Эффект ночной бабочки

Рейчел выпрямляет усталую спину, когда секретарша оповещает, что к ней приходит Джон. Он сделал карточный домик из колоды, который впоследствии упал, а ей досталась подобрать всё снова и переделать так, чтобы ни один ветерок не снёс и не повредил задуманное. В этот раз — это непосильная задача. Время идёт, а у них нет ничего, чтобы могло исправить положение. Этот разговор однозначно выведет их на поле битвы. Как же она выдохлась. — Войдите, — громко говорит Рейчел. Карандашом, в который раз, обводит деталь проекта, которая мешает ей исправить другие недочеты. Джон высокомерно открывает дверь и кидает в неё свой наглый, словно всезнающий взгляд. Руки он прячет в карманах синих брюк, пиджак того же цвета расстёгнут, открывая вид на белоснежную рубашку. Аккуратный вид бывает обманчив. — Добрый день, Джон. — Ой, — фыркает мужчина, морщась. — Давай оставим формальности заказчикам. Что с моим проектом, ты исправила планировку, наклон крыши и материалы? Всё. Ты исправила всё, — горит в голове Рейчел, вызывая головную боль. Нет никого способа преобразить проект, не убирая обещанные чудеса заказчику и ненужные пропорции странных стен, что якобы иллюзия играют с сознанием всех, чья нога туда вступит. Ещё стиль не её: она не работает с минимализмом и цилиндрическими конструкциями. Тем временем, её собственная работа стоит. — Нет, Джон, — вздыхает Рейчел, пытаясь унять свою злость. После той ночи с Кассией её гнев чуть притупился, в сердце росло что-то необъемлемое, тяжелое и навивало мысль, что это вовсе не из-за отличного секса. Чёрт, одно лишь воспоминание о её сонной улыбке приводило её в мягкое забвение. Они не могут удержать руки друг от друга с тех пор. Это случается снова и снова. Хриплые стоны, последовательные оргазмы. Рейчел, Кассиа, Кассиа, Рейчел. Говорящая закономерность, в которой есть подсказка, но Рейчел не может уловить её суть и остановить. Рука тянется, но хватает лишь воздух. Точно так же, как они не могут кончить одновременно. — Картер, — возмущается Джон, будто вылавливая её из толщи воды. — Сроки поджимают меня, делай свою грёбаную работу быстрее. — Я делаю всё, что в моих силах, — цедит сквозь зубы Рейчел, прикрывая глаза, вспоминая нежные фиалковые глаза и светлые волосы, это и правда успокаивает. Она делает это, чтобы не усугубить ситуацию и не попасться на провокацию. Он, как вампир, сейчас высасывает её кровь, клыки уже вошли в шею, но жертва — она всё ещё сопротивляется, барахтаясь в его руках. — Нет не всё, этого не достаточно, я хочу этот проект завтра у меня на столе, — рычит Джон, хлопая руками об её стол. Рейчел вдыхает через нос, челюсть сжимает, внутри тяжелеет от сдержанных эмоций, что словно животное наступили на её грудную клетку. Грёбаный выскочка. — Перестать ныть, — пытается игнорировать его вспыльчивость Рейчел. — В крайнем случае, воспользуешься страхованием проекта, возьмешь дополнительные деньги и предложишь что-то более приземлённое. Всякое случается. Его лицо бледнеет. Он пытается скрыть свою заминку, но Рейчел понимает, моментально понимает, что он обошел этот пункт, увеличив свою выручку, и перешёл сразу к делу. Облажался по-крупному. Ухмылка растёт на её лице, это именно то, что она ждала за всё это время. Можно будет поговорить с заказчиками, потому что богатые люди из Канады толерантны к подобным изменениям, они сначала постараются понять, что пошло не так, и как они смогут помочь архитектору это исправить. Нежели заказчики из Америки и Азии. Она хорошо уяснила это за несколько лет. — Просто сделай, что можешь, — твердо говорит Джон, пыл свой моментально убавляет. Но в его глазах презрение. — Я хочу пригласить заказчиков на встречу в следующую среду, поэтому сделай поправки до конца этой недели. Поняла? — Не говори со мной, будто ты здесь босс. Я тебе помогаю. — Нет, ты пресмыкаешься, детка, — хмыкает Джон. Он открыто пытается задавить её своим положением, несмотря на её социальный статус и семейное имя. Это опасные разговоры внутри офиса, и он выглядит недосягаемым и уверенным в своём положении, воздвигшим себя на пьедестал. — Я единственный у кого здесь есть яйца, понимаешь? И ты ходишь подо мной. Рейчел вдруг становится смешно. — И всё? — он перешёл границы окончательно. Но как бы ей не хотелось встать и выкинуть его отсюда, она не делает этого. Силой ничего не изменишь. Отец учил её спокойствию, поэтому они занимались йогой всё детство, когда парни в средней школе стали издеваться над ней из-за смены имени. Через год насмешки ушли, а через ещё год у неё появилась первая девушка — детская любовь, с которой ей пришлось попрощаться, разъезжаясь по университетам. У них было много смешных и милых моментов вместе, она крепко обнимала её, держала за руку на глазах у всех. Это были неповторимые ощущения, что быстро растворились спустя время. Влюбленность имеет свойство пропадать, но Рейчел никогда не забывала её. — Нет не всё, — рычит Джон, как же он бесится, что всё идёт не по его правилам, а его планы рушатся, он увяз в грязи, которую сам же создал. Им было бы хорошо делать совместные проекты, но огонь не взаимодействует с водой, как и они друг с другом. Рейчел не выносит самовлюбленность и высокомерие. — Просто не забывай своё место. Оно там же, где и место твоей бывшей суки, которую я приложил месяц назад. Как же она стонала… видимо всё-таки поняла, что член лучше языка. — Заткнись! Не смей так говорить о ней, — встаёт с места Рейчел. В груди пережимает, в горле сдавливает, голос выходит низким и тонким. Руки дрожат от обиды, чувства сыплются в прах от разочарования в Стейси. — Что правда глаза режет? — Пошёл вон! — срывается Рейчел, у него нет права использовать Стейси. — Я больше не намерена терпеть твоё неуважение. — Не забудь закончить до конца недели. В его глазах плещется игривость и наслаждение. Вампир получил, что искал, оставляя свою жертву истощенной и усталой. Он вновь кладёт руки в карманы брюк, поправив свой галстук, и выходит за дверь, оставляя её наедине с животной, кусачей болью в груди. Они со Стейси расстались, но его слова ударили ниже пояса, согнув пополам от дикой пульсации. Ублюдок играет не по правилам. // В баре играет громкая рокерская музыка, когда Рейчел заходит внутрь, расстегивая две верхние пуговицы своей белоснежной рабочей рубашки — пришлось приехать прямо из офиса, оставшись на сверхурочные. Внутри непривычно пахнет кальяном из смеси разных запахов, а лампы приглушены для словно не зрячих. Ей приходится моргнуть несколько раз, чтобы дать глазам привыкнуть к атмосфере. Она подходит к барной стойке и садится на стул, разглядывая зал, Кассиа писала, что они в углу, но там никого не было. — Дай бутылку воды, — протягивает Рейчел бармену. Ей хотелось выпить виски, но она пообещала забрать всю компанию на машине, и обещание ей важнее. После будет много времени ночью. Из другого зала послышался звонкий смех и Рейчел перевела туда свой взгляд. Вдали находилось три бильярдных стола, и две разлинованные дорожки с мишенями для дартца и дротиками на них. Она облизала губы и встала, взяв воду у мужчины в униформе с черной футболкой и эмблемой койота. — Девчонки будут выступать через час, если что, — подмигнул он. — Не пропусти. Рейчел с улыбкой приподняла уголок губ и бутылку в воздух, поддерживая его фразу, и ушла в сторону бильярдных столов через толпу пьющих крупных парней в кожаных куртках, обходя их, как заросли в джунглях. За одним из столов она узнала Кассию в кольце рук Аманды, деликатно направляющей её для точного и удачного удара. — Давайте, девчонки, покажите, что можете, — говорит парень в бандане своим басистым жестким голосом, играясь с кием в руке. В баре заиграло что-то похожее на ритм-энд-блюз. Рейчел встала ближе. — Сосредоточься, Касс, — промурлыкала ей на ухо Аманда, и что-то внутри Рейчел щёлкнуло от этой картины, съедая внутренности в медленной агонии. Она открыла бутылку и сделала глоток, пытаясь не попадаться Кассии на глаза, чтобы она не промазала. Резкий удар и красный шар с номером восемь попадает точно в лунку, принося очко их команде. Объятия Аманды разомкнулись, как тиски вокруг Касс, давая Рейчел свободу для вздохов, Кассиа подпрыгнула с тихим радостным визгом и подняла кулаки вверх. — У меня получилось! — прокричала она. Фиалковый взгляд остановился на ней, и её лицо стало ещё радостнее. — Рейчел! Ты пришла! Кажется, девушка напилась, первое, что становится ясно. Рейчел кивает ей с мягкой улыбкой, и Кассиа быстро подходит ближе, забирая её в свои нежные объятия, от которых в груди пульсирует с невероятной силой притяжения. Мягкость внутри чуть притупляет боль от ранних эмоций и будто заглушает вирусное распространение, губы сами собой тянуться к светлым волосам, но вместо поцелуя выходит лишь детское прикосновение. Вовремя останавливается, не давая себе показать столь сильную привязанность. — Эмс, — протянула довольная Кассиа. Русая девушка показалась из-за громоздкой спины парня с кием. — Это Рейчел. Рей, это Эмили, моя лучшая подруга. — Приятно познакомиться, — Рейчел вежливо протянула руку вперёд. Взгляд неловко прошёлся по фигуре, оценивая внешность лучшей подруги Кассии. Эмили выглядела слегка полноватой, но в большинстве случаев Рейчел находила это даже красивым. Объёмная грудь, медвежья фигура, тонкие ноги и мускулистые руки в плечах с миловидным лицом под толстым слоем макияжа. Кокетливость на губах и энергичный взгляд — она выглядела беззаботной и простой. Эмили улыбнулась и, сделав шаг вперёд, хлопнула по ладони Рейчел в какой-то братской, развязной манере. — Рада тебя встретить, клиент года, — протянула она. Рейчел почувствовала, как эта шутка моментально пошатнула её равновесие, резко ударив под дых. Очередное напоминание их неправильно-зародившихся отношений. Эмили всё знает, Эмили вбила в неё гвоздь, разбив вдребезги своим показательным остроумием. Она прочищает горло, пытаясь вытеснить впившиеся осколки той ночи, и выдавливает улыбку, чтобы показать себя непринужденной. — Эмс, — шипит Касс. — Извини, тупая шутка. — О, сестренка Кассии, — с озорством говорит Аманда. В голове вспыхивают обрывки теплых объятий, мокрых пальцев, чувственных стонов. Так вот, как она выглядит рядом с ней? Взрослая, высокая, не подходящая под её пару, без единого намека на сочетание со светлыми волосами и нежными глазами. Кассиа вдруг обвивает её талию рукой и притягивает крепче к себе, когда Рейчел ежится от произнесённых слов. — Нет. Она моя — — Я её — «Подруга» — застывает на языке. Они начинают одновременно и перебивают этим друг друга, и Эмили сразу же прыскает от смеха, смущая их обеих. Парень рядом с ними подозрительно хмурится, печально рассматривая расположение шаров на бильярдном столе, видимо, пытаясь не участвовать в их личном разговоре. Аманда приподнимает одну бровь в явном ожидании продолжения. Но его нет. Они обе молчат, как вкопанные. Зарытые в песок с головой от страха. — Они коллеги, — серьёзно кивает Эмили, но ухмылкой сильно выдает себя. — Напомни мне, почему я с тобой дружу? — Кассиа прикладывает руку ко лбу. Она отстраняется от Рейчел и от этого действия в груди возникает пустота. Руки зудят от желания вернуть объятия. — Потому что я смешная и забавная. — Что-то ты не похожа на ученого-ботаника, — размышляет Аманда, оценивая взглядом Рейчел. Кажется, она не любит напрягать свой мозг. — Касс, разве ты сейчас где-то работаешь? Эмили выглядит победившей к этому моменту, пристально наблюдая за ними обеими с ухмылкой ожидая то, как они будут выкручиваться, и Рейчел приходится вспомнить все диалоги с Касс, чтобы выдавить из себя хоть какую-нибудь ложь и найти подсказку. Хоть что-то, чтобы подурачиться. — Я работала раньше официантом. Но… — Мы просто хорошие знакомые, — слетает с губ Рейчел с привкусом горечи и будущих последствий. Кассиа опускает взгляд. Мрачнеет. Но от слова «подруга» её воротит ещё больше, друзья из них выходят ужасные, а другого приличного и подходящего определения у неё нет. Они тайные любовницы, что делят секреты по ночам и сохраняют молчание при свете. Им обеим это хорошо известно. — Я за ней присматриваю. — Говорю же, как твоя сестренка, — фыркает Аманда. — Идем доигрывать? — За мной не надо присматривать, — Рейчел видит, как Кассиа сжимает челюсти, когда возвращает всё своё внимание к бильярдному столу. В руки берёт кий и резко ударяет по белому шару, отталкивая несколько других в разные стороны. Хаотичность подобна тому, как чувства одолеют внутренности Рейчел, выворачивая до сильной тошноты. — Ауч, — говорит Эмили рядом. Хлопает её по спине свободной от бутылки пива рукой. — Уверена, что не хочешь выпить? — Не надо, — измученно отвечает Рейчел. Усталость моментально одолевает, стоит посмотреть на барный стул. Работа, Кассиа, Джон, Стейси. В последнее время это слишком давит на плечи. — Я пойду, посижу и подожду, когда они закончат. — Ты в порядке? — вдруг уточняет Эмили. Она неловко крутит пиво в руке, делает глоток, искреннее беспокойство играет в глазах. — Конечно, — врёт Рейчел. — Просто… развлекайтесь, ладно? — Как скажешь, — кивает Эмили. — Я подойду к тебе позже. Рейчел уходит в сторону. // Рейчел заказала себе томатный сок, депрессивно наблюдая целый час за весельем Кассии и Аманды. Возможно, ей стоило согласиться на такси и начать пить несколько минут назад, но что-то подсказывало, что трезвый мозг гораздо нужнее. У неё было время посидеть и подумать обо всех своих эмоциях. Её успокаивало, что Кассиа находится на расстоянии вытянутой руки и в поле зрения и с ней ничего не может случиться, как в прошлый раз на вечеринке. Но присутствие Аманды чем-то раздражало. — Успокойся, между ними ничего нет, — рядом садится Эмили, бьет прямым лезвием в центр мишени. — Я более чем уверена, что Аманда гетеро, которая не понимает, что это выглядит, как флирт со стороны. Плюс Кассиа в ней не заинтересована. — Я спокойна. — Её внезапно цепляет последняя фраза. Рейчел поворачивается лицом к Эмили, подвинув томатный сок по стеклянной поверхности барной стойки. Взгляд падает за её плечо, туда, где танцуют девушки в сексуальных нарядах и ковбойских шляпах. Бармен не соврал представление отличное. — А с чего ты так уверена, что Касс не заинтересована? — А с чего ты решила, что ты — нет? Это чёртов бумеранг. — Что? — чуть хмурится. — Ой, да ладно, вы же спите друг с другом, да? — хмыкает Эмили, делая глоток водки с пивом. Её глаза блестят так же, как у Кассии. — Пожалуйста, не разбей ей сердце своим пренебрежением. Не пойми не правильно, вы можете делать всё, что угодно — это ваше личное дело. И я вас обеих понимаю: нам всем порой необходима разрядка, классно, что вы, ребята, нашли это друг с другом. Но… — Но? — протягивает Рейчел, вслушиваясь не перебивая. Эмили лучшая подруга Кассии и она знает намного больше о ней, чем кто-либо ещё. У них есть история, скрытая на страницах прошлого. Это стоит уважения. Взгляд падает на голый зад девушки у неё за спиной. Танцовщицы тут работают на славу, развлекая посетителей, несколько минут назад они слизывали соль с тел друг друга и пили текилу, грязно дразня всех не случившимся поцелуем. Рейчел облизывает губы, и Эмили щёлкает у неё пальцами перед глазами. Приходится виновато улыбнуться. Пялиться было необязательно в такой серьезный разговор. — Но что? — повторяет она. — Но если ты играешься с ней, то лучше отступи сейчас, пока она не пострадала в процессе. Она мало говорит о ваших отношениях, но я точно знаю, что Касс расстроена тем, что ты отталкиваешь её. Рейчел неуютно ёрзает на стуле. Взгляд падает в пол. — О чем это ты? — Люди постоянно обманывают её и пользуются её телом, — серьёзно отвечает Эмили, взбалтывая содержимое своего напитка. Она быстро проверяет, что Кассиа всё ещё в углу с Амандой. Не пойманный партизан. — Ублюдок из детдома запугал её в пятнадцать, вынудив её спать с ним, и делал он это с ней на протяжении трех лет. Она стала сильнее, пережив это, но если к физическим страданиям она привыкла, то к эмоциональным нет. Этот ребёнок заслуживает доверия. Ты делаешь ей больно тем, что держишь её на расстоянии вытянутой руки. — Никогда не поверю, что Касс тебе так сказала, — Рейчел пытается пропустить сказанное. Но вместо этого сердце сжимается, а тяжесть на плечах убийственно тянет вниз больнее. — Это только моё дерьмо, Эмили. Я не хочу её втягивать, понимаешь? Дело не в том, что я ей не доверяю. Я не хочу, чтобы она лишний раз переживала, она итак взвинчена из-за учёбы. — Ты права, я просто предполагаю, что она не против разгребать твоё дерьмо вместе, раз уж она так часто упоминает, что ты игнорируешь её. Она боится, что для тебя это всё ещё игра в помощь. Хотя я вижу, что это не так. — Вздыхает Эмили. — Вы обе такие упрямые. В любом случае, я рада, что ты у неё тут есть и она не одна. По телефону она звучала радостнее с тех пор, как вы встретились. — Я пытаюсь ничего не испортить, — сдерживая дрожь в голосе, отзывается Рейчел, она не понимает, что это за чувства, которые так болезненно осыпают её изнутри. Россыпь покалываний по грудной клетке. — Разве в вашей ситуации это возможно? — наклоняет голову вправо Эмили. Лицо печальное. Иногда нужно сломать старое здание, чтобы на его месте построить новое. Проект Джона следует переделать, чтобы придать ему настоящие нотки, точно так же, как её отношениям с Касс нужны перемены, чтобы сблизиться. Это неизбежно. Их ссора неизбежна. Им нужно услышать друг друга во весь голос, до криков и хрипоты в горле. — В том то и дело, что нет. Рейчел собирает все оставшиеся в себе силы и встаёт, чтобы привлечь внимание Кассии и заполучить её тепло рядом, полностью отобрав его от беспечности Аманды. Через минуту руки обхватывают её запястье в мягком жесте и притягивают к себе. Она поворачивается к ней лицом и протяжно смотрит так, что колени дрожат от волнения, а губы желают коснуться чужих. В другой руке Касс находится дротик, Аманда с интересом наблюдает за ними. Всё это так легко может причинить боль. И причиняет. — Решила наконец-то перестать игнорировать меня? — глупо хихикает Касс, приходится её подхватить крепче. — Касс, — просит её Рейчел, она упустила тот момент, когда язык Кассии стал заплетаться, глаза рассеяно задвигались, а тело отзывалось на любое приглашение. Это совсем нехорошо. В баре полно голодных взглядов на молодую девушку вот-вот готовую потерять контроль. Легкая добыча всегда находит круг зверей. Рейчел понимает, что она допустила это — ослабила жгуты и верёвки вокруг себя, доверяя ей и Эмили, позволяя следить за всем издалека. — Послушай, я… На языке вертелось столько фраз, чтобы начать разговор хоть о чем-то с ней, или чтобы выяснить положение вещей, поправить неловкость, в которую они попали. Но вдруг заиграла музыка: грязная, вовлекающая с нужными словами, и… — Пойдем потанцуем? — это всё, что было внутри её сердца. — Здесь все пьют, — вдруг улыбнулась Кассиа, тая на глазах. Там были ещё парочки, танцовщицы, одиночки. Лгунья. — А мы потанцуем, и сделаем вид, что напились так сильно, — Рейчел протянула к ней вторую руку, приглашая присоединится к своему безумию. Внутри неё был только томатный сок, но она чувствовала себя пьяной, сделав, пару зазывающих движений, которые вызвали приятную улыбку у Кассии. — Аманда, возьми, — Кассиа вернула дротик в руку Аманды и полностью повернулась лицом к Рейчел. — Но мы даже не доиграли, — буркнула Аманда, обиженно вытягивая нижнюю губу. Испорченный маленький ребёнок. — Я сыграю за неё, — подходит Эмили. У неё теплый взгляд в их сторону. Рейчел моментально потеряла бдительность, стоило обхватить тонкую талию после слов Эмили и притянуть Кассию: невероятно маленькую и притягательную к себе. Нежные руки прошлись по её шее и аккуратно на неё легли, оставляя за собой легкое ощущение робости, когда они вступили в танец, словно сложив головоломку в полноценное изображение. Зрение потеряло свою силу. Существовали только касания. Жар одного тела к другому, ощущения бёдер напротив чужих, чуть вспотевшие пальцы на коже и ноги, переступающие по твёрдому полу. Желание стать теснее глубокое, насыщенное и яркое настолько, что ей приходится опустить голову, прижимаясь своей щекой к щеке Кассии. Губы тянуло к тонкой шее. В баре было немного душно, так что Кассиа казалась вспотевшей в этой атмосфере, её духи давным-давно смешались с её родным запахом тела и потом. Но у неё не было сил оторваться от неё. — Я тебя не игнорирую, — шепчет Рейчел, двигая ногами в такт музыки, направляя их из стороны в сторону. Кассиа чуть выгибается навстречу, и она кружит их под крутой переход, пытаясь хоть как-то подстроиться. Они очевидно не соответствуют половине песни, будучи чем-то своим, неподвластным окружению. И её это совершенно устраивает. — Просто очевидно, что ты занята своей соседкой. Едкость легко проскальзывает в голосе. — Оу, вот как, — сдвинулась Кассиа в бок. Рейчел поймала её снова. Их руки соединяются в плотный замок, а тела расстаются. Словно образуют пропасть. — На самом деле, я сомневаюсь, что Аманда после этого даже подойдет ко мне в университете. Она непостоянная, и ей нужно много внимания. Не доверяй всему, что видишь. Или… тому, что ты хочешь видеть. Рейчел толкает Кассию от себя, чтобы порвать с расстоянием и сблизить друг друга в новом ключе. Тело источает жар, в паху разыгрывается возбуждение от ударившейся груди о её собственную. На девушке короткое, милое платье, подстрекающее фантазию. Она пыталась игнорировать этот факт весь вечер, но когда они так тесно друг к другу, это становится почти невозможно. — Тогда, — томно тянет Рейчел, облизывая нижнюю губу. — Что именно мне нужно видеть в действительности? Кассиа выкручивается из её хватки, поворачиваясь боком и встречая музыку в новом движении, касаясь Рейчел бёдрами. Это было таким естественным — ощущать её. Рейчел подхватила изменение настроения в её изгибах, теле, ритме, ставшим чуть более агрессивным, дерзким и развязным. Руки легли на талию, откровенно блуждая по ней вверх и вниз, разгоняя кровь в венах, раскачивая сердце с каждым новым поворотом и соприкосновением. В ушах застучало, когда она почувствовала её ягодицы своим пахом. Рейчел сглотнула, испугавшись нахлынувших, неподвластных эмоций, будто толкающих на что-то рискованное и опасное против воли. Из-за этого она делает шаг назад, руками скользит по талии вниз, ища пространства для свободного вздоха. Но Кассиа оказывается быстрее, опережая её в этой игре и протягивая пальцы вверх, оплетая её щёку; ухо; шею; крепко удерживая на месте. Губы находились в нескольких сантиметрах от светлой макушки. Это впервые казалось правильным. И это ударяет в грудь, как мощная волна, укутывающая с головой. Она смыкает руки вокруг неё. Кассиа поворачивает голову в бок, держа ритм в её объятиях. На её красивом лице открывается чистое удовольствие нарисованное всеми яркими красками, когда они тянутся губами друг к другу. Рейчел проводит пальцами по её худому плечу к подмышке, к бедру, наивно поддаваясь ловушке Кассии. Поцелуй обрывается не начавшись. Толчок спиной отправляет её пятиться назад от неожиданности. Кассиа разворачивается и успевает схватить её за воротник рубашки, прижимая их обратно лицом к лицу, глаза в глаза, там где сирень цветёт напротив серого пошарпанного асфальта. — Ничего, — сжимает челюсть Касс. Но Рейчел ждала и видела, она — колебалась. У неё был настоящий ответ, её взгляд горел, а грудь вздымалась от тяжелых вздохов. Губы формировали одно, а сказали другое. — Тебе ничего не надо видеть, мы ведь просто… у нас — только секс. Рейчел смыкает челюсть, наклоняется, лбом касается её. Кассиа жмётся в ответ, переводит дыхание, готовит очередное продолжение — порез на её шее. Слова колют, испытывая. Пальцы жестко зарываются в светлые волосы, хватка неприятная, но Кассиа не сопротивляется, даже не пикает. Лишь вжимается в неё плотнее, куда дальше неизвестно. — Мы можем отправить девочек на такси, а сами поехать к тебе, это ведь то, как устроены эти отношения? — её слова частично перебиваются взвизгами толпы у бильярдного стола и словами песни. Рейчел не может сосредоточиться, не слышит. Ты — то единственное, чем я не могу насытиться. Так что я скажу тебе кое-что: это может быть только любовью. — Я так хочу тебя. Рейчел почувствовала сопротивление внутри себя, горечь, напряжение, и щепотку эгоизма. Либидо вспыхнуло от одной лишь просьбы, сказанной тихим, горячим шёпотом лишь для неё одной. Это было не время и не место для серьёзных разговоров, поэтому она позволила ей уйти на этом, в эту ночь последнее слово было за ней. Без ответа и без признания. Сосредоточиться на страсти, казалось, лучшим из вариантов. Простым, без фокусов и иллюзий. — И я тебя тоже, — наклоняется к ней ближе Рейчел, в горле стягивает. Кокетливая улыбка притворная и не настоящая. — Мне так хочется сорвать с тебя это платье и прижать к поверхности любого стола. Кассиа вздрагивает от её высказанных фантазий, эффект выходит именно тем, который был нужен. В игры не играют поодиночке. Уголки её губ приподнимаются в смелой, дразнящей улыбке, и она ведёт руками по плечам Рейчел, словно в первый раз, не позволяя себе лишнего, чтобы не перейти черту. — Но? — выдыхает Касс. — Ты пьяна, а я не пользуюсь маленькими, пьяными девочками, — утверждает Рейчел. Её Кассиа никогда не бывает такой откровенно-распущенной, дразнящей и прямолинейной. Алкоголь может быть и придал ей храбрости, разрушая тотальный самоконтроль, но завтра это обязательно станет причиной сожалений, а ей бы этого не хотелось. — Можешь приходить ко мне каждый раз, когда у тебя есть желание, но только не так. Ты мне важна. Ткань её рубашки на плечах агрессивно стягивается. — Нет, ты только говоришь так, — мотает головой Кассиа. — Почему ты так считаешь? — шипит. Домик разваливается — вот оно, тот момент, который они то накаляют, то охлаждают, то откладывают в сторону. Рейчел понимает, что откладывать неизбежное глупо и невозможно. Хватит. — Потому что — Рейчел хватает её за руку и уводит на выход. Невыносимо. // Больше похоже на то, что в её соке был алкоголь, потому что Рейчел одурамена и сходит с ума, выкидывая глупость за глупостью. Пальцы в грубом жесте сжимают запястье Кассии и тянут её за собой. Впереди укромный уголок и накатившие чувства, что взрывают её, делают полной, и сытой по горло недопониманием. — Рейчел, да подожди ты, нас могут неправильно понять! — Пускай! — рычит Рейчел. Она толкает дверь бара и выходит на улицу через другой вход, свежий воздух усиливает давление и предает ещё больше сил. Руки тянут их к одной из стен, Кассиа ударяется спиной и испугано расширяет глаза. Хорошо, что рядом больше никого нет. Им нужно уединение. — Какого черта между нами происходит? Что не так? Глаза в глаза. — Ты мне скажи, — хмурится Кассия, блеск в её взгляде уже не тот, что прежде. Протрезвела под всеми этими движениями и разговорами. — Это ведь ты две недели ведешь себя так, словно у тебя кого-то убили. Что у тебя случилось? — Тебя это не касается, — отстраняется Рейчел, руки убирает с чужой талии. — Я уже говорила, что совсем разберусь. Тебе просто не стоит в это лезть и тогда у нас всё будет отлично. Резко, неправильно. — Как скажешь, — равнодушно пожимает плечами Кассиа. Она слегка горбится, поникает, и всё будто возвращается к тому, с чего они начинали, осыпая сердце Рейчел крупинками стекла. Она зарывается руками в волосы, чувствуя себя глупой и испуганной. — Ты права. Я не знаю, что я себе надумала. Ты — не моё дело, и мы никто, чтобы я волновалась за тебя. Всё всегда сводится к сексу, мне давно надо было привыкнуть к этому. Рейчел моргает, картинка Кассии возле стены будто размывается. — Я… — тянет она, голос на несколько секунд пропадает, утягивая её на самое дно. Давай теперь, выбирайся оттуда, раз себя затащила. Дальше выходит лишь сдавленный шепот. — Ты перевираешь мои слова, я никогда такого не говорила. Мы — у нас всё по-другому, я не говорила никогда, что мы никто — — Тогда кто мы? — вскрикивает на неё Кассиа, её нижняя губа дрожит. — Ты постоянно мне говоришь это снова и снова и снова, что я тебе важна, что тебе небезразлично. Но ты никогда не думаешь, что это эгоистично, верно? Почему это должно работать только в одну сторону? Я не хочу так, это просто несправедливо. Я вижу тебя, Рейчел, и я вижу, как тебе плохо, и я не собираюсь быть слепой. Ты задаешь мне личные вопросы, и хочешь услышать ответ. Чем я хуже? Давай тогда мы не будем так близки и закончим узнавать друг друга, а оставим лишь секс, тогда это будет хотя бы честно. Этого… много. Рейчел никогда прежде не слышала от неё таких длинных речей, она отдает себя их отношениям так искренно, так отчаянно, словно цепляясь за остриё лезвия, заставляя себя кровоточить, лишь бы выстоять и защитить. В груди сжимается, боль пульсирующая и давящая со всех сторон. Она встаёт к ней ближе и кладёт обе руки по бокам от её головы. — Подожди, Касс, — мотает головой напротив неё Рейчел, волосы у неё побрасывает вверх дуновением ветра. Только сейчас замечает, что на улице слегка морозно, а они обе без верхней одежды. Но дрожит её тело явно не по этой причине. — Я же говорю, что разберусь, что это не касается тебя. — Я уже поняла, спасибо, — щебечет она напротив. — Я не имела в виду, что ты мне не важна, или что я не хочу тебя пускать в свою жизнь. — Просто ты не понимаешь, как это выглядит со стороны, да? — печально хмыкает Касс. Но взгляд не отводит. — Ты делаешь шаги в мою жизнь, но когда я делаю это в ответ, думая, что так это работает, то я становлюсь сразу никем. Только препятствием. — Нет, это не так, — скулит Рейчел. Губы мягко касаются губ напротив, но сразу же отстраняются: удержаться от действий в таком положении эмоционально тяжело. Тело накалено до предела, словно живет своей жизнью, отдельной от разговоров. Из груди вырывается признание. — Ты никогда не была мне никем. — Я не хочу никаких ярлыков, или признаний, Рей, — Кассиа наконец-то дотрагивается до неё, возвращая упавшее сердце на место. Её пальцы зарываются в темные волосы, и голова Рейчел наклоняется дальше, опускаясь лбом на небольшую, теплую грудь. — Я хочу честности. Потому что ты тоже — ты тоже мне очень важна. И за долгие годы, с тех пор, как я начала учиться в марте, мне кажется, будто я наконец-то жива. Я не хочу отпускать это чувство. Ты часть всего этого. Рейчел прикрывает глаза. Расслабляется. Кассиа открывает её своё сердце по крупицам, внутри него становится так необъятно тепло и хорошо, её засасывает внутрь него, как в огромную воронку. Если так продолжится и дальше… Что ж, так тому и быть, она улыбается в её грудь и поднимает голову. Фиалки напротив одинокие и ожидающие, будто им пора подарить солнце и воду, и губы тянутся вперед без разрешения. Поцелуй короткий, но решительный. Вдыхает и выдыхает. Кассиа молча на неё смотрит. — У меня проблемы на работе, а моя бывшая переспала с моим коллегой, который думает, что лучше меня и умело этим пользуется, и я знаю, что это не масштабная проблема, просто меня это напрягает, бесит и выводит из себя, — говорит вязким и натянутым голосом. Огорчение ярко слышно и ей самой. Она ждет, что Кассиа сейчас засмеётся от столь нелепых переживаний, но вместо этого, на её лице появляется мягкая улыбка. В душе становится легче, словно кандалы внезапно расцепились и отпустили в воду. В свободное плавание. — Я понимаю, почему тебе неприятно, — отзывается Кассиа, мягко, успокаивающе. Рукой проводит по волосам, гладит. — Я только не понимаю, зачем было держать это в себе. Хочешь побеситься, пойдем купим посуду и покидаем её об стену, будешь представлять того парня и разбивать её на много-много маленьких кусочков. Рейчел мягко смеётся. — Никогда в жизни. — Ладно, тогда мы можем придумать что-нибудь другое… — Кассиа прикусывает губу, рука в волосах резко сжимается, а другая опускается на её пах. Очень смело с её стороны. — Блять, — громко ругается Рейчел от неожиданности. Перед ней маленький чертёнок, и как она не замечала этого раньше. — Касс, не дразни. Я едва себя контролирую с тобой, у меня итак уже стояк такой, что мне стыдно вернуться обратно. Сильно заметно? Она отходит от неё, чтобы ничего не испортить. Кассиа обводит её взглядом. — Чуть-чуть, не думаю, что кто-то заметит, правда. Не переживай. — Ладно, — кивает Рейчел, пытаясь успокоиться. — Готова вернуться обратно? — Нет, — улыбается Касс. — Но надо. Они с пониманием смотрят друг на друга. // Пятьдесят раз вперед, и столько же назад, Рейчел сжимает зубы и поднимает туловище в горизонтальное положение, прижимая руки к затылку. По спине течет пот от непрерывных упражнений в течение часа. Она закидывает полотенце на плечи, вытирая лицо, и уходит в раздевалку, увидев пропущенные вызовы на сенсорных часах. Телефон лежит в шкафу, чтобы не отвлекаться. Все её знакомые, коллеги, и друзья могут подождать час тренировок. Но не Кассиа. Ради Кассии она открывает шкаф и выуживает белый айфон. — Касс, ты звонила, — утверждает она, присаживаясь на скамью. — Ага, я опять не вовремя? — в её голосе однако чувствуется любопытство. Рейчел ощущает прилив восторга от её звонка, прошло около недели, с того момента, как они были в баре; водили Эмили по достопримечательностям, а потом провожали её на автобус до своего города. С тех пор обе были заняты, обдумывая случившееся. И побыть вместе не получалось. — Нет, всё нормально, я в спортзале, — успокаивает её Рейчел. — Как ты? — В предстоящих экзаменах, — устало вздыхает Кассиа. На заднем плане слышатся сигналы машин, значит она на улице. — Перед Рождеством надо многое повторить и чуть поднажать, чтобы написать тесты, а то проверочные я сдала на «C+». Мне надо было разобраться, что я не понимаю. — И как, получается? — пробные тесты всегда сложнее, чем экзамены, так что Рейчел не чувствует беспокойства. — Ну… я сегодня позанималась вместе с девочкой из группы, вот иду обратно в общежитие. — Рейчел вспоминает о словах Джона про Стейси, красоту Кассии, и к ней вдруг подступает холодное чувство, огибающее спину, будто призрак за спиной. — А ты? Разобралась с работой? Рейчел мотает головой. — Эм, всё ещё нет, но я стараюсь хоть как-то расслабиться. — Поэтому ты гоняешь себя в спортзале? — Да нет, — улыбается Рейчел. Ещё несколько громких сигналов раздаются из телефона Кассии, она хмурится. — Ты где? — Около кольца в центре, извини, если плохо слышно, — Кассиа делает свой голос громче. Рейчел вырисовывает это кольцевое движение в своей голове, поток машин, и опасность, и красный свет мигает в её голове быстрее, чем она успевает переключить на зеленый для рассуждений здраво. — Будь осторожна, там иногда летают, как дикие. — Да я вижу, сначала думала успею перейти, но машин так много, что сейчас топаю до пешехода, а он, как назло, далеко от меня. — Её речь быстрая и рваная, из-за того, что она идёт и говорит. — Рейчел, у нас же всё в порядке? — А? — не понимает Рейчел, в горле сухо, поэтому она тянется за водой. — Конечно. — Я просто, — Касс слышно робеет. — У меня не было возможности извиниться за моё поведение в баре, я не знаю, что на меня тогда нашло. — Это ты о том, где ты попыталась залезть мне в штанишки? — издевается Рейчел, понимая о каком моменте идет речь. — Или о том, что ты грязно хотела секса? Кассия громко прокашливается, прочищая горло. — Ты знаешь. Там… около стены. Да, — чуть ли не заикаясь отвечает она. — Не понимаю, что ты там бормочешь. — Рейчел забавляется от её реакции на все сексуальные, откровенные разговоры и действия. Видимо активная она по большей части только, когда выпьет. — Да, Господи, — взрывается смелостью Касс. И добавляет мягче. — Ты невыносима. — Да ладно, это было даже мило, — задумчиво протягивает Рейчел, когда смотрит по сторонам, прежде чем продолжить говорить. То прикосновение Кассии было смесью неловкости и неопытности, но до безумия сладкое и необходимое. Её птичка учится расправлять крылышки. — Но теперь я думаю, что должна тебе, как минимум, один оргазм. — Оу, — из горла Касс выходит характерный игривый звук. Рейчел прикрывает глаза, чтобы не дать себе возбудиться от мыслей о стройном теле в своих руках. Отрицать очевидное влечение становится глупо. — Я — когда я могу получить его? Губы расплываются в улыбке. — В любое время, — а потом она не оставляет ей выбора, ощущая жадную и эгоистичную потребность встретиться. И часть неё знает, что это не из-за секса. — Тебя забрать? — Я буду ждать тебя в кафе, — быстро тараторит Кассиа. — Тогда, считай, я на полпути к тебе. Остаётся не потеряться. // Улица, машина, лифт, последовательность переплетает их в одно и приводит к ней на квартиру, без намёка на секс и пошлость. Они терпеливо ехали и общались. Но между ними, и в их взглядах чувствовалось нарастающее влечение, стягивающее нервы в узел и удерживая его до определённого момента. Тонко, испытывающее, подогревая интерес с каждым новым словом и действием. Фиалковые глаза горят наблюдательностью. — Ты — ты хочешь что-нибудь выпить? — пытается быть ненавязчивой Рейчел. Они делают это не первый раз, но каждый новый — волнует её сильнее предыдущего. Плюс прошлое Кассии немного остужает пыл, ей не хочется брать, наоборот — сделать приятно только в одну сторону. Разговор с Эмили дал свои плоды. — Не-а, — отзывается Кассиа. Она снимает свою парку, убирает её в шкаф, попутно избавляясь от обуви и шапки. В этот раз начать сложнее. — Может быть, хочешь перекусить? Ты голодна? Кассиа снимает с себя совершенно безвкусный, страшный поношенный свитер, оставаясь в одном сером топике, оголяющим живот, от вида которого сердце Рейчел прыгает в пятки и ускоряет ритм. Руки трясутся от волнения. Девушка быстро подходит ближе и хватает её за край кофты, утягивая в сторону спальни, и ей не остаётся ничего кроме как последовать за ней. Податливо и подавлено этой внезапно появившейся уверенностью. — Сегодня я сверху, — рычит Кассиа, толкая её спиной на простыни. Тон не требующий возражений и споров. А Рейчел и не думает сопротивляться. Она громко скулит, испытывая нахлынувшее возбуждение от доминирования над собой, бёдра толкает навстречу маленькой, юркой руке уже залезшей под её свободные штаны после спортзала. Поцелуи Кассии глубокие, поглаживания на боксерах — твёрдые и разогревающие. И всё это хорошо и правильно, невероятно естественно с ней, как проявляющиеся цвета в глазах человека. Разум расслабляется, с лёгкостью принимая то, что здесь и сейчас… ей больше никто не нужен. Они чувствуются потрясающе. // Кончик карандаша постукивает по новому наброску для Джона, пока Рейчел усиленно ищет решение, которое может устроить и заказчика и Джона и Майкла. Но ничего не выходит. Мысли, как сотни машин на автомагистрали перестраиваются из одной полосы в другую: из чужого проекта в новый шанс и возможности, из них к последствиям и крутым поворотам. Тяжелый вздох слетает из приоткрытых губ. Она подпирает голову рукой и устало промаргивается. Сон с легкостью перебивается. Мягкие босые шаги заставляют её перевести взгляд к двери. — Птенчик, — ласково шепчет Рейчел. — Ты чего проснулась? — Из-за твоего отсутствия, — тихо отвечает Кассиа, она подходит ближе к краю её рабочего стола, глаза трёт кулаком. На ней нет ничего кроме синей футболки Рейчел и светлых шелковых трусиков. Её пальцы проходятся по краю стола, а прищуренный взгляд ещё не привыкший к свету по рисункам, пока не останавливается на ней. — Сроки подгоняют? — Если бы только сроки, птенчик. Проект находится в подвешенном состоянии и из-за этого пришлось отложить встречу со спонсорами, наши заказчики в бешенстве, а мой коллега истерично ноет, — признается Рейчел, устало откидываясь на спинку кожаного кресла. Кассиа обходит стол и встаёт ближе к её чуть расставленным ногам. Она вздыхает и тянет её к себе на колени боком, наполняя пустое чувство одиночества. Руки протягивает к оголенному бедру, вырисовывая чудесные узоры: бессмысленно, но с теплым ощущением бархатной кожи под подушечками пальцев. — Тебе следует поспать, — мурлыкает Кассиа, тянется губами к ней навстречу, запрокидывает одну руку ей через плечо. Рейчел выдавливает из себя улыбку и чмокает её, оставляя за собой лишь отпечаток присутствия. Она отстраняется и проводит ладонью по её темным волосам. — Выглядишь уставшей. — Так и есть, — не отрицает Рейчел, а Кассиа жмётся ближе, растворяясь в её руках. В конце концов, они плотно соприкасаются друг с другом, когда голова девушки находит своё словно законное место на её плече. Приходится обнять её за талию для удобства. Сердце застывает в спокойствии. — Знаешь, есть один проект, который я хочу реализовать, но тогда мне придётся пожертвовать работой, возможно, полностью её потерять, потому что он потребует моего полного участия от начала и до конца. — Может быть, твой босс будет снисходителен? — мягко шепчет Касс ей на ухо. — Видишь ли, Майкл очень часто полагался на меня, и если этой поддержки не станет, многое может пойти не так. Боюсь, что он будет в бешенстве. Он против того, чтобы я занималась посторонними проектами. — Звучит так, будто он часто использовал тебя, тогда, когда ему это было нужно, — фыркает Кассиа, носом вжимается в шею. Рейчел ёжится от ощущения лёгкой щекотки. — А теперь он всеми силами пытается не дать тебе соскочить.  — Нет, он… нет, просто, это моя работа. — Ты тогда рассказывала, что вы ездили вместе, потому что ему нужна была твоя оценка, в то время, как от тебя я никогда не слышу что-то подобное. Уверена, чтобы ни случилось, и чтобы ты ни выбрала, работу ты снова найдешь, у тебя бесценный опыт. — Кассиа выпрямляется и поднимает голову, руки кладёт на шею с обеих сторон. Сирень в её глазах цветущая и строгая. — Почему сомневаешься? Ты же говорила, что хочешь стать кем-то особенным в своей профессии? — Мне тут сказали, что мечты могут погубить хорошую жизнь из-за слишком высоких стремлений, — немного переиначивает она слова Майкла и Джона. — Тогда можно застрять на месте и вовсе, — пальцы Касс неуловимо пробегают по её нижней губе, Рейчел прослеживает дразнящие прикосновения языком. В светлых глазах от этого жеста будто вспыхивает восторг. Тем не менее, легко заметить, как тяжело даются ей следующие слова. — Думаю, я бы не познакомилась с тобой, ни оказалась бы в университете, если бы ни о чем не мечтала. Так бы и осталась стоять в тёмном переулке в страхе и в ужасе от своей жизни. — Ты безнадежный ботаник, — смеётся Рейчел в надежде избавиться от серьёзных разговоров на ночь. Кассиа с явной улыбкой хмурится и тянется рукой к столу, смахивая все ненужные наброски на пол. Это определённо месть — хищная птица. — Эй! Мне это ещё пригодится. На краю стола остаётся один лист, Кассиа подхватывает его, не дав ему упасть. — И что тут у нас? — она сдвигается в её руках, садится лицом к столу. Рейчел приобнимет её талию иначе и смотрит через плечо, обнаруживая свой набросок отеля над которым она раз через раз думает. Заказчики дали возможность всем, принимая множество работ из США и Канады для создания архитектурной команды из нескольких человек. Конкуренция невероятная, но это не значит, что у неё нет шанса. У неё нет неповторимых идей. — Это как раз тот проект, которым мне советуют не заниматься, — объясняет Рейчел, кладёт подбородок на плечо. — Отель города Ванкувер, лучшего места на земле. Смотри, думаю сделать его в форме угла, центр — вход, что-то вроде кристалла с покрытием из множества зеркал. А вот это, — она загибает лист, — это то, как будут выглядеть комнаты класса люкс. Соответственно около кристалла несколько пентхаусов, но это ещё надо прорисовать дальше. Её любопытный птенец встаёт и Рейчел мычит от потери тепла, откидываясь обратно на спинку кресла. Кассиа откровенно роется у неё на столе, как в поисках сокровищ, а ей открывается замечательный вид на голые ягодицы, так и просящие шлёпнуть по ним рукой. Она шумно вдыхает воздух через нос и отводит взгляд. Это влечение не имеет ни ограничений, ни сроков, вместо быстрого насыщения приходит голод, вместо скуки — развивается азарт. И не подогревающийся, а словно постоянный. Рейчел поднимает футболку чуть вверх и целует её в поясницу. — Ой! — резко поворачивается Касс. Она чудаковато ударяет её по голове листом и продолжает смотреть на её работы. — Не ты ли говорила что-то про сон? — улыбается Рейчел. — Я думаю, что тебе стоит добиваться этого проекта, — вместо ответа говорит Кассиа, твёрдым взглядом смотрит на набросок. — Не давай никому себя запереть. Пульс учащается от её слов поддержки. Рейчел ощущает прилив разрывающих чувств, всем телом тянет стать одним целым с девушкой напротив. Она привстает и медленно убирает лист, кидая его на пол. Пальцы нежно проводят линию от макушки до кончиков светлых волос, ложатся на щёку, будто карандашом прорисовывая линии образов; опускаются ниже на шею — придают изображению ясность. Глаза прикрываются, губы вбирают чужую ласку и мягкость. Поцелуй медленный, языки касаются друг друга в едва уловимом жесте и будто испуганно отдаляются, перевоплощая желание в робкое сопротивление. На лице Кассии вспыхивает улыбка и Рейчел отодвигается от неё. — Ты чего? — спрашивает она её. — Мне так хорошо с тобой, — признаётся Рейчел. Глаза Кассии покрываются лёгким блеском, а тепло струится в них, посыпая лепестками сердце. Такая расслабленная, желанная, необходимая. — Хочу попробовать каждую часть тебя… Губы Рейчел опускаются на шею бережным пощипыванием, язык зализывает мелкие отметины, носом щекотно ведёт до ключицы и оставляет там ласковый поцелуй. Руками подцепляет края трусиков, показывая свои намерения, проводит по центру бежевой ткани тремя пальцами, ощущая мокрое тепло. Лицо Кассии выглядит смущенным, щёки розовеют — она издаёт тихий, почти плачущий звук, откровенно выдавая своё желание. Рейчел ухмыляется этой реакции и подхватывает её под бёдра, усаживая на стол. Трусики срывает с неё быстрым движением, и они падают на пол к остальным ненужным в эти минуты листам. Кассиа вдруг смыкает ноги вместе, но Рейчел вовремя подставляет ладонь, раскрывая её для себя вновь, рассматривая её влагу и сочащийся вход, к которому не терпится прикоснуться. Ногой отталкивает стул позади себя и встаёт перед ней на колени. Нежные маленькие ладони касаются её затылка, она видит в этом приглашение, но: — Стой. — Рейчел быстро поднимает на неё взгляд. Свой Кассиа отводит. Глаза расширяются от осознания, что она испугана этим видом ласк. — Я — не надо. — Почему? — аккуратно спрашивает Рейчел. Кассиа убирает руки с головы, кладёт их на стол, Рейчел провожает это действие взглядом и берёт её ладонь в свою, замечая, какая она маленькая по сравнению с её. В детстве ей часто приходилось играть на фортепиано из-за любви матери к музыке. Их пальцы скользят дальше, сплетаясь вместе. Через них чувствуется вибрирующее волнение и дрожь. Она наклоняется и целует этот совместный узел. — Всё в порядке, Касс, просто доверься мне. Тебе сделали больно когда-то? — Нет, — мотает головой Кассиа. Глаза закрывает, голову опускает. — Я ведь видела тебя уже не раз, ты же понимаешь это? — фыркает Рейчел, пытаясь разговорить её и плавно перейти к действиям. — Мы уже делали много постыдных вещей, а я — я делала с тобой не самые приятные, когда мы встретились, так почему ты испугалась сейчас? — Ты делала то, что считала нужным тебе, ты заплатила, — Кассиа поднимает взгляд: цветы фиалок в нём будто растоптаны ногами, потемнели, исказились, раненные, но всё ещё живые. Она крепче цепляется за её пальцы. Голос её ломается, меркнет. — Я не обижена на тебя за тот раз, дело не в этом. Просто не нужно мараться об меня. Я недостойна такого. Рейчел шокировано моргает, не находит ни слов, ни эмоций, ни оправданий этим словам. Девушка напротив неё сломана, как тростинка, психологическим насилием и пренебрежением, она будто приняла на себя образ неудавшейся картины художника, которую он убрал в сторону ото всех шедевров. Недостойная, пустая. Рейчел оставляет новый поцелуй на колене, ведёт носом выше по внутренней стороне бедра. — Рей… — Ты достойна всего на свете, — её губы касаются мягкой плоти быстрым поцелуем, оставляя громкий, влажный звук. Руки приходится разжать и стиснуть их вокруг Кассии, чтобы не дать ей вырваться в процессе. Она так приятно пахнет: сладко-солёно, зависимо, одним словом аппетитно. Рейчел проводит носом по чуть выступившим волоскам на лобке, отмечая каждый сантиметр, прежде чем приступить прямо к делу — ей нужно показать, как это идеально удовлетворять её таким образом. Если кто и не заслужил подобные ласки, то только сама Рейчел. На данный момент она занята поиском достижения всевозможных высот для Кассии, сосредотачиваясь на чужом желании с головой между ног, на коленях, как раб для своих господ. Кровь приливает внизу к головке её члена и из горла вырывается стон, который Рейчел выпускает прямо во влажный центр, наконец-то касаясь её языком. На вкус Кассиа оказывается ещё лучше: идеальной, терпкой, с преследующим глубоким желанием. Бёдра напротив её лица дёргаются от этого первого пробного касания и она обхватывает её ягодицы, нападая своим ртом на чувствительный бугорок. Язык обводит круг. — Ебать, — вскрикивает Кассиа, выгибается. Что? Она никогда не ругается. Ухмылка растёт на губах. — Что ты сейчас сказала? — поднимает голову Рейчел. Кассиа взвывает. — Рейчел, — бурчит. — Так твой первый куни принадлежит мне, значит? — хихикает Рейчел, оставаясь довольной подобным поворотом событий. Она облизывает губы, сталкиваясь с возбужденными глазами, умоляющими сделать хоть что-то. — Давай, птенчик, возьми дело в свои руки и трахни мой рот. Заставь меня отлизать тебе, раз уж ты сегодня сверху. Кассиа буквально дрожит от нетерпения, её руки — ощутимо трясутся, когда она кладёт их к ней на голову и надавливает, давая сигнал нырнуть вперёд и поддаться командам. Язык движется по одному лишь ей известному контуру фигуры. Жарко, хрипло, Кассиа сверху скулит с таким пылом, которого Рейчел от неё никогда прежде не слышала. Ей не терпится попробовать всё. Быстро, резко, плавно, провести так несколько часов и увидеть, как она распадётся от каждого темпа, потому что её стоны — громкие и дикие. Кассиа теряется в удовольствии. Одна рука сжимается в её волосах, когда всё становится интенсивнее, другая опускается на край стола, вцепившись в него, чтобы не упасть назад. Это самый невероятный опыт в жизни Рейчел, и он перебивает даже все моменты со Стейси, несмотря на знание всех её самых чувствительных точек. Вся эта сокровенность в поскуливании Кассии, её ёрзающих бёдрах, и неловкое доминирование — вызывает у Рейчел головокружение, пока язык ласкает нежную плоть и пробирается внутрь. В ушах звенит, в глазах мутнеет, а по подбородку буквально капает. Сойти с ума можно. Чувств становится неукротимо много, что ей, кажется, будто она не выдержит. Кассиа отдаётся ей невероятно отчаянно, она настолько же безумна, как и сама Рейчел, утопая в поражающих ощущениях, захлестнувших её и утянувших на самый пик. Язык работает дальше и глубже, движения то плавные, то рваные, обе не знают, как лучше, чередуя контроль и беспорядочность. Лоно Кассии с каждым разом хлюпает вокруг неё; от неё; из-за неё всё настойчивее и громче. Член набухает от этих грязных, интимных звуков, что почти больно испытывать подобное, и одну руку приходится спустить вниз и коснуться своей затвердевшей длины, создавая осторожное трение. В глазах подступают слёзы. — Ебать, Господи, ебать, Рейчел, это — Рейчел хочет сказать, что именно это она и пытается делать, но её рот занят чудесной киской, которая вжимается в неё сильнее, вот-вот и Кассиа её задушит. Она близко. Очевидно близко, вытягиваясь в спине и плечах вверх. Рейчел распахивает глаза, желая увидеть её с этого ракурса, моментально сталкиваясь с её красотой и широкими глазами. Пара надавливаний-толчков и скольжений вдоль мокрых складок и Кассиа замирает на один короткий момент. Её рот формирует букву «О» и она вскрикивает, дергаясь на языке. Рейчел остаётся довольна тем, как звучит её имя в момент сильного оргазма, что-то неприкосновенное, вдохновляющее, как ликующие толпы фанатов для актёров — приятное. Сердце тает от этого звука. Она вдыхает её запах и чуть отстраняется, чтобы убрать её дочиста своим ртом. Кассиа вдруг дёргает её наверх, не любит чрезмерную стимуляцию. Это больно и ей приходится последовать команде. — Ай, Касс… — Поцелуй меня, — хрипло умоляет Кассиа. Рейчел вытирает рот тыльной стороной ладони и встаёт между её ног, рукой всё также стимулируя себя, чтобы избавиться от твердости и догнать быстрый оргазм. Их губы сталкиваются, и улыбка приятно осязается словно копия, что принадлежит им обеим. Кассиа проглатывает её отчаянные стоны, пока к ней подбирается то — нужное ощущение, накрывающее с головой, на несколько секунд придающее свободу и безмятежность. Сложно сконцентрироваться только на своём удовольствии, когда Кассиа ласкает её своим языком, целует её так ответно и сыро, жадно сминая губы, и огибая её язык своим. Метание между этими ощущениями приводят её к потери оргазма. Рейчел хмуро выдыхает в её горячий рот, и тогда Кассиа опускает взгляд и руки к её штанам, члену, и твёрдому положению дел. Её маленькая рука быстро находит своё место на длине, исследуя её правильными подергиваниями взад и вперёд, вынуждая сократить до нуля расстояние между их телами. — Давай, кончи для меня, — только и говорит Кассиа, тон у неё спокойный и тихий. Рейчел опускает голову ей на плечо и позволяет доставить себе удовольствие — это не должно занять много времени. Ноги ватные от того, что она вытворяет с ней, колени побаливают от паркета, но признаться… стоять перед ней в такой позе приятно. Она прикрывает глаза и чувствует это резкое подступающее чувство, не скрыться, не уйти. Шёпот на ухо доводит. — Рей, сделай это, отпусти себя. — Бля, так хорошо, — ворчит Рейчел. — Не останавливайся, не — Кассиа ускоряет движение рук и её это взрывает окончательно. Зубы резко смыкает на плече, оставляя красные лунки, переживая сильную судорогу в паху. Оргазм проходит несколькими быстрыми выстрелами, наверняка попадая на пару листов с проектом Джона под ними. Это вызывает у неё внезапный смех. — Ну, и? — целует её в висок Касс, успокаивающе поглаживает. Рейчел поворачивает голову. — Я только что послала нахер свою работу в прямом смысле этого слова, — счастливо улыбается она. Отступает, смущенно смотрит на светлые капли около стола между ног Касс и на полу, поправляет штаны, пряча своё достоинство. Внезапно в грудь врезается беспокойство. — Чёрт, я же тебя не принудила? Как ты? — Оттрахана, — весело отвечает Касс, кладёт ногу на ногу. Рейчел закатывает глаза, проводит рукой по волосам. — Я чувствую себя усталой и… усталой. — М, так много всего. Они обе смеются. Рейчел поднимает её трусики с пола, поглаживает одну ногу; вторую, помогает их одеть, чтобы привести друг друга в приличный вид для сна. Утром будет необходим душ. Когда она заканчивает, то ощущает прижатый поцелуй к макушке головы. Взгляд поднимается, встречая красноватое лицо, Кассиа не была такой даже с ней между ног. Рейчел улыбается и целует её ещё раз, просто потому что хочет. Потому что её влечёт. Постойте-ка… — Тебе нужно чаще следовать своим желаниям, — серьёзно говорит Кассиа полушёпотом. — Вдруг у тебя получится пробиться с этим проектом, а если не получится, то ты хотя бы будешь знать, что ты хотя бы не сидела на месте, теряя время зря. Есть люди, которых устраивает положение вещей, но ты не одна из них. Ты мучаешься. Чаще следовать желаниям, да? Осознание бьёт по ней и в сердце и в голову, с губ срывается тяжелый выдох. Вот оно. Рейчел кивает и протягивает ей руку, помогая спрыгнуть со стола. — Пойдем спать, — улыбается, пока шестерёнки раскручивают главную мысль. Ответ всё время был у неё прямо под носом, а она глупо сопротивлялась ему, в тайне надеясь, что правда никогда не просочится сквозь пугающий туман насчет отношений в её голове. Они уходят в спальню, и Кассиа прижимает её к себе, закрывая глаза и засыпая первой. Рейчел прикасается рукой к тяжелой груди. Как давно там эта влюбленность?