Мы утонем во тьме

      Ночь была ужасно долгой. Казалось, что кошмары ожили и блуждали за дверью комнаты гриффиндорки. Хоть она параноила и каждые двадцать минут обновляла защитные чары, это никак не успокаивало. Как только удавалось сомкнуть глаза дольше, чем на пару мгновений, почти сразу мерещился сумасшедший смех Беллатрисы, а на теле чувствовались еле осязаемые прикосновения… Но слава Мерлину, ночь закончилась. Пожалуй, единственное, что ее спасло, это внезапное возвращение Блейза.       Гермиона пыталась найти в своих залежах хоть что-то напоминающее рассыпчатый чай, который она купила в Австралии. Мысли о родителях ввели ее в еще более глубокое стрессовое состояние. Но этого чертового чая, который точно бы никак не помог, нигде не было. Да и Грейнджер искала его в большей степени просто, чтобы не сойти с ума. Хотя она и хотела спать. От внезапного звука из гостиной ее чуть не кинуло в обморок. Лицо побелело, и Гермиона была уверена, что это уже не проделки ее подсознания, а скорее всего что-то или кто-то завался внутрь.       Грейнджер схватила свою палочку, крепко сжала ее в руке. Так сильно обхватила пальцами, что витиеватые узоры впечатались в плоть и доставляли дискомфорт. Но зато эта боль подтверждала, что Гермиона не спит и все еще жива!       Шатенка тихо вышла за дверь и медленно начала спускаться по скрипучим ступенькам, которые проклинала после каждого малейшего движения. Оказавшись в гостиной, девушка аккуратно выглянула из-за проема и не поверила своим глазам. Она была уверена, что там какой-то неуклюжий недоброжелатель, а на самом деле по гостиной слонялся Блейз Забини. Мулат переходил от стенки к стенке, пытаясь добраться до своей комнаты, но получалось, откровенно говоря, ужасно.       — Забини! — мулат вскинул голову и громко выругался.       — Черт бы тебя, Грейнджер! Я так… испугался, — шатенка слышала, как заплетался его язык и каких усилий стоило выговорить ее фамилию. Гермиона убрала палочку в задний карман.       — Что ты здесь делаешь? — она сделала еще пару шагов к парню, пока тот пытался отлипнуть от стены.       — Я здесь живу, вон там, ты уже забыла? — мулат указал пальцем в стену между проемами и сделал серьезное лицо. Но когда понял, что что-то здесь не так, звонко рассмеялся. — Я не смог показать на свою дверь? Ой, я, наверное, останусь здесь. Можно взять твою подушку? Я не буду класть на нее ноги, — и Гермиона позволила себе улыбнуться. В таком состоянии Блейз выглядел достаточно мило.       — Нет! Ты будешь спать в своей комнате! — чуть громче задуманного проговорила Гермиона и подошла к Блейзу практически вплотную. Она неуверенно взяла его под руку и потянула на себя. Было так непривычно дотрагиваться до него, будто противоестественно, но так или иначе она не могла бросить его в таком состоянии.       — Эй, Грейнджер, не лапай меня! Я, конечно, пьян, но не дам собой воспользоваться! — и она рассмеялась. Из-за этого оба чуть не повалились на пол.       — Я не пристаю к тебе, — она его осмотрела. — Где книга, которую я тебе давала? — они подошли к ступенькам, ведущим в комнату главного старосты.       — Я же говорил, что дам ее другу, она осталась в гостиной моего факультета. Пьяненький я, а глупишь ты, — и он прыснул, так нелепо и иронично. Гермиона немного нахмурилась, но не перестала тянуть его за собой. Так она пару раз случайно припечатала Блейза к стене, а он ее, не отставая. Через добрых семь минут они оказались наверху. Свободной рукой она толкнула дверь, и парочка старост ввалились в комнату.       — Нет, не смотри, я мог разбросать трусики! — Грейнджер подавила смешок и правда хотела отвернуться, пока не заметила небольшой книжный шкаф.       — Забини, откуда у тебя все эти книги? — девушка не постеснялась сделать быстрый шаг в сторону шкафа и уже хотела было дотронуться до корешков, но остановила себя.       — Мой друг. Ему некуда складывать свою «библиотеку», а дома оставлять все не захотел. Вот, пользуется моим положением, — парень плюхнулся на кровать, лениво стягивая с себя обувь, а затем и штаны. Гермиона медленно обернулась в его сторону, но потом быстро закрыла лицо руками.       — Забини! Какого черта? — ее голос звучал раздраженно и звонко, парень поморщился.       — Я начинаю жалеть, что решил вернуться сюда! Хоть и спать в ногах Пэнси и Драко, ужасно… — Грейнджер услышала громкую икоту и поторопилась в сторону выхода. — Ты можешь пройти через ванную комнату, она у нас смеж… сме… общая.       — Да. Хорошо. Да, — сказала Гермиона и поторопилась выйти. Она больше не могла находиться в той комнате. Ей не было дела до расстановки мебели или других личных вещей Забини. Она могла видеть только шкаф с книгами. Девушка уже представляла, как долгими вечерами, Блейз сидит и читает что-то из зарубежной классики или какие-то современные романы. Он поднялся в ее глазах еще на пару ступенек.       После этого инцидента она практически уснула. Смех Беллатрисы больше не звучал со всех сторон, а кожа не обжигалась от фантомных прикосновений.       Так ночь и закончилась. Ужасная ночь…       Глаза открылись сами собой без каких-либо зачарованных будильников. Она просто встала в шесть утра и первым делом отправилась в душ, желая смыть негативный осадок после кошмарной ночи, практически без сна. Она обернулась полотенцем и прошла в душевую комнату. Грейнджер любила утренний душ, он формировал настрой на грядущий день и как будто стирал дурные мысли. В кабинке она скинула с себя полотенце и повесила его на крючок. Мыло и мочалка на полочке. Лучшее время дня. Вода стекала по телу девушки и пар заполнял всю черепную коробку, создавая легкость. Секунды спокойствия.       — Грейнджер! Вода очень громкая! Я кажется слышу, как ты дышишь! Не то чтобы меня бесило, что ты дышишь, но можешь перестать на некоторое время. Возможно, я умираю! — голос Забини раздался очень внезапно, и девушка даже вздрогнула. Она сделала воду потише и напряженно задумалась.       — Тебе не нужна помощь?       — Мокрая гриффиндорка в моей комнате? Звучит заманчиво, но, пожалуй, нет. Просто я не помню, как здесь оказался и сейчас, кажется, выблюю свои мозги, — тогда Гермиона поняла в чем дело. Сама она от похмелья никогда не страдала, но видела, как это случалось с Джинни после войны. Гарри так смешно с ней носился, а миссис Уизли все причитала какая непутевая у нее дочь. На такие случаи Гермиона знала только одно… Она быстро домылась, обмоталась полотенцем и скользя по кафелю забежала в комнату.       «Я точно помню, что оно где-то было»       Гриффиндорка натянула на себя лосины, длинную футболку и, легким движением палочки, высушила волосы. Шатенка бросилась ко всем склянкам, которые прятались на ее полке. Там можно было найти все что угодно, кроме запрещенного и зелья сна без сновидений, которое скорее всего здесь появится в ближайшее время.       «Почему я это делаю вообще? Забини слизеринец, он бы никогда ничего похожего не сделал бы для меня!»       Но так или иначе она продолжала искать, пока не додумалась использовать палочку.       — Акцио антипохмельное зелье, — и в ту же секунду в ее руку прилетел небольшой бутылек. Она крепко его сжала и повернулась к столу. Кубок, из которого она обычно пила, наполнила до краев водой и вышла из своей комнаты. Грейнджер делала неуверенные шаги, скидывала все на то, что боялась расплескать воду, но на самом деле волновалась, что Блейз будет груб с ней.       — Забини… — Гермиона неуверенно постучала в дверь, от которой, казалось, веяло холодом.       — Салазар всемогущий! Этот субботний ВЫХОДНОЙ день начался в шесть утра, так еще и с твоего голоса. Я так счастлив! — возмущался парень. Грейнджер практически ушла. Она уже обернулась чтобы вернуться в свою комнату, но дверь слизеринца скрипнула. — Можешь зайти, я одет, — она ни на секунду не задумывалась, вошла. Первое что увидела, это не заправленная кровать и мулат, лежавший в одних лишь трусах на мятой простыне. На полу валялось одеяло и Гермионе пришлось подавить первый внутренний позыв поднять его и сложить. Девушка быстро зажмурила глаза.       — Забини, ты сказал, что одет! — и она неловко обернулась спиной, расплескивая воду.       — Грейнджер, ты очень громкая! — зашипел он. — Одет, не голый же! Я не расскажу Уизли. Что ты хотела? — девушка услышала шуршание за спиной и когда обернулась увидела, что Блейз натянул простыню.       — Я подумала, что после вчерашнего… Я так поняла, что ты был пьян и возможно…       — Не тяни.       — Я принесла воду и антипохмельное, — на выдохе сказала она, протягивая кубок и бутылочку. Кажется, глаза Блейза расширились до небывалых размеров. Он сразу поднялся повыше, чтобы сесть и сморщил лицо. От резкого движения голова откликнулась болью.       — Это… — он принял из рук гриффиндорки то, что она ему принесла. — Я вчера шумел? Я помню, как шел, но как поднялся в комнату…       — Я помогла тебе.       — И раздела? — Блейз поднял одну бровь и отпил глоток.       — Годрик, нет! С этим ты справился сам, — он сделал еще глоток и еще.       — Кажется это самая вкусная и живительная вода из всех, что я пил! Лучше только огневиски со льдом, — это вызвало у Гермионы смешок. В таком состоянии быть способным говорить об алкоголе? Да, Блейз точно был совершенно непонятным для нее персонажем.       — Я рада, — она перекатилась с пяток на носки и уже засобиралась уходить.       — Гермиона, я… Спасибо тебе, — и больше он ничего не сказал. А Гермиона улыбнулась. Была уверена, что он не увидит, потому что уже повернулась к выходу.       «Позволить себе маленькую шалость?».       — Блейз. Вчера, когда мы поднялись и я увидела книжный шкаф, ты сказал, что я смогу взять что-то почитать, — если он действительно ничего не помнил, как говорил, то это будет очень коварная шалость. Гермиона так и стояла к нему спиной, наблюдала искоса, боялась, что по лицу он уличит ее во лжи.       — Эм, они не мои, но знаешь, думаю, мой друг не будет против. Да, хорошо, посмотри, что бы ты хотела и можешь взять, — Грейнджер чуть было не выпрыгнула из тапочек от радости. Она быстро подошла к книжному стенду и начала блуждать глазами по всем экземплярам. Ее внимание сразу привлекла «Божественная комедия» в каком-то интересном переплете с гравировками и камнями на обложке.       «Она выглядит так дорого и… не в стиле Блейза Забини. Ладно, это глупо и странно, если это его книги, то почему он их не читает… Бред. Нет никакого друга!»       — Я взяла, спасибо, верну, как дочитаю. Поправляйся, — бросила, напоследок не возвращая взгляд к парню. Он никак ей не ответил. Проводил взглядом и сразу осушил весь запас зелья. День начался определенно лучше, чем прошла ночь.

***

      Драко шел по коридору в Большой зал и испытывал некоторое недовольство и… Нет, это точно была ненависть ко всему живому. Алкоголь выкачал из него все жизненные силы и желание сдерживать своего внутреннего мудака. Точнее, он его никогда не сдерживал, но сейчас был даже преисполнен мыслью спустить злость на всех вокруг. Вчерашний вечер оказался не таким радужным и веселым, как все планировали.       Началось все хорошо. Первым делом Драко решил зайти за Блейзом, чтобы они вместе пошли в гостиную родного факультета. Ему не удалось поиздеваться над Грейнджер достаточно долго, поэтому он уже заранее был расстроен. Блондин и мулат пришли в подземелья, когда все кругом уже попивали напитки из своих кубков. Пэнси сразу материализовалась рядом с ним и обвила мертвой хваткой.       — Пэнс, я еще слишком трезв… — заканчивать фразу не пришлось, брюнетка поняла, что он имеет в виду и сразу отошла на шаг.       Когда Драко пьянел он становился милым с Паркинсон. Ну как милым… Он просто переставал отпираться от ее назойливых прикосновений и даже позволял себя поцеловать или делал это первым. Все зависело от стадии. Поэтому Пэнси сразу загорелась идеей устроить вечеринку, когда Блейз это предложил.       — Мне нужно выпить, — голос Забини вырвал Драко из мыслей. Парень крепче сжал книжку в руке и прошел вслед за другом.       Малфой обвил взглядом весь предложенный ассортимент напитков и сразу отмел херес. Он, почему-то, напоминал ему те посиделки в гостиной главных старост. Глупый момент с Грейнджер и тем пирожным. Здесь сладкого не было и Драко восхвалял тех эльфов или девочек, которые принесли эти НЕсахарные закуски. Он пил огневиски.       — Я хочу выпить за начало нового учебного года, — послышался голос Тео, и все вокруг завизжали.       — Нового и последнего, — пропела Пэнси, и все снова закричали от радости. Послышался звонкий цокот кубков, и в унисон, каждый слизеринец отпил по глотку или осушил сосуд полностью.       — Драко, если ты будешь ходить таким же кислым как сейчас, я надеру тебе задницу! — Нотт похлопал его по плечу. Малфой знал, что угрозы друга бессмысленны и неправдивы, но все же выпил все до последней капли. Парящая бутылка огневиски сразу наполнила его кубок до краев. Так он опустошил его три раза и к последней капле четвертого уже весело улыбался.       — Ох, если Малфой начнет танцевать, ему больше не наливать, — смеясь, пропел Забини, замечая, что Драко уже начинает постукивать ногой по полу в такт музыке.       — Иди нахер, друг.       — Милый.       — Драко, — два женских голоса раздались практически в унисон над его головой. Это мерзкое «милый» точно принадлежало Пэнси Паркинсон, а второй звучал очень похожим на Дафну. Но блондинка Гринграсс сидела рядом с Блейзом и точно молчала. Малфой обернулся и заметил Асторию. В ее глазах танцевали слегка опьяневшие чертики, и это смотрелось непривычно.       — Да? — блондин не знал, кому именно ответил, но через мгновение по обе стороны от него уселись девушки. Пэнси тотчас запустила руки, корнями обвивая все тело Малфоя. Астория, в свою очередь, даже будучи пьяненькой, не могла решиться прикоснуться к нему.       — Стори? Ты что-то хотела? — Паркинсон чувствовала себя победительницей.       — Астория! — слегка грубо ответила Гринграсс и расправила плечи. — Меня зовут Астория. Стори я только для друзей.       — Дорогая, малолетки сидят там, — Пэнси натянула улыбку и решила, что не будет ссориться с сестрой подруги. Драко же видел нарастающее недовольство в глазах брюнетки и чувствовал, как ее путы из рук стягивают его еще сильнее.       — Я не хочу быть с «малолетками». Думаю, что могу посидеть в компании сестры, хорошего друга и… — она посмотрела на Дафну, потом плавно перевела взгляд на Блейза и только после этого остановилась на Драко, — и будущего жениха, — казалось все, кто слышал это перестали дышать. То ли от дерзости Астории, то ли от ожидания реакции Пэнси.       — Слово «будущий» звучит так неустойчиво, дорогая, — Паркинсон сощурила глаза и недовольно прокашлялась. — Так или иначе, те оболтусы тебя заждались. Иди к ним СТОРИ…       — Астория.       — Слушай, я сейчас выключу милашку — и наш разговор быстро закончится…       — Пэнси! — Дафна вклинилась в их небольшое противостояние очень вовремя. Драко уже переставал чувствовать левую руку из-за хватки брюнетки. Гринграсс поднялась с любимого места около Блейза и села на подлокотник дивана, возле сестры.       — Даф, уведи сестричку, ей пора спатки, а не на чужих парней заглядываться.       — Пэнс, мы не пара, — прошипел Драко. Меньше всего, сейчас он хотел решать проблемы их несуществующих отношений. Но сейчас вся эта вечеринка шла ко дну. Так что Малфою оставалось только осушать кубок и дожидаться пока парящая бутылка наполнит его снова.       — Милый, мы поговорим об этом через минутку, я только разберусь со Стори.       — Астория! Меня, черт возьми, зовут Астория! Ты слишком большого мнения о себе Пэнси… Хотя у тебя ничегошеньки нет! Место старосты, о котором ты проговорила все лето? Нет, его получила моя сестра, — младшая Гринграсс загнула первый палец. — Любимый парень? Оу, соболезную, он мой будущий муж, — загнула второй. Драко почувствовал ногти на своем предплечье. — Может ты хорошая подруга? Ах, снова мимо. Ведь тебя никогда нет рядом, когда нужна своим друзьям. Зато, когда тебе надо, все тут как тут, — загнула третий палец. — Может у тебя есть счастливое будущее? Вот черт, по своей глупости ты приняла метку и оборвала все шансы! — четвертый. — Звание принцессы Слизерина? Хм, как жаль, но кажется все вокруг считают тебя лишь подстилкой Драко Малфоя, — Астория загнула все пять пальцев и победно улыбнулась. — Да, теперь я могу пойти к тем «оболтусам» или спатки. Спасибо всем, вечер был чудесным, — девушка неуверенно поднялась с дивана, взяла свой кубок, допила остатки и шатаясь побрела в сторону комнат.       Драко слышал, как громко и рвано дышала Пэнси, будто вот-вот начнет извергать огонь. Но она пару раз сжала и разжала кулачки. Затем встала и мило улыбнулась.       — Драко, милый, как закончишь, я буду ждать тебя, сам знаешь где, — и Паркинсон ушла. Оставила свой напиток, подругу, парня и ушла. Возможно, Астория и была права в некоторых моментах, но то, как она донесла это до Пэнси… Было грубо.       — Вау! — выдал Блейз и встал с ковра. — Я один в шоке от прорезавшихся зубок крошки Стори? — мулат сделал шаг и плюхнулся на диван рядом с Драко. Дафна последовала его примеру и тоже скатилась с подлокотника на мягкую подушку.       — У нее всегда были зубки, поверь. Просто Пэнси перешла черту. И переходила ее все лето. Астория устала от этого, — Гринграсс отпила глоток хереса из своего кубка. — Драко, я надеюсь ее слова тебя не задели. Она не думает так на самом деле, просто Паркинсон…       — Все хорошо. Меня она никак не задела. Скорее повеселила.       — Пэнси не забудет этого. Присматривай за сестрой, — Блейз улыбнулся, но на самом деле совет был дельным. Паркинсон будет искать повод и точно его найдет.       — Я всегда за ней присматриваю, — троица одновременно пригубила бокалы. — Раньше все было совершенно иначе. Эта вечеринка такая…       — Тухлая? — предположил Блейз. — Это все ваши чертовы татуировки. Очень жаль, что я не в вашем клубе, конечно, — с сарказмом произнес он. — Но, кажется, из-за них наша жизнь совершенно изменилась.       — Или просто мы выросли из школьных тусовок втихушку от профессоров, — слегка запинаясь пояснил Малфой. И в ту секунду они все безмолвно с ним согласились. Драко и Дафне уже было восемнадцать, а Блейзу должно было исполниться со дня на день девятнадцать.       — Говори за себя, старпер. Я еще в самом расцвете лет, — и это вызвало волну смеха.       Блейз Забини точно умел разрядить обстановку. Через миг к ним присоединился Тео с Милисентой. Спустя пару бокалов, Драко плелся к назначенному месту, потому что знал, что все это время Пэнси ждала его там. А Забини зачем-то решил вернуться к себе в башню. Мысли почему-то метнулись к Грейнджер, но пьяный разум блондина даже не смог этому противостоять. Он вспомнил ее недовольный взгляд и улыбнулся…       День сулил быть ужасным из-за похмелья.

***

      — Дорогие студенты, доброе утро! — голос Минервы МакГонагалл разорвал мозг Малфоя, и он с недовольством поморщился. Серые глаза парня метались от Дафны к Тео, от Тео к Пэнси и от Пэнси к Блейзу…       — Какого хера она так орет и почему ты улыбаешься?! — Драко набросился на кубок с тыквенным соком и мысленно воспел Салазара за это подношение, но он был бы в сто раз благодарнее за воду.       — Я могу рассказать, но ты не поверишь, — Забини пил свой сок и не изнывал от головной боли. Мулат смотрел куда-то вдаль. Драко проследил за его взглядом и понял, что его друг наблюдал за… Грейнджер.       — Что она с тобой сделала? Отсосала по-тихому и высосала все похмелье? Почему ты не подыхаешь, черт возьми?! — Драко шипел так, чтобы его никто не услышал. Забини закатил глаза.       — Ты придурок! Вчера я ввалился в башню, как мешок с тыквами. Грейнджер помогла мне подняться в комнату, а утром принесла воды и антипохмельное. Я никогда в жизни не думал, что гриффиндорская принцесса станет делать что-то подобное для меня, — и Блейз снова перевел взгляд на Гермиону. Он изучал ее. Разглядывал серьезные черты лица. Шатенка слушала длинную речь директрисы и качала головой, будто подмечая какие-то определенные моменты.       — Грязнокровка Грейнджер ухаживала за твоим пьяным в стельку телом? — блондин прыснул. — Мило…       — И снова — ты придурок! Зато мне не пришлось просыпаться в постели с Паркинсон и я не слушал все утро ее нытье из-за Астории и головной боли!       — Вот тут ты не прав! — огрызнулся Драко. — Про головную боль ни слова. Она так рано от нас ушла, что даже не успела напиться. Так что утром она говорила в два раза больше, чем обычно.       — Тебе надо разобраться с ней…       — Знаю, — Малфой зачем-то перевел взгляд к гриффиндорскому столу. Он чувствовал злость. Почему? Только Салазару известно. Так или иначе, сам того не понимая, теперь Малфой изучал реакцию Грейнджер. Шатенка внимала каждому слову директрисы, записывая в своей голове. И она выглядела… Сносно. Нет, скорее обычно. Обычно, как и всегда — ничего нового. Волосы такие же пушистые и вездесущие. Рот слегка приоткрыт, это Малфой заметил еще на четвертом курсе. Она всегда приоткрывает рот, когда слушает профессоров. Иногда повторяла их же слова следом или в унисон, чтобы не забыть. Глаза, совершенно обычные, такие же, как и при первой их встрече, ничего не говорящие и кричащие одновременно.       — Сегодня, в половине первого, в кабинете по трансфигурации пройдет собрание по приказу №160.1998. На этом все, можете приступать к еде, — Малфой нервно закатил глаза и несколько раз ударил себя по щекам.       — Чертов приказ. К нам сегодня приставят нянечек… — и с этого момента Драко считал, что этот день самый ужасный за всю неделю. Глупая суббота. Глупый приказ. Глупая Грейнджер. Причем здесь она?       «Да она всегда причем!».

***

      Все утро Гермиона пыталась остаться одна. После завтрака убежала в библиотеку, пообещав мальчикам взамен на ее утреннее отсутствие, вечером поиграть в шахматы. Они загорелись этой идеей, так что решили не тревожить подругу. Тем более шатенка все еще злилась на Рона. Тот даже не подумал, что должен извиниться. Во время завтрака все тянулся к ней, пытался поцеловать в висок или в щеку, но между ними материализовалась сумка Гермионы, ограждая хозяйку от возлюбленного.       У нее было, по меньшей мере, два с половиной часа на изучение пары глав, запретного издания. Гермиона примостилась на стульчик около магловской секции и выудила книгу из сумки. Она знала, что в эту часть мало кто ходит, но решила предостеречь себя и прикрыла обложку запрещенной рукописи книгой Блейза. Так для всех она читала Данте Алигьери, а не какого-то… Кто автор?       — Оу, Гермиона, привет. Не ожидал тебя здесь увидеть… — голос Невилла Долгопупса прервал ее на том моменте, когда она хотела узнать имя писателя.       — Да, привет Невилл. Ты прав, я и в библиотеке? Чрезмерно странно, — Гермиона прикрыла страницы книги рукой и доброжелательно улыбнулась. Однокурсник неловко переминался с ноги на ногу и неуверенно улыбался. — Ты что-то хотел?       — Да! Нет… Точнее, у меня была просьба. Или вопрос. Знаешь, я работаю сейчас над специальным заданием от Слизнорта, чтобы попасть в его клуб. И хотел спросить. Как ты думаешь, точнее, не знаешь ли ты, маглы хороши в травологии? — Грейнджер быстро проморгалась.       — Да, думаю да. У них есть ботаника. Думаю, ты можешь спросить у мадам Пинс. Она точно соберет тебе целый ряд книг по этой теме, — Долгопупс воспрял духом и улыбаясь поблагодарил подругу. Парень скрылся так же быстро, как и появился перед ней. Девушка подождала пару мгновений и только потом снова вернула взгляд к корешку книги.       «Автор…».       — Мисс Грейнджер!       — Да, мадам Пинс? — злость начинала подступать к щекам.       — Спасибо, что направили мистера Долгопупса ко мне. Бедняга весь на нервах… Вы читаете что-то из библиотечных архивов? — женщина нагло заглянула в книгу Гермионы, но гриффиндорка сразу прикрыла ее рукой. Она подняла книги и указала на обложку «Божественной комедии», которой прикрывалась.       — Святая Моргана. Чудесный выбор, мисс Грейнджер. Не буду врать, первый раз, когда я читала, мне показалось это сложным, но… — мадам Пинс что-то еще бубнила себе под нос, а Гермиона качала головой, делая вид, что ей хоть немного интересно. — Это ваша книга?       — Оу, нет, это моего знакомого, он дал мне ее на время.       — У нас в архиве нет этого экземпляра, он считается редким и дорогим в мире маглов… — глаза Грейнджер расширились.       — Мадам Пинс, вы хотите сказать, что эта книга не из магического магазина? А прямо из магловского?       — Да, это точно. Уверена, что видела ее на прилавке немагического Лондона, — и снова длинная речь мадам Пинс. А в голове Гермионы уже запускались новые мыслительные процессы. Блейз Забини бывал в магловской части Лондона и покупал там книги. Да еще и такой редкий экземпляр… — Ну а впрочем, не буду вам мешать. Приятного чтения, мисс Грейнджер, — Гермиона покачала головой и проводила библиотекаршу взглядом.       «Автор… Ни…».       — Грейнджер…       «Кто бы ты не был… Я уже тебя ненавижу».       — Забини?       — Да, знаешь, я хотел еще раз тебя поблагодарить за помощь… Ну знаешь, ночью, да и утром, — Гермиона снисходительно улыбнулась. Если им не суждено дружить, то и пытаться не стоит? Блейз не был ей противен: после того момента первого сентября он вызывал у нее в основном положительные эмоции.       — Я рада, что смогла помочь. Тебе спасибо за книгу. Я уже на протяжении часа пытаюсь начать, — и в душе появился огонек. Она захотела спросить насчет книги, узнать, где он ее купил и как чистокровного волшебника занесло в магловскую часть города.       — Круто, что тебе нравится. Можешь читать сколько душе угодно. Думаю, мой друг не будет зол, что я разрешил тебе взять ее, — на лице мулата мелькнула неуверенность, но Гермиона целенаправленно проигнорировала ее.       — У меня есть несколько вопросов, насчет книги, но потом… Передай ДРУГУ спасибо, — и Блейз покачав головой развернулся прочь.       «Если сейчас передо мной явится призрак Почти Безголового Ника, я взорвусь. Что за знаки судьбы. Мерлин, помоги!»       — Миона! — внутри все клокотало от злости.       — ЧТО?! — на Роне ее терпение лопнуло. Она подняла палец вверх и быстро пробежала глазами по имени автора.       «Николас Фламель…».       — Гермиона, прости меня пожалуйста. Я был дураком. И все еще дурак. Я не должен был идти на поводу у Ромильды и Лаванды. Моя девушка ТЫ, а не кто-то из них, — Рон виновато склонил голову, разглядывая носки школьной обуви. Он всегда так делал, когда его отчитывали.       — Рональд. Для меня главное не твои извинения, а чтобы ты понял совершенную ошибку… Я тебя прощаю, но будь добр помни одну истину. — Грейнджер тепло улыбнулась, а потом окинула взглядом наручные часы.       «Славненько!».       — Нам пора?       — Да, — шатенка быстро закрыла обе книги и приняла решение читать отныне исключительно в башне.       Пара скоропостижно покинула библиотеку. Рон шел рядом, не нарушая личные границы девушки, но именно в такие моменты ей хотелось, чтобы он взял ее за руку. Гермионе льстило внимание к ее психологической травме, но тот факт, что он перестал пытаться, расстраивал. В полной тишине они дошли до кабинета трансфигурации.

***

      — Дорогие старосты, присаживайтесь, скорее. Мистера Забини и мисс Грейнджер попрошу сесть вместе за самую первую парту, — Драко слегка присвистнул и потрепал друга по плечу. Сам бы он отдал место старосты и, наверное, даже одно легкое, лишь бы не сидеть с этой заносчивой гриффиндоркой.       «Слишком много чести для такой, как она. Отказываться от должности, еще и легкое. Нет, Грейнджер, подавись!»       — Как я говорила перед завтраком, речь пойдет о приказе №160.1998. Если кто не знает о чем речь, я вам его зачитаю.

«Приказ министерства №160.1998

К каждому студенту, чьи родители были верны Волан-Де-Морту, будет приставлен студент другого факультета по распределению директора».

      От каждого слова все нутро напрягалось. От одной мысли, что кто-то из шайки Поттера или любой другой будет приставлен к нему, как пятое колесо, выводило из себя. Он нервно откинулся на спинку стула. Дафна, сидящая рядом, тоже была не в лучшем расположении духа. Хотелось скорее с этим разобраться и пойти на выходной — отходить от алкогольного воздействия и спать.       — Я посовещалась с деканами других факультетов, и мы составили список. Назовем его испытательным, если все пройдет хорошо, то так все и оставим до отмены приказа, — Драко невольно бросил взгляд на Гермиону. Шатенка сидела ровно. Ее спина не касалась спинки стула, будто всегда была идеально прямой. Она любила все держать под контролем, даже собственную спину, пока сидит. Минерва наклонилась к нижнему ящичку своего огромного стола и достала парочку пергаментов. — Главные старосты зачитают списки. Мисс Грейнджер будет называть учащегося, к которым министр Кингсли посчитал нужным приставить…       — Няньку, — буркнул Малфой и привлек всеобщее внимание к своей персоне. В этом он был горазд — всегда знал, как обратить все взгляды на себя.       — Я бы сказала, контролера, мистер Малфой! — МакГонагалл смерила блондина серьезным взглядом и протянула гриффиндорке лист. — А мистер Забини будет зачитывать тех студентов, кто будет приставлен к…       — Хорошо, профессор, мы можем начинать? — женщина нахмурилась, но покачала головой, позволяя начать перечисление. Список был довольно длинным. — Грейнджер, начинай. — Забини подтолкнул Гермиону. Драко точно видел, как мягкая улыбка промелькнула на губах мулата, когда он назвал фамилию этой неприятной девчонки. Малфой даже не смог бы скрыть неприязнь, не то, что улыбнуться, да еще ТАК.       — Теодор Нотт, — начала гриффиндорка.       — Ханна Аббот, — продолжил Блейз.       Малфой мысленно рассмеялся над везением друга, ведь он часто затрагивает личность старосты Пуффендуя, когда речь заходит о пошлых фантазиях. С ряда желтых галстуков послышался какой-то звук, на что Драко решил не обращать свое драгоценное внимание. Он знал, кто ему попадется и хотел скорее с этим покончить.       — Дафна Гринграсс, — на этом моменте, блондинка, сидящая рядом с Малфоем напряглась и затаила дыхание.       — Гермиона Грейнджер, — некоторое время, Драко не мог определиться за чьей реакцией наблюдать веселее. Дафна задыхалась от недовольства и одновременного облегчения, ведь ей не досталась какая-то надоедливая когтевранка — всего-навсего вездесущая гриффиндорка. А Грейнджер в свою очередь от внезапности сжала пергамент и выпучила глаза, как какой-то испуганный зверек.       — Грегори Гойл.       — Полумна Лавгуд.       — Милисента Булстроуд.       — Падма Патил.       — Пэнси Паркинсон.       — Рональд Уизли.       На этом моменте Драко перестал дышать. Его из ступора вывел только стон, который издал рыжий гриффиндорец. Малфой знал, что его не скинут на кого-то чужого, такую ценность точно поручат золотой троице. Грейнджер досталась Дафна. Долговязому Уизли выпала честь присматривать за Пэнси. А значит Драко Малфой точно на протяжении всего года будет вынужден видеть лицо святого Поттера слишком близко и слишком ЧАСТО. Еще некоторое время Блейз и Гермиона перекидывались именами студентов.       «На кой черт мы должны слушать весь этот бред? Почему бы нам просто не сказали наших нянек и все…»       — Астория Гринграсс.       — Джиневра Уизли.       — Драко Малфой, — секундное промедление. Драко был уверен, что Блейз выдерживает трагичную паузу…       — Гарри Поттер, — и вот оно. То, чего он ждал. Точнее не ждал, но точно знал. Все взгляды молниеносно направились в его сторону.       «Салазар, прошу! Провалиться под землю будет лучшим подарком на Рождество»       — Профессор, почему меня нет в списке? — голос Блейза оторвал всех от изучения реакции слизеринского принца на свой приговор.       — Ваша мать не была помеченной, как и вы, мистер Забини. Министр Кингсли решил не включать вас в список. Но прознав, что вы занимаете пост главного старосты, попросил вашу соседку по башне, приглядывать за вами, — Малфой победно хмыкнул. Он все еще был зол на Кингсли, на директора МакГонагалл, на своих родителей, Темного Лорда и вообще на всех, за то, что его нянькой будет чертов Поттер. Но теперь на душе стало капельку спокойнее. Так или иначе, это секундное умиротворение закончилось, когда Блейз игриво подмигнул Гермионе и вызвал у той молниеносную реакцию, в виде румянца на щеках.       «Что за чертовщина?!»       Драко перевел взгляд на вислого, но он лишь тупо смотрел куда-то в стол, не замечая, что Забини подкатывал к его девушке. Малфою точно было плевать на это, но почему-то…       «Нет, плевать!»       — Ну раз все услышали списки. Я перечислю обязанности контролеров, — главные старосты прошли за первую парту и уселись. — Следует наблюдать за студентами из первого списка. Не переходите грань личного пространства, но если заметите что-то странное, то сразу проинформируйте меня или любого другого профессора. Так же я хотела поинтересоваться насчет графика дежурств. Всем комфортно? Сегодня по плану…       — Мы, профессор, — Ханна Аббот вскинула руку, привлекая внимание директора школы.       — Прекрасно, Пуффендуй. На этом, пожалуй, все. Больше информации я скажу за ужином. Проинформируйте студентов своих факультетов о нововведении, — и все в одночасье подскочили со своих мест, направляясь к выходу. Малфой медленно поднялся, перед тем как покинуть кабинет. Кинул пренебрежительный взгляд в сторону директора и тоже оставил класс за спиной.       — Грейнджер, клянусь быть милашкой. Не следи, за мной в полную силу, — голос Блейза быстро привлек внимание блондина. Он говорил своим этим сладким тоном. Забини всегда использовал этот тембр, когда пытался понравится девушке, и Драко знал это как никто другой.       — Я обещаю быть адекватной, Блейз, — Малфой увидел, как исказилось лицо Уизли, когда его возлюбленная подружка называет слизеринца по имени. Дафна, стоявшая рядом тоже морщилась, но не от слов Грейнджер, а от всей ситуации в совокупности.       — Хорошо, значит до вечера, — Забини подмигнул девушке, выставил локоть, чтобы Гринграсс взялась за него, и парочка пошла в сторону Драко, оставляя за спиной разгоряченного Уизли и краснеющую Грейнджер.       — Что это нахер такое? — Малфой звучал слегка громче, чем следовало, но слава Мерлину, все лишние уши уже покинули пределы корпуса.       — Что именно?       — Ты и твой этот голос… Я знаю, ты так говоришь только с девушками, которых хочешь трахнуть, — Дафна, стоявшая рядом, согласно кивнула. Все знали уловки Блейза Забини, но девушки продолжали покупаться на это.       — Я не хочу трахнуть Грейнджер, если ты об этом. Не ревнуй, сладкий, — мулат поднял руку и погладил друга по плечу.       — Фу. Какая мерзкая мысль, ревновать Грейнджер…       — Я говорил о себе, — что-то мелькнуло в глазах Забини, но он предпочел это скрыть, переводя тему. — Поздравляю с нянькой Поттером. Кажется, ты должен мне желание? — припомнил Блейз их глупый спор июньской давности.       — Я уже говорил сегодня, что ненавижу тебя? — слизеринцы направились прочь со школьных коридоров к себе в подземелья.       Единственное, чего сейчас хотел Драко, — зайти за книгой, которую ему дал Блейз, уйти в свой потаенный кабинет и читать, пока часы не пробьют время ужина.