***
Вырвав руку, Мэй остановилась и возмущенно воскликнула. — Господи, да что с тобой не так?! То ты гонишь меня, то лично приходишь и скандалишь лишь бы вернуть меня в отдел. — Ты не так все поняла, Паркер, — Дейв обернулся, глядя на нее будто на неразумного ребенка. — Я пришел туда не из-за тебя, а обозначить, что лично со мной не прокатит то дерьмо, которое Хилл тут собрался проворачивать. Поверь, если бы он взял с моего стола даже сраный карандаш — реакция была бы аналогичной. Но поскольку вместо карандаша была ты, тебя мне и пришлось взять назад. — То есть, ты не взбесишься и не примчишься вновь, если вдруг я прямо сейчас вернусь обратно? — Ничуть. Это уже твой выбор, а не Хилла, — хмыкнул Дейв, вновь поворачиваясь к девушке спиной. Поднявшаяся внутри нее ярость была столь ослепительна, что Мэй так и не смогла понять, как позволила следующим словам сорваться с ее языка: — Если ты обходился с матерью Оливии так же, как обращаешься со мной, то теперь я прекрасно понимаю причины ее ухода. Повернувшись к ней всем телом, Дейв сверкнул внезапно потемневшими глазами, но, на удивление, промолчал. Уже раскаивавшаяся в своих словах Мэй сжала пальцы в кулачки, чувствуя, как ногти больно впиваются в кожу. Она невольно сделала шаг вперед, желая извиниться, но мужчина вскинул ладонь, останавливая. — Достаточно, Паркер. Будь добра, сделай так, чтобы больше я тебя не видел. Ни в своем кабинете, ни где бы то ни было еще. Несмотря на то, что говорил он спокойно, Мэй чувствовала, что каждым словом он будто сдирает с нее кожу. — Детектив Кинг, я вовсе… — Удачи, Паркер. Потеряв к ней всякий интерес, Дейв отвернулся, и через пару минут девушка осталась в коридоре одна. — Чудесно… — прошептала она, сжав переносицу пальцами. — Просто чудесно.***
Тесс поймала себя на мысли, что то и дело бросает взгляд за окно в ожидании приезда Роба. Допрос пойманного у дома Тома мужчины не дал ничего. На деле он оказался местным наркоманом, решившим поживиться в доме убитого. Разочарование было столь острым, что Хантер до конца дня просидела за чтением анализа экспертиз, стараясь игнорировать фото с места преступления. Роб в ее кабинете тоже не появился, и теперь оставалось только гадать, в силе ли их договоренность или же Хилл решил справляться собственными силами. Заслышав деликатный стук в дверь, девушка, пожалуй, слишком поспешно бросилась открывать, но ее душевный подъем довольно быстро сошел на нет, когда Тесс обнаружила за ней своей бывшего мужа. — Фрэнк? — ей даже не удалось скрыть разочарования. Если он это и заметил, то мастерски не подал виду, улыбнувшись жене. — Здравствуй. Ехал мимо, решил зайти и узнать, как ты. Работать допоздна тебе не на пользу. Выглядишь усталой… — Я в порядке, Фрэнк, правда. — Могу я войти? Даже чаю не предложишь? — Слушай, не хочу показаться грубой, но с минуты на минуту за мной заедут и… — Сейчас даже целая минута в твоем обществе — роскошь… Неожиданно для Тесс, муж притянул ее к себе и впился отчаянным поцелуем в ее губы. Она уперла ладони в его плечи, но худощавая конституция мистера Хантера была лишь ширмой: за деловыми костюмами скрывалось крепкое, натренированное тело. До боли прижимая ее к себе, Фрэнк явно вознамерился насладиться их близостью вдоволь. Деликатное покашливание оказалось гораздо действеннее попыток Тесс вырваться. В дверях, в лучших традициях жанра, стоял Роб и потемневшими глазами наблюдал эту сцену. — Тесс, я не вовремя? У тебя изменились планы?! Переводя дыхание, девушка бросила на Фрэнка гневный взгляд и пробормотала: — Дай мне пару минут. Я почти готова. Фрэнк, довольно ухмыляясь, многозначительно посмотрел на Хилла, но так и не ушел. Даже когда машина Роба отъехала от дома, он продолжал стоять и наблюдать за ними. Молчание в салоне затянулось. Тесс чувствовала себя глупо и неловко, а еще хотелось, по пока неясным причинам, объясниться. Но Роб вдруг начал первым: -Ни к чему эти показательные выступления, Тесс. Ты довольно внятно изложила свою позицию в прошлый наш разговор, а я понимаю все с первого раза. Ну, максимум, со второго… Хантер потребовалось где-то с полминуты, чтобы понять, что имеет в виду напарник, а затем она звенящим от эмоций голосом потребовала: — Останови машину! Роб, перестроившись со своих внутренних переживаний, отравленных жгучей ревностью, вдруг осознал, что машинально давит на тормоз, а через секунду Тесс уже выскакивает из машины, громко хлопнув дверью. Еще несколько секунд ему требуется на то, чтобы, наблюдая, как ее фигурку скрывает метель, осознать, что девушка вознамерилась вернуться домой пешком, лишь бы избежать его общества. Толкнув дверь, Хилл выбежал из автомобиля. Игнорируя то, как Роб окликает ее по имени, Тесс решительно шагала в сторону своего дома. Самовлюбленный гавнюк! Неужели он возомнил, что все это она подстроила лишь бы позлить и заставить ревновать?! Да кому он сдался! Полностью погрузившись в свои мысли, Хантер не замечала ничего вокруг, даже звуки голоса Хилла стали как-то тише, а потом все в одночасье вернулось назад, когда Роб утянул ее на обочину, спасая от колес грузовика. — Ты сдурела? А что, если бы я не успел? Только твоего трупа для коллекции и не хватало! Его трясло от пережитого волнения, поэтому он вряд ли соображал, что, пожалуй, стоит ближе, чем полагается коллегам, а руки сжимают талию Тесс явно не из соображений безопасности. Девушка не сопротивлялась, отходя от шока. Почти соприкасаясь кончиками носов, они стояли так близко, что Роб мог разглядеть, как на ее пушистых ресницах таят снежинки. Она же вдруг вспомнила момент их близости… то, как он положил на ее нижнюю губу палец, а она провела по подушечке языком. Хилл судорожно и резко выдохнул, и Тесс тогда подумала, что это очень сексуально… они даже не дошли до гостиной… Роб сейчас понимал, чего так испугался тем утром… не ответственности или неловкого разговора, который обычно бывает между двумя малознакомыми людьми после бурной ночи. Он испугался того, что влюбляется в Тесс. В ее мелодичный, приятный до мурашек голос. Ее прикосновения, запах кожи… вкус губ… Тесс была очень красивой девушкой, но помимо внешности в ней было нечто такое, что заставляло Хилла робеть, словно мальчишку. По уши влюбленного в нее мальчишку. Он помнил каждый сантиметр ее тела, что касался губами в ту ночь. Помнил и злился на себя за то, что так хотел повторить это вновь, понимая, что своим уходом спустил в унитаз шанс на взаимность. — Извините, у вас все в порядке? Что-то с машиной? Роб и Тесс непонимающе уставились на пожилую супружескую пару, смотрящую на них из автомобиля. — О, нет-нет! Огромное спасибо! Мы в порядке, — улыбнулась им девушка. — Не стояли бы вы так у дороги, — произнес мужчина. — Метель все сильнее, так ведь могут и не заметить. — Мы уже уезжаем, благодарю за беспокойство. Это и правда было опрометчиво… — улыбнулся им теперь уже Хилл. Кивнув, старики уехали, а Роб пробормотал: — Надо же… даже не посоветовали проваливать в Канаду. Туристы, наверное. От местных вряд ли дождешься такого участия к своей судьбе… Тесс невольно рассмеялась. — Извини. Я лишнего сболтнул. Давай вернемся в тачку? Я пока еще привыкаю к погодным условиям. И да, осознаю, что был неправ. — Я тоже погорячилась. Мой муж умеет выводить из себя внезапными появлениями. Кажется, пора сменить квартиру… Установив таким образом мир, они добрели до машины и еще около пяти минут пытались отогреться.***
Осторожно приоткрыв дверь в комнату дочери, Дейв заглянул внутрь и улыбнулся. — Чего не спишь? — Ждала, когда ты придешь, — девочка села в постели. — Давай, подвинься. Уместив свое мощное тело на узенькой кроватке, Дейв прижал к себе Оливию и чмокнул ее в макушку. — Как дела в школе? — Никаких особо запоминающихся моментов не было. А у тебя как прошел день? — Паршиво, — не кривя душой ответил он. — Ты снова поссорился с Мэй, верно? Запрокинув голову, девочка укоризненно посмотрела на отца. — Мне бы не хотелось это обсуждать, креветка. Дело здесь не только в Паркер и наших взаимоотношениях. — А мне кажется, что дело именно в этом, просто ты сам себе признаваться не хочешь. Честно, пап, мне непонятно, почему ты ее отталкиваешь. Она ведь чудесная. — Она-то, может, и чудесная, вот только твой старик далек от идеала, — улыбнулся Дейв. — Ты к себе несправедлив. И я очень надеюсь, что Мэй это тоже увидит. А теперь давай спать. Люблю тебя. — А я тебя. Оливия давно уснула, а Дейв все никак не мог заставить себя встать и отправиться в свою постель. В голове крутился их с дочкой на удивление взрослый разговор, а также образ девушки, чьи карие глаза уже некоторое время не давали покоя.