего размера белого тигра, что, по-видимому, был ранен. Шото не мог так просто взять и пройти мимо бедного животного, которое было ещё и ранено! На пару секунд внутри него появились сомнения по поводу того, нужен ли ему сейчас тигр. Он с самим собой кое-как справлялся, ведь раньше он об этом всём даже никогда и не задумывался. Посмотрев ещё раз на тигра, он уже решил было уйти, но неожиданно для самого себя решил позаботиться о бедняге. Подбежав к тигру, Шото проверил насколько плохо его состояние. В этом он был очень слаб, и ему пришлось позвонить знакомому, который работал ветеринаром. Спустя пару минут он уже точно знал, что делать со животным. Взяв пушистый комок, он понёс его к своему другу, аккуратно поглаживая.

***

      Надев фартук, он приступил к готовке. Решив, что приготовить, Кён достал все нужные ингредиенты и приступил к готовке дзони — блюдо японской кухни, представляющее собой суп с рисовыми лепёшками моти. Пока тигр готовил завтрак, маленький Деку уже проснулся и залез на грудь Айзавы, пытаясь его разбудить. Но тот ни в какую не хотел открывать свои глаза, продолжая мирно спать. Деку, видя, что все его попытки тщетны, слез с кровати и побежал искать тигра, чтобы тот разбудил Шото. Заметив Кёна, он подбежал к нему и крепко схватился за его ногу, не желая отпускать. Тот уставился на Изуку удивлённым взглядом, ведь совсем не ожидал таких внезапных действий. Малыш поднял взгляд на Кёна и проговорил:       — Кён! Айзава вставать не хочет! разбуди его, — чуть ли не крича, сказал Мидория, продолжая обнимать ногу тигра. Присев на колени, он погладил мальчика по волосам, целуя в лоб.       — Пошли тогда будить его, — взяв мелкого на руки, он пошёл в спальню Сотриголовы. Тихо подойдя к нему, он толкнул Айзаву ногой так, что бедный мужчина упал на пол. Не до конца понимая, что сейчас произошло, он посмотрел по сторонам, потирая свои глаза, чтобы хоть что-то увидеть. Заметив, что он находился на полу, мужчина поднялся, садясь на кровать. Посмотрев назад, он заметил двух нарушителей своего сна.       — Вы, случаем, не прифигели? — сказал Айзава с ноткой недовольства. Его чудесный сон, где он был феечкой, был прерван! Что за наглость! А те, будто ничего и не натворили, с чистой совестью сказали в один голос:       — А нефиг спать так долго!       Кён развернулся и вышел из комнаты, оставляя злого Айзаву наедине со своими мыслями. Зайдя на кухню, белый тигр поставил мальчика на пол и вернулся к готовке. Всё было почти готово, оставалось лишь разложить по тарелкам.       А Изуку в то время начал носиться, как угорелый, по кухне. Мальчику было просто скучно, вот он и начал бегать туда-сюда, пытаясь себя развлечь. Пару раз он чуть не разбил вазу, но это пустяки, по сравнению с тем, что он врезался в ногу Кёна, который впоследствии опрокинул на себя еду. Остановившись, парень подумал: «Всё, мне конец!» Уже собираясь убегать, он посмотрел на испачканную одежду тигра и разбитую тарелку. Деку так и не успел убежать. Крепкие руки подняли его вверх, держа на уровне головы.       — Изуку, ты не поранился? Нужно быть осторожнее. И не надо убегать, тут стекло. Давай я проверю, не наступил ли ты на него, — в его глазах не было ни осуждения, ни ненависти, лишь улыбка. Кён не видел смысла орать на ребёнка за разбитую тарелку. Разбил и разбил, ничего страшного тут не было. В шкафу ещё полно посуды. А вот Изуку опешил, не понимая, что сейчас вообще происходило, мальчик просто молчал, не решаясь что-то сказать.       Белый тигр посадил Мидорию на диван, что стоял неподалеку, начиная осматривать его ноги. Не обнаружив стекла, он погладил его по голове.       — Всё хорошо, стекло не попало. Я пока уберусь, а ты иди позови Айзаву завтракать, — встав с колен, он пошёл убирать разбитое стекло и еду, что уже не спасти. Деку, поняв, что ему ничего не сделают за разбитую тарелку и испорченную еду, побежал звать Айзаву завтракать. Забежав в комнату, он начал бегать вокруг Шото, который, в свою очередь, ничего не понимал. А ещё не понимал, откуда в ребёнке так много энергии.       — Мидория, успокойся! — немного повысил голос тот, подхватывая бегуна на руки.       — Пап! Кён завтракать позвал! — тот и сам не понял, почему назвал того папой. Может, потому что он никогда не видел своего отца, а проявления любви в свою сторону посчитал той самой отцовской любовью? Вполне возможно, одному лишь богу известно.       — Пап? — Айзава был тоже немало удивлён. Его ещё никто так не называл, да и некому было. Но почему тот назвал его так? Он ведь не его отец, да и знакомы они не так долго.       — Прости! Я… я случайно! Я так больше не буду! — виновато опустив голову, Деку надул свои щёчки, не осмеливаясь посмотреть на мужчину. Ему стало уж очень стыдно от осознания, как он его назвал. Шото не мог смотреть на то, как грустил мальчик. Он же в глаза ему посмотреть не сможет! Неожиданно Айзава выпалил:       — Можешь называть меня папой. Я не против… — О боже! Что это сейчас было?! Но он уже всё сказал, отказаться от своих слов было уже поздно.       — Ура! Папа! — подняв глаза на Айзаву, Мидория уже и не чувствовал себя таким виноватым. Обняв его за шею, он подумал: «Главное маме не говорить.» Немного помолчав, он решился и попросил, неловко отведя голову в сторону:       — Пап, можешь маме не говорить о том, как я теперь называю?       — Ох… Да конечно… Кхм, пошли уже на кухню, Кён нас заждался, — поставив на ноги… сына? Он пошёл на кухню к своему любимому тигрёнку, желая рассказать о произошедшем как можно быстрее. Изуку побежал за ним следом. На этот раз обошлось без происшествий.       — Кён, представляешь, у меня сын появился, — смотря на удивлённое лицо тигра, что уже сидел за столом, он ожидал разной реакции. Тот точно не мог слышать их, а значит, можно было и прикольнуться. Но стоило ли это?       — Когда ты успел? Я чего-то не знаю? — сердце тигра больно кольнуло. Не мог же тот скрывать от Кёна свои отношения с кем-то? Правда ведь? Пускай будет не так! Иначе он не сможет жить дальше, зная что у Айзавы кто-то есть…. Да ещё и ребёнок! Пока Кён пребывал в шоке, Шото посадил Изуку за стол и, положив тому на коленочки полотенце, начал кормить его, всё так же посматривая за парнем, что молча смотрел на них. Айзава посмотрел на застывшее лицо Кёна и, подумав, что это похоже очень шокирующая новость для тигра, не стал больше издеваться над ним.       — Ну, как бы, вот он сидит, — он кинул взгляд на Мидорию, тем самым показывая, кого имел в виду. — Он меня папой назвал, — как-то не веря своим словам, сказал мужчина и бросил быстрый взгляд на Кёна, который облегчённо вздохнул. Всё-таки у Айзавы не было девушки и сын был не родной.       — Но у него же есть родитель, — уже более спокойно сказал тот, не понимая, как такое могло произойти.       — Да ты прав. Будем считать, что я что-то наподобие крёстного, — на этом он закончил разговор и принялся за еду, что приготовил белый тигр.       За завтраком все молча ели. Айзава кормил Изуку, который, в принципе, был и не против такого расклада. Ему только в удовольствие.       После завтрака Кён пошёл мыть посуду, а Айзава с мелким Деку отправился к нему домой. Нужно было вернуть его матери, она наверняка заждалась их. Отдав ребёнка назад, Айзава отправился в офис, беря новое задание по поимке злодея-воришки.