В клетке

Глава 12

             Очередной грохот едва не оглушил их, когда до конца туннеля оставалось лишь несколько шагов. Свет залил пустоту, и чудовищный гул заставил Сэма сдавить голову руками, прикрывая уши, которые, наверное, уже должны были начать кровить.       Бальтазар прошелся ладонью по его голове жестом, похожим на поглаживание, и боль отступила.       — Лучше?       — Да. Спасибо, — Сэм кивнул. Кроули обогнул их, выглядывая из их туннеля на большую площадку.       — Он начал без нас, — обиженно прокомментировал Король Ада, показывая куда-то вдаль.       — Там клетка? — уточнил Сэм хрипло, игнорируя переговаривающихся сзади демонов, чьи голоса звучали все более испуганно.       — Клетка — это другое измерение, — покачал головой Бальтазар, — а это… назовем это вратами клетки.       — Не играй словами, — взмолился Сэм.       — Да, — словно нехотя кивнул Бальтазар. — Это клетка, — ангела чуть передернуло. — Не думал, что увижу вживую.       — Ну, вживую — это ненадолго, — пробормотал Кроули, и вцепился в Бальтазара, когда очередной раскат света и громового гула сотряс все вокруг — и стены, и находящихся в них существ. Что-то словно оказало сопротивление этому гулу, и Кроули смог приоткрыть глаза, чтобы увидеть расходящееся от Бальтазара свечение. — Ты запал-то не растеряй, — попросил он, покрепче сжимая ангельский локоть. Судя по тому, как Сэм перестал хвататься за голову, звук стал сносным даже для человека.       Стихло.       — Идем, — поторопил Бальтазар. — Еще пара минут, и уже некуда будет торопиться.       — Тяжела работа с пессимистами, — протянул Кроули и, чуть подтолкнув Сэма вперед, вышел из туннеля. — Балти, детка… — начал демон неуверенно. — Я не знаю, как ты, но я вот не доброшу.       Сияющий где-то вдалеке свет раскатывался вспышками, но даже различить фигуру Рафаэля было невозможно.       — Бальтазар… — раздался раскатистый голос ангела чуть сбоку, что заставило всю группу повернуться. — Живучий, как крыса.       Чем-то неуловимым этот высокий ангел напоминал почившего уже ко всеобщей радости Уриэля, и Сэм пренебрежительно сжал губы. Было что-то определенно мерзкое в ангелах, подобных этому.       — Антониэль! — воскликнул Бальтазар с явно притворной радостью. — Снова новый сосуд! Макак меняешь как модница перчатки!       — Эй… — буркнул Сэм, чуть встряхнув головой.       — И я сразу стал ничего так, да? — умилительно шепнул Кроули, получая едва заметную улыбку и слабый кивок.       — Взять их, — Антониэль кровожадно улыбнулся, — не стоило идти сюда втроем, — он брезгливо поморщился, изучая Кроули так, словно он был наихудшей виденной им мерзостью.       — О, дорогой! — Король Ада цокнул языком. — За мною армия! — он хлопнул в ладоши, и едва заметно скосился в сторону стены, испещренной туннелями на разных уровнях. Раскат грома, пронесшийся по пустоте, не ознаменовал ничего, лишь добавил неловкости и без того неприятной ситуации. — Имя мне Легион, — едва не пискнул Кроули, услышав тяжелый вздох Бальтазара.       — Я слышал о тебе. Ничтожная мерзость, возомнившая себя королем, — Антониэль кивнул до этого стоявшим без движения ангелам, его сопровождающим, и те двинулись вперед.       

***

      — Дин, — позвал Бобби, устав наблюдать, как охотник молча мечется по дому, пытаясь достать оружие, которое не сможет использовать сам. — Дин, остановись хоть на минуту.       — Остановился вот уже, часа на два, не полегчало, — охотник засунул пистолет за пазуху, дернул со стола обрез и закинул его на плечо вслед за сумкой.       — Дин, давай-ка я возьму святую воду…       — Ты не идешь, — резковато отмахнулся Винчестер.       — Да чтоб вас, — Бобби устало сел за стол и покачал головой, игнорируя метания Винчестера. — Что мне было делать, мальчик?       — Открыть чертову дверь!       — Сколько раз мы делали это с ним?! — поднял голос Бобби, и добавил тише, с нотками вины. — Хоть раз я помешал тебе?       — А может бы и стоило!       Сумка полетела на стол с грохотом и звоном находящихся внутри склянок.       — Мой брат в аду, Бобби. Ты отпустил его туда, — Дин понизил голос, но от этого слова звучали только более обвинительно.       — Сэм Винчестер, — отчеканил Бобби, — не нуждается в разрешении. Ты, может, не заметил, но мы не про пятилетку говорим.       — Он в аду. Один, — покачал головой Дин обессиленно и поднял сумку.       — Он не один.       — Мне нужно в ад, — отмахнулся охотник. — И если надо, я пойду и продам душу на ближайшем перекрестке за пачку жвачки.       — Дин, — позвал Кастиэль, достойно принимая яростный взгляд. — Я — серафим, а значит крылья мои сильнее ангельских, и я смогу, наверное, в ад тебя доставить, — ангел покачал головой и добавил: — Откуда и забрал тебя когда-то.       — Что взамен? — со злостью и какой-то невыразимой безвыходностью поинтересовался Дин.       — Что?..       — Я согласен, выбора у меня не густо, подбрось и сваливай. Цену, Кас, — ядовито выплюнул Винчестер, не отводя уничижительного взгляда. Боль скользнула рябью по лицу ангела.       — Совсем ты разум потерял, — заключил он. — Тебя доставлю в ад, и, когда Сэма мы найдем, все сделаю, чтоб вас забрать оттуда, — недоверчивый взгляд Дина едва не заставил его осечься. — И даже если снова ты убить меня решишь, я о цене не заикнусь.       Словно что-то в этих словах попало по больному месту, Дин моргнул и опустил взгляд. Пальцы сами сжались в кулаки, а сказанное им самим и всеми вокруг вдруг стало слишком личным. Он покачал головой, словно отказываясь принимать такой ответ.       — Дин…       — Хорошо.       — Мальчик, — позвал Бобби.       — А ты нет, ты не идешь… — он поднял руки, отступая, словно на него нападали, и сжал обрез крепче.       — Не смей…       — Он прав в одном, — перебил Кас, — в аду перемещаться всем сложнее, я хоть и серафим, летать свободно я там не смогу. Я двух могу не унести, не то, что трех.       Бобби ударил по столу, понимая, что в этот раз придется подчиниться.       — Готов? — спросил ангел тихо, и пригляделся, словно оценивая реальную готовность охотника.       — Как бойскаут, — усмехнулся Дин горько, и, видя непонимание Каса, пояснил. — Всегда готов.       Рука легла ему на плечо почти привычно, и мир дрогнул. Короткая вспышка молнии и выворачивающее чувство падения сменилось перегрузкой от приземления, и Дин лишь прикладывая невероятные усилия устоял на ногах.       Свет, словно само солнце решило разгореться как можно ярче, бил в глаза отовсюду.       Взгляд сфокусировался.       Фигура, чуть сутулая, находящаяся достаточно близко, но при этом слишком далеко, чтобы кинуться к ней напрямую, чуть возвышалась около пропасти. Дин едва совладал с желанием выкрикнуть имя брата от ужаса, когда тот покачнулся.       — Сэмми, — просипел Винчестер, почти благодарный Касу, что тот выбрал место так точно. Сэм, словно услышав его, что было абсолютно невозможно, встретился с ним поблескивающим от слез взглядом и что-то неразборчиво шепнул.       Все же не устояв на ногах, Дин рухнул на колени, на секунду разорвав зрительный контакт, и только выдохнув еще раз облегченное «Сэм».       Брат был жив. Остальное значения не имело.       

***

      Сильный удар опрокинул Бальтазара на Сэма и они оба проехались по каменному полу. Удар заставил голову Винчестера загудеть, а ангел уже защищал их, оказавшись на ногах.       — Меня еще никто так не подводил, — прорычал Бальтазар, явно обращаясь к Кроули, с трудом увернувшись от едва не прошедшегося по горлу клинка.       — Я не специально! — вскрикнул Кроули, пиная одного из ангелов, которых, к их удивлению, все же было меньше предполагаемой сотни. Даже десяток, впрочем, представлял неимоверную угрозу. Один из них полетел в бездну от умелой подножки Сэма.       — Это-то и страшно, — Бальтазар потянул Сэма наверх за край куртки. — Живой?       Оглушительный рокот резко приблизился, и молнии, словно прицельно, начали бить рядом с ними. Бальтазар, мгновенно среагировав, свободный за счет того, что нападавшие резко отошли, прижал Сэма и Кроули к стене, распространяя вокруг себя все тот же мягкий свет.       Среди молний, в той самой точке, где они выщербили крупные куски скалы, стоял белый мальчик лет десяти, чьи глаза сияли иссиня-белым светом.       — Бальтазар, — Рафаэль склонил голову набок. — Всегда в центре бунта. Зачем ты бунтуешь? Против кого идешь? — голос Рафаила звучал слишком спокойно и размеренно. Даже легких ноток недовольства или радости в нем не было.       — Рафи! — воскликнул Бальтазар. — Слушай, я знаю, история у нас так себе, но мы же можем договориться. То, что ты задумал, это безумие.       — Это промысел божий. Мой промысел, — Рафаэль сделал пару шагов в их стороны и улыбнулся как блаженный. — Но ты прав, еще не поздно, — его глаза засияли ярче. — Преклони колено, сын мой. Раскайся и я буду милосерден.       Бальтазар, казалось, на мгновение растерялся, а затем широко улыбнулся.       — Но сперва, убей грешников за твоей спиной, — потребовал все такой же безэмоциональный голос.       — Так, я скажу, — не выдержал Кроули, и поднял руки в примирительном жесте, — вы не поймите меня неправильно, но это… — он показал рукой на Рафаэля, — самое стремное, что я видел, а я ведь спал с Лилит.       Архангел поднял ладонь.       — Не-не-не, — Бальтазар заслонил Кроули, заставив того, уже распрощавшегося с жизнью, ошеломленно замолчать.       — Зачем противишься ты, сын мой? — детский голос звучал как механический, вызвав у Сэма желание заткнуть уши. Рука сама потянулась к Бальтазару.       — Ты дал мне шанс раскаяться, убив их, — пожал плечами ангел, как ни в чем не бывало, — я лишь желаю исполнить это, — видя непонимание в глазах архангела, он добавил, — и сделать это сам.       — Отрадно слышать, — кивнул он, и, словно все происходящее было спектаклем по его замыслу, приказал. — Приступай.       Бальтазар сжал клинок и повернулся к Кроули. В его глазах сквозило безумие, а крепко сжатый клинок чуть подрагивал в руке. Глаза Кроули почернели, еще ярче отражая адскую тьму и вспышки молний. Бальтазар растянул губы в улыбке.       Камень, скользнувший в пальцы из нагрудного кармана был с силой брошен к ногам Рафаэля, и, в тот же момент, Кроули черным дымом смел Бальтазара и Сэма, устремляясь прочь. Заливший на мгновение все свет говорил о том, что все получилось.       Они радовались несколько долей секунды.       Обрушившись на пол, дым словно принял форму трех вполне человеческих тел. Кроули перевел взгляд туда, где архангел с недоумением изучал поблескивающий всеми цветами радуги шарик, выдавший еще пару затухающих вспышек, а затем властным жестом руки по полу притянул к себе неудавшихся беглецов.       Сэм смерил Бальтазара, растерянного сверх меры, недоуменным взглядом, и понял, по тому, как тот прикрыл глаза, что они облажались.       — Хоть что-то еще может пойти не так?.. — пробормотал Кроули, валяясь навзничь в паре метров от своей скорой смерти. — Что дальше? Я задушу себя собственным галстуком?       — Я дал тебе шанс, — произнес Рафаэль, чуть склоняя голову в разочаровании, явно притворном. — Но знай, я не разочарован. Ты изначально был с пороком, подобно мерзости, что защищаешь.       Взмах руки Рафаэля заставил все тело Бальтазара засиять. Свет, казалось, проходил сквозь поры кожи, вырываясь и рассеиваясь режущим глаза белым светом. Кроули, вскочив, ринулся вперед, но был мгновенно пригвожден к полу.       Крик Бальтазара затих через пару секунд — очевидно, сосуд повредил связки, и теперь ангел не мог издать ни звука. Свечение затихло. Кроули повернул голову в его сторону ровно для того, чтобы увидеть, как по щеке трясущегося Бальтазара скатилась слеза, падая на горячий каменный пол.       — Балти, — позвал демон, видя, как белый свет медленно тухнет в глазах, возможно, уже не видящих.       — Не бойся, сын мой, я помогу тебе раскаяться… — рука архангела сжалась в кулак и свет, едва потухший, вспыхнул снова, в этот раз беззвучно.       Сэм, временно оставленный без внимания, как самый слабый здесь, метнулся вперед, перехваченный неожиданно сильным для такого возраста, и слишком слабым, если знать кто он, ребенком.       Рафаэль сжал его шею, прижимая стеной к себе. Рука потянулась в сторону валявшегося в ногах архангела камня, но не доставала несколько сантиметров.       — Творенье ты господне, но с вами бог ошибся, — детский голос впервые отразил хоть какие-то эмоции. Пальцы сжали горло Сэма, и охотник понял, что находится в сантиметре от смерти — большее давление убило бы его мгновенно. — Я сотворил бы лучше. И кем ты возомнил себя?       — Винчестером, — прохрипел Сэм, крепче сжимая нож и собираясь с силами. Что бы ни было дальше, он помнил — тут бывало и хуже. Инстинкт самосохранения попробовал возмутиться, совесть пыталась сказать нет. Виделись другие выходы: замахнуться дальше, завести руку за спину, ударить архангела головой. Но какой-то древний инстинкт подсказывал одно: по прямой — единственный вариант.       Ангельский клинок из арсенала Бальтазара, чуть длиннее обычного, прошел через плечо, причиняя мучительную боль и, учитывая их положение, попадая сосуду Рафаэля в грудь или в живот. Сзади раздался почти удивленный стон. Хватка ослабла. Вытащив сейчас кажущееся ослепительно горячим острие из себя, Винчестер подался вперед, ощутив свободу. Дышать стало тяжело — давало о себе знать сдавленное горло, которое архангел все же повредил. В глазах потемнело, а во рту уже чувствовалась кровь.       Он повернулся к архангелу, вгоняя клинок точно в сердце его сосуда.       — Бальтазар, — шепот Кроули сзади показался, почему-то, убийственно громким. — Балти, — позвал Король Ада как в последний раз, и возня, начавшаяся за спиной, дала Сэму понять, что, как минимум, его союзников больше ничего не держит. Рафаэль не сиял. Одно это означало, что план не удался, и если что-то он и испытывает, то это лишь задержит его на несколько секунд. Мощный толчок ничуть не сдвинул неподъемного архангела с места, и Сэму оставалось смотреть, как тот медленным движением достает из груди явно бесполезный клинок.       — Какая странная обезьяна, — усмехнулся Рафаэль одними губами. Разгорающихся в глазах голубой свет наводил на самые худшие мысли, тем не менее, ангельского удара не последовало. Словно проводил интересный эксперимент, Рафаэль легким движением, без замаха проткнул живот Винчестера тем же клинком.       Рука, уже нащупавшая камень, с грохотом опустилась на пол. Несколько молний пронзили воздух вокруг. Камень, и так раскаленный, обжег руку, казалось, в десятки раз сильнее, принося чудовищную боль. Привычный болезненный зуд прошелся по телу воспоминанием о пламени.       Взрывная волна заставила Рафаэля покачнуться, сдвинув его на необходимые пару шагов, к краю пропасти. Сэм сделал еще один удар, и ангел скрылся в обрыве за скалой, наконец, падая с нее.       — Лосенок, — Кроули подхватил Сэма, не давая ему упасть навзничь. Сэм прижал ладонь к животу, едва справляясь с тьмой, которая застилала обзор, уже не позволяя видеть.       — Баль…зар? — неразборчиво поинтересовался Сэм.       — Жив.       — Бегите, — пробормотал Винчестер ломано, и начал подниматься.       Кроули обхватил его сильнее, явно думая, что это предложение для всех. Свет начал подниматься из пропасти, и это лучше всяких слов объясняло, почему ангелы не нападают на них, а стоят поодаль.       — Вы бегите, — кровь уже мешала нормально двигать языком, а дышать стало невыносимо сложно. Сэм сплюнул, и оттолкнул руку Кроули. — Я… — он махнул непослушной рукой в сторону пропасти.       — Ты ему колыбельную споешь? — ядовито, не особо скрывая страх, поинтересовался Король Ада.       — Надо просто ударить посильнее, — усмехнулся Винчестер, чувствуя, что на фразу потратил большую часть воздуха, и еще раз махнул в сторону обрыва, ярко сияющего светом поднимающегося архангела. Глаза Кроули, уже не черные, уставились на него в немом ужасе. — Ты, мать твою, демон? Или будем стоять и лить сопли под Селин Дион?       Кроули, словно получил пощечину, вздрогнул.       — Два из трех — это победа, — шепнул Сэм совсем тихо, с хрипом втягивая воздух, и показал на живот. Без Бальтазара шансов выжить у него уже не было.       — Лосяра… — прохрипел Кроули, делая несмелый шаг назад, словно действительно не желая уходить. Свет достиг своего апогея. Времени не было. Черный дым сорвался с места, и Сэм с удовлетворением отметил, что Бальтазара тоже уже нет. Губы растянулись в окровавленную улыбку.       Шелест крыльев дал короткую надежду на спасение, и Сэм посмотрел в его сторону, игнорируя бьющий от обрыва свет.       Если он и думал, что больнее быть не может, то ошибался: он встретился с испуганным, полным страдания и страха взглядом брата. Чувствуя, что ноги вот-вот подогнуться и почти радуясь тому, что ему не придется снова прыгать в пропасть самому, он улыбнулся, чувствуя, как по виску бежит холодная слеза.       — Прости, — выдохнул он, даже зная, что Дин не услышит.       Колени подогнулись, и сжатый в руке камень, уже, наверное, прожегший кожу до кости, от тряски вспыхнул с новой силой: теперь он действительно был готов взорваться. Уже знакомое чувство свободного падения ощущалось правильно как сама смерть.       И только грохочущий в ушах ужасающий крик «Сэмми» напоминал о том, что это — не победа.       

***

      Шелест крыльев заглушил его собственный, полный боли вой, и Дин рухнул на колени снова, опираясь руками на пыльную землю.       — Дин… — растерянный голос Каса сбивал с толку. Словно признание в том, что все увиденное — нереально.       Рука прошлась по волосам, а затем скользнула по лицу, смахивая не нужную влагу.       — Дин…       — Нет, он не умер, — покачал головой Винчестер. Странный гул, доносящийся откуда снизу, только подтверждал, что все происходящее сон. Чуть тряхнуло. Одна из стопок машин накренилась с неприятным скрипом.       — Дин…       Винчестер впился ногтями в землю, и Кас, обычно легко перемещающий его, столкнулся с сопротивлением.       — Нет, он…       — Дин…       — НЕТ! — раскатом пронеслось по стоянке. Словно эхом трясущаяся земля все же сбросила стоящую сверху других машину, и та с громким грохотом и скрежетом приземлилась чуть поодаль, абсолютно не привлекая внимание охотника.       — Дин, — снова позвал Кастиэль, сгребая цепляющегося за землю человека в охапку. — Дин, пожалуйста…       Истерический смех вырвался из груди охотника. Картина не хотела стираться. Снова, как на повторе, он видел, как его брат падает в пропасть. Один.       Он не слышал хлопнувшую дверь и быстрые, чуть прихрамывающие шаги.       Бобби замер, глядя на происходящее с расстояния.       — Сэм? — спросил он одними губами, встретившись взглядом с Касом, и перекосился, когда тот покачал головой.       — Дин… — позвал ангел, прижимая Винчестера к себе.       Человек продолжал смеяться.