Overcoming the Darkness/ Преодоление тьмы

      Как только они вошли в свою комнату и Робин закрыл дверь, Реджина начала ходить. Она чувствовала себя невероятно беспокойной, и не только потому, что на нее кто-то напал. Реджина знала, что никогда по-настоящему не подвергалась опасности из-за всех тех сил, которыми теперь обладала, и именно это ее беспокоило.       Она снова использовала темную магию. И ей понравилось. Снова. Блестки на тыльной стороне ее рук теперь стали более заметными, и она понимала, что темнота быстро набирает силу. Это слишком знакомое чувство.       Было приятно наброситься, и это напомнило ей тот самый первый раз, когда она сделала это. Реджина вырвалась из магической хватки матери и толкнула ее в зеркало, освободившись, наконец, от власти этой женщины над своей жизнью — по крайней мере, временно. Это был первый раз, когда она по-настоящему почувствовала, что у нее есть право голоса; что она действительно может контролировать свою собственную жизнь. И теперь эти темные силы убеждали ее снова взять власть в свои руки. Сосредоточься. Направляй. Контролируй. Подготовься. Нанеси удар. Уничтожь. Управляй.       Но у Эммы был кинжал, и Миллс взбесило то, что блондинка использовала его. У нее снова отняли контроль, и было трудно избавиться от этого чувства. -Реджина, — сказал Робин, надеясь, что она перестанет расхаживать по комнате.— Пожалуйста. Остановись хоть на минуту. Она с раздражением вздохнула и посмотрела на Робина, который стоял перед ней. -Что?       Робин поднял руки в знак капитуляции, но не смог подавить дерзкую усмешку, которая заставила Реджину наклонить голову и посмотреть на него с еще большим нетерпением в глазах. -Мне очень жаль, но ты чертовски красива, когда злишься, — признал он, и это заставило Реджину немного успокоиться. Она прижалась лбом к его груди и покачала головой, бормоча извинения, которых не имела в виду. Но то, как Робин принял ее такой, какая она есть, обезоруживало.       Робин обнял ее, и хотя он мог сказать, что она не расслабилась полностью, это было только начало. Он знал, что она на скользком пути, как и сказала Голубая Фея, и знал, что она снова использовала темную магию. Но он был готов встать ради нее на линию огня, даже если бы она была той, кто разжигал этот огонь. Когда ты видишь в ком-то хорошее, ты не откажешься от него. Слова Уилла Скарлетта, сказанные некоторое время назад, навсегда запечатлелись в его памяти. Он слушал этого человека тогда и слушает до сих пор. -Это опять произошло, Робин, — сказала ему в грудь Реджина. -Я знаю.       Он видел ее руки и понимал, что означают эти блестки. Робин поцеловал ее в макушку, а когда она подняла на него глаза, поцеловал в нос, просто чтобы заставить ее улыбнуться. -Почему поцелуй истинной любви просто не может заставить все это исчезнуть? — спросила она, и ее голос прозвучал так уязвимо, что ему хотелось, чтобы он мог исправить все поцелуем. -Я не знаю этого, любовь моя, — честно сказал он ей. — Просто знай, что я люблю тебя, и ни за что не оставлю тебя сражаться в этой битве в одиночку -Бьюсь об заклад, ты подписывался не на это, говоря, что видишь во мне второй шанс.       Робин приподнял плечи и вздохнул. -Может и нет, но это то, что ты делаешь, когда влюбляешься. Вы вместе идете туда, куда ведет вас эта любовь. -Даже в темноту?       Он посмотрел ей в глаза. Его первым побуждением было сказать «да», но мужчина не мог не задаться вопросом, было ли в этом вопросе что-то большее, чем простая просьба подтвердить, что он все еще на ее стороне. -Ты… просишь меня следовать за тобой в темноту?       Реджина вздрогнула и отвернулась, глядя на что-то или на кого-то в углу их комнаты и тот факт, что она не отвечала ему, сильно беспокоил. Он нежно погладил ее плечи и, когда она все еще не смотрела на него, спросил: -Что происходит, Реджина? Что на самом деле происходит?       Она медленно подняла глаза, чтобы встретиться с ним глазами, и из-за темного взгляда, который он увидел, захотелось сделать шаг назад. Почти. Но он этого не сделал. -Я проигрываю бой.       Ее тихий ответ напугал его больше всего на свете. Может, он должен быть благодарен ей за то, что она говорит ему это; что она еще не закрылась полностью. Но по правде говоря, он понятия не имел, что сказать или сделать сейчас. Робин и раньше чувствовал себя не в своей тарелке, но сейчас все выходило на совершенно новый уровень. Мужчина ничего не знал о борьбе с темными магическими силами, не говоря уже о том, чтобы держать их внутри себя. Его жизнь состояла из выборов. Он совершил много плохих поступков, а потом попытался загладить свою вину, изменив свою жизнь и сделав вместо этого хороший выбор. Он добился цели. Но это? Этот мрачный взгляд, который она бросала на него? Робин не знал, что делать. -Я пойму, если ты захочешь уйти сейчас.       Реджина говорила тихо, снова отворачиваясь от него, но печаль, сочащаяся из ее слов, внезапно дала ему ясное представление о том, что он должен сделать. Теперь он ее не бросит. Наоборот. Робин не позволит этой тьме снова изолировать ее от близких. Он поклялся не оставлять ее, и он сдержит эту клятву. Ради нее.       Его руки поднялись к лицу Реджины, и, прежде чем она успела даже вздохнуть, его губы накрыли ее. На мгновение она замерла, но как только он заставил ее приоткрыть рот, она застонала и поддалась ему. Он углубил поцелуй и начал вести ее спиной к кровати, требовательно целуя губы. Руки Реджины обвились вокруг его шеи, и он легко поднял ее. Робин поставил одно колено на кровать, позволяя им упасть на мягкий матрас, ни разу не прервав их пылкого поцелуя, пока Реджина не подпрыгнула на матрасе и не издала приглушенный стон.       Когда он приподнялся и переполз через нее, она просто смотрела на него, ожидая следующего движения. Ее руки безвольно упали рядом с головой, а грудь тяжело вздымалась, но она ничего не делала. Это было необычное проявление покорности, совсем не то, что он ожидал от своей дерзкой королевы в спальне, и это заставило его замедлиться. Он еще раз нежно поцеловал ее в губы, а затем начал прокладывать дорожку поцелуев по ее щеке и шее, пока не наткнулся на плотную ткань платья. Вокруг них заклубился пурпурно-серый дым, и когда он снова посмотрел на Реджину, платье исчезло, как и его одежда, а кровать была расстелена. Робин не нашел слов и просто зарычал, продолжая исследовать ее теплую кожу.       Он хотел не торопиться теперь, когда она сдалась, но движения и действия Реджины вскоре стали нетерпеливыми. Она нуждалась в нем, и если это был способ прогнать тьму, он с радостью это сделает.       Они были интенсивными — более интенсивными, чем когда-либо прежде. Реджина шептала что-то, чего он не мог понять, и временами ему казалось, что она борется с ним не меньше, чем с тем, что творится у нее в голове. Казалось, что женщина спорит сама с собой. Внутри нее действительно бушевала война, которую он хотел увидеть. Но Робин действовал интуитивно и просто любил ее так глубоко и страстно, как только мог, мягко разговаривая с ней, пока они занимались любовью, надеясь сдержать другие голоса в ее голове.       Они по очереди были главными, как всегда, но когда они приблизились к кульминационному моменту, Робин снова перевернула Реджину на спину и взял инициативу на себя. На этот раз она не сопротивлялась и просто смотрела на него так, словно заглядывала прямо в его душу. Вероятно, так оно и было. -Я люблю тебя, — сказал он ей и, качаясь в ней, продолжил — Больше, чем я когда-либо… любил… кого-либо… раньше.       Ее тело выгнулось над кроватью, отвечая на его движения, а также на слова, и когда она издала гортанный стон, их тела непросто дрожали, он почувствовал, как вся комната содрогнулась от них, а затем Робин оказался рядом с ней, позволяя удовольствию поглотить их обоих.

***

Пара книг упала с полки в комнате Белль, Эммы и Генри, а затем ваза разлетелась вдребезги на кафельном полу. В коридоре меч и топор выпали из подставок на стене, когда их комнаты несколько секунд сотрясались. -Что это было?! — воскликнул Генри.       Они только что добрались до своей комнаты после того, как Артур и Гвиневра предприняли попытку спасти то, что осталось от бала. Но как только Король ушел, чтобы поговорить со своим рыцарем Персивалем, Эмма и Крюк взяли Генри наверх, в жилые помещения замка. Белль сказала, что скоро присоединится к ним. -Черт возьми, что она сейчас делает? — сказал пират.       Все трое бросились через коридор в комнату Робина и Реджины и без колебаний ворвались внутрь, ожидая увидеть Реджину в каком-то магическом крахе. Они никоим образом не были готовы к тому, что увидели, когда вошли.

***

      У Реджины перехватило дыхание после того, что было похоже на взрыв света, поразивший все ее чувства одновременно. Она боролась за то, чтобы остаться в настоящем времени, пока была с Робином, сосредотачиваясь на нем, его теле, его голосе и его любви к ней, пытаясь отогнать другие голоса в своей голове. Она цеплялась за него, когда голоса хотели убедить ее, что на этот раз у нее может быть все: сила и любовь. Они были соблазнительными, но их снова и снова заглушал тот единственный голос, который ей нужно было услышать. -Останься со мной, — прошептал он несколько раз, вероятно, даже не осознавая того, насколько сильно ей это нужно.       Реджина знала, что это голос, который убережет ее. Не те другие голоса, которые хотели утащить ее обратно во тьму и одинокую жизнь, которая у нее была раньше. Робин не мог идти за ней в темноту и, что более важно, она не хотела, чтобы он это делал. Ему здесь не место, как Генри и Эмме. Единственная причина, по которой она отказалась от помощи Эммы в Сторибруке, когда тьма искала ее, заключалась в том, чтобы защитить блондинку от этого, потому что она принадлежала свету. И Робин тоже. Если она действительно хочет, чтобы эта любовь была в ее жизни, любовь Робина, а также Генри, ей придется продолжать сопротивляться тьме, чтобы вернуться к свету — к ним. Как только Реджина снова полностью приняла свет и отдалась любви Робина, она была измотана так, как никогда раньше, как физически, так и эмоционально.       Робин снова спас ее. Он все еще был наполовину на ней, зарывшись лицом в ее растрепанные локоны, а их ноги запутались в простынях. Они оба затаили дыхание, когда дверь в их комнату внезапно распахнулась.       Первое, что увидела Реджина, были широко раскрытые глаза сына, наполненные беспокойством и паникой; чувства, которые в одно мгновение сменились чем-то совершенно другим, когда он увидел ее и Робина в постели вместе. Он перешел от крайнего удивления к смеси облегчения и веселья, в сочетании с небольшим, по ее мнению, унижением. Потому что она сама чувствовала себя совершенно униженной.       У Робина хватило здравого смысла обнять Реджину за грудь, после чего он быстро схватил простыню, чтобы прикрыть верхнюю часть их тел, в то время как она смотрела на трех самых нежеланных гостей. Эмма пыталась оттолкнуть Генри, но все они знали, что он видел более чем достаточно, чтобы понять, что происходит. -Ребята! — наконец сказал Робин, приподнявшись на локте и кивнув головой в сторону двери. — Уходите! -Мы просто… мы… — пробормотала Эмма.       Крюк очнулся первым. Он схватил Генри за руку и потащил мальчика обратно в свою комнату. -Какого черта вы все сюда ввалились?! — спросила Реджина взволнованную блондинку. -Весь замок просто трясся, — сказала Эмма, глядя куда угодно, только не на пару в постели. — Или, по крайней мере, в этой части. Мы думали, что ты… ты… знаешь… каким-то образом вышла из-под контроля. -Весь замок? — спросил Робин, и когда Реджина посмотрела на него, она поняла, что он очень горд за то, чего они, по-видимому, только что достигли.       Ей захотелось стукнуть его по затылку, но потом она вдруг поняла, что снова чувствует себя нормально. Кроме огромного чувства удовлетворения, ее тело все еще покалывало, но она снова чувствовала себя самой собой. Королева ушла, и даже шепот на время прекратился. -Робин! — сказала она, бросив на него взгляд, который должен был быть раздраженным, но не смогла удержаться от улыбки, чувствуя невероятное облегчение от того, что снова может так шутить. -Ладно. Я пойду, — сказала Эмма, поднимая руки для в качестве извинения и все еще глядя куда угодно, только не на них. — Я вижу, что здесь все хорошо. Если бы вы просто могли… нет…       Эмма покачала головой. Она не могла сказать, чтобы они не делали этого снова. Как бы ей ни было стыдно за то, что она ворвалась к ним вот так, она знала, что после того, как была вынуждена использовать кинжал, чтобы остановить Реджину ранее, это, вероятно, был лучший исход, который можно себе представить для брюнетки — хотя она вообще не представляла себе этого, и не хотела. -Просто уходите отсюда, мисс Свон. Я в порядке, — сказала ей Реджина. Эмма наконец посмотрела на женщину и кивнула. -Я имею в виду… все хорошо — добавила Реджина мягче, чем раньше. — Спасибо Робину. Это просто… неловко, вот и все. Мы не ожидали публики. -Мы волновались. -Я понимаю. -Хорошо. Спокойной ночи, — быстро сказала Эмма, прежде чем выскочить из комнаты и закрыть за собой дверь.       Двое влюбленных одновременно опустили головы на подушки и глубоко вздохнули. Повернув головы, чтобы посмотреть друг на друга, на их лицах медленно появилась улыбка. -Робин, ты оттащил меня от края пропасти. -Я не знал, что еще делать, — признался Робин. — Мне просто нужно было держать тебя как можно ближе к себе.       Реджина повернулась на бок лицом к Робину, он поднял руку, чтобы она могла прижаться к нему, и обнял ее за плечи. -Это почти так же близко. -Точно.       Некоторое время они смотрели друг на друга, наслаждаясь тем немногим, что осталось после того, как их нагло прервали. Реджина чувствовала себя более похожей на себя, с тех пор, как стала Темной, и Робин был рад, что смог вытащить ее из того, что она испытывала раньше. -Итак… мы заставили трястись замок, — заметил он через некоторое время. -Ага. Думаю, так и было. А еще я думаю, что мы травмировали моего сына на всю жизнь.       Робин усмехнулся. -Хочешь, я поговорю с ним? -Нет!       Он приподнял брови после ее быстрого и твердого ответа. -Пожалуйста… не смущай его еще больше. Я уверена, что Крюк и Эмма обо всем позаботятся. Достаточно того, что все знают, чем мы занимались. -Мне не стыдно любить тебя, Реджина. -Да, но… знать что-то — это одно, а видеть — совсем другое.       Робин усмехнулся и поцеловал ее в лоб. -Я полагаю, ты права. Я бы тоже не хотел, чтобы Роланд зашел к нам. -Ты знал, что у моей матери когда-то была связь с Голдом? -Что? -Моя реакция была точно такой же. Я имею в виду… Румпельштильцхен? С золотой чешуей? Отвратительно! -Я так рад, что ты по-прежнему потрясающа и красива, как всегда. -Хммм, спасибо.       Робин ласково гладил спину и плечо Реджины, пока они разговаривали, и его удивило, как спокойно они болтают сейчас, после насыщенной событиями недели и еще более насыщенного вечера. Женщина, которую он безумно любит, теперь стала Темной, и они отправились в Камелот, чтобы найти волшебника, запертого внутри дерева, который освободит ее. Кто-то пытался убить ее, и они только что занимались любовью так, что сотрясли весь замок. Но вот они здесь, просто разговаривают о том, что пришло им в голову, как будто завтракают у бабушки. Он дорожил этими моментами с Реджиной. Вскоре они вернутся к своей миссии, и эти темные силы могут снова попытаться заманить ее, но сейчас он был доволен. Счастлив. Это то, за что они боролись, и он все еще был не готов отказаться от их счастливого конца.