Мы утонем во тьме

      — Итак, я не стала расспрашивать тебя в пятницу, потому что у тебя не было настроения, — вдруг заговорила Джинни.       Они уже пару минут шли в полном молчании, отдаляясь от Хогвартса, держа путь в Хогсмид. Дафна и Блейз пообещали их встретить возле «Сладкого королевства». Сами слизеринцы не особо любили это место. Точнее, как выразился Блейз:       — Мы любим качественные сладости, а это ваше королевство дерьма, не шибко обнадеживает… — Гермиона даже позволила себе слегка толкнуть его в плечо — так же, как делала обычно с Гарри или Роном, когда те действовали ей на нервы. Как такое вообще случилось с ними? Гермиона Грейнджер дружит, МЕРЛИН, дружит с Блейзом Забини и по всей видимости Дафной Гринграсс…       — Я не смогла до тебя добраться вчера, потому что весь день ты сидела у себя в комнате и не выходила на связь. А вечером прислала патронус, в котором сказала, что у тебя все хорошо… — Джинни продолжала свою тираду, а Гермиона витала у себя в мыслях. Вчерашний день правда был бесконечно сложным и длинным.       Суббота тянулась до невозможного медленно. Каждый раз, когда Грейджер пыталась себя отвлечь, ничего не получалось. Девушка снова и снова возвращалась мыслями к вечеру пятницы, ко всему, что случилось и не могла забыть… Мерлин, не могла забыть поцелуй с Драко Малфоем.       «Об этом даже думать странно… Я целовалась с Драко Малфоем. Будучи в отношениях и практически в здравом уме»       «Все мое состояние невозможно назвать нормальным»       «И это еще больше сводит с ума»       «Зачем же он меня поцеловал?!»       «Так отчаянно всегда кричит, что терпеть не может. Всегда оскорбляет, выводит на эмоции»       «Зачем он это сделал? Как оправдается, когда я все же решусь спросить?»       «И, самое ужасное во всей этой ситуации, то, что мне до чертиков понравилось»       «Ненавижу себя за одну мысль об этом»       «Ненавижу его губы и его самого!»       «НЕНАВИЖУ!»       «Он меня… Он же сам меня поцеловал! Я не собираюсь признавать, что хотела этого. Потому что не хотела!»       «Не хотела ведь?»       — Гермиона? Ты все еще со мной?       — Ты любишь Гарри? — вдруг выпалила Грейнджер и практически сразу пожалела.       — Ты феноменально хорошо умеешь уходить от ответа, Гермиона, — легко улыбнулась Джинни и закинула руку на плечо подруги. Они были примерно одного роста, так что Гермиона обвила рукой ее талию и так они продолжали свой путь.       — Так что?       — Что?       — Ты любишь Гарри Поттера?       — Да, — молниеносно ответила Джинни и сжала плечо подруги, пытаясь передать ей часть своей уверенности.       — Ты можешь сказать, что влюблена в него? — очередной непонятный вопрос. Но сейчас Гермиона снова тонула в пучине непонимания. Всю субботу она пыталась разобраться, кто именно поселился в чертогах ее сердца. Там точно кто-то был — потому что периодически выбивал воздух из легких и заставлял просыпаться по утрам.       Всю субботу она прокручивала в голове поцелуй с Драко. Это было… чувственно. Еще утром того злополучного дня, она боялась даже допустить мысль, что ей может это понравиться. А когда это случилось, она просто пустилась по течению. Позволила хорьку влезть в ее рот, попробовать на вкус — и была этому только рада. В тот момент сердце вытворяло кульбиты, а голова, кажется, впервые за полгода перестала болеть.       На дежурстве Блейз пытался выведать информацию, но ничего путного не получил. Она отмахивалась и в основном молчала. Даже когда Забини упомянул, что наконец-то дочитал «Коварство и любовь», она лишь рассеянно покачала головой. Мулат не обижался, — он знал, что Грейнджер не его мамочка, которая будет хвалить за все успехи и начинания. Он чувствовал, что между ней и Малфоем что-то приключилось. Поэтому, когда дежурство закончилось и шатенка кивнула на прощание, направляясь в свою комнату, слизеринец остановил ее, схватив за руку.       — Грейнджер, что случилось? Малфой тебя обидел? Я с ним поговорю на этот счет. Что он сделал? — Гермиона видела, как в темных глазах парня была какая-то странная решительность. Настоящая, искренняя. И Гермиона, не выдержав, просто шагнула вперед и уткнулась ему в грудь.       — Он ничего не сделал, — выдохнула она. — Я просто очень устала, — она на секунду вдохнула его запах — терпкий виноград и цитрусы.       — Я не уверена, что понимаю твой вопрос, — ответила Джинни, а шатенка снова вернулась из воспоминания в воскресный день.       — Любовь и влюбленность слегка разные вещи в моем понимании. Я тоже люблю Гарри, но я в него не влюблена.       — Это странный разговор, Герм.       — Я просто имею в виду. Ты видишь ваше будущее, ты готова стать его женой, нарожать ему кучу детей, я это знаю. Но влюблена ли ты в него?       Джинни зависла. Гермиона задавала эти вопросы не чтобы уличить подругу в неверности к своему лучшему другу, совершенно не из-за этого. Она, на протяжении уже вот почти шести месяцев, задавала себе этот же вопрос и еще ни разу не смогла ответить уверенно. Теперь Грейнджер могла все скинуть на ядовитые губы Малфоя, которые отравили ее рассудок одним лишь прикосновением.       «Теперь потребуется какое-то время чтобы выветрить эти токсины»       — Я…       — Джинни! — пропел чей-то голос, снова не давая рыжей закончить свою мысль. Обе девушки остановились и обернулись на источник звука.       — Гринграсс? — Уизли встрепенулась, но быстро пришла в себя и улыбнулась. — Как дела?       — У меня все отлично. На самом деле, Дафна рассказала о ваших планах, но отказалась брать меня с собой, так что я решила опередить их с Блейзом, — гриффиндорки захихикали. Это был первый раз, когда Гермиона стояла так близко к Астории Гринграсс. У нее были белокурые волосы, такие же как у Дафны. Прямые и достаточно длинные. Голос доброжелательный, а улыбка нежная, как первые весенние цветы. — Гермиона, ты не будешь против, если я прицеплюсь к вам хвостиком?       — Нет, ты что. Рада знакомству, Астория.       — Да, мне очень приятно, — девушки одарили друг друга теплыми улыбками. Это было очень странно. Астория Гринграсс, сама любезность и обаяние. Она не кишела ядом, не плевалась оскорблениями и даже сразу назвала шатенку по имени, а не бросала это надменное «Грейнджер». Это было еще более странно.       — Так вы, значит, поладили? — неуверенная в своем вопросе, все же подала голос гриффиндорка, глядя на то, как слизеринка грациозно плыла по земле, рядом с Уизли.       — Да, у нас с Асторией достаточно много общего. Я рада, что МакГонагалл посчитала меня достойной и поручила приглядывать за Гринграсс.       — Я часто замечаю за Джинни повадки слизеринки и меня это веселит.       — Да! Да! И еще раз да! Иногда мне кажется, что Джинни определили совершенно не на тот факультет.       — Девочки, я могу отвернуться, и вы это сделаете хотя бы за моей спиной, — троица звонко рассмеялась.       Так они что-то еще обсуждали, проходя порог «Сладкого королевства» и разбредаясь кто куда. Джинни любила лакричные сладости, Гермиона шоколадные изделия, а Гринграсс предпочитала что-то с минимумом сахара. Они бродили по магазину в поисках своих идеальных вкусностей. Шатенке здесь было комфортно, она могла бы забыть обо всем на свете, если в ее руках таяла плитка хорошего шоколада и обжигала кружка горячего кофе.       — Простите, у вас есть ромашковый чай? — Гермиона вспомнила, что Фламель что-то писал об отваре из ромашек, но рассудила, что логичнее будет просто купить чай.       — Да, конечно, — женщина за стойкой протянула девушке целую коробочку заварного чая. К этому моменту все уже скупили все что им требовалось и держали путь к выходу.       — Я так давно не была в этом магазине! — воспела Джинни.       — Я, кажется, никогда и не была, — захихикала Астория, чем вызвала интерес гриффиндорок. — Не смотрите на меня так. Я сестра Дафны Гринграсс и если вы забыли, то поведаю вам, что моя сестра…       — Астория! Что ты здесь делаешь? — послышался холодный тон старшей сестры, и троица девушек быстро обернулась.       — Она не очень любит сладкое и еще больше не любит, когда я ее не слушаюсь, — закатила глаза девчонка и обошла новоиспеченных подруг, чтобы подойти к родственнице. — Я случайно повстречала Джинни и Гермиону, они мне предложили сходить с ними, — а вот и змеиная сущность. Грейнджер уже было забеспокоилась, что эту девчушку направили не на тот факультет. Всему свое время, каждый из них раскрывается в определённый момент. Блондинка смерила гриффиндорок взглядом, и они быстро закивали в подтверждение слов.       — Хорошо, тебе пора, — Дафна сразу отвела взгляд от сестры.       — Но Даф, я хочу с вами!       — Нет.       — Я хочу!       — Не хочешь.       — Хочу.       — Астория, я ясно вы…       — Дафна, может Астория пойдет с нами? Им с Джинни будет о чем поболтать, — вмешалась Гермиона. Холодная королева окинула взглядом всех, останавливаясь на щенячьих глаза Грейнджер, затем Астории. На фоне кивала Джинни, которой все еще был непривычен такой тесный контакт со слизеринцами.       — Даф, не бесись. Стори, ты идешь с нами, — послышался голос Блейза. — Привет, котятки, рад вас видеть, — но мулат не смотрел на Гермиону ни единой секунды, все время изучал реакцию Джинни, которая показательно быстро кивнула и вернула внимание носкам своих туфель.       — Хорошо, — сквозь зубы прошипела Дафна. Астория запрыгала на месте подлетая к рыжей подружке. — Грейнджер, я не понимаю единственной вещи, как из нашего приятельского похода за перьями вышла массовая гулянка? — то ли с доброй иронией, то ли со злым сарказмом проговорила блондинка и подошла ближе к своей напарнице по ЗОТИ.       — Я не знаю, как это получилось, — смеясь ответила она, и веселая компания двинулась в сторону Писарро.       — Девушки, спешу вас поздравить с отличной сдачей проекта Минча по ЗОТИ, — напускным тоном проговорил Блейз и Гермиона с Дафной в унисон вздернули свои носики.       — А иначе и быть не могло!       — Вы с Лавандой отвечаете на следующем уроке? — поинтересовалась Гермиона.       — Да, эта невыносимая гриффиндорка… — было начал жаловаться на Браун мулат, но словил на себе взгляд Грейнджер. — Ты по-хорошему невыносимая, она в плохом смысле, — шатенка скрестила руки на груди, как делала обычно. — Не надо, Грейнджер, не начинай, тебя же тоже она бесит. Учитывая, что ее подружка Вейн постоянно крутится рядом с твоим Уизли. Тебе вообще не кажется это странным? На шестом курсе вроде сначала Браун вешалась на рыжего, а теперь ее подружка. Это же мерзко...       И Гермиона словила себя на мысли, что это ее совершенно не злило. Она скорее не выносила Ромильду из-за ее вечно глупого выражения лица и распущенного поведения. Даже Пэнси Паркинсон, которая не отходила от Драко ни на шаг, казалась менее противной на фоне Вейн. Мы снова вернулись к тому, с чего начались все страдания.       «Зачем я снова это делаю?»       «Сегодня не будет мыслей о Драко Малфое и нашем поцелуе!»       «Я отказываюсь тратить на это свои мысли»       — В таком случае, я рада, что из всего коктейля гриффиндорцев мне попалась самая ответственная, — Дафна и Блейз засмеялись. Это была добрая шутка, без нотки злого умысла.       — И умная! Ты забыла о самом важном, — пролепетала Грейнджер, и тогда уже вся компания однокурсников разразилась смехом.       — Так, Дафна, что ты сделала с моей соседкой? До тебя она была скромнее, — Забини тоже переплел руки на груди, делая это максимально карикатурно, чтобы все девушки увидели и поняли к чему эта отсылка. Кулачок Гермионы снова полетел в плечо соседа.

***

      — Прекрасно, мы пришли, — пропела Астория. Они гурьбой ввалились внутрь.       — Так, Гермиона, пообещай мне, что ты уйдешь отсюда с деньгами, а не спустишь все на подарочное издание «Истории Хогвартса» или прочую ненужную х… — начала Джинни, но не успела закончить. Гермиона вздернула подбородок и ткнула пальцем в нос Уизли.       — Только попробуй закончить, — это звучало, как угроза, а впрочем, так оно и было.       — Она может оставить здесь все сбережения? — вдруг послышался шепчущий голос Блейза где-то над ухом Джинни. По телу побежали мурашки.       «Мое тело не должно так реагировать на него!»       «Хотя, с другой стороны я все еще остаюсь девушкой, а он парнем»       «Значит нормально, что мое тело… НЕТ!»       — О да, поэтому будь добр, помоги мне проследить за ней, — хихикнула рыжая.       Астория полетела к стеллажам с журналами. Гермиона с Дафной решили начать с перьев и ушли под бурные обсуждения чернил.       — Дафна, я тебе говорю, ты просто не пробовала иссиня-черные, они более чем идеальны…       — Грейнджер, я пишу исключительно черными с изумрудным отливом, — и остались лишь…       — Так что, Уизли, почему ваши суженные не с вами? — протянул Забини. Он остался с Джинни практически наедине. И, по всей видимости, не мог позволить себе упустить такую возможность поглумиться над ней.       — Гарри и Рон решили, что мы с Гермионой должны побыть вдвоем, — пожала плечами Джинни. — В последнее время она выглядит очень… Напряженной.       — Да, я тоже заметил, — Блейз нахмурился и действительно выглядел задумчивым. В этот момент Джинни очень хотела влезть в его голову и узнать, о чем же он думал. И почему он вообще так стал относиться к Гермионе.       — Вы с ней… подружились? — вдруг спросила рыжая.       — Ты догадливая, Джиневра. Думаю, что Грейнджер не так плоха, как я мог о ней думать.       — Я так рада, что ты плохо думал, о моей подруге. Настоящий слизеринский засранец.       — Принцесса, не переусердствуй с оскорблениями. Я слизеринец — это факт, и, как заложено судьбой, мы не особо жалуем гриффиндорцев. Так что да, признаю. Грешен. Недооценил Гермиону.       В тот момент рыжая увидела в его глазах искренность, которая так странно поблескивала на поверхности шоколадных очей.

***

      — Она ничего не говорила тебе про Драко?       — Нет. Он ее обидел?! — встрепенулась Уизли.       — Я не знаю. Но спроси у нее, а потом расскажи мне по секретику. В пятницу вечером я вернулся в башню, чтобы забрать Грейнджер на дежурство и увидел их вместе. Стояли, как две статуи, но стоило им меня увидеть, как резко разбежались. Из Драко я и слова не выбил, а она весь вчерашний день из комнаты не выходила…       — Да, я пыталась до нее как-то дописаться, но она игнорировала каждый мой патронус, — печально ответила Уизли и засунула руки в карманы.       — Это странно. Я с ней поговорю, а ты еще поспрашивай своего друга. Они ссорятся каждый день. Думаю, что здесь что-то другое, — тонкие пальчики обхватили молочный подбородок и некоторое время ее взгляд был напряженным. Джинни думала.       — Эй, принцесса, сейчас повалит дым из ушей, хватит мозговой деятельности! — рассмеялся мулат.       — Почему ты меня так называешь? — нахмурилась рыжая и снова запихнула руки в карманы своей мешковатой вязаной кофты.       — Ну ты же Джиневра…       — После этого мне должно стать понятнее?       — Ну не буду же я звать тебя королевой? Принцесса звучит лучше, — самодовольный и ехидный, как всегда. — И тебе не нравится твое полное имя, так что…       — Я не говорила, что оно мне не нравится. Я не люблю, когда меня так зовут, но… — она замялась, будто решая, стоит ли продолжать.       — От тебя это звучит не так ужасно, как от мамы или Гермионы, — Забини охнул, рука взмыла в воздух и легла на сердце.       — Салазар, я польщен…       — Не обольщайся, змееныш, — усмехнулась девушка и кокетливо заправила прядь волос за ухо. Они продолжали петлять по магазину, делая вид, что ищут что-то конкретное. — Думаю, что это из-за того, что когда они меня так называют, то чаще всего недовольны моим поведением, а ты… Ты говоришь так потому что…       — Потому что мне нравится твое имя, — дополнил Забини с абсолютно серьезным лицом. Между ними была какая-то странная химия.       «Это ведь странно. Не так ли?»       «Хотя, когда мне была хоть какая-то разница до этого?»       — Что ты читаешь, Джиневра? — Блейз слегка выделил ее имя, чем вызвал легкий и быстрый румянец на ее щеках.       — Читаю?       — Да, предположу, что ты это умеешь. Не уверен насчет твоего брата…       — Тут я тоже не могу быть уверенной на сто процентов.       «Салазар, она даже шутит как слизеринка!»       — Ну так что?       — Что я читаю?.. Сейчас я увлекаюсь больше спортивной литературой, но мне нравится магловская фантистика. Ты не читал, я понимаю, но меня всегда так смешит то, как они нас видят, — глаза мулата полезли на лоб.       «Она сейчас сказала?..»       — Да ты шутишь?       — Нет, — неловко ответила она.       — Ты читала Мэри Стюарт?       — Ты про цикл о короле Артуре? — теперь рыжая смотрела на него, как на что-то неизведанное. Мулат покачал головой. — Я начинала, но книги остались дома, они принадлежали Гермионе, а она трепетно относится к своим. Хотя конкретно эту серию она предпочла бы не вспоминать.       — Джиневра, я официально заявляю, что начинаю влюбляться, — мулат пошутил, на что Уизли ответила теплым смешком.       «Шутка. Я ведь пошутил»       «Надо что-то срочно сказать, потому что я начинаю слишком много думать»       — Так, значит, ты не дочитала?       — Нет, только первую книгу. И ту, кажется, не закончила.       — Думаю, тебе бы понравилось, я много смеялся.       — Так значит Блейз Забини читает магловскую литературу, — она недоверчиво зыркнула на него.       — Это все мой друг, он меня подсадил! — Забини вскинул руки вверх, будто сдаваясь.       Ей он был готов сдаться.       Джинни открывалась для него все с новых сторон, и это казалось до чертиков странным. А сама рыжая не торопилась отстраняться или вставать на дыбы. Она позволяла себе быть собой — хотя бы потому, что Блейз не ждал от нее другой версии.              Он не думал, что она какая-то не такая. Мулат отчетливо замечал за Уизли странности, но для него это были скорее достоинства. И почему это происходило — сам не знал.       «Блейзи, кажется, у тебя давно никого не было»       «Да, надо это исправить…»       А в голове лишь шум. Он видел, как шевелились ее губы, как она пыталась что-то ему рассказать, а у самого тайфун в голове.

***

      — Мерлин всемогущий, какие люди!       Голос Пэнси Паркинсон привлек к себе внимание каждого, кто находился в радиусе пары тройки метров. Так что все посетители магазина тотчас примкнули взглядами к разворачивающейся картине. Брюнетка оказалась рядом с Гермионой и Дафной, которые продолжали бурно обсуждать очередное издание «Истории Хогвартса», где появилась новая глава о войне. Грейнджер быстро перевела взгляд на слизеринку и заметила рядом с ней Нотта — тот самодовольно облокачивался о витрину с древними свитками.       — Пэнс, какими судьбами? Ты отроду не заходила в Писарро, — ответила ей Дафна, делая шаг вперед.       — Как и ты, дорогая, — Паркинсон была нацелена испортить настроение каждому присутствующему, так что даже не думала сбавлять децибелы своего звонкого голосочка. — Как дела? Рада, что ты меня не обманула, а правда пошла с грязнокровкой в магазинчик, — Гермиона даже не вздрогнула. Это слово приелось — и именно это было самым отвратительным. Слишком часто за свою жизнь она слышала его в свой адрес, слишком часто оно звучало рядом с ее именем.       — Заткнись, Паркинсон, — Джинни выросла прямо рядом с подругой и положила руку на ее плечо, как бы говоря, что она рядом.       — Ох, с вами еще и отброс Уизли. Как… прекрасно, — к рыжей девушке подошла Астория Гринграсс и тоже глядела на Пэнси, как на врага всего магического народа. — Салазар, и малышка Стори здесь. Цирк уродов в сборе, я так рада! Не хватает только…       — Я здесь, милая, не думай, что эта тусовка прошла бы без меня! — высокая фигура Блейза всплыла прямо за брюнеткой. В руках он держал аккуратно перевязанный сверток, явно стараясь не привлекать к нему лишнего внимания.       — Блейзи, — Тео протянул руку своему другу, и мулат ее пожал. Все это происходило под ядовитым взглядом злой слизеринки.       — Ну вот и вся команда: два предателя, грязнокровка, убогая и шлю…       — Паркинсон, ты переходишь все границы! — не дала ей договорить Дафна. Пэнси действительно перегибала палку. И Гермиона совершенно не понимала почему она так относилась к Астории. Почему так груба с ней. Ладно они с Джинни, это входило в пределы нормы, которые она себе выдумала, но Астория…       — Ты перешла их в тот момент, когда предпочла мне общество Грейнджер.       — Не ревнуй, Пэнс. Если бы ты не вела себя, как последняя сука, может все было бы иначе.       Глаза Паркинсон забегали, пытаясь найти за что зацепиться. Она осмотрела Асторию, Дафну, Блейза и поняла, что к ним лучше не лезть. На Гермиону было скучно нападать и ее острый взор остановился на Уизли.       — Рыжая, тебе вообще денег хватает хотя бы на вход?       — Ты что-то хотела, Паркинсон? — спокойно, почти лениво спросила Джинни. Но Гермиона заметила, как рыжая снова спрятала руки в карманы — и сжала кулаки. Грейнджер незаметно провела ладонью по ее спине, тем самым жестом, которым обычно успокаивала Рона. И, кажется, это сработало.       — Тео, пошли отсюда. Если Дафна и Блейз хотят заразиться чем-то неизлечимым от львят — пускай. Посмотрим, через сколько они прибегут, — вздернув бровь, она ухватилась за руку Нотта, утягивая его за собой.       Парень делал все, что Пэнси было угодно. Она ему нравилась уже пару лет и единственное на что он был способен, это доказывать свою верность таким образом… Но это другая история и сейчас не о том.       — Ух, вот это встряска, а то все слишком хорошо было! — Забини первым решил разрушить тишину, крепче ухватываясь за веревочку, которой был перевязан сверток книг.       — Ненавижу ее, — прошептала Астория, и обе гриффиндорки покачали головами. Они тоже…       — Предлагаю сходить в «Три метлы», — все поддержали идею Гермионы, оплатили свои покупки и покинули магазин.

***

      До «Трех Метел» они шли мучительно долго. Либо это так на Гермиону действовали очередные разговоры о квиддиче. Да, пожалуй, именно так. Блейз и Джинни разговорились об этой игре, и теперь остальная часть веселой компании была вынуждена это слушать.       — Да ты не летала на новом нимбусе… — воскликнул Блейз, и из-за этого внезапного повышенного тона Гермиона сбилась — теперь придется начинать считать шаги с нуля.       «Один. Два. Три…»       В руках был сверток с новым пером и тюбиком чернил, которые ей посоветовала Дафна. Гермиона изначально не хотела их брать, думала снова купить свои любимые, но Гринграсс так настаивала, что шатенка просто не смогла устоять. Также она чуть было не купила очередную «Историю Хогвартса»… Сдержалась и надеялась, что Джинни ее похвалит за такое самообладание, но рыжая была слишком занята диалогом с Забини.       — Меня устраивает моя метла. Отец мне ее купил после первой игры, — заявила Уизли.       — Твоя первая игра была примерно три года назад.       В этот момент Гермиона пошатнулась. Прошло уже три года с того момента, как Джинни начала играть в сборной Гриффиндора. Такое ощущение, что только вчера она подарила подруге новые перчатки, а уже столько времени прошло.       «И, самое странное — почему Блейз помнит, сколько Джинни играет в квиддич?»       «Даже я точно не смогла бы сразу сказать!»       — Да, знаю. Метла практически новая.       Вдалеке уже виднелась крыша заветного кафе. Сестры Гринграсс незаметно вырвались вперед, чтобы меньше слушать пламенный диалог о метлах. Гермиона в свою очередь просто не могла оставить подругу одну, зная ее негативное отношения ко всем слизеринцам. Хотя сейчас она отлично справлялась.       — Ты просто не летала…       — Я уже слышала это, Забини.       — Я дам тебе полетать на моей. Завтра. Что у тебя последним уроком?       Кажется, в эту секунду Гермиона чуть было не подавилась воздухом. Хотя, о чем речь? Она вообще перестала дышать.       — Трансфигурация… — неловко ответила Джинни, заправляя прядь волос за ухо.       — Прекрасно, я найду тебя, Джиневра.       — Блейз, она не любит, когда… — но на Гермиону никто не обратил внимание. Уизли подняла взгляд на мулата и улыбнулась.       — Было бы замечательно, но давай во вторник. Получится?       «Какого черта происходит?»       «Джинни флиртует с Блейзом?»       «Или Блейз флиртует с Джинни?»       «Или…»       «Мерлин, я перестаю понимать»       «Сначала Малфой сам меня обнимает, потом САМ целует и теперь ЭТО!»       «Что за шутки?! Кто-то распылил амортенцию в воздухе?!»       — Да, конечно, давай во вторник. Я пришлю тебе самолетик, — они нагнали сестер Гринграсс и вошли в кафе.       — Салазар, наконец-то это закончилось! — воскликнула Дафна и Астория вместе с Гермионой рассмеялись. Джинни и Блейз совершенно не заметили, что проговорили буквально всю дорогу. И когда Гринграсс указала им на их излишнюю болтливость, засмущались.       — Итак, что мы будем? — спросила Астория разглядывая меню. Блейз сразу призвал официантку, не давая никому обсудить или хотя бы подумать над заказом.       — Я буду огневиски. Дафна яблочный эль с корицей. Астория будет горной воды, — тонкая ручка аристократки потянулась через весь стол, чтобы обижено ударить Блейза по голове.       — Эй, я не буду горную воду! Мне тоже, что и Джинни, — качнула головой блондинка и перевила взгляд на рыжую.       — Я хочу содовую с вишневым сиропом и лепестками мяты, — Стория грустно взглянула на подругу, потому что ожидала от нее чего-то более дерзкого и алкогольного, но смирилась с этим выбором.       — Мистер Забини, у нас сегодня есть сорт мяты для сливочного пива. В очередной раз приношу свои извинения, что тогда не оказалось, — официантка кокетливо надула губы, делая вид, что правда сожалела.       — Оу, спасибо, но сегодня с нами нет извращенца, который любит это блевотное сочетание, — рассмеялся Блейз и его настроение подхватила Дафна. Они оба знали, как Малфой любил этот напиток и никак не могли понять отчего.       — Я бы хотела попробовать, — подала голос Гермиона. Забини как-то странно на нее посмотрел, но все же одобрительно покачал головой.       — Иди, милая, спасибо, — мулат подмигнул девушке и она скрылась из виду. — Грейнджер, я пытался тебя обезопасить от этого, но ты решила не слушать старика Блейза, — он потер подбородок и откинулся на спинку стула. Девушка практически сразу принесла огненный виски и яблочный эль для слизеринцев. Джинни, Астории и Гермионе пришлось немного подождать.       — Знаешь, Пэнси часто говорила, что сливочное с мятой похоже на поцелуи Драко, — начала Дафна.       — И если это действительно так, то мне очень жаль Паркинсон и… — Забини было хотел продолжить, но под суровым взглядом двух сестер Гринграсс тут же промолчал. — жаль Паркинсон, потому что это до одури блевотный вкус! — и практически сразу после того, как он озвучил эту мысль, принесли оставшиеся напитки.       «По вкусу, как поцелуй Малфоя?»       «Нет! Я не хочу снова это вспоминать!»       «Мне не понравилось, не понравилось!»       Гермиона прокрутила кружку в руке.       «Ладно, понравилось. Чертенок хорошо целуется — не буду отрицать очевидных фактов, но я не хочу это повторять! Мне не хочется вспоминать вкус его мягких губ и запах одеколона, который источал свежесть соснового бора»       «Мерлин, говорю, как влюбленная дура!»       «Я НЕ ВЛЮБЛЕНА В ДРАКО МАЛФОЯ!»       «Это же бред, он меня бесит. Злит до невозможности»       — Грейнджер, не тяни, нам всем интересна твоя реакция       И только в этот момент она поняла, что молча разглядывала стакан с напитком, пока четыре пары глаз ждали от нее дальнейших действий. Щеки слегка порозовели, и она прильнула губами к пивному бокалу, делая пару маленьких глотков. Мята вперемешку с корицей и привычными нотки сливочного пива играли на ее вкусовых рецепторах. Они танцевали, оживляя в голове воспоминания вечера пятницы.       «Мерлин, Паркинсон права! На вкус как поцелуй Малфоя»       «Да и почему они говорят, что это так ужасно?»       «Мне нравится даже больше, чем обычная имбирная добавка»       — Ну? — подначивал ее Блейз.       — Я ожидала худшего! Это не так уж и плохо, как ты говорил, — Гермиона снова сделала глоток, на это раз уже побольше. Вкусовые рецепторы ликовали, ей нравились ощущение и странное послевкусие.       — Дай попробую, — потянулась к ее стакану Джинни. Рыжая быстра сделала глоток и сразу сморщилась, показывая все эмоции. — Годрик, Гермиона, это же отвратительное месиво!       Грейнджер неловко пожала плечами и снова отпила.       «Мне нравится!»       «Нравится этот вкус и то, как он обжигает губы»       «Хотя, могу поспорить, что это не мятный вкус обжигает губы, а чертовы воспоминания и они действуют мне на нервы»       «Я обещала не думать о Драко Малфое!»       — Принято решение: Гермиона Грейнджер совершенно не имеет вкуса! — проговорила Дафна и пригубила свой эль.       — Наверное поэтому она и встречается с Уизли, — Блейз думал, что шепнул это достаточно тихо, но слова донеслись до каждого, отчего рассмеялись все, кроме самой шатенки.       — Джинни! Он твой брат! — встрепенулась гриффиндорка.       — Да, и как я уже говорила, ты моя лучшая подруга. Продолжаю не понимать, как ты его терпишь!       Все снова залились хохотом, даже Гермиона позволила себе улыбнуться, снова и снова отпивая свой странный напиток.       «Это последний раз, я больше никогда не почувствую это на своих губах... у себя во рту»       «Будь то напиток с мятой или сам Драко Малфой!»       «Никогда!»       «Никогда не говори «никогда», Грейнджер», — пронесся у нее в голове голос самого неприятного слизеринца, и она поморщилась.

***

      Гермиона сидела в своей комнате и смотрела в потолок. Сегодняшний день тянулся до ужасного долго. Гарри, Джинни и Рон ходили какими-то загадочными, но ей ничего не говорили, а когда Грейнджер решила поинтересоваться, то ее проигнорировали. И вот теперь, она лежит обиженная на весь мир в полном одиночестве. После уроков ее даже не позвали в гостиную факультета и это ее задело.       — Не понимаю, — простонала она, закидывая ноги на стенку и слегка ударяясь пятками.       Школьная юбка задралась, но шатенку это сейчас мало волновало. Она смотрела на носки своих белоснежных гольфов и думала, из-за чего ребята могли так странно себя вести. Вчера все было хорошо: они вернулись из Хогсмида ближе к восьми и Гермиона вместе с Блейзом пошли в башню старост. Длинный день не располагал к продолжению, так что гриффиндорка практически сразу уснула. Но пока они шли, Забини не унимался с расспросами.       — Что случилось в пятницу? — вдруг разрушил молчание мулат.       — А что случилось в пятницу? — Гермиона не любила прикидываться дурочкой, но в сложившейся ситуации видела в этом единственное решение. Она не хотела говорить кому-либо из ныне живущих о поцелуе с Драко. Она и самой себе не хотела об этом напоминать.       «Я изменила Рону»       «Мерлин, я изменила своему парню»       Гермиона заметно помрачнела. Это не скрылось от чуткого взора главного старосты. Как только Блейз умудрялся все замечать?..       — Грейнджер, я нацелен разобраться в вашем с Драко конфликте. Этот засранец молчит как черт и ничего не говорит.       Шатенка благодарно подняла взгляд на своего друга. Да, он стал ее другом... И, по всей видимости, Забини тоже был такого мнения о ней.       — Спасибо, Блейз, но мы не ссорились. Точнее, ничего необычного, — хмыкнула девушка.       «Ничего необычного. Мы просто поцеловались. Его язык вылизывал мой рот, а я чуть было не выстанывала его имя»       «Мерлин, а если бы его руки спустились ниже или забрались под одежду?..»       «Я бы снова провалилась в панику! Малфой тогда бы точно сбежал, и вся школа бы шушукалась об этом»       «Ничего подобного больше не повторится»       «Я просто отдалась гормонам»       «Драко Малфой симпатичный парень, а мое тело, хоть и не может принять ласки, но все равно изголодалось по мужской близости»       «Мерлин, как это отвратительно! Я не помешанная на сексе девчонка! Меня это не интересует!»       — Я сделаю вид, что поверил, но мы еще вернемся к этому разговору!       Остаток пути они провели в молчании. Этот разговор снова и снова всплывал в ее голове. Значит, Малфой не рассказал своему единственному лучшему другу об этом инциденте… Блондин был для нее неизведанной книгой, а Гермиона любила все узнавать. Только с этой ДОРОГОЙ аристократской рукописью могли возникнуть проблемы. Да и Грейнджер дала себе обещание, что сведет все общение к нулю — хватит с нее этих душевных терзаний! Вдруг в ее комнату ворвался песик из светлой материи.       — Гермиона, ты так и не сказала мне пароль от вашей башни, так что я вынужден просить тебя спуститься, — патронус Рона закончил и растворился в воздухе. Шатенка суетливо подскочила на ноги, быстро поправила юбку и всунула ноги в балетки.       «Конечно, я не сказала ему пароль. А разве должна? Мне нужно личное пространство. И вообще, здесь еще Блейз живет»       «Только вот почему-то он дал пароль Малфою, совершенно не посовещавшись со мной!»       Гермиона быстро спустилась вниз, натягивая легкую кофточку поверх школьной рубашки. Мысли двигались хаотично, разбредаясь кто куда. Шатенка резво перепрыгивала через две ступеньки, потому что волновалась, что что-то могло приключиться. Что-то такое, с чем ее любимые мальчики не смогли справиться без нее.       — Рон, — раньше времени прошептала Гермиона, толкая портрет вперед. Возле входа стоял Уизли, он держал в руках небольшой букет полевых цветов и улыбался. Грейнджер облегченно выдохнула и подошла к парню. — Рон, что-то стряслось? Я так перепугалась от твоего послания…       — Миона, я поздравляю тебя с нашей годовщиной. Сегодня ровно полгода, как мы вместе.       В этот миг шатенку будто пронзило молнией. Она застыла на месте, выпучила глаза и испуганно пыталась придумать что на это ответить, чтобы Рон не понял, что она забыла.       «Второе ноября! Действительно, полгода»       «Мерлин, я ужасна!»       — Гермиона, дыши, все хорошо. Я знаю, что для тебя эти годовщины ничего особенного не значат. Просто я прислушался к словам Джинни, и понял, что в наших отношениях стараешься только ты, а от меня минимум внимания, — рыжий сделал пару шагов к своей девушке и вложил цветы в ее руки. Тем временем она продолжала стоять, как вкопанная. Приняла букет, а затем пару быстрых поцелуев в губы, лениво отвечая на каждый.       — Рон, я такая отвратительная! Я правда совсем забыла. Для меня не столь важны все эти даты. Главное, что нам хорошо вместе, — взгляд карих глаз опустился на букет. — Спасибо за цветы.       «Ромашки…»       — Все в порядке, я понимаю. Пошли, у меня есть сюрприз, — он схватил ее за руку и бесцеремонно потянул за собой. Рон выглядел как ребенок, построивший песочный замок и зовущий родителей посмотреть.       — Сюрприз? Цветов было бы достаточно. У меня ничего для тебя нет, я чувствую себя ужасной девушкой, — рыжий недовольно цокнул.       — Миона, я хочу попробовать быть этим самым… Как его?..       — Джентльменом?       — Да! Им! Позволь мне постараться для тебя, — у Рона был виноватый взгляд, хотя Гермиона не могла понять в чем именно было дело. Кто вообще знал, что там у Уизли в голове. Он продолжал тянуть ее за руку. Так они вышли из замка под взгляды проходящих мимо студентов. На часах было примерно шесть вечера, еще не стемнело, но время уже тянулось к закату. — Вот, мы почти пришли.       Пара шла к внутреннему дворику школы. Там практически никого не было. Ноябрь хоть и не выдался холодным, но уже было достаточно зябко, чтобы просто сидеть на природе. Чем ближе они подходили, тем больше Гермиона могла заметить.       — Рональд? — шепнула девушка.       На траве, под большим деревом расстелен плед, на нем еще два небольших, видимо, чтобы укрываться. Лежали две кружки, большой термос и парочка сандвичей. Гермиона ахнула от удивления.       — Чудесно, — и будто по взмаху волшебной палочки, небо начало переливаться и раскрашиваться персиковыми цветами. Она прыгнула в объятия парня, крепко сжимая его шею.       — Я рад, что тебе нравится. На самом деле мне помогали Гарри и Джинни, — рыжий неловко почесал затылок и указал рукой на плед, привлекая возлюбленную сесть рядом с ним. — Ты будешь чай?       — Да, конечно! — Рон наполнил заранее подготовленные чашечки душистым напитком. Шатенка села рядом, подгибая под себя ноги. Она накинула один из пледов себе на плечи и приняла из рук парня чай. Запах резко распространился повсюду и объял все пространство. Гермиона настороженно огляделась, а потом принюхалась. — Какой чай?       — Мятный. Джинни сказала, что ты вчера попробовала новый напиток в «Трех метлах», и что он тебе понравился. Вот я и решил, что вкус мяты подойдет. Он еще и успокаивает, — уверенно говорил парень. А Грейнджер тем временем глубоко вдыхала аромат чая и действительно приходила в себя. Разум заполнялся ненужными мыслями, но на душе почему-то становилось спокойно.       «Малфой и его мята не испортят мне свидание с Роном!»       «Кажется, это вообще первое наше с ним свидание… Мы начали встречать как-то слишком неожиданно — война только закончилась, а жизнь еще не началась»       — Это волшебно, Рональд! — проговорила Гермиона.       — Я очень рад, что тебе нравится, — шатенка поерзала на месте и подползла ближе к парню.       Она не торопилась пить чай, боялась, что за этим последует ворох пятничных воспоминаний. Как за последний год воспоминания стали для нее чем-то болезненным? Почему то, что прошло доставляло просто адский дискомфорт?       — Как прошел твой день? Что вы вчера делали с Гарри?       — Хорошо. Мы слонялись по окрестностям Хогвартса, заглянули к Хагриду. Он рассказал, что планирует приобрести новое животное — загорелся идеей заселить в наше озеро келпи.       — Думаю, что МакГонагалл будет не в восторге от этой идеи, — пара захихикала.       За этим всем Гермиона незаметно для себя отпила глоточек чая и в наслаждении закрыла глаза. Снова поцелуй Драко в голове вытеснил все возможные мысли и заставил думать только о себе. Но сейчас она не пыталась с ним бороться. Шатенка аккуратно положила голову Рону на плечо.       — Я люблю тебя, Миона       Даже это дурацкое «Миона» не могло испортить момент — только Рон, Гермиона и мятный запах чая. Он говорил ей это и раньше, и она всегда отвечала — не лгала. Она правда его любила. Как друга. Как человека, с которым прошла через войну, страх и потери. Но вопрос, который она задавала Джинни в воскресенье, не отпускал.       «Влюблена ли я в Рона?»       — Я счастлив, — губы рыжего потянулись к ней, чтобы сорвать долгий и душевный поцелуй. Они снова ударились зубами…

***

      Драко наблюдал за разворачивающейся картиной уже на протяжении часа. Зачем он продолжал сидеть на той чертовой лавочке за деревьями, сам не понимал. Малфой просто скрывался на территории заднего дворика и курил. Делал он это редко — только в такие моменты, когда не мог вынести реальности. Ментоловый дым помогал справиться с нервами и сейчас ему это было необходимо. А когда увидел приближающуюся парочку, хотел сразу уйти — лишь бы не видеть, как они милуются, — но зачем-то остался. Он позволил себе свихнуться лишь на мгновение.       Слизеринец думал посидеть пару минут, докурить и уйти, но стоило заметить, как шатенка накинула алый пледик на свои плечи как что-то внутри щелкнуло, и он остался. Наложил на себя дезиллюминационные чары.       «Я пожалею об этом»       «Зачем вообще занимаюсь подобной херней»       «Слежу за рыжим и этой поганкой»       «Сидит такая, в своей школьной форме, накинула плед…»       «А несколько дней назад, укрывала меня!»       «Ты рассказала об этом своему Уизли?»       «Салазар, кто здесь еще и ядовитый змей? Грейнджер отравила меня!»       До слуха доносились отрывки фраз и единственное, что Малфой понимал из всего этого, что у них сегодня годовщина отношений. Полгода золотая девочка встречается с отбросом Уизли.       «Какая прелесть, надеюсь ты не думала о нем, когда целовала меня?»       «Если это так, то мне надо помыть рот в сто первый раз»       Гермиона легко целовала Рона, а парень не торопился протягивать к ней руки. Ладони лежали на пледе и это выглядело нелепо. Грейнджер отстранялась, смотрела в голубые глаза Рона, зачем-то отпивала чай и снова целовала парня. Что за волшебный напиток был в чашке, Драко не понимал. Зачем она всегда делала глоток — чтобы снова примкнуть губами к Уизелдуру?       «Ох, как отвратительно. И самое мерзкое во всем этом то, что я продолжаю здесь сидеть. А если решу встать, то меня рассекретят»       «И почему Уизелдур так и не дотронулся до своей ненаглядной? Сидит, как застывший…»       Драко потер подбородок и покачал головой. Чертов интерес одолевал. Он мог свободно снять чары, выйти и испортить милой паре вечер. Он не видел Грейнджер с того вечера пятницы и пока не планировал. Но дни шли, а значит приближались и совместные уроки. Или он мог наткнуться на нее где угодно: в коридоре, библиотеке, башне старост…       Для себя Малфой решил, что некоторое время не будет заходить к Блейзу. Этот, так называемый «друг» ,чуть всю спесь не выбил, пытаясь выведать причину ссоры с Гермионой.       «Друг называется! Пристрастился душой к этой гриффиндорке и теперь на ее стороне»       — Драко, ты должен понимать, что война закончилась! Все те убеждения, которыми ты жил не имеют смысла! — кричал на него Забини.       — Отвали, Блейз…       — Нет. Что у вас стряслось с Грейнджер. Я вижу, что что-то не так!       — Очередная бессмысленная ссора. Сказал, что она выглядит, как топеройка, она ответила что-то не смешное и все, пришел ты.       — Мы с Дафной увидели в Гермионе то, чего не замечали раньше — она хороший человек и не заслуживает большей части тех оскорблений, которыми мы ее осыпали. Почему ты продолжаешь себя так вести, не давая шанса?!       — Я ненавижу золотых детишек, Блейз! Ты это знаешь. Все прекрасно знают. Ненавижу Поттера, ненавижу Уизела и тем более ненавижу Грейнджер и ее эту конченую улыбку! — сам сказал и осознал, что ляпнул лишнего.       Забини смерил его изучающим взглядом и решил не придавать значения. Всему свое время.       И вот Драко сидел на лавочке, наблюдая за нежностью двух гриффиндорцев. До одури тупая ситуация.       — Рон. Мне надо тебе кое-что сказать, — до Малфоя доносились отрывки, но он отчетливо уловил настороженный голос Грейнджер. — Это насчет меня, башни старост и Малфоя, — глаза блондина полезли на лоб. Ну не могла же она сейчас рассказать Уизли, что целовалась с Драко!       «Тупая гря… гриффиндорка. Она не может, не посмеет»       «Хотя, какая мне разница? Уизелдур так старался, бегал весь день с Поттером и сейчас случится фейерверк эмоций»       — Он тебя обидел? — резко ответил Рон.       Теперь хмурился и Малфой.       «Салазар, о чем я вообще думал, когда целовал ее? Зачем?»       «Вообще это она все! Точно она. Первая потянулась, я же видел! А как гладила мои плечи и ключицы!»       «У нее такие мягкие руки»       «Тупая гриффиндорка!»       — Нет, ты что, он меня не обижал.       «Конечно, не обидел — я наградил тебя счастьем понять, что значит настоящий поцелуй…»       «Ты должна быть благодарна!»       «Не могу поверить, что правда целовал ее. Глупая девчонка так неуверенно отвечала мне, но ключевое здесь — ОНА ОТВЕЧАЛА НА ПОЦЕЛУЙ!»       — Я хотела сказать, что не могу дать тебе пароль от башни, потому что мне нужно немного личного пространства. Я смогу тебя впускать в любой момент, когда только пожелаешь, — рыжий покачал головой в знак согласия.       — А причем здесь Малфой?       «Оу, я всего-навсего целовал твою девушку, облизывал ее небо и трогал за талию, а ты… Ты чертов идиот даже не можешь ее приобнять. Сидите как два незнакомца»       — Малфой?       — Да. Ты сказала…       — Да, точно. Я хотела сказать, что Блейз дал ему пароль, не поговорив со мной. Я обсужу это с ним и ,возможно, мы сменим пароль, чтобы быть на равных.       Вранье слетало с ее губ так неумело и неловко, но самое главное, что парень ей поверил, а Драко надменно насмехался.       «Ну конечно… Ты именно это и хотела сказать!»       «Может расскажешь своему возлюбленному о кошмарах? Или о том, как обнимала меня в кабинете?»       «Ты ее обнял, Малфой»       «Нет! Я ЕЕ НЕ ОБНИМАЛ!»       Подул легкий ветер и до Драко дошел запах мятного чая, полевых цветов и яблок. Все эти запахи так шли гриффиндорской зазнайке, что блондин невольно глубоко вздохнул и закрыл глаза, утопая в дуновении ветра. Пока он позволял себе сойти с ума, парочка встала, собрала все вещи и направилась внутрь школы. Странное чувство разливалось в груди. Гермиона шла под ручку с Роном, а он плелся как ребенок, о чем-то бурно рассказывая. Драко отдаленно слышал слова «метла», «квиддич», «соревнования». Рыжий всегда забывал, что ей не нравилась эта тема, но отчаянно пытался навязать эту любовь. Малфой отказывался признавать, что сам бы хотел сейчас идти рядом с ней и обсуждать что-нибудь прочитанное. Конечно, не за руку! Просто рядом. Хотя, возможно, ее мягкая ладошка…       «Мне нужна еще одна сигарета»

***

      Гермиона проснулась не как обычно — раньше нужного, — а ровно в восемь утра, что было на нее совершенно не похоже. Возможно, она подскочила бы ни свет, ни заря, но рядом с ее хрупким тельцем лежал рыжий парень. Вчера Рон предложил ее проводить, и она уже хотела отказаться — по привычке, как всегда, — но почему-то вдруг согласилась. Так они и шли молча, лишь держась за руки. В голове шумело. Гермиона корила себя, что не смогла рассказать Рону о поцелуе с Драко. Ненавидела себя за то, что это приключилось и теперь скрывала правду.       Она уже практически сказала ему, уже открыла рот, но вырвалось лишь немое молчание, так что ей пришлось соврать.       — Ну ладно, Миона, я пошел, спасибо тебе за вечер, — Уизли поцеловал ее в щеку, как всегда, на прощание и уже обернулся чтобы уйти, но голос девушки остановил его.       — Рональд. Может… Может ты хочешь остаться сегодня у меня? — проговорила шатенка и нежно улыбнулась. Она не была уверена на все сто процентов, но хотела сделать что-то в ответ на сюрприз Рона.       — Миона, ты уверена? — она неровно выдохнула.       «Когда-нибудь до него дойдет!»       «И с чего он вообще начал меня так называть?!»       — Я уверена. Не думаю, что смогу что-то… Не смогу что-то сделать. Но мы могли бы, как летом, поспать вместе… — она неуверенно пожала плечами и прижала букет цветов еще сильнее, пытаясь найти в них опору.       — Я рад, что ты предлагаешь.       Гермиона встрепенулась, быстро шепнула пароль и уволокла Рона за собой. Он плелся, снова как маленький ребенок. Слава Мерлину, никого внутри не оказалось. Никакого Блейза или Драко Малфоя. Если бы кто-то из них был в башне, то это усложнило бы жизнь гриффиндорке. Так они быстро поднялись в ее комнату. Весь вечер Рон рассказывал историю, как летом они с Гарри поехали на Средиземное море, пока сама Грейнджер была в отъезде по поискам родителей.       Потом Гермиона пошла в душ и немного поплакала. Ей было сложно справляться. Каждый раз становилось невыносимо больно. Родители где-то есть, просто спрятаны от всех бед и невзгод. Они совершенно ее не помнят, совершенно не любят…       Потом она размышляла об их отношениях с Роном и словила себя на мысли, что это свидание было до чертиков странным. Они в основном неловко молчали и смотрели на небо. А когда Уизли начинал говорить это была тема спорта. Рыжий пытался интересоваться ее новыми книгами, но ему быстро становилось скучно и продолжался монолог о квиддиче.       Когда девушка вышла из душа, Рон уже спал, сладко прижимаясь к подушке и возможно даже пускал слюни. Гермиона тепло улыбнулась и приняла решение не будить его. Аккуратно прилегла на край. Повернулась к молодому человеку спиной и сжалась в позу эмбриона, просто потому что так было удобно. В какой-то момент она почувствовала на себе тяжелую руку Уизли и внутри все сжалось. Спальная рубашка слегка задралась и теперь пальцы Рона касались оголенной кожи юной девушки. Дышать стало в разы сложнее, да и сна как не бывало. Гермиона просто старалась успокоиться, напоминала себе, что это ее парень, не какой-то мерзкий Сивый или кто-то другой.       Она работала над собой, пыталась собственноручно вылечить больную голову. Фламель пока плохо помогал, но там точно должно было что-то найтись. Что-то полезное. Так она уснула. А когда открыла глаза в следующий раз, поняла, что ее тело уже не сжимает паника и нет никаких мужских рук. Рон развернулся к стене и уткнулся лбом в один из выступающих кирпичиков. Эта картина ее повеселила. Она быстро умылась и оделась в школьную форму. Старалась делать все тихо, чтобы раньше времени не разбудить рыжего. Сам же он спал в той же одежде, в которой вчера гулял.       «Придется стирать белье…»       Расправившись с волосами, Гермиона подошла к кровати и позвала парня.       — Рон, вставай, нам пора на завтрак.       Услышав заветное слово, Уизли, как по заклинанию открыл глаза и резво встал. На лбу красовалась отметина от кирпича, с которым он «целовался» половину ночи, а на губах заиграла сонная улыбочка.       — Доброе утро, — он оставил быстрый поцелуй на ее лбу. — Мне надо будет сначала зайти переодеться, — Грейнджер покачала головой, и взяв парня за руку, потянула к выходу. — Как ты спала? Ничего не было…       — Ничего, — быстро соврала Гермиона, не желая говорить парню, что большую часть ночи задыхалась от злых мыслей и еще половину мучилась кошмарами. Когда рядом с ней кто-то спал, сны не были такими реальными, хотя бы оставалось осознание, что это сон…       — Прекрасно, я пытался спать так, чтобы мы не очень касались друг друга. Я все понимаю, Гермиона, понимаю, что тебе сложно. И я готов ждать, сколько потребуется, — на последних словах его голос дрогнул, но шатенка решила не придавать этому такого особого значения и просто улыбнулась.       — Я пытаюсь разобраться с этим, спасибо тебе за понимание, — через пару минут они оказались в гостиной.       — Котятки, так рад, что мое утро началось с помятого Уизли, — Блейз привлек ее внимание своей искрометной шуткой. Рука Рона напряглась. Грейнджер попыталась его сдержать.       — Доброе утро, Блейз, — шатенка перевела взгляд на вторую фигуру и быстро вздохнула. Только не он, не вот так. — Малфой, — первая их встреча с пятничного инцидента. Больше всего на свете она пыталась отсрочить их столкновения, но вечно бегать не получится.       — Грейнджер, — Драко качнул головой в знак приветствия, но на лице была сама натуральная незаинтересованность. Ему было наплевать, даже скучно.       «Да, так будет намного лучше. Если ему будет плевать, если он не будет акцентировать внимание на себе и на нашем… Забудь!»       — Так, Уизли, я буду рад, если в следующий раз, ты придешь со своей сестрой. Это будет, как дресс-код: без Джиневры, не входить. Я сделаю табличку! — хохочущий голос Блейза вызвал у всех смешанные эмоции. У Гермионы удивление, ведь она так отчетливо помнила, как Джинни и Забини душевно болтали, а скоро у них и вовсе «НЕ свидание, Гермиона, а просто встреча!». Именно так и называла это младшая Уизли. У Рона одна лишь злость. Как этот змееныш посмел упомянуть его сестру? А Драко просто лениво смотрел на эту картину. Он не сидел на диване, как обычно, а лишь облокачивался о спинку, разглядывая собравшихся.

***

      — Не упоминай мою сестру, ты, мерзкий…       — Рональд! — воскликнула Гермиона.       — Он…       — Он не имел в виду ничего злого. Нам пора, — пролепетала шатенка и утянула своего возлюбленного прочь из гостиной башни, лишь бы оказаться как можно дальше.       — Что это было?       — О чем ты? — непонимающе спросил Забини.       — «Джиневра» и прочая херня, — Малфой оттолкнулся от дивана и подошел к другу. Он пришел пораньше, чтобы пересечься с Гермионой и может что-то обсудить. Вчерашний инцидент что-то перещелкнул внутри, но блондин отказывался в этом признаваться хотя бы самому себе. ДАЖЕ самому себе.       — Вчера мы хорошо с ней поболтали. Никому не говори, но сегодня у нас «свидание», — хихикая ответил мулат.       — У нее есть парень, придурок.       — Парень-придурок? Или я?       — Оба варианта верны, — Малфой, не замечая за собой, скрестил руки на груди и выше поднял подбородок. Блейз смерил его странным взглядом, зная только одну особу, которая всегда так делала.       — Ладно, у нас не свидание. Я предложил ей полетать на моей метле…       — Ты отвратительный извращенец! — Драко не дал ему договорить. Сморщил лицо, представляя одну лишь эту картину.       — Салазар, кто из нас еще и придурок? В прямом смысле на метле. Мы спорили, и я предложил испробовать мой нимбус, чтобы доказать, что ее веник ужасен.       — Ох, это правда звучит как свидание, ты не думал?       — Думал и совершенно не против…       — Девчонка Уизли? Правда, Блейз? Ты думал головой или членом?       — Мне кажется, что она симпатичная. Драко, это нормально, когда тебе нравится человек. Да, она гриффиндорка, да у нее есть парень и да, этот парень наш малыш Потти, но если я хочу провести с ней время, и она не против, то почему нет? — мулат говорил так спокойно. И сильнее всего его злило то, как легко Забини говорил об этом. Он тоже хотел просто взять и понять, что чувствовал. Устал от вечного сражения внутри себя, но ничего не мог с этим поделать.       — У тебя все так просто.       — Потому что чувства — это очень просто. Если кто-то нравится, то берешь и говоришь. В случае, если это невзаимно, так же быстро приходишь в себя или начинаешь добиваться.       — Бредово.       — Давай закончим этот разговор. Зачем ты заходил?       — Хотел поговорить с… — осекся. Чуть не признался.       «Нет, когда сам поймешь, что на душе, тогда и расскажешь»       — Хотел, чтобы мы пошли вместе на завтрак. Меня злит Паркинсон. Она какая-то двинутая. А Тео только и делает, что пускает на нее слюни, — Забини снова сканирующим взглядом прошелся по поверхности его оболочки. Мулат отчетливо распознал ложь, но не стал в это углубляться. Когда будет готов, сам расскажет.       — Пошли.