Эффект ночной бабочки

Торонто славится многими местами, поэтому у Рейчел было множество идей, как провести время вместе с Кассией и выманить её из своих учебников. Городская ратуша была обставленна разными камнями светло-серого и бежевого цвета и темно-жёлтыми песчаниками, гармонично украшенная фигурами животных на фасаде здания. Мэрия была её любимой частью города после Ирокезского озера, на котором они ещё не были. — Меня вдохновляет здесь жить, — комментирует она, когда Кассиа прижимается ближе и берёт её под локоть. — Напоминает о работе? — спрашивает Касс, всматриваясь в площадь Натана Филлипса, на которой они стоят. Сейчас тут много людей вокруг из-за очередной ярмарки садоводов, где она уже купила себе маленькую корзинку ежевики в общежитие и убрала в рюкзак. — И о том, что мне нравится хорошая жизнь, — отвечает ей Рейчел, она сегодня в темно-розовом пальто и чёрным свитером под ним с голубыми равными джинсами. Белые, тёплые кроссовки завершают образ вместе с чёрным клатчем в цепочку. Волосы убрала в небрежный пучок, и судя по тому, как на неё сегодня смотрят, она выглядит потрясающе. Они совершенно не сочитаются друг с другом, но её это не волнует, тело тянет к другому, а сердце безумно теплеет от ощущения Кассии рядом. Рейчел опускает руку и хватка девушки на ней уходит, но она пользуется этим и охватывает её холодные пальцы своими. Греет, чувствуя, как они напряжены от этого жеста. — Замерзла? — Немного, — останавливается Касс, её взгляд падает на их руки и на лице появляется чуть заметная робкая улыбка. — Расскажи мне ещё что-то о себе. — А что хочешь знать? — удивляется Рей. — Как зовут твоих родителей? Какие фрукты любишь? Не знаю, просто рассказывай. А то у меня ощущение, что мы знакомы целую вечность, но так и не знаем друг друга. Рейчел осторожно тянет их вперёд к бассейну, желая прогуляться по площади дальше. Им бы зайти куда-то где потеплее, но обнявшая её ладонь в руке эгоистично от этого отговаривает. И в этом нет ничего дружеского. Спугнуть страшно. В любую секунду всё может рухнуть и разрушиться. — Мой папа Харрис, мама Мишель, они классные, просто потому что пережили мой трудный подростковый кризис, — смеётся Рейчел. — Из ягод люблю клубнику, как и ты. Самый любимый фрукт — апельсины. Я обожаю старый фильм назад в будущее, и увлечена романтизмом девятнадцатого века. И да, я тоже была ботаником в школе. Теперь твоя очередь рассказывать всякие новые подробности. Кассиа красиво улыбается. — Мне было лет двенадцать, когда я влюбилась в девушку старше себя, — признаётся она, мило смущаясь. — Я сделала ей валентинку и ждала целый день возле двери её комнаты, пытаясь поймать её одну без всех. Поцелуй в щеку определённо стоил того. — Серьёзно? — хихикает Рейчел словно ребёнок, представляя малышку Кассию совсем худую, но отважную перед комнатой девочки, которая ей нравится. — Ага, меня буквально трясло от страха, если честно. Мне кажется, что она просто пожалела меня на самом деле, но было приятно, что Кейт сделала что-то столь важное — простым. Я смогла понять, что то что я хочу девушек — это нормально. — Маленькая Касс такая милая, — подшучивает над ней Рейчел, толкая в бок. — Ой, замолчи, зануда, — насмешливо фыркает Кассиа, она сегодня невероятно раскрепащенная рядом с ней. Вдвоём так легко и спокойно. — Готова поспорить, что ты девочку то поцеловала первый раз, только потому что это она к тебе полезла где-нибудь на вечеринке, а не наоборот. — Неправда! Она полезла ко мне мне во время школьной поездки, потому что я почти не ходила на вечеринки! А перед этим меня позвал на свидание один парень, жаль только я не сразу поняла, что это свидание, потому что когда он поцеловал меня во время фильма, я огрела его бутылкой газировки и он затаил на меня обиду мирового уровня. — Готова поспорить, что это было неловко. — Всё, что я делала в свои шестнадцать можно назвать неловко, даже мой первый секс перед выпуском из школы, Иисус, это было разочарование века. Кассиа хохочет над её рассказом, и вся будто светится в эту осеннюю, слегка сырую погоду. У неё холодная ладонь, которую Рейчел греет в своей, но её присутствие — тёплое и лучезарное. Она что-то делает с её сердцем, вынуждая его биться сильнее, а её приятный смех вызывает те самые сказочные взмахи крыльев в животе. Теперь влюблённость в неё отрицать абсолютно глупо и невозможно. Остаётся смириться. Поддаться тому, что есть. — Расскажи, — просит Кассиа ехидным голосом. — Боже… — не может отказать Рейчел, щеки слегка багровеют от воспоминаний десятилетней давности. — Если кратко: таких скорострелок, как я мир ещё не видывал тогда. Моя девушка была опытной, а я очень долго пыталась к этому прийти и ей довериться. Она кстати не растерялась, весь оставшийся вечер обнимала меня и шутила, что нам нужно посмотреть порно. Хорошо хоть родители не вернулись раньше времени. — Видимо ты всё-таки воспользовалась её советом позже, — игриво комментирует Кассиа. — Потому что сейчас у тебя точно с этим нет никаких проблем. Да тебя буквально можно назвать специалистом. Не пробовала консультировать других, а? — Я столкну тебя сейчас в бассейн, маленькая извращенка. — Рейчел с улыбкой останавливается и обхватывает талию Кассии со спины, чуть приподнимая её вверх, пытаясь сделать вид, что может её куда-нибудь столкнуть. — Отпусти! — Кассиа смеётся и пытается вырваться. — Не смей! Рейчел шутливо начинает кружить её в воздухе, прижимая спиной к своей груди, чувствуя как от неё приятно пахнет цветочными духами. От этого действия Кассиа поддаётся к ней назад, обхватывая её руки на талии своими и прижимаясь плотнее. Прохожие с пониманием отводят от них взгляд, но некоторые улыбаются столь открытой выходке. Всё происходит словно под чарами из-за которых мир теряет значение. Звонкий смешок, крепкая хватка рук, осенний порыв ветра. Одна, две, три секунды, перерастающие в суммы и приводящие Рейчел к осознанию глубокой привязанности. Кассиа вдруг резко вырывается из объятий и, повернувшись к ней лицом, утыкается носом в холод куртки. — Что — что такое? — не понимает Рейчел эту смену настроения. Кассиа до того вжалась в неё, что не остаётся ничего кроме, как поглаживать её по светлым волосам и гадать о причине этой странной перемены. — Ты так полна жизни, в то время как я в ней будто угасаю… — шепчет куда-то в ткань Кассиа. — Все эти рассказы о первой любви, школе. Меня ужасает то, что я не могу поделиться чем-то похожим с тобой. У меня почти постоянно происходило какое-то отвратительное дерьмо всё детство. Рейчел приобнимает её со спины, а другой рукой чуть отталкивает, чтобы посмотреть в эти напуганные глаза. Пальцы аккуратно поглаживают нежную кожу щеки, ласкают, успокаивают, пытаясь передать немного чувств и сделать её ношу немного легче. Она сейчас кажется такой невероятно маленькой и хрупкой. Её птичка с обрезанными крыльями. — О чем ты, Касс? Мы не соревнуемся в том, кто предоставит лучшую историю из жизни. Я делюсь с тобой, как ты и хотела, и хочу слышать от тебя любые подробности в ответ. Ты не виновата в том, что ужасные вещи происходили с тобой. Кассиа мягко вжимается сильнее вперёд, будто пытается спрятаться в ней от всего мира и забыть те тёмные мгновения в своей жизни. Приходится из-за этого стиснуть её в объятиях в ответ крепче, аккуратно поглаживая по спине. — Поделишься? — Таким не делятся ты же знаешь, Рей. — Ты попробуй, может у тебя получится и тебе станет немного, хоть немного лучше, — Рейчел всё равно, что они почти у самого края, что вокруг много людей, чувства Кассии — это всё, что её волнует. — Скажи это вслух. Отпусти. Руки Кассии сжимаются в кулаки на её одежде. Один сплошной комок боли. — Меня… — Всё в порядке. — Он меня… — её голос меняется до слабого шепота, и Рейчел напрягает слух, чтобы услышать то, что было так очевидно, но никогда не сказано. — Он меня… он силой заставил меня, сделал своей, хотя всё, что я хотела — это быть с девушкой, в которую я влюблена. Мне совершенно не нравятся мужчины, но он не дал мне выбора. Мне до сих пор страшно встретить его на улице, Рей. — Я не дам тебя в обиду, обещаю, — произносит Рейчел, поглаживая её по волосам и чувствуя горький осадок в горле. Кассиа вдруг делает робкий шаг назад. От неё. От их близости. — Прости, это просто вдруг пронеслось в моей голове, — очередной раз оправдывается она. Говорит и действует более сдержанно, чем минуту назад. Рейчел не понимает, что заставляет её вести себя с ней столь отстранённо. Она буквально строит стены: не пройти, не пробраться. — Мне жаль, что такое произошло с тобой, — кивает Рейчел, желая её поцеловать и сделать своей навсегда, но не имея на это никакого права. Такое признание нельзя портить чем-то приторно-сладким. — Но ты должна двигаться дальше, понимаешь? Пока ты смотришь в прошлое, будущее понемногу уходит от тебя. Живи настоящим. — А ты живёшь? — спрашивает Касс. — Я пытаюсь меняться. Изменения, как тянущийся мед на ложке мёда, медленно перетекают от одного к другому. // Рейчел работала, как проклятая, будто её преследует сам дьявол, отдавая последние силы на проект, который может стоить ей всей карьеры, если Майкл захочет создать для неё проблемы. Кассиа чем-то вдохновила её своими словами и она вложила все свои новые чувства в каждый угол, градус и чертёж. Карандаш исправлял изъяны точно также, как в ней рождалось что-то поистине необычное и незнакомое — новое. С каждой очередной встречей, оргазмами, которые они разделили, прикосновениями, она рисовала точку невозврата. Сердце набухло и готово было взорваться в любой момент. Один лишь щелчок отделял её от этого. В подвешенном состоянии, на острие ножа, словно застывшая в песке и тонущая вниз. Рейчел впервые испытывала растерянность из-за своих чувств к другому человеку, которые били по ней со всех сторон. И игнорировать уже не получалось. Очки пришлось снять, посмотреть правде в глаза — в почти фиолетовые, яркие и красивые. Кассиа покорила её. Бесспорно. — Рей — чел, — вздыхает тонкий голос. Кассиа проводит рукой по её волосам, выгибаясь навстречу голодным губам, которые ласкают грудь. Рейчел улыбается сквозь маленькие поцелуи, изящно проникая пальцами под серые джинсы. Каждый судорожный вздох под ней поощряет, награждает. Наслаждение играет по ней, когда пальцы ощущают мокрое пятно на шелковых трусиках. — Касс, ты мокрая, боже, — бормочет Рейчел куда-то ей в шею, коленом поддаётся вперёд, в штанах становится тесно от возбуждения. В последнее время Кассиа вызывает у неё мгновенную эрекцию, хочется войти в неё, почувствовать её тепло, тесноту, от которой дрожь ласкает всё тело. Сделать ей безумно приятно… Резкий звонок телефона внезапно прерывает её восхищения. Она замирает на ней, прижимая своим телом к матрасу, слушает мелодию, пока сердце танцует под барабанную дробь в груди. В горле сухо от желания. — Не бери, — хныкает Кассиа, рукой ведёт вниз, своей ладошкой дразня замок на джинсах. Прикладывает ладонь на пах, трёт член сквозь джинсы снова и снова, доводит до отчаяния. — Не прерывайся, пожалуйста… Рейчел. Рейчел готова завыть от того, что голос Кассии пропитан усталостью и вожделением, когда она вот так раскинута перед ней, как богиня. От чувства поклонения аж бросает в жар. Из горла рвётся скулеж, потому что ответственности в ней больше, чем похоти. Выбор очевиден. — Рейчел Картер, слушаю, — говорит она, принимая сидячее положение и рассматривая недовольное лицо девушки. Кассиа обвивает её талию ногами, тянет к себе, дразнит, трётся назад-вперёд. Это вызывает у неё улыбку и значительную выпуклость, от которой хочется кинуть телефон в сторону. Разбить его об стену, а её взять самым голодным способом. — Мисс Картер, меня зовут Мелисса, я представляю компанию «HighTech», — одно упоминание этой компании и спина Рейчел твёрдо выпрямляется перед Кассией, с лица исчезает весь игривый настрой, сменяясь рабочей, сосредоточенной маской. Кассиа удивлённо выгибает бровь, перестаёт мешаться — понимает, когда следует остановиться. — Вы отправляли нам эскизы вашего проекта и портфолио. Генеральный директор заинтересован в сотрудничестве, поэтому готов обсудить ваше участие в проекте лично. Подскажите, когда вы сможете прилететь к нам на собеседование на ведущего архитектора проекта? Рейчел застывает, не ожидая столь быстрого, и тем более положительного отклика. У них буквально горит проект Джона, поэтому её отлёт может сильно сказаться на финальном собрании с заказчиками. Кассиа сжимает ноги вокруг неё до боли, возвращая из раздумий, секретарь по телефону, кажется, тоже ждёт её решения. — Эм, да, — глупо отвечает Рейчел. — Я думаю, что на этой неделе. — Хорошо, тогда можем ли мы согласовать для вас перелет и отель на среду, мисс Картер? — уточняет Мелисса. — По времени это займёт два — три дня. Сначала собеседование с нашим генеральным директором, и потом съездите посмотреть площадь, с которой мы собираемся работать, если вас всё устраивает. На месте сейчас присутствуют два архитектора в помощь. — Не отказывайся, — шепчет Кассиа одними губами. Едва различимо. Сама не двигается, ждёт, вслушивается, улыбка заряжает сердце Рейчел теплом и счастьем. — Да, конечно, я вышлю вам всё необходимое для оформления документов на почту, — мягко протягивает Рейчел, мечтательно рассматривая Кассию. Это происходит благодаря ей, из-за её слов, потому что, как прежде уже не будет, и как прежде — больше не подходит. — Замечательно, — радостно отвечает секретарь, у неё милый голос. — Я вам всю необходимую информацию сейчас продублирую в сообщении. Будем ждать вас, как можно скорее, наш директор очень заинтересован в том, чтобы увидеть именно вас на позиции главного архитектора проекта. — Подождите… — только сейчас доходит до Рейчел, она чуть тянется назад, пытаясь высвободиться из тисков Кассии. — Главный архитектор? — Да, — на другом конце провода слышится неуверенность, словно Рейчел показалась ей нелепой. — Ваш многолетний опыт курирования и наставничества, это то, что нам нужно, плюс сейчас мы рассматриваем ваш проект, как основу для дальнейшей работы. — Постараюсь прибыть в Ванкувер на встречу, как можно быстрее, — отвечает Рейчел, пытаясь не взорваться от эмоций. — Тогда, если у вас нет никаких вопросов ко мне, то хорошего вечера вам, мисс Картер. — Всего доброго. Рейчел с улыбкой падает на Кассию, расцеловывая её грудь мелкими прикосновениями, телефон бросает куда-то в сторону, худые ноги вокруг талии расслабляются, опускаются на простынь, переплетаются с её собственными. Кассиа гладит её по голове, хихикает от щекотливых действий. Беззаботная, свободная и лёгкая, такой её видеть приятно. — Это ведь победа — настоящий куш, — улыбается Рейчел, контролируя эмоции в голосе. — Не могу поверить, что это правда. — Это правда, ты большая молодец, — довольно хлопает глазами Кассиа, тянется вперёд и хватается за плечи Рейчел. Из-за этого равновесие теряется, и ей проходится послушно сместиться в ту сторону, в которую её усиленно толкают. Сначала набок, затем на спину, роли меняются местами. Кассиа теперь сверху, гипнотизируя своим взглядом, её светлые волосы взъерошены, свисая с головы. Она прикусывает губу и с ухмылкой тянется, целует. Рейчел хватается за её талию, подстраиваясь под чужой ритм страсти, отдаваясь возникшей, храброй инициативе. Языки сталкиваются, обводят друг друга, заводят тела, подбирают нужную мелодию для последующих танцев. Рейчел проводит пальцами по спине, исследует позвонки. Вздыхает. Кассиа отстраняется, всматривается, изучает реакцию, определённо оставаясь довольной произведённым эффектом. Щеки Рейчел заливает краской от столь пристального внимания, смущенная улыбка вновь растягивается по губам. Раньше всё это казалось другим — более мимолетным, быстрым, как вспышка фотоаппарата. Сейчас что-то между ними происходит в такие моменты, как этот. Разговор без слов, понятный лишь жестами. Всё это создаёт атмосферу, от которой внутри растёт робость и появляется смущение. — Позволь мне позаботиться о тебе, — осторожно предлагает Кассиа, тихим шепотом, щекотливо в самые губы, почти их не касаясь. Мокрый поцелуй и она следует вниз, спускается по её ключицам к груди, но останавливается из-за спортивного топа. Рейчел вжимается головой в подушки, а телом в матрас, когда девушка смещается дальше вниз к её всё ещё не снятым сегодня джинсам. — Позволь мне поздравить тебя, мисс Картер. В груди Рейчел всё пережимает, когда Кассиа звонко щёлкает пряжкой ремня, помогая скинуть элемент одежды в сторону, сразу юрко залезая пальцами под боксеры. Из горла вырывается жалобный писк. Её напряжённый пах желает разрядки, но в душе творится что-то невообразимое. Руки не знают за что ухватиться и куда лечь, когда Кассиа располагается ниже её колен для того, чтобы оказаться головой напротив сексуально вытянутого члена. — Касс… Воспоминания рушатся на Рейчел, как отголоски прошлого, как доходящее эхо спустя пару дней и месяцев. Синяки на бёдрах, грязные оскорбления, слезы на глазах, забитая бабочка в клетке. Тело перегружается, а противоречивые эмоции душат, отражаясь комком боли в горле. Член от всего этого теряет свою полноту и силу, откровенно падая. Кассиа резко поднимает на неё растерянный взгляд фиолетовых глаз. — Рейчел, что… — Извини, я не знаю, что произошло, — внутри возникает ещё больший дискомфорт. Приходится подорваться вперёд, схватить член рукой. Резкие движения никак не выручают, поэтому ей остаётся смущённо убрать его обратно в боксеры, чтобы скрыть последствия своего позора. — Такое — такое не часто бывает. Ну, ты помнишь. Черт. — Да не бери в голову, — быстро произносит Кассиа, медленно принимая сидячее положение и выдавливая улыбку. Она перекатывается на бок, ложится рядом и продвигается ближе, пытаясь помочь унять стыд и самоунижение. Атмосфера теперь больше предполагает к ласкам, где можно залечить раны, а не к сексу. Тела находят друг друга иначе, сплетаясь в тёплых объятиях и прячась за тишиной. Кассиа прижимается к её груди, равномерно дышит, и Рейчел пользуется моментом, накрывая её нагое тело одеялом рядом с собой. Она притягивает её за тонкую талию, а носом вдыхает сладкий аромат духов в светлых волосах. Её маленькая уставшая девочка. Сердце трескается от молчания. И разрывается от неловкости. — Скоро Рождество, — сонно произносит Кассиа, когда Рейчел думает, что они больше не заговорят. Её голос пропитан усталостью: мягкий, словно крадущийся сквозь туман. — У тебя есть какие-то планы? — пальцы танцуют вверх по худой спине, захватывают светлую прядь, играются ей, закручивают вокруг, наматывают спираль и выпускают. Они заметно отросли с той паршивой первой встречи. Неосознанная улыбка от их положения прижимается к макушке головы, пока губы Кассии касаются её ключицы. Действительно многое изменилось с тех пор. — Сдать зимнюю сессию, — понуро отвечает Кассиа. — Мне сейчас главное не завалить экзамены, чтобы удержаться на месте. Знаешь, я немного завидую Аманде, если честно: круто, что ты можешь быть беззаботным и просто наслаждаться жизнью. — Встретишь Рождество с моей семьёй? — как лед застывает Рейчел от своего предложения. Кассиа в её руках напрягается. — Это лишнее, — резко принимает решение она. Рейчел чувствует в этот момент, как что-то надламывается, тёплый ветер сменяется прохладной, тело возле неё приходит в движение, а её отталкивают. Кассиа приподнимается и хмурится. — Я — я пойду обратно. Думаю, что сегодня мне нет смысла здесь оставаться. Это разрывает сердце Рейчел на куски, словно стая голодных псов, диких, одичавших, накинувшихся на него и не оставивших ни единого шанса. Боль пронзает грудь. Она едва успевает проглотить горечь, прежде чем ловит Кассию за руку. Но та вырывается. Одевается. Сбегает. — Так, что? — раздражительно спрашивает Рейчел, резко поднимаясь следом от чего-то прикрываясь одеялом. Это всё неприятно, куда-то же нужно вернуть столь сильный удар, чтобы не покалечиться самой. — Ты была здесь только ради секса? Один раз у меня не получается… и всё, ты уже уходишь? Очень мило с твоей стороны, спасибо. Кассиа быстро надевает футболку сверху, тянется за застёжкой на джинсах. Всё ещё одевается так, будто на улице лето. — Рейчел, это не так, и ты знаешь это, — защищается, тяжело вздыхает, поправляя одежду и пряча взгляд. — Дело не в этом. Просто… В этом нет никакого смысла. — В чём? — рычит Рейчел. Больше себе, но её прекрасно слышат, и вздрагивают от этого тона. — В этом! — моментально отвечает Кассиа, показывая жестом на них. Она сбегает от неё точно так же, как и появилась в её жизни: слишком быстро, резко, переворачивая всё вверх дном. Её движения нервные и нетерпеливые, будто одна сплошная сумбурная энергия, которая вырывает все корни, что, как ей казалось, они взрастили, ожидая плоды. Рейчел одевает первую попавшуюся толстовку и идёт вслед за ней в коридор, откровенно поддаваясь этому возникшему хаосу. — Что не так?! — она пытается игнорировать, то как сердце пускается в гон. Только что всё было в гармонии. Буквально какие-то минуты, которые перевернули всё. Надо же было ляпнуть. — Это начинает занимать слишком много времени, Рейчел, и к слову, я не за сексом к тебе сегодня пришла, — объясняет Кассиа, натягивая совсем уж худые кроссовки. Вчера выпал первый снег, как она в них ходит — непонятно. — Слишком много времени? О чём ты, Касс? — голос у Рейчел обеспокоенный, когда она делает шаг вперёд. — У меня скоро экзамены, а я торчу тут, с тобой, понимаешь? — вскидывает руками Кассиа. — Ты отвлекаешь, а я — я не хочу отвлекаться. Нам пора заканчивать. «Ты мне надоела». В ушах звенит эхо фразы Стейси в их расставание, и это посылает болезненную дрожь по телу. Рейчел сжимает челюсть и чуть выпрямляет спину. В отличие от прошлых отношений, в этих ненастоящих и ещё не получивших начало, ей хочется бороться за их существование дольше. — Просто всё, это начинает походить на отношения, которые мне не нужны. Прости. Рейчел тяжело сглатывает. — Конечно, я понимаю. Кассиа быстро ищет что-то в кармане куртки после чего протягивает ей купюры. В её руках деньги, которых Рейчел так остерегалась. Это напоминает ей, что всё возвращается с того с чего они начинали: с проституции, с оплаты, с незнакомцев, с чуждости друг к другу. И её сердце болит. Нет, оно разрывается. — Я не — Её наполняет растерянность. — Я обещала отдать, — хмурится Кассиа, протягивает, упорно держит руку в воздухе с зажатой в ней купюрой. Взгляд у неё грустный настолько, что Рейчел не может думать ни о чем кроме него. Если это то, что ей нужно, так почему её глаза столь печальны и тяжелы, словно на её плечах судьба всего мира, а позади них играет фортепиано, исполняя мягкую мелодию. — Хорошо, ладно. Я тебя услышала. — Она забирает деньги из её рук, случайно касаясь кожи. Разряд проходит по её телу от их прикосновения и они обе делают шаг назад друг от друга. Пропасть увеличивается. — Иди. Позвони, если что-то будет нужно, и надеюсь, что ты удачно сдашь все экзамены, птичка. — Не переживай, Рей, — вдруг выдавливает улыбку Кассиа. Подходит ближе. — Птичка умеет летать сама. Рейчел собирает всю свою выдержку в кулак, чтобы не сдвинуться с места, когда Кассиа, подтянувшись к ней на носочках, нежно целует её в щеку на прощание, а следом открывает дверь, оставляя её одну в собственном доме. Она закрывает за ней плотнее и опирается лбом о дверь. Колени поддаются слабости, и тело оседает на пол, чувствуя, как невысказанность режет её на кусочки. Любить оказывается тяжело. // Рейчел тяжело вздыхает, когда приходит на вечер настольных игр к Элайзе, здесь все знакомые лица: Майкл, Никки, Стейси, и ещё пару человек. Они иногда собираются так, чтобы повеселиться, словно старые одноклассники. Однако отсутствие Кассии рядом заставляет часть неё грустить, ища утешения в бокале сухого белого вина и в бесполезных карточках монополии. В начале ночи она обнаруживает себя немного легкомысленной от количества выпитого, но это не останавливает её от поиска чего-то ещё в баре на кухне Элайзы. И совесть совершенно в ней не просыпается, когда Рейчел открывает новый виски. Ставит бокал и делает себе напиток со льдом. Иногда нужно расслабиться. — С каких пор ты пьёшь так много? — раздаётся тихий шёпот позади Рейчел, немного строгим и напыщенным тоном. В этом вся Стейси. — Тебе налить? — глупо улыбается Рейчел. Выпить с ней — кажется великолепной идеей, наилучшей, что у неё возникала за последние часы, что она в гостях. — Давай, — приподнимает одну бровь Стейси, смотрит как-то скептично. На её губах красуется небольшая усмешка. Рейчел делает два напитка и протягивает ей. Вместо того, чтобы его принять Стейси делает шаг навстречу и, обхватывая стеклянный рокс в руке, медленно убирает его на столешницу рядом. Их тела находятся в опасности близости, а в голове чуть плывёт от разогретой крови, растекающейся по венам. — Что ты делаешь? — бормочет Рейчел, когда Стейси целует её в шею. Глаза едва держаться открытыми, борются со сном, руки приходится положить на талию, чтобы ухватиться хоть за что-то и стоять ровно на ногах. — Я скучала по тебе, детка, — говорит Стейси ей на ухо, соблазняет, уговаривает. Пытается загнать в ловушку и в ней захлопнуть. — Стейси, да ты чего? — чуть хмурится Рейчел. Стейси переводит взгляд на её губы и быстро целует, и Рейчел удивлённая столь резким поворотом событий растерянно начинает отвечать её напористым действиям. Так близко, так тесно. У них этого не было так давно. — Постой, — пытается остановить её Рейчел, но всё же поддаваясь стойкому аромату духов. У Кассии они более нежные. Она вспоминает о ней в этот момент, определённо скучая по её нежности и присутствию. — Брось, неужели опять? — спрашивает Стейси, её руки уже везде блуждают по её телу. Бесконтрольно и вызывающе. Её губы зачаровывают, и если существует любовный приворот — она его сейчас использует, нагло колдуя. — Я хочу тебя. Пожалуйста, ты нужна мне… Стейси отодвигается. Делает паузу. — Пошли на второй. Рейчел туманно смотрит на её губы, вспоминая, как это хорошо иметь их вокруг своего члена, как приятно двигаться внутри неё, заполняя собой снова и снова… Тупой оргазм без чувств — чистое удовольствие. Она берет предложенную ладонь Стейси и поднимается наверх, откровенно игнорируя глухую боль в сердце. Чувство нарастающее, как обида поперёк горла. Кассиа её оставила. Это не чёртова измена. А Стейси рядом, горячая, готовая, ведущая её к животному траху. Но внутри будто лев царапает когтями, затачивает, готовится, и у Рейчел пухнет от этого голова. Алкоголь постепенно делает её легкомысленной и доступной для поцелуев и раскрепощённых движений, когда они идут наверх. Её руки ласкают чужие бедра, столь знакомые, манящие, круглые, всё по привычному ей порядку. Сама не ведает, что творит. Знает только, что это отвратительно неправильно. — Р-рейчел, — изнывает Стейси, когда они оказываются в гостевой комнате подальше от всех. Она толкает её к двери и прижимается, опуская руку сначала к ремню, потом в джинсы. Рейчел вдруг открывает свои полусонные глаза, тяжёлым взглядом смотрит на бывшую. — У тебя даже не стоит, — вдруг говорит Стейси, отходит. И голос у неё безумно грустный. — Прости, — чувствует сожаление Рейчел. Она неловко застегивает ширинку и садится на диван, зарываясь пальцами в волосы. Теперь всё ещё хуже. — Зачем я тебе, ты ведь меня не любишь? Ты трахаешься с Джоном, зная, что я с ним работаю и мы с тобой встречались продолжительное время. — Откуда ты узнала? — хмурится Стейси, чуть повысив голос. — От твоего же любовника, дура! — вспыхивает Рейчел. Встаёт с места, сонливость, как рукой снимает. — Что тебе не хватало со мной? Я тебе всё дала, у тебя были и деньги и время на нас и себя, у тебя было всё. Твой отец даже понемногу начинал посвящать меня в ваш семейный бизнес. За что ты так со мной поступила? В глазах Стейси блестят слёзы. — Я испугалась того, что ты начала строить наше будущее, и потом ты начала говорить про любовь и это меня добило. — Её голос дрожит, когда Стейси рассказывает, по щекам стекают крупные капли слез. — Любовь это сказка, которая имеет конец, а мне с тобой удобно. Давай попробуем снова? Нам ведь было хорошо. — Любовь не сказка, это шоколад, который после сладкого даёт горькое послевкусие. С тобой я этого слепо искала, зато сейчас я точно знаю, что люблю. И я не хочу избавляться от этого, несмотря на то, что это не взаимно. Я просто её люблю. — Это та мелкая девчонка, да? — сквозь зубы говорит Стейси, ревновать своих бывших — это нормально. Но ей не нравится её тон. — Да, — глупо улыбается Рейчел. Тянет руку и треплет её по рыжим волосам, словно ребёнка, которого необходимо успокоить. Стейси хмурится, но выдыхает и расслабляется. — Не смей это делать. Стейси закатывает глаза и тянет на себя, ноги у Рейчел слабые от алкоголя и сонливости, поэтому она моментально падает сверху на неё. Они остаются в этом положении и Стейси её чуть обнимает за талию. — Она лучше меня? — смеётся она. — Намного, — ехидно отвечает Рейчел. — Ты жестокая, — качает головой Стейси, голос её опускается до шёпота, становится печальным. — Прости, что я была такой сукой с тобой. Я не имела права говорить те вещи тебе в СПА и обращаться с тобой таким образом. Просто меня не доводят до оргазма другие, и я… я реально бешусь с этого. Рейчел не может не чувствовать самодовольство от её слов. Она хлопает её по коленке и поворачивает голову в её сторону, встречаясь с обеспокоенным взглядом. — Просто перестань трахаться со всеми подряд, — строго выдаёт Рейчел. — Тебя надо прочувствовать в процессе. Подожди кого-то, кто сможет это сделать для тебя, уверена, что ты ещё влюбишься и не заметишь этого. — И что… — снова пробует Стейси. Наглость второе счастье. — Никакого прощального оргазма? — Нет. Я рада, что мы не переспали. — Всё, из-за тебя мне надо напиться. — Стейси встаёт, разрывая их близость. Она открывает дверь, останавливаясь и рассматривая её игривым взглядом. — Идёшь или как? Ты по прежнему должна мне напиток. Рейчел подскакивает с места, голова кружится. Но виски не помешает. // В итоге их остаётся четверо глубокой ночью, все пьяные и откровенные друг с другом: Элайза, Ник и она со Стейси, потому что им не удалось скрыть своё возвращение за глупыми шутками. Все заметили, что между ними что-то было. — Так она тебе отказала? — спрашивает Вероника про Кассию. — Она мне отказала! — ворчит Стейси. — Стейси! — в один голос кричат Ники и Элайза. Это странно, думает Рейчел, они вчетвером лежат в большой гостиной Элайзы на белом ковре, почти в образе клевера удачи. И где-то там бутылки вина и виски. Они определённо пьяны. — Не, — отмахивает Рейчел. — Я — я даже не успела ей сказать ничего. Касс говорит, что ей не нужны отношения. Я такой олень. — А мне ты сказала, что ты не спишь с ней, — комментирует Эл, поворачивая голову в её сторону, у неё в руках подушка, которая через секунду летит ей в лицо. — Я и не думала, правда! Это случайно. — Случайно ничего не засовывается в чью-то вагину, детка, — хихикает Стейси. — Ты даже в хлам пьяная мне смогла оказать. Я уж молчу про то, что у тебя… — Стейси блять, — рыкает Элайза. Вероника не всё знает и так должно оставаться. — Слишком много драмы, — фыркает Ники. Она вдруг садится в позу лотоса и смотрит на неё сверху вниз. — Признайся ей нормально, идиотка, и дело с концом, а то ты сейчас будто ещё на что-то надеешься. Вдруг ей никогда не захочется отношений с тобой? Рейчел чувствует болезненный укол в сердце. Рвота поднимается к горлу при мысли о том, чтобы кто-то другой был с Касс, целовал, обнимал её, занимался с ней сексом. Она чувствует, как кружится голова, когда поднимается в сидячее положение и представляет, что у неё сейчас есть кто-то другой. — А вдруг она прекратила наши отношения, потому что она нашла кого-то другого? — У тебя не было с ней отношений! — напоминает Ники. — А давайте ей позвоним? — ухмыляется Стейси. Рейчел её идея, кажется, ну просто потрясающей в данный момент. Элайза пытается выхватить у неё телефон из рук именно в тот момент, когда она уже набирает её номер и звучат гудки. Они все замирают. Потому что Кассиа довольно быстро берет трубку и сонным, точнее хриплым голосом произносит: — Рей? Ники толкает Рейчел в спину, чтобы она скорее отвечала. — Эм. При — вет? — Всё в порядке? Ты очень странно звучишь. — Я чуть-чуть выпила, — соглашается Рейчел, не ища оправданий. Глупая улыбка расползается по её лицу и Стейси закатывает глаза. — Ты напилась, — вдруг добавляет она. Кассиа на том конце прочищает горло. — Ты, эм, ты, что не одна? — Ты заболела? — отчётливо слышит Рейчел, она буквально отмахивается от Стейси, которая вот-вот прижмется к нему ухом. — Ничего серьёзного, — хрипит Касс. — Кто это с тобой? — Это я! — Элайза дерзко выбивает из рук Рейчел телефон. — Ты прости за эту ненормальную, я сейчас уложу её спать и больше не дам ей тебе названивать. Увидимся! Они все возмущаются, когда Элайза скидывает вызов и прячет телефон куда-то в грудь. Ни она, ни Стейси, и тем более ни Ники, никогда туда не полезут даже в пьяном уме. Приходится разочаровано вздохнуть. — Хватит. — Мы можем… — Нет, не можете, вы никуда не поедете кроме, как к себе домой! Рейчел, ты остаёшься, а вы двое заказываете немедленно такси. Эти рыцарские подвиги ни для кого из вас. Будешь признаваться на трезвую голову и только лично. Рейчел прикладывает руку к голове от резкой пульсации в ней, а затем её живот скручивает и она по памяти быстро идёт до ближайшей ванной комнаты в доме подруги. Согнувшись пополам над унитазом, всё о чем она может думать, это о том, как неудачно сложились их отношения с Кассией. Завтра она забудет этот вечер. А их начало не стереть. // Рейчел говорит Майклу, что будет работать из дома и улетает на неделю. В Ванкувере по-зимнему прохладно, красиво, и… одиноко, потому что здесь всё чужое и незнакомое, и она ловит себя на мысли, что возвращается постоянно к Кассии. Сердцем естественно. Голова полностью остаётся сосредоточенной на архитекторском проекте пока это от неё требуется. Но стоит выйти с работы, как навязчивое чувство поговорить с ней становится непобедимым и постоянным, совершенно разрушительным вдалеке от неё. Она пытается отключать это желание, переключаясь на всё подряд: на поручение Майкла, на новую возможность в Ванкувере. Но противостоять этому оказывается крайне сложно. Рейчел никогда в жизни не сталкивалась с чем-то настолько добивающим, удерживающим, словно она борется, пытаясь вырваться из оков, но развязаться не может. Верёвки натянуты туго и крепко, не сдвинуться в сторону, не избавиться, не найти свободу. Есть только смирение, время и ожидание. И дикая тоска. Она не помнит, чтобы хоть когда-то в своей жизни скучала по кому-то столь болезненно. Падающий снег, холод — становится её внутренним отражением в реальности, горожане готовятся к Рождеству, заряжаясь настроением и красками, яркими огнями, а она наоборот гаснет. Безчувственно ко всему. Даже увольнение не задевает её, как это. — Как можно было потерять такой рентабельный проект? — рычит Майкл, когда вызывает её к себе в кабинет. И ей честно говоря, всё равно. Всё идёт к финалу. — Они выставили нам акт о невыполнении сроков. Ты понимаешь это? И вместо того, чтобы заниматься брендовым проектом здесь, ты свалила в Ванкувер в другое бюро. Ты серьёзно думала, что я не узнаю? — Меня пригласили, я поехала, — со скучающим видом отвечает Рейчел. Она медленно встаёт, теперь её положение выше, чем его. Он гордо приподнимает подбородок, сидя ожидая её следующих слов. — Свою работу здесь я закончила давно. У меня ни перспектив, ни роста. Я доведу проект японцев, но на этом всё, я ухожу. — Я спишу на тебя весь убыток, если ты выйдешь за дверь, — спокойно предупреждает Майкл. — И напишу, что ты уволена за недоверие. — Хм, — усмехается Рейчел. — Меня уже берут на главного архитектора проекта, мне глубоко всё равно на то, что ты там у себя напишешь. А списать ты ни черта не можешь, не делай из меня дуру, проект не мой, а Джона, вот со своего золотого мальчика и списывай. — Картер, да что ты о себе возомнила? — наконец-то он вспыхивает. Встаёт, ставит руки на стол. — Я сделал так, чтобы ты в этой компании выросла. Ты мне благодарна должна быть за каждый год, который ты у меня проработала, и за всю мою дружескую помощь! — Ты настоящий друг, Майкл, спасибо, — кивает ему Рейчел, отвечая саркастичным голосом. В голове вдруг всплывают слова Кассии о его целях. — Надеюсь, что наши пути никогда больше не пересекутся вместе, потому что тебе больше в одну сторону с золотым мальчиком. И вообще… как давно ты блять используешь мои работы? Кассиа была права, ты один никогда ничего сам не мог сделать. Каждую конференцию, каждое совещание проекта, каждая встреча — все со мной. Хороший бизнес ход. — Пока ты бегала за Стейси и была отвлечена, всё было так просто, вот же а, стоило появиться какой-то умной шалаве и ты сразу же смекнула что к чему, благодаря её словам, ну надо же, — его голос будто становится иначе. В глазах Рейчел Майкл сейчас выглядит другим — вовсе другим человеком. Абсолютно незнакомым и новым. Он поправляет свой галстук и проводит рукой по своим слегка сальным волосам. Рейчел сжимает руки. — Надеюсь, твоё бюро пойдет ко дну, — плюёт в ответ. Она дёргает за ручку двери и, хлопнув, выходит. Нет смысла дальше вести разговоры. Кассиа была чертовски права, и Кассию чертовски хочется увидеть. // Жизнь Рейчел круто меняется за несколько дней, времени появляется больше, работы почти нет, что позволяет ей чаще оставаться наедине со своими мыслями. Она заходит в торговый центр, покупает себе много новой одежды, выбирает платье, очередные брюки, и ловит взгляд на более молодежных магазинах, где висят толстовки, свитеры, и шарфы. В одном из них на манекене висит приятного цвета тёмно-голубой тёплый шарф, который бы идеально подошёл к глазам Кассии. Улыбка расплывается по её лицу, ведь это был бы отличный рождественский подарок. Лёгкая вибрация в кармане пальто не даёт ей воспользоваться возникшей идеей. Она достаёт телефон и отвечает на незнакомый вызов: — Это Рейчел, слушаю. — Хей, привет, красотка, — говорит незнакомый голос, она его где-то слышала, но нет особой чёткости в понимании, как и где. — Я не думала, что дойдёт до этого, но ситуация крайне плачевная. — Эм… — Это Аманда, — догадывается представиться девушка. — Аманда? — удивляется Рейчел. — Что такое? — У Касс я так поняла, нет родных, так что я решила пожаловаться тебе, ты всё-таки говорила, что заботишься, — быстро объясняет Аманда. К концу первого предложения у Рейчел ползёт холод по спине, пробираясь до сердца и замораживая его на мгновение. — Сначала это был просто кашель и она видимо не предала этому особого значения, но со вчера у неё стоит высокая температура и ей явно плохо, потому что она не встаёт с постели. Кассиа говорит, что справится сама, только всё становится хуже. Я не хочу проснуться завтра с трупом в комнате, может быть, ты с ней поговоришь? Ей надо в больницу. — Ты ей предлагала сама? — хмурится Рейчел, в груди всё сковывает от волнения. — Стала бы я переписывать твой номер и тебе звонить, если бы сама не попыталась её вразумить? — грубит Аманда, явно находясь на эмоциях. Это делает Рейчел ещё более беспокойной, если уж она кричит о помощи и при этом паникует, то дело явно не шуточное. — Я сейчас приеду. — Жду. Без лишних слов. По первому зову. // Аманда открывает ей дверь и робко указывает в сторону второй половины комнаты рукой, там где лежит Кассиа на одиночной кровати под одеялом почти с головой. Ни тела, ни лица невидно. Рейчел тяжело сглатывает и делает шаг вперёд, но её быстро останавливают небольшим прикосновением к плечу. — Позаботься о ней, ладно? — просит Аманда. — Я дам вам немного личного пространства, она скучала по тебе. Она чуть улыбается и выходит из комнаты. Рейчел тяжело вздыхает, пытаясь взять все свои эмоции в кулак, под контроль, и не выплеснуть их на Кассию. Могла бы поберечь себя, могла бы не доводить до такого, могла бы хоть немного проявить любовь к себе, ох, как же она зла на неё. Она присаживается рядом и осторожно проводит ладонью по спине, поглаживая её через одеяло, Кассиа с трудом, но открывает глаза, ощущая вторжение в своё личное пространство. Вся словно болезненный маленький кокон. — Касс, это я, — тихо шепчет Рейчел, дотрагиваясь до вспотевшего лба девушки. — Что ты тут делаешь? — закрывает один глаз Кассиа, щурится, голос у неё слабый и хриплый. Она шмыгает носом и тут же сильно разряжается приступом кашля, прикрывая рот кулаком. Выглядит плачевно. Лоб горит, глаза влажные и красновато-усталые, это ещё хуже того, что с ней происходило после вечеринки. Кассиа болезненно сжимается, почти скулит на выдохе и вдохе. — Почему с тобой вечно проблемы? Как ты дожила до двадцати? Я не понимаю, — рыкает на неё Рейчел. Кассиа делает подобие попытки подняться, но она жёстко удерживает её, укладывая обратно. Другой рукой вынимает из кармана телефон и набирает номер экстренной помощи. — О нет, мы это уже проходили, лежи. — Что ты…? Рейчел, нет! У неё ещё хватает сил спорить, противная девчонка. — Что нет? — вспыхивает Рейчел, не остановить теперь, не сдержать. — Тебе зеркало подать? Ты себя видела вообще? — Я… — Касс снова кашляет, в глазах выступают слёзы. — У меня нет страховки… Рейчел прикрывает глаза на мгновение. Открывает. — У тебя есть я! — гневно кричит она не в силах быть с ней ласковой. — Я же тебе сказала, что в любой момент я помогу тебе со всем! Тебе стоило просто сделать один ёбаный звонок и не доводить до этого! — Почему? — хрипит Касс. — Да что ты заладила «почему»? Потому что я люблю тебя! — Рейчел расширяет глаза и Кассиа затихает напротив неё тоже. — Потому что я влюблена в тебя и хочу тебя видеть здоровой и счастливой, вот почему, идиотка. А вместо этого… я вижу, как ты постоянно попадаешь в неприятности, либо создаёшь их себе. — Это… — Нет! Ты уже тогда сказала мне всё, что хотела, сейчас ты слушаешь меня. — Голос у Рейчел грозный, говорит повышенным тоном — тем, который ей не стоит использовать рядом с любимой девушкой никогда. Но терпение кончилось. Лопнуло подобно вздутому воздушному шарику. — Я говорила тебе одеваться теплее. В чем ты ходишь? Она встаёт и приподнимает её джинсы и кофту на стуле рядом. — В этом? На улице зима! Ты в кроссовках и в одной футболке. — Рей… — прокашливается Касс. — Успокойся. — Успокоиться? Ты почему себя пытаешь? Ни какие экзамены не стоят твоего здоровья. Ну? У тебя есть оправдание? Давай скажи мне. — Я… Я устала думать о тебе. Ты постоянно в моей голове и я не могу никак это побороть, поэтому я решила просто переключиться, выкинув это из себя усердием. У меня не было желания заболеть, — в конце своей речи Кассиа закрывает лицо руками и переворачивается, утыкаясь лицом в подушку. Плачет, опять пытаясь скрыть свои настоящие эмоции. Рейчел присаживается рядом обратно, телефон откладывает, ещё несколько минут это может подождать, учитывая новые обстоятельства и их внезапные признания. — Так… ты тоже хочешь меня? — Я тоже влюблена в тебя, — скромно отвечает Кассиа, спрятав лицо в подушку. — Но кто я? И кто ты? Ты же понимаешь, что нам не быть вместе, мы из разных миров. — И что же не так с тобой? — протягивает Рейчел, нежно дотрагиваясь до её волос. Она так скучала по ней. Мягким движением поглаживает по голове, Кассиа прижимает руку к груди, снова прокашливаясь. — Я нищенка, шлюха, я — грязь, зачем тебе это? — унижает она себя. Рейчел наклоняется к ней и целует в макушку. — Сколько можно тебе повторять, что ничего из этого неправда. Я ведь влюбляться в тебя начала как раз из-за того, кто ты есть, как ты рвёшься к жизни, и через сколько ты прошла. Я горжусь тобой и восхищаюсь, как человеком. Мне жаль, что ты не видишь, то насколько ты прекрасна. — Она улыбается ей и мягко вытирает слёзы с её щёк. — А теперь я вызываю врачей, у тебя очень пугающий кашель. Не переживай из-за страховки. — Рей, стой… — хватает она её за руку. Рейчел вскидывает одну бровь, терпеливо ждёт. Если она хоть слово сейчас скажет про деньги, то её снова подорвет, как на минном поле. — Спасибо. — К твоим услугам, любимая, — ласковое обращение слетает с губ Рейчел с особой простотой, ощущение, что всё внутри неё ожидало этого момента. Сердце дико стучит от радости, напоминает о себе постоянно рядом с ней. Облегчение проходится по всему её телу от головы до кончиков ног, и дышать становится легче, будто наступает долгожданное затишье, а гирлянды загораются в душе вновь. Кассиа протягивает её ладонь к своим губам и целует: — Я ничего не обещаю, но я постараюсь ради тебя. Рейчел её понимает. Она будет стараться не меньше, чтобы это сработало, чтобы они — они существовали и не сломались в первый же тяжёлый момент. — Так у нас теперь отношения, да? — здесь пора поставить точку. Никакой недосказанности, всё, хватит, надоело. — Да, — смело кивает Касс. Бабочки в животе оживлённо хлопают своими крыльями.