В клетке

      Глава 25              Первое, что ощутил Адам, вместе с присутствием Михаила — это вспышка силы. Уже знакомое тело, теперь Михаилу не принадлежащее, кинулось на них, и поток света отшвырнул его прочь, защищая архангела и человека. Вторым была паника и едва ли не первобытный ужас. Следом к Адаму вернулся полный контроль над телом.       Хаос в мыслях и эмоциях Михаила не ощущать было невозможно.       — Михаил, — позвал Адам слабым голосом. Связки еще плохо слушались. Сжав руки в кулаки, он чуть встряхнул головой. Холодный воздух попадал в легкие свободно, больше не обжигая. Дисциплина, которую всегда проявлял архангел, находясь в нем, помимо одного раза — их последнего — очевидно, взяла свое. Михаил затих внутри, и даже эхо его эмоций перестало отдаваться. — Эй, ты как? — обратился Адам еще раз, напряженно глядя на фигуру того, кого назвали Авелем.       — Спасибо тебе, — тихо пробормотал Михаил. — Давай, я доставлю тебя в безопасное место? — предложил он.       — Хорошо. А потом мы поговорим.       — Есть что-то на примете? — поинтересовался архангел ровно.       — Ну, — Адам чуть замялся. — Ад, наверное. Но туда я и сам доберусь.       — Ты очень смел и сообразителен, — мягко обозначил свои размышления Михаил. — То, что ты сделал с Адом…       Короткое волнение, ощущение, скорее предчувствие страха, нападения, заставило подобраться.       — Я уже уходил, — заверил знакомый голос отступающего Бельфегора. — Шел мимо. Заплутал.       — Стой, — Адам вскинул руки. Сила Михаила постаралась окружить, его ярость взметнулась внутри. — И ты тоже, — рыкнул Адам, обращаясь в глубину самого себя. — Давай расставим точки над i, Михаил. Ты не трогаешь моих друзей.       Бельфегор вжался в стену, едва не стекая по ней. Сила архангела чуть утихла, все еще клубясь вокруг. Тень крыльев появлялась и исчезала. Неожиданный взмах руки Бельфегора едва не заставил Михаила перейти в атаку, силой воли, которой внезапно оказалось достаточно, Адам сохранил контроль. Авель упал, прокатившись по рассыпанному у контейнера мусору в паре метров от них, и демон принял, снова, безоружное положение.       — Это все он, — прозвучало чуть вопросительное утверждение Бельфегора. Адам шагнул к нему, с недоумением глядя, как тот шарахнулся.       — Все нормально, — заверил он. — Он тебя не тронет, — раздражение Михаила внутри клубилось, но архангел молчал, вынудив добавить: — Наверное. Ты лучше иди…       — Да, я и собирался, — кивнул Бельфегор, отступая.       Перемещение демона с силой Михаила чувствовалось совсем иначе. Колебания пространства искрили силой, чуть противоестественной.       — Как ты можешь с этой…       — Только попробуй назвать его мерзостью, и я за себя не отвечаю, — рявкнул Адам, шагая в сторону улицы от переулка. — Михаил…       Адам замер, остановившись в толпе снующих людей, мешая проходу. Сейчас, когда сила струилась внутри привычно, а второе сознание незримо присутствовало, пусть и не оформленное в проекцию, все становилось нереально. Отступало яркое чувство дома, благодарность брату. Отступало что-то теплое, тягучее, огромное, что он чувствовал к Люциферу, найдя, почему-то, именно в нем самого старшего брата, которого у него не было.       Михаил ощущался пораженным и едва ли не контуженным его эмоциями, и их сразу захотелось приглушить.       — Михаил, я хочу к ним, — тихо проинформировал Адам. — Я хочу к Сэму и Люциферу. И в Аду осталась Мэг. И Кроули будет ругаться на Балти. А еще там мои щенки.       — Щенки? — короткий вопрос смешался с потоком воспоминаний. Михаил явно проглядел не все. — Отец Всемогущий… — горестно простонал архангел.       — Это Дина и Сэмюэль в честь братьев, — улыбнулся Адам тепло. — Люцифер разрешил мне завести щенков.       Внутри почему-то было гробовое молчание.       — Неважно, — мотнул головой Миллиган. — Мы можем найти Сэма? Или Люцифера? Ты же пойдешь со мной? Я хочу сказать…       — Да, — перебил Михаил жестко, и добавил на порядок тише. — Да. Хоть на край света.       Оформленная в слова мысль сочеталась с ярким беззвучным теплом.              ***              Бобби Сингер дивно смотрелся в съехавшей рубахе, покрытой пятнами крови. Бальтазар оценил бы это зрелище и получше, но в итоге лишь спросил, склонив голову к плечу:       — Ты где был?       Кроули поодаль давал инструкции демонам, чье представление о стратегии боя, похоже, напрочь отсутствовало, и видимо не заметил его прихода. Бальтазар же, к собственному стыду, должен был признаться: сам он про Бобби забыл напрочь.       — Пол Ада обошел, — прищурившись, огрызнулся тот со злостью. — Искал вас, балбесов пол дня! Пешком!       Бальтазар хмыкнул. Ад действительно был местом живописным, но большим.       — Почему в крови? — присоединился к допросу демон, очевидно, не проигнорировавший появление.       — Пол Ада обошел, — повторил Бобби недовольно.       — А нечего спать до обеда! — возмутился Кроули, а затем, похлопав себя по животу прокомментировал: — Да и тебе полезно. Меньше пива, больше Ада.       — Думаю пройтись по второй половине, — процедил Сингер. — Могу начать тут.       Эхо демонских криков с призывами пронеслось по каменистым уступам, эхом отдаваясь в коридорах.       — Или нет, — задумчиво предложил Бобби. Он чуть склонился вперед. — Какую еще Королеву? — спросил он на тон тише.       — А я что, держал тут свечку? — вскинул брови Кроули, заставив Бальтазара тихо рассмеяться. — Шел бы ты с миром, — предложил Король Ада. — У нас тут дела.       — Шел бы я с миром, — кивнул Бобби, — если бы с миром пропускали.       — О, ну не ной! — воскликнул Король Ада и махнул рукой, подзывая Мэг. — Отведи-ка его…       — Нет-нет-нет, ты меня не уболтаешь. Где, мать вашу, все?       Бальтазар заметил, как Кроули перекосился.       — Нету, — мотнул он головой.       — Что, никого?       — А ты мне что Лосярой будешь? — прищурился Король Ада, и на растерянный вид Сингера пояснил. — Никого. Два брата-акробата валят небеса, Винчестер третий устроил тут сабантуй и свалил мочить брата Люцифера, который старший, а сам Люцифер просто свалил, не оставив адреса, — выпалил Кроули, и вопросительно взглянул на Бальтазара.       — Речь нам бы отрепетировать, — чуть поморщился ангел.       — И объяснительную бы написать получше, — поддержал Король Ада чуть шутливым тоном.       Бобби хмыкнул, пристально разглядывая конструкции вокруг.       — А чего это они строят?       — Линию обороны.       — А эти дыры?       — Так и задумано.       — Кривовато как-то.       — Пошел вон.       Рассмеявшись этой почти что дружеской перепалке, Бальтазар приподнял руки, сдаваясь на милость чуть раздраженного Короля. Кроули еще раз взглянул на результат демонских трудов, качая головой. К счастью эстетичность архитектуры мало влияло на функциональность. Он оправил рукава. Все было поправимо.              ***              — Что… — Сэм отступил на шаг от места, откуда Люцифер просто пропал. Внутри щипало от уже неконтролируемых вспышек силы демонской крови. Будто ползла по венам, та ошпаривала сосуды, но боль от этого ушла на второй план. — Черт, — простонал Сэм, в полной мере понимая, что заслужил и обращения похуже. Волновали не столько последствия для себя, сколько необратимость того, что может произойти с Люцифером. Он прикрыл глаза. «Пожалуйста, будь осторожен», — обратился он в молитве: — «Пожалуйста, вернись целым».       — Сэмми? — обратился Дин с причудливой осторожностью и младший Винчестер качнул головой. — Вот же гандон пернатый.       — Заткнись, — рявкнул Сэм, не особо фильтруя слова и интонации. Осуждать Люцифера он не собирался сам и не позволил бы никому, особенно, после выбора, который сам сделал.       Как защитить того, кто, по всей видимости, решил, что ни в защите, ни в помощи, не нуждается, Сэм не имел ни малейшего понятия. Люцифер был в своем праве, но почти побег с неизвестным ангелом не располагал считать, что все под контролем.       Дин доставал из их сумки с оружием предметы, с помощью которых можно было дозваться Кроули, явно собираясь воплощать жалкие остатки плана в жизнь. Не было ни идеи, ни знака, куда отправился Михаил для встречи с Адамом, и Сэм невольно вцепился в свои волосы, понимая, что Михаил мог совершить с ним и что-то непоправимое, если они ошиблись в своем доверии.       Шелест крыльев заставил обернуться, вскидывая руку. Адам повторил его жест двумя.       — Сэм, — обратился он со своей улыбкой, и понимание, что это и Адам, и Михаил одновременно обрушилось облегчением.       — Адам, ты в порядке? — быстро приблизившись и обхватив его свободной рукой. — Я надеюсь, мы не зря… — он не решился закончить, изучая улыбающееся лицо.       — Не зря, — подтвердил понятливый брат, кивая ему. — Он говорит, что был в темнице с Кастиэлем, — добавил Адам как-то странно, и Сэм кивнул ему, подтверждая информацию. Дин, отвлекшись от приготовлений и теперь поддерживая Каса, переключился на них.       — Значит, вы… — сделал он вывод, изучая Адама. — Зачем? — процедил он, глядя на Адама с тем, что тот наверное счел недовольством, но что на деле было обидой. — Он найдет другой сосуд? — спросил Сэм, когда понял, что Миллиган, понурив плечи, не ответит.       — Да, — уцепился Адам за представленную возможность. — Да, это в планах.       Он дернулся в сторону, явно, видимой ему проекции и добавил со слабой улыбкой:       — В ближайших. Тот сосуд просто очень сопротивлялся, — сообщил он, и желание донести до них основную мысль было очевидно. Как бы то ни было, нужно было отправляться.       — Вы можете летать? — уточнил Сэм. — Нам надо попасть в Ад.       Адам явно выслушал соседа.       — В Ад пока нет, по Земле уже да, — сообщил он ответ. — Михаил говорит, что тебе лучше потратить всю силу, полученную из скверны, — начав за здравие, он закончил тихим и смущенным тоном, и быстро бросил, с осуждением поглядывая на пустоту. — Что бы это ни значило.       — Ха, — выдохнул Сэм, размышляя о том, может ли резкий вывод крови способствовать снижению ломки. После Лилит, если подумать, его не ломало вообще, но он сваливал это на вмешательство высших сил.       — И говорит, тебе лучше будет в Аду, потому что детоксикация будет не такой резкой, — с нотками вопроса повторил юноша слова архангела. — Черт, Михаил, мы договаривались, что ты не будешь называть их мерзостью, — резковато бросил Адам пустоте, и возмущенно добавил: — Ну тогда сейчас договорились!       Сэм тихо фыркнул. Юноша выглядел как никогда прежде живым, а широкая улыбка, несмотря на ситуацию, не сходила с его лица.       — Все хорошо, спасибо, — поблагодарил Сэм и уточнил: — Так будет легче?       — Он говорит, что так ломка будет слабее и короче, — перевел Адам язык своих мыслей. — Слушайте, а что происходит? Ты болен? Ты…?       — Потом расскажу, ладно? — примирительно предложил Сэм. — Вы с нами?       — Я боюсь, теперь мне там не рады, — Адам слегка отступил. — Мы на Земле останемся. Не волнуйтесь, на рожон лезть не будем. И если что, помолитесь Михаилу, мы придем, — сориентировавшись, предложил Адам, и спохватился: — А где Люцифер?       — Он… — Сэм кашлянул.       — Свалил к чертям собачим, — с премилой улыбкой вставил Дин. — Просил к ужину не ждать.       Слова сочились ядом, Сэм скосил на него взгляд, чуть качая головой, и едва находясь в силах сдержать свою злость.       — Вам точно безопасно на Земле? — тихо уточнил младший Винчестер взамен ругани. Адам прислушался к пустоте, а затем кивнул.       — Михаил уверяет, что после всего Небеса не скоро вернут боеспособность и куда-то сунутся, — транслировал он. Приняв это за достаточный довод, охотник кивнул и дал Дину отмашку продолжать ритуал.       — Нам все равно надо в Ад, — сообщил он. — Но мы вернемся поскорее и придумаем, что делать, хорошо?       — Мы… — Адам на мгновение замер. — Михаил хочет попробовать сходить на Небеса и вернуть контроль, пока все не стало плохо, — донес он, и, пресекая возмущение Сэма, сообщил: — Он уверен, что его никто не убьет, как минимум.       — А тебя? — выдохнул Сэм тихо. Контроль над всеми ситуациями стремительно терялся. Что-то пикнуло в кармане, и, очевидно, телефон нашел сигнал, получая пропущенные вызовы и сообщения.       — А значит, и меня, — кивнул Адам. — Нам же не нужны неконтролируемые толпы ангелов, да? — уточнил он у Сэма, чуть морщась и, видимо, получая какую-то нотацию.       — Пожалуйста, будь осторожен, — попросил Сэм. — Оба. И… он же слышит, да? — Винчестер сжал кулаки. Адам согласно угукнул. — Если с тобой что-то случится, другой сосуд ему уже не пригодится.       — Сэм, — Миллиган покачал головой, распахнув глаза, но тут, очевидно, услышав ответ, поморщился и выдавил: — Не волнуйся. Только через его труп.       Сэма это более чем устроило.              ***              Бальтазар смотрел на него прямым и крайне упрямым взглядом, неимоверно родным, любимым и приводящим в бешенство. Кроули сверкнул черными глазами, Мэг торопливо исчезла, отправившись «корректировать» одну из линий защиты.       На Бальтазара угрожающий жест впечатления не произвел.       — Я не оставлю тебя разбираться с этим одного, — отчеканил он со слегка высокомерной интонацией, от которой пробирало холодом, несмотря на понимание мотивов.       — Я прикажу увести тебя как пленника, если не пойдешь, как гость, — выплюнул Кроули в своих лучших традициях, переставая обращать внимания на Бальтазара, будто тот был незначительной помехой.       — Кроули.       — Бальтазар, кровь на него действует не то чтобы здорово, — еще раз совершил попытку объяснить Кроули. — Я знаю, что он ничего не сделает специально, но ты сейчас… — он поиграл пальцами.       — Не в лучшей форме? — уточнил недосказанное ангел. Демон фыркнул.       — Дунуть — улетишь как перышко, — кивнул он. — Вообще ни о чем.       Бальтазар поджал губы.       — И пока это так, я хочу убедиться, что Винчестер не укокошит тебя случайно на первой твоей фразе, — Кроули встряхнул головой. — К тому же, ты как смерть на ножках от ушей.       Ангел возмущенно вскинул брови, заставив демона, усмехнувшись, пояснить:        — Красив, но бледен, — поймав насупленный взгляд, он утешительно добавил: — Ты не волнуйся, я бы вдул.       Бальтазар провел рукой по лицу, опускаясь на холодные камни у стены, как последний упрямец. У портала не было ни мебели, ни даже удобных мест, чтобы сесть в тепле и спокойствии. Вокруг сновали возбужденные Винчестером Третьим демоны, не зная покоя и не оставляя после себя тишины.       — Балти, — Кроули подошел ближе. — Ничего мне не будет, — он чуть вызывающе поиграл бровями. — Мы говорим про Лосяру. Он бабочкам крылья скотчем клеит, а букашкам чинит лапки.       Позволив себе на секунду задуматься, Кроули поджал губы:       — В хорошем смысле.       Призыв почувствовался мощно, и Кроули встряхнулся.       — Мэг! — прогрохотал он, поднимая руку. Сам оставить Ад он больше не мог, даже на минуту. Зато вполне мог послать правую руку, от которой все равно не было пользы. Всегда была вероятность, что она присмотрит за Винчестерами так, что они не встретятся вовсе.       От этой теплой мысли Кроули улыбнулся.       — Пора.              ***              — Итак, — протянул Люцифер, прерывая невыносимо долгое молчание. Метатрон, раньше выглядящий по-чертовски самоуверенно, будто сдулся в отсутствии зрителей. — Чего хотел?       — Только дослушай до конца, — попросил Метатрон, активно жестикулируя. — Я ни к чему не принуждаю. Да и как бы я мог, — последнее, почти самобичевание, звучало чуть неуместно и походило на плохо разыгранную драму.       Люцифер кивнул.       — Ты же знаешь, как я жил? — уточнил Метатрон, дьявол скучающе насупился. — Я просто объясняю причины просьбы, ведь она весьма экстравагантна.       — Я о тебе вообще не слышал до сегодня, — закатил глаза Люцифер. — Со стародавних лет.       — Вот именно! — воскликнул Метатрон. — У нас есть кое-что общее, — заметив, как хмурится дьявол, он быстро добавил: — Не в смысле, что о тебе не слышали, конечно. Но я жил как крыса в… — Метатрон замолчал, глубоко вздохнул, и качнул головой. — Это тоже не сходство.       Поняв, что быстро излагать мысли — далеко не его, Люцифер устремил взгляд в море. Хотелось к Сэму, и необходимость скрывать это желание от самого себя давалась все сложнее на практике. Молитва Сэма тронула, несмотря на понятность, логичность и предсказуемость. Сэмми был напуган, и это ощущалось в обращении, звучало внутри с истошной силой. Понимание, что он ответил на подобное подобным даже не соразмерно, а в исключительно щадящей манере все же не позволяло закрыть глаза на ощущения.       Сэм не мстил ему — он делал то, от чего не мог отказаться в своих лучших традициях.       Люцифер же именно что мстил, не сказав ни куда, ни зачем идет.       — Общим я назвал то, что ни меня, ни тебя они в покое не оставят, — голос Метатрона вернул к реальности. — Из-за этого я тысячелетиями скрывался, притворяясь смертным. Ни дня не использовал силу, пока не началась заваруха. Ни разу не воспользовался крыльями. Не мог вернуться домой, боялся, что за мной придет дом.       Люцифер нахмурился. Это была лишняя информация, и подобное в устах незнакомца раздражало, а не трогало.       — Ты, конечно, в отличие от меня не трус. Но и от тебя они не отстанут. Сегодня они пытаются убить тебя, а завтра… — он махнул рукой, обводя ей море. — Завтра они попытаются снова. Ты, может, переживешь, ты же архангел. Я вряд ли, но это тебя не волнует. А вот смертные вокруг тебя…       Истошный ужас последних суток вспомнился ярче.       Уходящий, будто в последний путь, в последний раз, Сэмми и полное бессилие. Ощущение катастрофы, бесконечной, необратимой смерти, понимание, что не сможет защитить — все это было в его памяти свежо донельзя.       Люцифер мотнул головой.       — Я обещал выслушать просьбу, а не историю твоей жизни, — сообщил он с раздражением. — Или глупые предположения.       — Но это — не глупость! — воскликнул Метатрон. — Они не остановятся, это не в их природе. Им даже Михаил уже не указ! — он всплеснул руками, а затем смиренно опустил взгляд и перестал жестикулировать. — Нам не будет покоя. Никому из нас.       — Ты притащил меня сюда, чтобы поныть? — поинтересовался Люцифер.       — Предложить, — заверил Метатрон. — Вариант. Сам не смогу, но с твоей помощью… — он поджал губы.       — Мне не интересно спасать твой зад.       — Мы в одной лодке в этом. Все, кто им противоречит, — пробормотал Метатрон искренне, подаваясь к нему. — Если твой ответ «нет», ладно. Я понимаю. Я трус, совсем не герой этой истории. Я — тот, кто умирает за сценой в первом акте. Но знаешь что? Я тебе не ровня, — кивнул он. Люцифер едва сдержал стон. Этого ангела не надо было унижать. — И будь я на твоем месте, я бы не полез в это дерьмо по аналогичной просьбе.       — Тогда чего ты хочешь?       — Ты — не я, — подчеркнуто сказал Писарь. — И тебе, в отличие от меня, есть, кого защищать, кроме своей жопы. Я хочу закрыть небеса. Вместе с находящимися там ангелами. На Земле никогда не будет мира, не будет утопии, но… — он развел руки. — Если закрыть небеса, мне не придется скрываться по подворотням, а тебе не придется думать, как спасать случайно попавшихся им в плен людей. Не придется волноваться, что их убьют из-за близости к тебе. Во всяком случае, это будут не небеса.       Быстрая речь умолкла, будто Метатрон понял, что и без того произнес слишком много слов. Воцарилось молчание.       Люцифер медленно пытался осознать информацию. Голова была непривычно тяжелой, но идея все же отчетливо дошла до него.       — Закрыть небеса? — переспросил он хрипло. Явно, он знал не все.              ***              Кроули распахнул глаза, оценивая представших перед ним существ. Назвать их людьми не позволяло далеко не присутствие Кастиэля. Глаза Сэма залило тьмой. Бутыль благодати в его руках явно намекала на десятки опустошенных ангелов. На приблизительный взгляд Короля Ада около шести.       Рот приоткрылся в немом восклицании самостоятельно. Мэг поспешно отошла от Сэма, явно не слишком довольная соседством. Кроули всецело разделял ее взгляды уже до того, как Сэм улыбнулся ему, приоткрывая зубы. Бояться было нельзя и глупо — не бояться невозможно.       Порадовавшись, что унес прочь, в свои покои, вырубившегося от усталости Бальтазара, Кроули ответил чуть нервной улыбкой. Винчестер дернулся к своему карману свободной рукой, извлек телефон и посмотрел на содержимое, явно что-то пролистывая.       Бутылка треснула в руке. Возможно, благодатей было больше шести десятков. Кроули сглотнул.       — Где Бальтазар? — поинтересовался Винчестер таким тоном, будто умел предсказывать будущее.       — Лосяра, — начал демон тихо. Тронный зал неожиданно показался неудачным местом для его будущих похорон. — Понимаешь…       Сэм двинулся в его сторону, Кроули вскинул руки. Цепи зашевелились над ними. Охотник замер как вкопанный.       — Кроули? — позвал он вопросительно, почему-то, не проявляя агрессии. — Ты чего? — взгляд безразлично прошелся по цепям и напротив посветлел. Охотник выставил вперед бутыль с благодатью, не обращая внимание на копошенье Дина, пытающегося довести Каса до стены.       — Так получилось, что Люцифер освободился, — размеренно произнес Кроули, следуя своему плану. — Кроме того, Адам сбежал с одним из демонов.       — Да, — кивнул Сэм. — Мы виделись. С обоими.       Не понимая, испытывать отчаяние или облегчение, Кроули заторможено склонил голову в бок.       — И?       — И Бальтазару «привет» от Люцифера, сам передай, если что, — пожал плечами невменяемый Винчестер.       — И все?! — переспросил Кроули громко. Эхо пронеслось по залу. Ответ был жизненно необходим. Цепи замерли.       — Ах да, — спохватился Винчестер, подходя ближе и протягивая бутылку. — Вот.       — Лосяра… — обескураженно промямлил Король Ада, когда бутылка оказалась у него в руках. Как ее держал Сэм, особенно долго, было сложно представить. Она раскалилась, едва желая удерживаться в руках. К счастью, рядом была шкатулка для этого содержимого. — Сколько мне?       — Все? — полувопросительно ответил Сэм. — Что? Я их не ем. Делай, что хочешь.       Масштабы катастрофы, когда бутыль оказалась внутри шкатулки, и Кроули с хлопком захлопнул крышку, стали понятнее. Шкатулка слегка светилась изнутри, не в силах долго сдерживать обрушившуюся на нее мощь.       — Что хочу, — повторил Король Ада чуть заторможено. — Если что, я парочку просил.       — Надо было говорить точнее, — буркнул Сэм, доставая из внутреннего кармана еще склянки. — Вот. Не влезло.       — Ну разумеется не влезло! — крикнул Кроули. Страх отступил полностью. Лось был как всегда дружелюбен и идеально безмозгл. — Ты туда половину небес запихнул! И как не треснуло?       — Так треснуло, — пожал плечами Сэм. Крыть было нечем. — Мне нужна бывшая Бельфеголова, — произнес Винчестер неожиданно, заставляя брови Кроули взметнуться вверх. Тут же он потянулся к телефону, вероятно, желая что-то уточнить.       — Бельфегора? — уточнил Король Ада на пробу.       — Бельфегора, — удивленно подтвердил Сэм.       — Ардат? — переспросил Кроули на всякий случай, еще раз. Он дал бы ему десятки бывших Бельфегора, если бы это ограничило взаимодействие с Бальтазаром одним переданным через него приветом.       — Это стремное имя? — ответил Винчестер вопросом на вопрос.       — Скорее да, чем нет, — рассудил Кроули через несколько секунд. Дин, явно уставший от непонятного диалога и слишком занятый полубессознательным Кастиэлем, не вникал в происходящее и помощи от него было чуть. — Тебе зачем вообще?       Сэм пожал плечами с налетом неуверенности.       — Убью, наверное. Или как пойдет.       Не то чтобы от Винчестера можно было ожидать чего-то другого.              ***              Отнять Лук Купидона ему, даже в ослабленном состоянии, было слишком просто. Люцифер взглянул на предмет, а затем брезгливым жестом передал его Метатрону на хранение. Купидоны носились по Земле как с божественным шилом в заднице, реализуя все идеи своего Бога, даже самые больные.       Люцифер поджал губы. Добыча ингредиента заняла лишь несколько минут. Молитва Сэма звучала в голове эхом, повторяясь и побуждая торопиться к нему. В любой момент у него могла начаться ломка, и если он вдруг спустился в Ад, время шло на минуты, вполне буквально. Желание быть рядом несмотря ни на что уже не притуплялось.       Дьявол провел рукой по расстегнутой рубашке.       Вселение в Сэма, пожалуй, могло решить большую часть проблем. Как минимум, с ним внутри кровь уже не причинила бы Винчестеру вреда. Облегчить состояние, наверное, могла бы сильная растрата сил, до нуля, в таком случае ангел, даже лишенный сил, мог бы посодействовать исцелению. Убедить Сэма остаться абсолютно беззащитным еще лишь предстояло, и — Люцифер поднял взгляд в небеса — почему-то казалось, что закрытые небеса и запертые ангелы станут в этом хорошим подспорьем.       — Что у нас дальше? — спросил он едко. Едва ли хоть что-то было ему не по силам.              ***              Ардат была совсем не такой страшной, как Сэм представлял себе. Тонкая фигура слегка вздрогнула, а глаза демоницы залились черным. Сила прижала ее к руинам за ее спиной легко и непринужденно. Стоило, пожалуй, избавиться от всех остатков мощи, как советовал Михаил. Но явно это бы случилось не с ней.       — Я… я не понимаю! — пискнула она.       — Лосенок, притормози, — попросил Кроули мягко. Спорить с ним не хотелось абсолютно, и Винчестер слегка улыбнулся, неожиданно понимая, что Кроули давно вошел в тот круг близких людей, в чьих просьбах не ищешь ни подвоха, ни вызова.       — Мой Король! — почтительное обращение резануло слух, поскольку было озвучено впервые.       — О, твой Король, — протянул демон. — А как же «черноглазая трехсотлетняя прошмандовка»? «Коврик для Лилит»? «Его Королевское ничтожество»? Или, мое любимое…       — Я каюсь, мой Король, — простонала Ардат, которая, должно быть и говорить могла лишь чудом. — Каюсь, — повторила она, даже всхлипнув для показа. — Никогда прежде я так не ошибалась. Прилюдно я готова…       — О, да заткнись ты! — рявкнул Сэм, сжав кулак. Ардат кашлянула черным дымом и коротко застонала. — Так она тебе нужна живой? — уточнил Винчестер. — У меня уже рука устала.       — Дай еще пять минут, — улыбнулся демон приторно, заставив охотника усмехнуться.       — Тебе закончить перечисление по списку или для дела? — уточнил он, поиграв бровями. Настроение, упавшее намного ниже нуля после ухода Люцифера, медленно возвращалось в норму. Он мог избавиться или минимизировать ломку и пережить ее за несколько земных минут, которые как раз требовались дьяволу. Это располагало. Кроме того, перечень Кроули изрядно развлекал. Впрочем, может кровь говорила в нем не так уж слабо.       — Лосяра-кайфоломщик, — протянул Кроули чуть обижено и обратил внимание на Ардат. — Итак, детка. Он, — Кроули мотнул головой на Винчестера, — жаждет твоей кровушки.       — Не буквально, — перебил его Сэм. — Мне твоя кровь нафиг не сдалась, найду получше.       Кроули всплеснул руками, призывая к тишине. Определенно, кровь играла не последнюю роль в его поведении, и с этим пониманием Сэм взял себя в руки.       — Прошу Вас, мой Король!..       — Как красиво запела, — улыбнулся Кроули. — Дивно. Да, я мог бы предложить тебе покровительство, и тогда даже Сэм тебя не тронет.       Он бросил короткий взгляд на Винчестера, и тот пожал плечами:       — Мне пофиг, но пусть отстанет от Бельфегора.       — Ох, — Ардат резко вздохнула, от чего ее груди в облегающем топе немного подпрыгнули. Сэм склонил голову, отмечая это и попутно обдумывая, что их с Люцифером не было слишком долго. Мысли мгновенно переключились на дьявола, и охотник с усилием вернул их на место. — Так это не ты спланировал… — растерянно констатировала она, явно обращаясь к своему Королю.       — Просто удачный случай, — усмехнулся тот. — Обожаю свою удачу.       — Да уж, — она поджала губы. — Тебе свезло так свезло, — она повернула к Сэму голову, когда тот чуть ослабил невидимые путы. — Что бы этот червяк ни сказал, он врал как сивый мерин! Только это он и умеет!       — Слушайте, девушка, я не…       — Это он, а не я присовывал на сторону! — заорала Ардат, перебивая. — И кому?! — вопрос повис в воздухе. — Этой столетней потаскухе! Да у нее же за душой ни грамма! Обычная подстилка с дороги!       Сэм перевел на Кроули озадаченный взгляд, не зная, стоит ли заставить Ардат молчать силой. Та затихла сама.       — Лили, — пояснил демон. — Одна из моих демонов перекрестка.       — И теперь этот озабоченный твареныш мечтает войти в высший слой аристократии! Вместо меня! — заорала Ардат, будто подбодренная словами Короля Ада. Она с возмущением взглянула на Короля. — Что бы он вам ни сказал…       — Ты пыталась его убить? — ядовито спросил Сэм.       — Нет, конечно, нет! Мы не убиваем своих и чтим законы…       — Правду! — сила прокатилась внутри, подчиняя демона. Не зная, что умеет так, Сэм улыбнулся. На это требовалось немало энергии, которую как раз хорошо было потратить.       — Да, само собой да! — пискнула Ардат. — Ублюдок хотел пустить меня по ветру и забрать мою территорию! Жаль, я не убила его голыми руками! — прошипела демоница. Ярость сошла с ее лица, оставляя бледный испуг. — Но я больше не буду, — заверила она. — Скажите, и я к нему не подойду, — непонятно к кому апеллировала Ардат.       Сэм пропустил еще силы, желая убедиться в ответе.       — Не подойду к выродку, Отцом клянусь! — простонала демон и завыла от боли: — Жалкий сукин сын того не стоит!       — Чудно, — успокоенный, констатировал Сэм, отпуская силу. Ардат упала на колени.       — Погоди-погоди, — Кроули коснулся его локтя, останавливая от ухода и посмотрел, будто на что-то намекая.       — Ну чего?       — Ты пощадишь ее только в случае моей убедительной просьбы, — с намеком произнес Король Ада. — А так, проще убить, верно?       Винчестер едва не закатил глаза. Ад всегда оставался Адом.       — Надежнее, — подтвердил он.       — Чудненько, — улыбнулся Кроули и взглянул на поднимающуюся Ардат. Та явно понимала все верно и лишь сверкала ненавидящими взглядами. — Вот только у нас такие напряженные отношения. А просить о чем-то Винчестера… — он покачал рукой, изображая жест неуверенности. — Даже не знаю.       — Десять тысяч душ, — предложила Ардат. Кроули только презрительно поднял губы. Демоница распахнула глаза и покорно, будто устав торговаться. — Половина моих душ. Если отдам больше, мне уже и жить бессмысленно, — убедительно произнесла она.       Кроули прищурился. Его долгий молчаливый взгляд едва не заставил Сэма вновь закатить глаза. Ардат с напряжением стояла перед ним.       — Что сказать, — протянул Кроули. — Я добрый Король.       Он кивнул, демоница бросилась вперед. Сперва желая отбросить ее, Сэм отметил протянутые руки Кроули. Ардат повисла на его шее, яростно запихивая язык ему в рот, что заставило охотника передернуть плечами и поспешно отвести взгляд.       С причмокивающими звуками та явно старалась, как могла, чтобы сделка была заключена окончательно. Противно было тут оставаться, и Сэм взглянул в сторону коридора, откуда они пришли на ее территорию, натыкаясь взглядом на Бальтазара.       Тот стоял, оперевшись кулаком на стену и с непонятными эмоциями смотрел на развернувшуюся картину. Сперва это не вызвало никакого отклика, и в голову пришла мысль про непереданное ничего не значащее послание Люцифера. Лицо Бальтазара исказилось, кулак ударил по стене.       Понимание пришло неожиданно.       — Кроули, — рявкнул Сэм, не желая усугублять происходящее.       — О, детка, ты просто пламень, — фыркнул Кроули, явно выпутываясь от демоницы. — Но у меня тут неприкаянный…       Будто отреагировав на его голос или сказанные слова, Бальтазар толкнулся от стены, быстро скрываясь в проеме. Сэм облизнул губы. Мимолетное желание броситься за ним отозвалось лишь уверенностью: там нужен не он.       — Кроули, там Бальтазар, — махнул в проход Винчестер. Кроули взглянул на то место, где был ангел, и спокойно кивнул.       — Проснулся, — с улыбкой отметил он. — Пошли.       — Кроули, — тихо и максимально доходчиво начал Сэм, собираясь дать пару объяснений уже шагающему в направлении демону. — Он видел вас с Ардат.       — И?       — Мне кажется, он не в восторге, — мягко сообщил Винчестер. В коридор они вышли, но, вероятно, ангел шел крайне быстро: от него уже не было и следа.       — В смысле?! — возмутился Король Ада. — Да это сто пятьдесят тысяч душ за десять секунд работы языком! Ты — мой лучший актив, Лосенок, — добавил он нежно, и взглянул в пустующий коридор. — Да где Балти?       — Кроули! — Сэм остановился, чем заставил демона тоже замереть и развернуться. — Он видел ваш поцелуй, и я думаю, что ему показалось…       Кроули фыркнул.       — Не тупи, рогатый, это сделка.       Сэм махнул рукой на безнадежные объяснения и зашагал вперед.       — Разбирайтесь нахрен сами.       Сзади царила тишина, а несколько секунд спустя раздался вопрос от сильно отставшего демона:       — Сам дойдешь?       — Вали уже.              ***              Глаза Михаила сияли, когда они ступили в коридоры Рая. Мощь разливалась по телу спокойными приятными импульсами. Адам, как подходящий сосуд, восстановил его силы в значительный силе одним своим наличием. Слабой волной прошлась привычная эйфория. Понимание своей нужности, значимости не для божественной истории, а для единственного архангела, все еще было приятно, несмотря ни на что.       — Ты не поэтому мне нужен, — заметил Михаил немного грустно. — Жаль, что теперь ты видишь только это.       Нездоровая, но привычная радость лопнула как мыльный пузырь. Злость, которую он так тщательно старался притупить, вырвалась наружу.       — По твоей триумфальной походке и не скажешь, — прошелестел Адам едва слышно, зная, что архангел услышит его в любом случае. Не скрывая раздражения, он показал весь спектр своих эмоций, намеренно делая их ярче.       — Адам… — Михаил остановился. — Если хочешь, я пойду дальше без сосуда.       Предложение было едва ли не издевкой. Адам покачал головой. Вышвырнуть Михаила он не хотел никогда, но единственное, что он мог получить, это предложение, от которого не мог не отказаться. Абсолютная в своей силе обида не дала нормально озвучить свои мысли, и он отмахнулся.       — Адам? — позвал Михаил, явно чувствуя в ответ намного больше, чем собирался. — Адам, я не хотел обидеть.       — Что ж, в этот раз ты хотя бы отличаешь обиду от усталости, — ледяным тоном процедил сосуд, снова отмахиваясь, а затем кивая по направлению их движения: — Давай закончим там, а потом…       — Я хочу закончить тут, — не согласился архангел, кивая себе под ноги.       — Ну так заканчивай, — бросил Миллиган с вызовом. Инстинктивное желание забиться внутрь самого себя заставило сложить руки на груди в попытке закрыться и занять меньше места.       — Я думал, ты мне поверил, — с сомнением, почти вопросом произнес Михаил.       — Не в этом же дело! — голос сорвался на крик сам, без участия его воли, и, возможно, это было худшее, что юноша мог сделать. Ситуация была безвыходная. То, что Михаил не пытался убить его, конечно, значило немало. Это значило все. Михаил, по сути, не причинил ему ни толики вреда. Но это никак не умаляло невыносимости того, что Адам не имел права считать предательством, но не мог иначе. Взяв себя в руки с трудом, кое-как, Адам тихо произнес: — Если бы я тебе не поверил, я бы не… — он ткнул в сосуд.       — Тогда в чем дело? — с мольбой спросил Михаил, и Адам невольно отметил, что его мимика стала намного больше напоминать мимику человека. Сам не понимая, какой вариант решения счел бы приемлемым, Миллиган покачал головой.       — Забей.       Меньше всего хотелось чувствовать себя бессмысленно капризничающим ребенком, которым он ощущал себя все больше с каждой произнесенной фразой.       — Адам…       — Это просто не делается сразу, — произнес Миллиган ровно. — Нельзя требовать от меня, чтобы я сразу… — голос затих.       — Я не требую, — заверил Михаил настолько искренне, что захотелось дать происходящему еще один шанс.       — Мы просто… — Адам качнул головой. — Мы даже не поговорили, и я… Все хорошо, я знаю, что сейчас надо разобраться с ангелами. Это подождет, — стараясь вести себя по-взрослому и не терять разума, заверил Адам.       — Не поговорили, — повторил архангел медленно, подходя почти вплотную. Явно оценивая слова во всех возможных смыслах, он ненадолго уставился в пустоту. — Мы должны поговорить, — подвел итог он, заставив Адама усмехнуться.       — Да ничего мы не должны, но я… — юноша замолчал, не понимая, что делать. — Михаил, я…       Он стоял перед молчащим архангелом. Ощущение собственного идиотизма постепенно брало верх над искренностью ситуации и некоторых брошенных, видимо случайно, Михаилом фраз. Фраз, которые очевидно ничего не значили.       Михаил стоял перед ним, безмолвно изучая внимательным взглядом, и не было, видимо, ничего, что сам бы он был не «должен», а «хотел» сказать.       — Забудь, — усмехнулся Адам. — Давай закончим с Небесами. Правда. Не хочу еще одной попытки убить меня и моих близких.       — Адам, почему? — раздалось сзади вслед проекции, когда Адам зашагал вперед по коридору.       — Потому что я не хочу вынуждать тебя к разговору, а сам ты… — Миллиган отнюдь не весело фыркнул. — Так что давай, наверное, хотя бы сделаем дело.       Неуютное состояние не хотело заканчиваться, лишь обостряясь от минуты к минуте. Шаг за шагом он был все дальше от Михаила, и буквально, и метафорически, будто вновь брошенный на чертовой стоянке в промозглом Чикаго. С той лишь разницей, что теперь и Небеса не казались чем-то заманчивым или прекрасным.       — Я не знаю, что сказать, потому что нет таких слов, которые выразили бы всю степень моих сожалений, — тихо озвучил Михаил, заставив замереть. Голос звучал одновременно издалека и внутри, ведь Адам не мог не слышать его. — Нет названий для того, что было, когда я думал, что ты умер, — еще тише добавил архангел. — И нет извинений, которые были бы достойны, чтобы ты их принял.       Адам обернулся. Архангел больше не жестикулировал, безразлично глядя в пустоту, явно погруженный в переживания своей благодати, почти неощутимые внутри и бушующие где-то за тщательно выстроенной Михаилом стеной.       — Так какие слова… — взгляд архангела, наконец, сфокусировался на нем. Стало жутко, — скажи мне, какие слова могут это исправить?       — Михаил, — позвал Адам шепотом. Он покачал головой, архангел опустил резко потухший взгляд, и юноша запоздало понял, что то, что он принял за отчаяние, было отчаянной, но надеждой. — Наверное, эти, — тихо озвучил он, понимая, что ответ Михаилу нужен как ему воздух.       Юноша медленно подошел к все еще застывшему Михаилу, протягивая руку. Тот протянул руку в ответ, но сам не сделал ничего, чтобы поторопить или усилить прикосновения, позволяя переплести пальцы.       — Михаил, — позвал Адам еще раз, осторожно клюнув его щеку губами. Назвать это поцелуем было слишком самонадеянно. Тем удивительнее было то, как архангел вздрогнул от мимолетного легкого касания. — Прости меня, — проведя ладонью под курткой Бельфегора, пробормотал он. Их лица зависли напротив друг друга на расстоянии нескольких сантиметров. — Мы все наладим, — дал он поспешное обещание в неумелой попытке утешить.       — Если я нужен тебе рядом, но не внутри, то это не проблема, — заверил Михаил неожиданно. От формулировки Адам, чье настроение стремительно улучшалось, тихо фыркнул. — В моем текущем состоянии довольно много сосудов смогут вместить меня, — продолжил архангел серьезно, и Миллиган нахмурился.       — Тебе не надо никого искать, — заверил он. — То есть потом… Я хотел бы быть собой, и да, я хотел бы, чтобы ты был рядом. Но это не к спеху, — он еще раз фыркнул, в полной мере понимая, что собирается сказать: — Я не против тебя внутри еще какое-то время.       Михаил улыбнулся, явно не чувствуя подтекста, и Адам прыснул.       — Это смешно? — поинтересовался архангел озадаченно.       — Нет, — выдавил Миллиган, оценивая шутку как крайне несмешную. Не проходящую даже нижнего порога уместности. — Но я на нервах.       Архангел понимающе угукнул и подался вперед, обхватывая плотную проекцию руками. Адам чувствовал каждое прикосновение как настоящее.       — Мне же можно? — уточнил архангел осторожно.       — Само собой.              ***              Бальтазар едва чувствовал, как шаги отдаются неудобством в ноющих мышцах, а слишком резкие приземления ног на каменный пол стучат болью в суставах. Ад расплывался перед глазами, ангел сердито отер глаза, желая выдрать их из глазниц. Кулаки сжались, пальцы оцарапали лицо.       — И куда это ты… — демон на дороге сюрпризом не стал, но оборванная слабая надежда, что его не будет, лишь усугубила все в разы. — Балти, — севшим голосом окрикнул Кроули пытающегося пройти мимо него Бальтазара. Рука легла поперек груди, мешая пройти.       Рука заныла от удара о чужое плечо. Рычащий крик вырвался из горла.       Бальтазар не понимал, на кого больше злится: на демона, на его сучку или на самого себя. Сознание, логичное и весьма креативное в подборе идей, отключилось, оставляя лишь морок животной ярости. Бальтазар закричал еще раз, кидаясь в бой. Осторожность демона, когда тот без труда заломил ему руку, прижимая к полу, заставила брыкаться яростнее.       Кроули не считал его за противника, и это было последнее, окончательное поражение.       — Бальтазар, — позвал демон взволнованно. — Спокойно, я сейчас тебя отпущу, а ты…       Ангел дернулся изо всех сил, игнорируя хруст в плечевом суставе и жуткую боль. Рука мгновенно оказалась на свободе, но это не было его заслугой. Кроули не позволял ему даже нормально драться, и от обиды злость поднималась лишь выше.       — Ты что совсем ополоумел?! — прошипел демон разъяренно. Вывернувшись, Бальтазар позволил себе упасть на спину, ударяясь головой о каменный пол, чтобы ударить демона руками. Король Ада замер на несколько мгновений, позволяя себя бить, и явно не особо это замечая. Он даже не попробовал изобразить гримасу боли, а затем молча прижал его вывихнутое плечо, блокируя движения. — Бальтазар, — начал он строго, выговаривая, как родитель неразумному ребенку. Ангел замер, не чувствуя в себе сил. Разум плыл от обжигающей боли в плече и затылке. Король Ада почему-то дотронулся пальцами до его виска, опускаясь дальше, к затылку и ощупывая его пальцами. Чувствуя, что силы на исходе, Бальтазар еще раз дернул головой, и Король Ада пальцами смягчил ее соприкосновение с камнем. — Балти, — шепнул он, ныряя к нему, оставляя сантиметры между их губами, и обхватил за основание шеи, вынуждая на себя посмотреть.       Эмоции не кончались. Не выключались, когда вспышка исчезала. Основывали собственные неясные структуры, рисовали жуткие картины, побуждали к нелогичности. Эмоции его убивали.       Бальтазар помотал головой, видя, как вновь мутнеет все вокруг.       — Все хорошо, — заверил Кроули, обнимая его за ребра и прижимая к себе. — Ничего, — он прошелся по волосам, ангел поморщился, ощущая боль в месте удара. — Ничего, — Король Ада медленно поднимал его, и собственная выходка показалась верхом идиотизма. — Пожалуйста, скажи мне, что Лосяра поехал кукушкой, — взмолился демон. — Это не из-за Ардат?       — Кого?       — Демоницы с огромными буферами и неменьшим потенциалом, — Кроули кивнул в сторону, откуда Бальтазар пришел. Дернув щекой, ангел сжал челюсти, стараясь не смотреть на Кроули. — Смотри на меня, — потребовал демон, и невольный отклик в памяти о прошедших событиях заставил подчиниться.       Они сидели вдвоем посреди каменных подземелий, и Кроули смотрел на него так, будто его не волновало, что будет дальше. Кто их увидит и что скажет об этом. Кроули смотрел на него так, будто Ада не было для него вообще.       — Кто она?       — Бывшая Бельфегора, — быстро ответил Кроули, будто желая отчитаться. — Она Лося чем-то взбесила, а я на этом сыграл. Мы заключили сделку. Души за ее жизнь, — демон замолчал, а после выдавил почти стоном: — Ты не серьезно!       Бальтазар оттолкнул его руки. Логика и эмоции схлестнулись между собой как нельзя менее кстати.       — Осторожно, голову! — воскликнул демон, прослеживая его движения и не касаясь локтей, но страхуя под них, а затем вскочил следом. — Бальтазар, это гребанный идиотизм! Я заключаю сделки постоянно!       — Ты думаешь, я не знаю?! — стараясь не трогать место удара, выдавил Бальтазар, вытирая глаза. Непослушные колючие чувства отступать не желали, абсолютно не собираясь затихать или выдыхаться. Возникало ощущение, что они останутся с ним навсегда. — Видимо, просто чертова благодать.       — Балти…       — Уйди, — качнул головой ангел, игнорируя вспышку боли от движения кожи на голове и баюкая ноющее плечо. — Просто…       Стыд затмевал все, стирая даже обиду и чувство предательства. Если бы Кроули решил объяснять ему, насколько это глупо, на полном серьезе, Бальтазар бы не выдержал.       — Бальтазар, — демон бессильно пожал плечами.       — Пожалуйста, — еще раз попросил ангел, стараясь не смотреть на Короля Ада во всей его дьявольской красе. Кроули после драки выглядел как всегда слегка раскрасневшимся и разгоряченным, будто насилие красило его.       — Ангел, — позвал Кроули внезапно. То, что обычно он произносил с презрением, сейчас звучало признанием. Король Ада протянул ему руку и чуть встряхнул, привлекая к ней внимание. Молча демон смотрел так, будто ожидал от него чуда. — Пойдем? — предложил он, слегка склонив голову в бок и явно ожидая ответа.       Бальтазар вложил свою ладонь в его. Понимание, что демон не придает никакого значения поцелую при сделке приходило медленно, но сквозило уверенностью. Он и сам не придавал, не должен был придавать, не имел права.       — Души, значит, — коротко кивнул он.       — Сто пятьдесят тысяч отборных душонок этой ревнивой идиотки, — усмехнулся Кроули, улыбка резко сползла с его лица. — Балти… — он погладил пальцами ладонь ангела. — Могу заключать сделки рукопожатиями.       Будто демонстрируя свои навыки, он перешел лаской на запястье, возя по нему ногтями и царапая кожу, танцуя по венам легкими прикосновениями. Бальтазар прикрыл глаза.       — Лилит вот вообще всем давала по случаю.       Тяжело вздохнув, ангел прервал свои секунды покоя. Король Ада кивнул сам себе, явно проводя ревизию сказанного, и подвел итог:       — Это я зря.       Бальтазар насмешливо фыркнул и кивнул ему, слегка дергая за руку вперед.       — Это уж точно.              ***              Кастиэль утомленно прикрыл глаза, Дину мгновенно захотелось, чтобы в отведенной ему камере для пыток грешников была лежанка получше. Ангелу было неудобно, он с очевидным усилием попытался пристроить голову на подушке, не задевая пронзенных иглами мест. Подушка была слишком плоской и низкой, чтобы это возымело действие.       — Кас? — позвал Дин. Единственная тряпка, которую он нашел, оказалась собственной рубашкой, по чистому счастью не окончательно окровавленной. С водой в Аду были большие проблемы, а выбивать у демонов таз с водой пришлось почти буквально. Винчестер смочил рубашку. — Можно?       Ангел согласно угукнул, не открывая глаз, не выражая ни капли интереса к происходящему. Дин коснулся его лица смоченной тканью, и Кастиэль вздрогнул всем телом, поспешно пытаясь отдернуть руку. Винчестер поморщился.       — Кас, ты в безопасности, — напомнил он зачем-то, никогда не являясь сторонником таких глупых бессмысленных утверждений. Ни одно из них ничего не гарантировало и безопасности не давало. «Что сделал бы Сэм?» — подумал Дин про себя и положил руку Касу на плечо, заглядывая ему в глаза. Похоже, помогло, ангел притих, может, самую малость растерянный. Но после, когда он нахмурился, стало ясно, что это не было чем-то достаточным.       — Ты умираешь? — серьезно спросил Кастиэль, заставив Дина недоуменно промолчать. В гробовой тишине он покачал головой.       — А что, похоже?       — Кто умирает? — не менее серьезно поинтересовался он. Винчестер молча оцепенел, а затем покачал головой.       — Чтоб меня, если я понимаю, о чем ты.       — Ты смотрел так только когда думал, что мы умрем, — уверенно выдал ангел объяснения, от которых моментальное облегчение заставило засмеяться.       — Очешуенная логика, Кас, — похвалил он со смешком. — Ты знаешь, как разрядить обстановку.       — Не пытался я разрядить, — чуть смущенно заверил тот, мерцая в полутьме своими невозможно синими глазами, будто светящимися изнутри. — Но рад, раз вышло.       Чуть несчастный усталый вид, и глупая, лишенная толики оптимизма улыбка, заставили вспомнить, с чего все началось.       — Я смою кровь, — пояснил Дин свои действия. — Скажи, если что.       Тряпка — рубашка — окрасилась в темно-красный на первом же прикосновении.       — Не обязан ты со мной возиться, Дин, — поучительно выдавил Кас, не ставя под сомнения ни единой части фразы. — Жизни моей уже нет угрозы.       Дин почувствовал, что следующий вздох был наполнен облегчением. Кастиэль выглядел до того отвратительно, что нет-нет, да проскакивали в голове страшные мысли. Окровавленное лицо выглядело лицом раненного или даже умирающего.       — Кас, — Дин опустил взгляд. Жутко не хватало чего-то в руках, чтобы это теребить, оставалось теребить собственную окровавленную рубашку, что, наверное, выглядело странно. Кровь попадала под ногти, и Дин в Аду теперь вполне мог бы снова сойти за своего.       Непривычно неприятные и старые воспоминания казались частью абсолютно другой жизни. Он не мог всерьез вспоминать бесконечные годы пыток. Отпечатки ладоней на плечах, казалось, вспыхнули.       — Если тебе куда-то надо, — начал ангел, и Дин резковато махнул головой.       — Никуда. Но прекрати меня забалтывать, если не хочешь спать в кровище, — бросил он насмешливо, от чего стало неприятно самому. Вдвое неприятнее стало, когда ангел покорно замолчал, явно больше не собираясь открывать рот. — Кас, — обратился Дин сам, вытерев от крови висок ангела, на котором остались теперь лишь розовые разводы, а не подтеки концентрированной крови. — Это не было… Это была шутка, ты же знаешь, как я выражаюсь.       — Ты расстроен, — отметил ангел серьезно, заставив Дина на мгновение замереть, а после обмакнуть рубашку в таз с водой и тщательно выжать, дав себе пол минуты на размышления.       — Я думал, ты… — Дин нахмурился. — Понимаешь, мы в какой-то момент вообще не знали, жив ли ты. Да и до последнего уверенности не было.       — Я был уверен, что ты мертв, — Дину показалось, что его голос дрогнул. — Нам сообщили об ударе. Ангелы были уверены. И мы с Михаилом им поверили. Мы были уверены, Дин. Я был уверен.       Взгляд кажущихся темно-синими в этом свете глаз Кастиэля остановился на темноте одного из углов. Он явно погрузился в свои размышления. Несмотря на откровенность разговора, все показалось недостаточным, будто они были вместе, но в разных местах.       — Кас, — позвал Дин, обрывая движение: рука сама потянулась к ладони ангела, и он не мог оправдать себя. Тряпка, отжатая, лежала на краю матраса.       — Дин, — серьезно кивнул ангел, и по его лицу Дин понял, что тот пытается понять, что именно должно быть в его реакции. Копирование на пробу вызвало улыбку.       — Ну, я живее всех живых, — как мог безалаберно произнес Дин, хотя горло слегка сжало. Хотел бы он сказать о Кастиэле тоже. — Тебе побольше моего досталось.       — Как выжил ты? — спросил ангел слегка заторможено, и быстро, исправляясь, переспросил: — Как вы сбежали?       — Кроули, — лаконично пожал плечами Винчестер. — Он наорал на нас. Я не хотел уходить, но…       — Ты умереть хотел? — Кастиэль распахнул глаза, сам делая движение навстречу. Он подался к Дину и вцепился в его запястье.       — Нет, — отмахнулся охотник. — Нет, но ты же был у них.       — Как это связано? — поразился ангел, чуть качая головой и заметно морщась. Окровавленная белая рубашка бросилась в глаза, от чего захотелось ее стянуть. Дин с сожалением осознал, что у него нет дополнительной одежды, а ходить по Аду полуголым не выйдет в любом случае. — Как помогла бы смерть твоя мне выбраться? Как защитила бы меня твоя безрезультатная кончина под ударом?       Дин поджал губы и слегка приподнял брови в абсолютном недоумении, не имея представления, что отвечать на прямые и крайне серьезные вопросы.       — Слушай, Кас, — начал он аккуратно, — я тогда особо об этом не думал, так что…       — Почему?       — Было не до того.       — Чем ты был занят? — недоуменно спросил ангел. Хотелось то ли расплакаться, то ли расхохотаться. Дин слабо покачал головой, отказываясь давать вразумительный ответ.       — Ладно, — протянул он. — Ты ложись, отдыхай, а я…       — Это потому что вопросы я поднял неуместные? — поинтересовался Кастиэль одновременно озадаченно и озабоченно. Дин провел рукой по лицу.       — Боже мой.       — Могу поговорить я о погоде и географии. Хотя про Ад осведомлен я меньше… — рассудительно начал Кастиэль. Беспокойство, вполне искреннее, которое Дин раньше в других не видел, но научился за последние недели, кололось. Захотелось заставить его замолчать, Дин поднял руку и на пробу коснулся его щеки, успокаивая.       — Что касается географии, тут все довольно просто, — хрипло произнес он.- Ад строится по нисходящей. Каждый более низкий уровень по размеру чуть больше верхнего до середины, а потом наоборот к сужению, получается такой уровневый… — Дин нахмурился, вспоминая умные слова, которые Сэм произносил в отношении его рассказа, — шар. Слоеный шарик, — усмехнулся он, озвучив то, что ассоциировалось с выпечкой. — Верхний уровень целостный. В пустотах по краям пытают грешников, а коридоры очень крупные, и каждый может вместить сотую часть адской армии. Более низкие уровни не всегда имеют общую схему. Часто лестница ведет в какой-то закуток, много тупиков. Некоторые лестницы проходят уровни насквозь, не имея выхода. Наверняка, есть секретные ходы, но я особо не в курсе. Там работают палачи-люди.       Кастиэль застыл, абсолютно не выдавая ни эмоций, ни мыслей, и, возможно, поэтому рассказывать было так же просто, как просто обдумывать, глядя в зеркало.       — Еще ниже, ниже середины расположены угодья отдельных демонов. На центральном уровне земли Короны. Людей туда не пускают, но я был пару раз, хотя только сейчас запомнил, где это конкретно, — он скупо усмехнулся. — Так низко, если честно, я не работал.       Ангел смотрел без осуждения, но с заметным сожалением, и Дин замолчал.       — Хотел бы я прийти к тебе раньше, — чувство вины в его словах проскакивало достаточно, чтобы опознать его. Винчестер встрепенулся, оторвавшись от собственных ощущений. — Хотел бы я, чтобы ты никогда этого не знал.       — Тогда беседа о географии сейчас бы не задалась, — усмехнулся Дин, чуть поднимая руки и пытаясь разрядить обстановку.       — Рассказал бы я тебе про сезон муссонов, — серьезно заверил Кастиэль, заставив охотника хмыкнуть. — Что?       — Сэм уже, кажется, пытался, — нахмурился Дин, пытаясь вспомнить, было ли это на самом деле или лишь казалось, а тема просто была сходной. — Так, ладно, — он хлопнул по коленям и поднялся. — Тебе, правда, нужен отдых. Я буду здесь, так что не опасайся. Любые демоны…       — Не пугают меня демоны, — заверил Кастиэль. — Благодарен я за готовность хранить мой покой. Но расскажи сперва, как дела у остальных.       — Все живы, — заверил Дин поспешно. — Все живы. За целость не ручаюсь.       — Все прочее мы сможем обратить, — кивнул Кастиэль уверенно, вызвав слабую улыбку.              ***              Небо слабо дрогнуло. Копья встали в единую прямую, прокалывая тонкое дерево, которое впоследствии кто-то из демонов должен был специальным образом обработать. Острия были установлены.       — А ты силы не экономишь, — протянула Мэг, наблюдая, как возводятся огромные конструкции.       — Телекинез это, оказывается, несложно, — буркнул Сэм, не слишком впечатленный действием. Оказалось, что если поставить себе цель, то под кровью легче легкого ее достичь.       — Ага, — согласилась Мэг саркастично, показательно отказываясь от бесполезного спора. Кровь перегорала внутри и, на очередном движении, Сэм почувствовал, как струйка крови стекает к верхней губе. Сила иссякла окончательно. Он выдохнул свободно, даже зная, что скоро это ощущение станет бессилием.       — Ну, чем смог, — усмехнулся он. В ответ на его улыбку черные дымки шарахнулись прочь, вызвав странную помесь гордости и отвращения к себе. Он махнул Мэг рукой, направляясь к своей комнате через близлежащий коридор. При мыслях о количестве лестниц, с которых можно было спускаться чуть ли не полчаса даже по самой короткой дороге, он почти пожалел, что крыльями так и не обзавелся.       Через пару минут от усталости уже шатало и мутило, и он оперся о стенку лестницы, обращаясь в неизмеримую пустоту.       «Я надеюсь, ты в порядке», — он воздержался даже от шепота, — «Люцифер, пожалуйста…», — просьбы показались самоуверенными и глупыми. Сэм знал, не сомневаясь ни секунды, что виноват в происходящем сейчас, чем бы оно ни было, именно он. Между ними, во всяком случае, однозначно.       Воспоминание о том, как дьявол — чистое зло, якобы — кричал ему вслед, било также больно, как когда он уходил на небеса, и чуть-чуть больнее теперь, когда не было крови. Сил блокировать что-то или хотя бы наскоро прятать от себя, не осталось. Сэм вцепился в камни стены. Голова недвусмысленно кружилась.       «Люцифер, мне жаль», — в этот раз молитва все же вырвалась шепотом. — «Мне жаль. Пожалуйста, я…», — просьба вновь осталась не озвученной, показавшись жалкими потугами обрекшего их обоих на страдание существа. — «Прости. Только будь осторожен», — закончил Сэм неловко.       Пальцы соскользнули со стены, и он сделал еще несколько неловких шагов вниз. Противно немеющие руки и ломота в запястьях не помогали держаться за поверхность. Желание вновь молиться густо смешалось с пониманием бесполезности этого задания.       Сэм сел на пол, прислонившись к стене и не видя смысла никуда торопиться. Если бы Люцифер хотел, он бы уже вернулся. Что бы ни было в его планах, явно это не ограничивалось получасом.       Отреагировать на чужие шаги уже не было ни сил, ни желания. Неотчетливое глупое знание, что в Аду его убить не должны позволило спокойно сидеть, не реагируя на присутствие.       — Что это у нас тут такое грустное и рогатое? — поинтересовался знакомый демонский голос, слишком радостный для демона, которого наверняка пытался убить любовник час или около того назад.       — Кроули, — осудил тот самый любовник чуть издали. — Сэм, мы за тобой.       — Я же только что так и сказал!