Часть 4 (Как будто месть)
5 июня 2021 г., 01:47
Антон открыл глаза и наглая улыбка, в предвкушении нового дня, растянулась по его лицу, сразу же вспомнился конец вчерашнего пикника.
***
Вчера.
Пьяные мужчины шли, шатаясь, по коридору. — И почему ты опять напялил эту дурацкую маску, у тебя такое милое личико. — Прекрати, это же моя работа. — От неё отдыхать нужно, милый мой. — Твой? — Ахахах, походу да. — Аккуратнее с таким, я же сердце разобью, не чувствую ничего. Граф посмотрел на Шаста и подмигнул, получив то же самое в ответ, после чего последовала фраза: — Ну это пока. Арсений открыл дверь и указал рукой Антону на проход. — Не умничай. Иди спать, сладкий. — Ой, какие гейства от главы мафии слышу. — А ты я вижу и не против. Антон лишь ухмыльнулся и зашёл в комнату. Граф же, закрывая дверь, пожелал ему спокойной ночи, а затем двинулся к себе.***
Воспоминания, однако, были прерваны. Всё это время в комнате стояла девушка в костюме, это была одна из «шестёрок» Графа, она кашлянула в кулак, чтобы привлечь внимание. — Здравствуйте? — Я Ира, меня к вам Граф послал. Собирайтесь, сегодня вы отправитесь в главную переговорную, мне требуется вас туда отвести. Завтрак принесут через десять минут. — А. Да, хорошо, понял. Антон в спешке встал и зашёл в ванную комнату. Мысли жужжали в голове словно рой пчёл. Он замер напротив зеркала и лучезарно улыбнулся самому себе, подмигнул и решил принять душ. А с мыслями что? Что-то непонятное. Не может он влюбиться за одну ночь в человека. Да, вместе уже неделю, но знакомы, как будто, только один день. Может знаете ощущение, когда переписываешься с человеком всю ночь, а на утро бабочки в животе — это непонятное чувство, когда ещё не любишь, но человек зацепил, смог понравиться, заинтересовал. А Шастуну ещё и повезло со втором пунктом, ведь тут не только характер привлекательный, но и сам человек, а точнее — его тело. И сейчас он просто хочет увидеться, посмотреть в эти узкие щели маски и увидеть в них самые настоящие голубые цирконы.***
Запах настоящего бекона ударил в нос, рядом с ним лежал рис. Антон поморщился и посмотрел вопросительным взглядом на девушку. — Ира, а подскажите, пожалуйста, другого варианта нет? — Во-первых, предлагаю на «ты». — Да, конечно. — Во-вторых, не перебивай меня, и в-третьих, тебе тут не столовая и ты не Граф, чтобы тебе меню предлагать. — Я тебя понял, но можно тон попроще, я всё-таки правая рука Графа. Шастун коротко подмигнул девушке. — Обычный секретарь, а насчёт тона, может это я так флиртую? Стоявшая всё это время на одном месте, она подошла к мужчине и села рядом, нагло улыбнувшись. Антон хмыкнул и выпил пол кружки обжигающего чая, что его абсолютно не смутило. — У меня аллергия на рис. После этих слов он так же быстро допил чай и встал с небольшого дивана, стоявшего посреди его комнаты. Несмотря на внешнюю привлекательность девушки, «отшивая» ее. — И стол тут маленький — журнальный, есть за ним не очень удобно. Соответственно, думаю нам пора. Две персоны покинули комнату и довольно быстро зашагали по тёмным, широким коридорам к месту назначения. — Вот так вот голодным останешься, в обед рисовый суп будет. У нас гости из Кореи, Граф сказал готовить рис, потому что это любимое блюдо господина Техо. — Я поговорю с ним. — Он никого не слушает, отравишься — найдет замену. — Посмотрим, Ира, посмотрим.***
Двери лифта плавно разъехались в стороны, открывая обзор Антону. Его глаза округлились от удивления, эмоции на миг стали ему неподвластны. Выйдя из кабинки они оказались на небольшой площадке, по обе стороны от неё шли ступеньки, которые в свою очередь вели к бетонным дорожкам. С площадки же открывался вид на весь этаж, который поражал своим видом. В отличие от жилого крыла, всё было отделано по-другому. Серые помосты вели вдоль стеклянных стен, стекло было достаточно толстое, шумоизолирующее, пуленепробиваемое, сквозь них можно было разглядеть рабочих разных сфер. Кто-то коллективно что-то обсуждал, в другом отделе люди сидели за компьютерами, явно погружённые в свою работу. Люди работали и с документами, и с папками, что-то читали, что-то уничтожали, а что-то откладывали. В общем, работа не стояла на месте. А в самом далеке виднелась неприметная металлическая дверь, которая сливалась с бетонными стенами, скрывавшими содержимое комнаты. Взгляд Шастуна изучал этаж, зелёные глаза бегали из стороны в сторону. Поражало всё: количество сотрудников, непривычный, в отличие от мест, где он успел побывать, дизайн, разнообразие отделов, внушительные размеры. А потом в голове появилась мысль: «И все эти люди живут здесь. Какое же огромное это подземное здание. Куда же вывозили землю при строительстве и как это можно было сделать незаметно для публики? Ведь никто из этих людей не покидает его, а живут все свободно.» — Эй, ты впервые тут? — Да, поражает. — Знаю, но это ты ещё наш химический отдел не видел, хотя тебе наверное оружейный будет интереснее. — Я бы на всё посмотрел. — Так, а мы вообще-то торопимся, хватит рассматривать тут всё, пошли. Даже не посмотрев на мужчину, девушка развернулась в сторону лестницы и двинулась вперёд, Шастун поспешил за ней. — Мы в переговорную идём? Это она за той дверью? Вопросительно посмотрел Антон на Иру, кивая в глубь помещения. — Идём именно за эту дверь, но туда по делу заскочим, а потом уже к Графу. Не переговорная это. Шаст сузил глаза до маленьких щёлочек и склонил голову набок, подозрительно всматриваясь в спину, идущей перед ним девушки. Подойдя к той самой двери, Ира стукнула четыре раза с определенными интервалами, после чего ей открыли. Мужчина небольшого роста, в белом халате, поправив очки, кивнул в качестве приветствия. — И тебе привет, Дим. — Я так понимаю, вы — Антон, новый секретарь нашего главного босса. — Здравствуйте. Шаст протянул руку для рукопожатия и ему ответили тем же, однако отпускать не спешили. — Только давай тогда на «ты» сразу. Антон благосклонно кивнул и его руку отпустили. Мужчина улыбнулся. — Я не думал, что в мафии люди такие дружелюбные. — Мы тут все такие, кроме Графа. Диму этот факт явно веселил, ведь на его губах заиграла улыбка. — Да, я с ним согласна, тут все открытые и добрые, сбежать никто не хочет, а даже если и захочет, то не сможет, так что контакт в любом случае поддерживать приходится. — Так, а зачем мы сюда пришли, поговорить? — Нет, Антон. Поз — научный техник. — Я сейчас тебе в ухо вставлю маленький, незаметный переводчик, он универсальный, с любого языка тебе будет моментально поступать перевод. Указав рукой Антону на стул, Дима вооружился пинцетом и крохотным металлическим наушником, на который был нанесен бежевый краситель для лучшей маскировки. Наклонив неповоротливую голову, Позов обжёг холодом ухо Антона, а тот зашипел от неожиданности. — Всё, уже готово. — Да, Дим, только ты забыл упомянуть одну вещь. Антон перевёл вопросительный взгляд на Иру. — Графу ни слова, ты не должен ничего понимать, это тебе так, на всякий случай. Понял? — Да. Позов вручил Антону магнит, с помощью которого Шаст должен будет извлечь наушник, и выпроводил его за дверь, так как сам долгие встречи не очень любил.***
Двери лифта снова открылись и перед взором Антона открылась огромная переговорная, занимавшая весь этаж. В центре стоял круглый, внушительных размеров стол, его окружали мягкие синие компьютерные кресла, на которых сидели люди. На стенах висели большие экраны, вместо обычной доски стояла интерактивная. Около неё стоял по всей видимости кореец и вырисовывал графики, что-то объясняя. Ровно напротив сидел человек в маске, пластиковую щеку придерживали две костяшки пальцев. Граф явно не особо был вовлечен в тему. Антон вошёл в помещение, а Ира осталась в лифте. Шаст встал за спиной графа и аккуратно коснулся его плеча, сказав шёпотом: — Добрый день. Попов резко дёрнул плечом и даже ничего не ответил. Антон попытался сглотнуть ком в горле, образовавшийся из ниоткуда. Он мог ожидать любую реакцию, кроме такой. Он почему-то напрягся. На скулах выступили желваки, а в горле пересохло. Знаете это одномоментное действие? Когда одна эмоция сменяет другую. Когда, словно ребёнок, Антон улыбался и вальяжно заходил в помещение, никто и думать не мог, что сейчас что-то хрустнет внутри него и заставит напрячься всё тело. Один из корейцев, видимо главный по мнению Шастуна, а так оно и было, наклонился к Арсу и заговорил на корейском, зная, что подошедший мужчина их не поймёт (однако Ира с Димой ему помогли в понимании). — Кто этот мужчина, Граф? — Прислуга, если что-то потребуется, обращайтесь, господин Техо. — Спасибо. «Прислуга значит. Да я с тобой в одном кабинете сижу каждый день, а вчера так вообще.» — мысли Антона бушевали, он хотел придушить Графа, но тут же себя остановил. «Может это всё для дела, не стоит горячиться, надо дождаться обеда и поговорить». Обиду сменила злость, а её — спокойствие. Оставалось ждать заветного перерыва.***
Шаст думал о своём, представлял великолепный мир, где бы он мог спать до бесконечности. Информация была скучная, нудная, однообразная. Он хотел сесть, а лучше лечь, но приходилось стоять за спиной Арса. Корейцы доказывали что-то, показывали, утверждали и изменяли, злобно кидались не только фразочками, но и бумагами. Самое удивительное было то, что Граф не отличался от Шаста, он хладнокровно наблюдал за происходящим и плавал в облаках, крайне редко вставляя слова, в основном молчал и просто наблюдал. Когда ситуация накалилась и корейцы уже были готовы убить друг друга за то, что цифры в плане не сходились, Арсений Сергеевич резко хлопнул по столу ладонями. — Я думаю, время обеда. Все в помещении перевели на него взгляд и сделали небольшой поклон головой. — Я вас покину, обед вам подадут сюда. Граф не дожидаясь какого-либо ответа встал с кресла, поправил элегантный пиджак и двинулся к лифту, Антон не хотел заставлять себя ждать, поэтому быстро окинул взглядом помещение, кивнул, и тоже зашёл в лифт. Как только двери закрылись, Антон подал голос. — Ар. Кхм, Граф? В ответ последовало молчание. Шаст снова напрягся. — Я хотел спросить, вернее сказать, что у меня на рис аллергия, может на кухне что-то другое для меня найдётся? — Я не повар. — Но… — Я всё сказал. С этими словами Граф покинул лифт и даже не обернулся на Антона, стоящего всё это время позади. Но нет, всё же остановился, и в глазах Антона мелькнул блеск надежды. — Найдёшь Иру на минус третьем этаже, скажи ей, чтобы зашла ко мне, как только гости закончат обед. А ты на сегодня свободен. Не успел Антон ничего ответить, как двери лифта закрылись. Нажав кнопку, Антон поморщился, словно вляпался во что-то неприятное или почувствовал ужасный запах. Руки накрыли лицо и он прошипел: — Блять. Почему так? Что случилось? Было непонятно, если при всех не мог ответить, то почему нельзя это было сделать наедине? «Я что-то не так сделал, но что?» — мысль появилась как-то сама и закрепилась в голове. А ведь Граф его предупреждал, что он бесчувственная мразь, но Антон его не послушал. Странное чувство, такое, будто сердце молотком на маленькие осколки разбили или как будто предали и ушли не попрощавшись. «Ну уж нет, сам он виноват, ненавижу его.» — гнев, ненависть, именно из-за этого мы делаем ошибки, ведь так? Размышления снова прерваны открытыми дверьми лифта. Сглотнув ком в горле, Антон направился к Ире. Она сидела за одной из «стеклянных стен» за столом и что-то читала. В отделе было ещё девять девушек, но все они явно работали за компьютерами. — Я смотрю ты дурака валяешь. — Какие люди, зачем пожаловал Антош? — Не называй меня так. Сотрудницы явно с завистью оборачивались на Иру, ведь уже все знали, кто такой Антон и к кому он приближен. — Пошли, кофе попьем. Шастун вопросительно выгнул бровь. Когда двери лифта, в очередной раз открылись, перед глазами возникло новое помещение. Это была столовая, не дешёвая, со старой мебелью, а новая. — Как в фильме, словно столовая космического корабля. — Мне тоже нравится. Мы тут всегда едим. Поочередно, весь коллектив, это у секретарш питание отдельное, особенно если они графу нравятся, то он даже не покидает кабинет, когда те обедают. «Сочту за комплимент» — подумал про себя Антон, но вслух говорить не решился. — А тут собственно стоят кофемашины, как ты можешь увидеть. Какой кофе предпочитаешь? — Я бы лучше чай. — Ээ… Без проблем. Девушка оставила парня с кофемашиной, подождать, пока приготовится её кофе, а сама вильнула за угол, откуда вернулась с кружкой чая и двумя пирожными. — Вот, тут тебе и мне. Пошли за столик. — Не говори, что ты тратилась. Девушка громко рассмеялась. — Кто сказал, что мы тут платим? В этом и плюс здесь работать, ты не получаешь зарплату, тебе просто дают каждый месяц одежду на выбор, а ежедневно: пропитание, кровать, душ и так далее и тому подобное. — Ого, как это всё работает. Я тут меньше месяца. Мало чего ещё знаю. — Говорят ты из мафии пришёл. — Не ошибаются. Я вообще зачем приходил, там Граф попросил. — Ага, к нему зайти, как гости пообедают. Антон лишь ухмыльнулся в ответ. После этого они разошлись.***
Прямо в костюме мужчина завалился на кровать. «Пошёл в жопу этот босс мафии.» — только и успел он подумать перед тем, как провалиться в сон. Настойчивый стук в дверь, который длится уже несколько секунд, заставляет разлепить глаза. — Сейчас. Это вылетает на автомате, в тот момент, пока Шаст пытается осознать всё вокруг. Медленно поднявшись на локти он понимает, что всё ещё лежит в костюме, посреди кровати, а ноги так вообще, стоят на полу. Стук повторяется и Антон уже быстро встает с кровати и направляется к двери, потирая лицо рукой. На входе оказывается Ира. — Впустишь? — Кхм, проходи. — Ты проспал пол дня. — Сколько времени? — Уже почти одиннадцать. Граф провожает гостей, всю прислугу отпустил. А я пришла тебе помочь. — В чём же? — У девушки в руке оказался знакомый на вид магнит. Она подошла к мужчине и аккуратно, плавно выудила из уха переводчик. По телу Антона пробежали мурашки. — Думаю, он тебе сегодня не потребуется. — Спасибо, Ира. Девушка вальяжно прошла по комнате, скользнула в мини-бар и вынула оттуда бутылку красного полусладкого. — Выпьем? — Давай. — Ты такой замученный. Тебя как будто пытали. — Да нет, просто… Мне и вправду нужно выпить, наверное. — Тебе ничего не мешает. Антон снял чёрный пиджак и повесил на спинку стула, а затем расстегнул одну пуговицу на рубашке. Он сел рядом с девушкой на диван, открывая бутылку и наполняя бокалы. Вино, словно горячей струйкой, прошлось по всему телу, отдавая свое тепло и позволяя мышцам расслабиться. — Я хотел спросить. Девушка вопросительно подняла бровь, посмотрев прямо в глаза Шаста. — В твоём отделе столько сотрудниц, почему он выбрал именно тебя? И почему ты единственная не работала, когда пришел я? — В каждом из таких прозрачных отделов есть свой босс, в моём — это я, всё элементарно просто, Тош. — Я же просил. — А я продолжаю флиртовать, забыл уже? Девушка была грациозной и явно без особого смущения, она яркая и властная, похоже, что и без комплексов. Из-за каждого своего слова она может стать противной людям, но она рискует и продолжает говорить, действовать. Так, всеми своими частями тела, а особенно их открытостью, она хотела мужчину и не скрывала этого. А после бокала вина Антон и сам на неё смотрел по-другому, хоть девушка была одета в стандартную юбку карандаш и обычную молочную блузку, для Шаста это выглядело слишком открытым, а после трёх бокалов он уже видел эту леди на себе. Скорее это не он так видит, а алкоголь в его крови и треснутое от обиды сердце, а раны надо залечивать. Таким образом, после опустошения бутылки, Ира как-то сама оказалась на Антоне, и они слились в горячем танце.***
Граф вернулся в свой кабинет и устало выдохнул, первой мыслью было взяться за книгу, но, когда глаза проскользнули по полке, то наткнулись на одного автора — Антон Чехов. «Антон. Как же я мог забыть про него. Он же и не ел сегодня.» — мысль возникла сама по себе и не хотела уходить. Арсений волновался, но не за то, что мужчина остался голодным, а за то, что он прекрасно понимал — Шастун затаил обиду. И сразу появилось решение, что стоит сходить к нему, поговорить, ведь Попов и сам понимает, что игнорировал его, обращался плохо и даже не посмотрел на этого мужчину, который так и хотел обратить на себя внимание. В общем, не успев даже присесть в кресло, Граф вышел из кабинета и направился в сторону нужной ему комнаты, отпустив по дороге охрану. Арс торопился, хотел извиниться, поговорить. Он же не виноват — везде прослушка, их могли спалить в два счёта. Однако, подойдя к двери, прислушался. Стук кровати и стоны наполняли комнату. «Не может быть.» Он прислушался ещё раз, отошёл, покачал головой, снова приложил ухо к двери. Не мог поверить. Внутри что-то хрустнуло. Странное для него чувство, Арсений даже не понимал, что с ним происходит и почему именно сейчас, из-за Антона. В конце концов он не ему изменил, они же не вместе, к тому же Арс его задел. Но нет, внутри сжимается, сильно так, больно, голова начинает кружиться и сердце не бьётся, словно, это именно оно сжалось и всхлипывает от печали. А Попов только отгоняет боль эту. Шатается и отходит медленно к стене напротив этой злополучной двери, сползает вниз, голова утыкается в ладони. Без контроля, он пропал, сейчас такой нужный, он ушёл. Но этот мужчина не такой. Он резко поднимается, всё тело напрягается и вытягивается в струнку, теперь уже он проглатывает тяжёлый ком в горле, остается лишь развернуться на пяточках и гордо направиться в свои хоромы. «Я не знаю, что со мной, но мне это не нравится.» (Конечно, ведь именно ты научил себя когда-то не испытывать эмоции.)
