Foggy days in London town

- Я не понимаю… - хмурится Джозеф, задумчиво почесывая подбородок. - Что? – спросил Цезарь, поднося сигарету к губам, затягиваясь и тут же выдыхая сизый табачный дым. Рабочая смена еще не закончилась, но Цезарь решил «перекурить», а Джозеф составил ему компанию. По крайней мере, они хоть немного, но поладили. - Если ты о моей «вредной привычке», то я тебе уже говорил, что… - начал объяснять парень, но Джостар перебил его: - Да ладно тебе, блондинка, я не об этом… Услышав свое новое прозвище, Цезарь поперхнулся. Он серьезно только что назвал его «блондинкой»? - Вот, что я не понимаю, - продолжил британец, - то это то, какого черта ты привлекаешь каждую девушку, которая приходит в этот бар, и почему ты продолжаешь вести себя с ними как Казанова, даже если ты их больше не увидишь никогда, - закончил свою мысль Джозеф, выглядя при этом порядка озадаченным и в какой-то степени озлобленным. Цезарь хотел ответить, что на это есть свои причины, - в его понимании было бы грубо не составить компанию милой девушке, особенно, если та находилась в одиночестве, - но между тем до него дошло, что под этими словами имел ввиду Джозеф. Цезарь уставился на того скептично и залился смехом. - Ох, cucciolo, - Цеппели мягко хватает Джостара за щеку, слегка оттягивая ту в сторону, как делала это его тётя, когда он был младше, - ревнуешь? - дразня, спрашивает он. Джозеф же поспешно принялся отрицать это всё с такой уверенностью, что это только подтвердило гипотезу Цезаря. Хотя и Цезарь предвидел это, все равно не мог сдержать хихиканья. Кажется, у брюнета были некоторые... трудности в общении с новыми людьми. Ну серьезно, смуглый и серьезный на первый взгляд парень, такой как Джозеф, начал ревновать и всего лишь потому, что не может себя даже заставить нормально поговорить с девушками. Это просто уморительно и неожиданно (для самого Цеппели)... мило в одно время. - П-подожди! - воскликнул Джозеф в попытках сохранить свою гордость. - Я тебе покажу настоящий навык соблазнения! С этого момента у нас с тобой пари, все девушки, на которых ты положишь глаз - мои! - Брюнет гордо поднимает грудь, указывая на себя и понимая, что у него совершенно нет навыков соблазнения, да и вообще у него нет никакого опыта в романтических делах. Не смотря на это, он не позволит Цезарю продолжить насмехаться над ним, пока не попробует сделать хоть что-нибудь. Джозеф знал, что итальянец умный, что он тоже придумает что-нибудь в отместку. Но итальянец лишь снова посмеялся, сделал последнюю затяжку и перед тем, как выпустить сигаретный дым из легких, и выбросил тлеющий бычок в урну. Что-что, а мусорить итальянец никогда бы не стал. Цезарь ожидал, что Джозеф воспримет эту небольшую инсинуацию как вызов. Тем не менее, было забавно наблюдать над тем, как он этим взволнован. Тем не менее, им нужно было продолжить работу, поэтому Цезарь пожелал удачи своему "сопернику" и они оба направились к столам, чтобы обслужить клиентов.

***

- Итак... Я полагаю, что это явно не было запланировано, - сказал Цезарь, стараясь скрыть злорадный смешок в своем голосе. Джозеф тяжело выдыхает в ответ, потирая свою левую щеку, которая была чуть краснее, чем правая. Его план по началу шел просто идеально: он нашел симпатичную девушку, немного поговорил с ней, и она даже согласилась дождаться окончания его смены, которая должна была закончится всего через пятнадцать минут. Когда Джозеф наконец освободился, они решили вместе прогуляться до станции метро, с которой Джостар с Цезарем едут домой. Блондинка, то есть его вынужденный сожитель, уже знал, как добираться до этой станции, поэтому ему не нужно было идти с ними и быть третьим лишним, который бы порушил всё. "Пошёл ты, мистер Посмотрите-на-меня-я-итальянец-и-блондин-и-красивый-и-люблю-прекрасных-девушек, победа за мной!" - думал Джозеф, довольный собой.

***

Джостар даже не помнит, что он такого сказал, но это заставило девушку безудержно смеяться. У его сегодняшней спутницы был гнусавый смех, который часто прерывался смачным хрюканьем. Джозефу показалось это забавным, поэтому он не нашел идеи лучше, чем озвучить свою мысль. Как результат, девушка влепила парню смачную пощечину и покинула его, бормоча себе под нос какие-то оскорбления и оставляя Джостара в одиночестве.

***

- Я всё ещё не понимаю, что я сделал не так, - говорит Джозеф уже позже, встретившись с Цезарем в метро, устроившись с ним удобно в конце вагона и ожидая своей остановки. - Похоже ты был чересчур неотразим, - шутит Цезарь, похлопывая брюнета по плечу. Итальянец предвидел этот результат, однако ему всё же было любопытно узнать, как тот получил пощечину.

***

Если быть честным, Цезарь был удивлен, когда Джозеф поделился с ним тем, что он собирается прогуляться с девушкой, и Цеппели придется идти одному до станции метро. К счастью, он уже запомнил дорогу, однако понял, что гулять в этом месте и одному ему не очень нравилось: ему всё казалось, что он не должен находиться в этой стране, что ему не нравится. Англия намного отличалась от его родной Италии, его родного городка, где он знал все места, закоулки и всех людей, которые здесь жили. Он живёт в маленьком городе, отличном от Лондона. Было удивительно, что Цезарь начинал об этом думать только тогда, когда Джостара не было рядом; его присутствие отвлекало Цеппели от этих мыслей всё это время.

***

В конце концов он убедил Джозефа рассказать ему, как всё прошло. Как только Джостар рассказал тому о произошедшем, Цеппели покачал головой просто не веря своим ушам. - Джоджо, ты придурок, - отрезал итальянец, назвав парня его прозвищем, которое все в округе любили использовать, да и Джозеф сам был не против. Это был первый раз, когда Цеппели назвал его так, - они обычно не обращались друг к другу по имени - но ему не было стрёмно это говорить, как и Джозефу не было стрёмно это слышать; скорее благодаря этому короткому и простому прозвищу. Казалось, будто их дружба, наконец, начала расцветать. И всё же, Цезарь назвал его придурком, поэтому у Джозефа были все права оскорблённо спросить "почему?". - Потому что ты слишком честный, - отвечает блондин, - не нужно озвучивать все мысли, которые приходят тебе в голову, особенно, если это что-то тупое или это может оскорбить кого-либо. Цезарь будто оказывается снова в Италии, отчитывая своих младших братьев и сестер, когда они делают что-то глупое или опасное. Это ощущается странно знакомо, когда он отчитывает так же и Джозефа. - Но я всего лишь сказал, что у нее забавный смех, - отвечает в свою защиту Джозеф, - вот если бы я назвал её сукой или типа того, тогда уже другой вопрос. Джостар может и строит из себя умного мистера Я-справлюсь-и-без-твоих-советов, но иногда он просто туп, как пень. Цезарь вздохнул. - А тебе бы понравилось, если бы кто-то сказал тебе что-то похожее? - Цепелли скрещивает руки на груди. - Хм... - брюнет делает задумчивое лицо, размышляя над этим вопросом какое-то время, - М... Нет. - Его голос становится тише на последнем слове. Растерянный вид Джозефа заставил итальянца хихикнуть, сейчас тот выглядел по-странному очаровательным. Цезарь нежно потрепал того по волосам - жест, который Джозеф не оценил - и сказал: - Не переживай, biscottino, если ты будешь хорошим мальчиком, то я даже помогу тебе в романтических делах, - дразнит его Цезарь. - Спасибо, учитель, - саркастически отвечает Джозеф, поправляя его взъерошенные волосы, не особо понимая значения итальянского слова, которое тот произнес. И всё же, как бы Джостару не хотелось того признавать, возможно, ему действительно были нужны эти уроки.