Небесный дом

Кёя улыбнулся невысокому парнишке, помогавшему ему перетаскивать оборудование. Благодаря пламени он мог носить груз сильно превышающий норму, мальчишка вроде как тоже был Облаком… Парнишка в ответ на улыбку вздрогнул, едва не уронил оборудование и со скомканными извинениями упрыгал в противоположном от нужного направлении. — Заметь, теперь это даже не я, — раздалось сбоку. Такеши улыбнулся, перехватил часть оборудования у Кёи из рук, и пошёл с ним рядом. — Здешний ты задраконил местных до трясучки, — Кёя хмыкнул. — Будто мне приятно, что от меня шарахаются, — произнёс он. Такеши только наклонил голову. Кёя передал оборудование мужчинам с побелевшими не то от шока, не то от испуга лицами. — А вот этих уже точно ты напугал, думал, не замечу? — спросил Кёя, когда они отошли подальше. Такеши расхохотался. — Каюсь, грешен, — сверкнул своими невероятными ореховыми глазами Такеши. — Они говорили о тебе… мнм… гадости, — Кёя закатил глаза. — Это даже не относится ко мне, — ответил он. — Они говорили о здешнем мне, а ты их так, будто они мне кровную месть объявили, — Такеши только хмыкнул и кивнул в сторону ближайшей скамейки. — Зато больше точно не станут, — пожал плечами Такеши, когда они сели. Отряд, к которому Роза их приписала, сейчас, до начала основной фазы, занимался восхитительным ничем: помогал таскать оружие и оборудование, повторял план действий… У Кёи этот план действий уже из ушей лез. — А я то думал, что Латона и Амброс достаточно научили тебя правилам приличия, — хмыкнул Кёя. Такеши протянул ему ладонь и переплёл пальцы. — Все эти люди останутся здесь, а я хоть пар выпущу, — Такеши смотрел в небо. Приближался закат. Кёя потянулся к чужому лицу и разгладил пальцами складку между бровей. — Что тебя волнует, Такеши? Только честно, — Такеши попытался снова нахмуриться, но Кёя перехватил его лицо и развернул к себе. — Ты обещал, что если что-то полукровное будет важным, ты поделишься, — Такеши наклонил голову и прикрыл глаза. — Дождь в воздухе, — произнёс он. Кёя промолчал, ожидая продолжение. — Сила Айкимары. Не Скуало, Айкимары. А это… странно. Я знаю, что в этом мире и Скуало, и Такеши — не полукровки вообще, но… У меня нет причин не верить Ладе и Джи, Вирилит с Алтерезой жизни положили на то, чтобы запечатать богов, — Кёя нахмурился. — Значит сила твоей сестры никак не может быть в воздухе, — пробормотал он. — Потому что она мертва, — Такеши, не открывая глаз, кивнул. — Прошло достаточно времени, чтобы сила растворилась, — добавил он. — Мир до энергии всегда жаден, если есть бесхозное — сожрёт, — Кёя слабо улыбнулся. — Но у меня ощущения как перед грозой. Мировой грозой. — Ну, то что собираются сделать имото и Розалин можно назвать мировой грозой, — хмыкнул Кёя. — Главное иметь «зонтик», — он улыбнулся. — А насчёт силы твоей сестры… мало ли что случилось? Здешние первые могут не знать всех обстоятельств. — Да даже в нашем мире Алтереза относилась к kaina скорее как к младшей сестре, — добавил Такеши, в открывшихся ореховых глазах читалась задумчивость. — Могла и скрыть что-то. А Джи… Скажу прямо, не то чтобы Алтереза сильно доверяла людям, кроме Элиджио. А тот лет двадцать за ней хвостиком бегал, в верности клялся… — Был влюблён? — усмехнулся Кёя. Такеши улыбнулся в ответ. — Понятия не имею, — Такеши пожал плечами. — Я, в отличие от Латоны, в личную жизнь kaini предпочитаю не лезть, — Кёя подтянул его лицо к своему, теперь они сидели касаясь лбами. — Да даже если и был… Единственный полукровка, который любит в романтическом плане… — Ты, — улыбнулся Кёя, быстро коснувшись губами чужих губ. Благо сидели они так близко, что даже тянуться особо не пришлось. — Мне очень повезло. — Не знаю, сколько в этом всём везения, — рассмеялся Такеши. — Но мне тоже очень повезло, Кёя. Знаешь, после откровений о полукровках… Я думал ты сбежишь ещё раньше, если честно. Между Такеши и остальной школой всегда была пропасть, это Кёя знал. Каждый раз, когда он пытался наладить более близкие отношения с кем-либо… Получалось редко. В основном люди пугались: либо мощи Такеши, если знали о пламени, либо его характера и странных интересов. Пугались не сильно, скорее настораживались, но Такеши, чутко понимающему отношение к себе, хватало. И это в Намимори, который «обычным» был дай ками процентов на пять! — Оставь это, — хмыкнул Кёя. — Мы друзья с моего детства, учитывая твою амнезию — и с твоего тоже. И встречаемся уже… Пару недель, если я со всеми этими временными заморочками не потерялся напрочь. Если бы я хотел уйти, я бы ушёл, — Такеши улыбнулся. Они оба знали, что если бы Кёя захотел уйти, Такеши бы его отпустил. — Ладно, больше не буду, — покладисто согласился Такеши. — Рокудо передал мне кольцо Персефоны… И даже сказал передать тебе, — Кёя слегка отстранился, чтобы позволить Такеши достать кольцо и… браслет? — А что это тогда? — он указал на браслет. — Кольцо понятно, лучший проводник, а это? — Такеши опутил взгляд на браслет. Его пальцы теребили металл, покрытый искусным узором с явными водяными мотивами. — Защита. Для тебя, от моей матушки, — всё ещё не поднимая глаз произнёс Такеши. Кёя наклонил голову. Если бы это была просто защита, то Такеши нацепил бы браслет на него ещё в первый же возможный момент. — В чём подвох? — Такеши поднял глаза. Они светились голубоватым — сейчас с Кёей разговаривал полукровка. — Он навсегда. Самый близкий аналог — свадебная клятва на пламени, — Такеши вгляделся в глаза Кёи. — Защитит от всего, даже от богов, но снять — никогда. — Такеши тряхнул головой и снова вернулся к человеческому голосу. — Ну, метафорически снять, физически — пожалуйста, но… — Это ты меня замуж зовёшь? — потеряно произнёс Кёя. Идея его не то чтобы отталкивала, просто это было слишком неожиданно. Такеши зажмурился, будто ожидал, что его ударят, и кивнул. — Вао… Через две недели после начала отношений, серьёзно? — Кёя и сам удивился мягкости собственного голоса. Такеши, вскинувшийся в шоковом состоянии, негромко рассмеялся. — Да, зову, — Кёя улыбнулся и кивнул. Чужие ореховые глаза заблестели не то от счастья, не то от того, что Такеши не удержал свои полукровные черты.

***

— Гокудера-сан, извините, что отвлекаю, — Хаято дёрнулся. Тсуна, видимо почувствовавшая приближение девушки из другого отряда, не дёрнулась и даже не убрала руки с лица Хаято. Она поймала его взгляд, ободряюще улыбнулась и только потом убрала руки, перехватив одной из них его ладонь. У неё были очень тёплые ладони. — Гокудера-сан, вам просили передать, — девушка протянула ему брошку в виде алой розы. — Я очень хотела поблагодарить вас за всё, что вы взрослый сделали для Вонголы и для всех нас… — она начала ещё что-то бормотать, но Тсуна её перебила. По связи скользнуло внезапное чувство опасности. — Милая, проблема именно в том, что ты отвлекаешь, — сладко улыбнулась Тсуна, но тон её голоса заставил Хаято поперхнуться, а девушку отскочить. Тон Донны, а не обчной девушки. — Передала — уходи. — Извините! — пискнула девушка и быстрым шагом направилась прочь. Хаято посмотрел на Тсуну и наклонил голову. — Почувствовала опасность, — пояснила Тсуна, но щёки у неё порозовели. — Как от колец Вонголы из моего мира, — Тсуна мотнула головой на брошку, а затем произнесла чуть погромче, явно обращаясь не к Хаято. — Проследите за ней, пожалуйста. Сотрудница Мильфиоре, работавшая неподалёку, кивнула и что-то проговорила по рации. Хаято покрутил брошку между пальцами и нахмурился. Чем-то таким от неё и правда отдавало. — Говорят, ради создания колец Вонголы, Джотто пришлось убить собственного брата, — отстранённо произнесла Тсуна. — Это легенда, конечно, у него не было братьев, — она пожала плечами, но только неведомая сила воли помогла Хаято не отбросить брошку подальше. — Но людей ради колец он положил немеренно. — Эту брошь нужно отдать Розалин или уничтожить, — твёрдо произнёс Хаято. Тсуна сжала его ладонь. — Если это такой же артефакт, так уж точно. — Рада, что мы сходимся во мнениях, — улыбнулась Тсуна, окончательно скидывая маску Донны.