Парень из параллели

— И как часто тебя так вырубает? — решил хоть что-то сказать Дима. Вместо ответа Антон отвел взгляд, не зная, как ему реагировать, обижаться или нет. Дима же в ответ только усмехнулся, видя, что попал в самую точку. Он поднял рюкзак с пола и протянул его законному хозяину. — Прогуляемся? — Я не против. — ответил парень, забрасывая рюкзак на левое плечо. Да, это не полезно для спины, зато удобно и снимать, и надевать. Какое-то время они шли молча, оба обдумывая темы для разговоров. Если Дима спокойно анализировал ситуацию, то Антона эта тишина убивала, он паниковал, думая, что он неинтересный собеседник и что Диме точно с ним скучно, что он терпит его только ради Кары. От понимания своей ненужности на глазах наворачивались слезы, он абсолютно забыл обо всем, только и мог, что уничтожать свою самооценку. «Он скоро поймет, что я скучный, и уйдет? Это расстроит Кару, она же явно уверена в том, что мы поладим. А что мне делать? О чем его спросить? Чем занимаешься? Глупо, каждый дурак спрашивает об этом в первую очередь. Даже если спрошу, то что дальше? Он не похож на того, кто будет тратить время попусту. Что бы делала Кара на моем месте? Она так хорошо вливается в компании, в отличие от меня. Вот бы он первым…» Не успев в голове проговорить эта фразу, как Антон врезался в кого-то, в чью-то спину. Ну да, конечно, она была димина. Невольно сделав шаг назад, он чуть не споткнулся о собственные ноги, которые вообще не ощущались, благо его поймали за руку. Это снова был Дима, слишком уж часто приходится его упоминать. Светлые волосы, еле прикрывающие уши, лежали кто как, напряженная полоска губ, голубые глаза, которые как-то странно смотрели прямо на него. Его лицо было взволнованным и напуганным. Антон какое-то время смотрел завороженно ему в глаза, не осознавая, что он плачет, плачет прямо сейчас. В тот самый момент, когда Дима повернулся из-за толчка в спину и успел поймать падающего Антона, он впал в ступор. Почему Антон плачет? Он в этом виноват? — Что случилось, ты в порядке? — напуганный и непонимающий Дима знал только одно — он хочет ему помочь. Сделав небольшой шаг навстречу, он подтянул Антона к себе и заключил его в объятия. Парень не ожидал такого поворота событий, никто так его не обнимал прежде, даже Кара. От ощущения чужого дыхания и абсолютно нового, приятного запаха он почувствовал себя защищенным. Все волнение ушло также резко, как и пришло. Время как будто замерло, хотелось просто не двигаться. — Антон? — небольшое напоминание вернуло его в реальность. — Да, — шепотом сказал парень, обнимая в ответ. Он уже точно успел оставить мокрые пятна на диминой рубашке. Почувствовав, что он успокоился, Антон немного отпрянул. — Спасибо. Диму все еще не отпускало это странное поведение парня, поэтому, чтобы полностью будь уверенным в том, что все хорошо, он повел Антона не в парк, как задумывал, а в более тихое место, где можно будет поговорить по душам. Он сам часто находил там внутреннее спокойствие, слушая музыку и размышляя о своих проблемах, но чтобы показать это место кому-то, нет, такого еще не было. Слишком ему было дорог этот уголок личного пространства. С того самого коридора, до маленького лесочка среди двух больших зданий, он крепко держал Антона за запястье, как будто боясь, что он куда-то пропадет, сбежит. Рука очень болела, но Антон терпел всю дорогу, не понимая почему; он и так еле поспевал за широченными шагами Димы. Эта мертвая хватка ослабела и полностью отпустила только на том самом месте, Антон здесь никогда не был, мало кому придет в голову искать что-то здесь, благодаря чему создавалась атмосфера безопасности и раскрепощенности, здесь точно никто не услышит. Последовав примеру Димы, он сел под каким-то деревом, подтянув колени к себе. Дыхание обоих было учащенным, один только что чуть ли не бежал, второй все еще не мог отойти от шока. — Ты хочешь об этом поговорить? — раздался хрипловатый голос Димы, который уже понял, что в этой компании ему придется быть первым. Вместо ответа только кивок. Антон чувствовал, что скоро опять заплачет. Сейчас он как будто снова был совсем один. Он понимал, что рассказать об этом более чем необходимо не только для него, перепуганный взгляд Димы все еще не отпускал, но в горле образовывался ком, а слезы все подступали. Опустив голову, он сильно зажмурился, пытаясь нормализовать дыхание и не думать об этом. Видя все это, Дима принял решение. — Я что-то сделал не так? — Если Антон не находит в себе сил начать, значит надо ему помочь. — Нет, — его голос дрожал. — Все в порядке. — Ты такой дурак, — донеслось прям возле уха Антона. Тут же рука обняла Антона со спины и притянула к себе. Почему рядом с ним ему, Антону, так спокойно? — Я не уйду, пока ты не расскажешь. И тут его прорвало: — Я испугался… испугался из-за того, что ты можешь уйти. Мне сложно знакомиться с новыми людьми, но я не хотел так просто потерять тебя, — тараторил и тараторил Антон. Эмоции вырывались наружу, побуждая прижаться сильнее. Присутствие кого-то рядом — именно это было так необходимо. — Я не умею это делать, не знаю, о чем говорить, как себя вести, боюсь показаться глупым. И что теперь? Я просто плачу, наверное, я тебе неприятен. Я не обижусь, если ты уйдешь прямо сейчас, но… Честно, Дима не знал, что ответить. Что делать в подобной ситуации? Он ведь должен что-то сказать, ведь так? Ему буквально сейчас сказали, что он кому-то нужен. Что Антон распереживался из-за того, что хотел произвести хорошее впечатление. Еще никто не высказывал свои мысли настолько честно, доверяясь на все сто. Антон же не знал его, Диму, они буквально познакомились полчаса назад. Дима почувствовал обязанность оберегать Антона, в такой короткий срок он успел к нему привязаться так, что разъединить их не представлялось возможным. Он просто не мог оставить незамеченными эти всхлипы, эту беззащитность. Он больше не хочет видеть слезы на его прекрасных глазах, не хочет, чтобы что-то омрачало его счастливое лицо. Он не знал, что это могло значить, он просто хотел быть с ним в этот момент и показать, что все хорошо. Но он не смог, спустя минут пять, а может и больше, Антона что-то дернуло, и он оттолкнув Диму побежал в сторону своего дома. Понимая, что он не должен был говорить все это, он поспешил спрятаться, буквально отгородиться от проблем в своем доме. Все предыдущее время Антон был как будто в трансе, не до конца понимая, что происходит. Будто по щелчку чьих-то пальцев, высветилась лишь одна мысль — «Беги!». И он побежал, оставив Диму ни с чем.

***

Забежав домой и щелкнув замком, Антон безвыходно скатился по двери. Он невероятно жалел обо всем. Почему он заплакал перед ним? Почему потом остался? Почему Дима остался? Как он вообще ему это сказал? Обычно подобные откровения у него выплывают ночью, когда рассудок немного замутнен от желания спать. Обычно он писал какое-то сообщение и отпрыгивал от ноутбука ожидая реакции, и радовался, что оно до сих пор не прочитано. Так он рассказывал о том, что у него на душе в моменты слабости, выговаривался и заставлял врасплох Кару с вагоном и маленькой тележкой проблем. В такие моменты она сидела с непонимание от того, как это все происходит с ее бедным другом, которого после вообще не хочется выводить в социум. Просто оставить дома, укрыть пледом, налить кружку горячего какао и не отпускать. Но все, что она могла, — это приехать и поддержать его. Антон обязательно это сделает, но сейчас он хочет понять, что именно его так расстроило. Встав, он включает песню, стоявшую на паузе с утра, включает тусклый свет, берет в руку кисть и выключает мозг. Ему нужно расслабиться, кисть плавно скользит по холсту, время от времени откладывая ее, он открывает какие-то баночки с красками, обмакивает кисть и добавляет новый штрих. В такие моменты Антон рисует портреты каких-то абстрактных людей, которых может и увидел за сегодня, а может просто придумал с нуля. Редко он отвечает за данный процесс полностью. Забывшись в музыке, он простоял более часа, крутясь возле работы. Через 6 секунд заиграет новый альбом, но именно эта пауза известила о том, сколько он тут находиться. Вспомнив, что все равно завтра нужно в школу, и быстро кинув кисти в воду — потом помоет, он зашагал в спальню. «Утро вечера мудренее» — старая пословица, которая все же справедлива, ведь отправив сообщение Каре, он забылся в прекрасном сне.

***

— Ты ничего не хочешь мне сказать? — Ехидно улыбается Кара, которая весь день ожидала возможности расспросить Антона, ведь, так как Дима ее одноклассник, под атаку вопросами он попал первым. Ей нужны были подробности, но у нее в голове уже все прорисовано в мельчайших подробностях. Как он успокаивает Антона, как тот плачет ему в плечо, а Дима аккуратно поглаживает его по спине, давая выговориться. Что может быть более романтично, чем это? Антону всегда было сложно впускать людей в свою жизнь, эта дверь всегда была закрыта и только один человек имел второй ключ. Вполне символично, если вспомнить, что и от реальной антониной квартиры у Кары есть дубликат. — Только, если ты сама спросишь, — за этой странной формулировкой скрывалась фраза «Я не знаю, что именно мне рассказать, поэтому буду отвечать на твои вопросы». Понимать друг друга почти без слов — это у них выходило, поэтому временами узкий словарный запас обоих компенсировался этим. — Какого это было обнимать Диму? — Хорошо, что парень сидит к ней спиной, иначе Каре пришлось бы быть более аккуратной с мимикой. Благо она заплетает ему волосы и повернуться Антон просто не может. Так как ответа не последовало, пошел уточняющий вопрос, — Ну, тебе понравилось? — Да? — почти спрашивает Антон, как будто Кара точно знает ответ. — В было так спокойно… Ай! — Чтобы получить идеальную косу, иногда надо посильнее натягивать волосы, чему не был рад Антон. Ему нравились эти ощущения в общем, когда на голове прям чувствуются короткие импульсы, покалывания, но это то, с чем приходиться мириться. — Не двигайся, подними подбородок выше! — командует девушка, чтобы прическа не съехала набок. — Мне больше волнует, каково было Диме. Я же убежал потом. — В голове снова прокручивается эта сцена, но не от лица Антона, а со стороны, как будто он не был главным героем. И вот он скрывается за кустами, а воображаемый Антон, вспоминающий события, остался тут. Что же произошло после? Он видит, как Дима не спеша встает, отряхивается и… И просто уходит. Да, фантазия неумолима, в антониной голове эта ситуация имеет значение только для одного, но в глубине души он надеялся. — Он у меня спрашивал, как ты. — Решает открыть одну из карт Кара, она конечно знала чуточку больше, но, пожалуй, Антон не был бы готов. Скажи она абсолютно все, эти хрупкие отношения точно бы развалились, как высокая башня «Дженги» от дуновения ветра. — Он переживал из-за меня? — Не вериться. От понимания этого на душе стало спокойнее, хоть что-то не потеряно безвозвратно. У него, возможно, есть еще один шанс, еще один шанс увидеться с ним. Видимо, не только он надеялся на встречу. — Но почему? — Скажу так, ты его малость напугал. Тебе стоило бы извиниться. И… — Кара делает пару оборот резинкой, закрепляя ее работу, — я закончила. Тебе идет. — Спасибо, — наконец-то он может повернуться и посмотреть ей в глаза, в них читалась поддержка. — Наверное, ты права. — Конечно, я права, это же не математика. — Во всем, что касалось общения с другими людьми, Кара была на голову выше Антона. Он же, в свою очередь, своим умением просчитывать все наперед принимал чаще всего верные решения. Как лучше сделать что-либо? Какой дорогой лучше пойти? Хотя они оба прекрасно теряются. Очень часто Антон слышит из уст Кары «Ты всегда прав». Как же радует, что также как и она доверяет ему и прислушивается его советов, он всегда может положиться на нее. Последующий диалог прервал звонок, извещающий, что до начала урока пять минут. Этого времени как раз хватит на то, чтобы спокойно доковылять до класса. Быстро попрощавшись, оба собирают свои вещи и идут каждый в свою сторону. Все бы ничего, но угадайте, кто шел Антону навстречу? Правильно, Дима. Всего на секунду их взгляды встретились, щеки Антона залились краской, и он опустив глаза ускорил шаг. Такая непроизвольная реакция удивила обоих, зайдя за угол Антон облегченно выдохнул и тут же врезал себе по лбу, с чего он вообще застеснялся? Дима, в свою очередь, хотел догнать парня, но вспомним о временных рамках решил этого не делать. Благодаря этой мимолетной встрече Дима все больше убеждался в своем желании поговорить с Антоном.

***

Сразу после урока географии телефон неприятно завибрировал, пришло сообщение. Только по одной вибрации можно определить важность уведомления, и Антон, привыкший к спаму из приложений, жутко обрадовался вниманию к его персоне. Ожидая увидеть весточку от Кары, он достал телефон из переднего кармана рюкзака. На главном экране можно было убедиться, что это была далеко не она — номер неизвестный, а кусочек сообщения, который столь любезно высветился, не давал больше информации — «Привет, ты пом….». Конечно, «пом» — глупая шутка, но она заставила появиться улыбке на лице парня. А теперь можно прочитать и полностью, дважды тыкнув на уведомление телефон разблокируется и открывает нужное приложение. На экране высвечивается текст: «Привет, ты помнишь — Дима? Вчера познакомились, я попросил Кару дать твой номер. Мы вчера как-то быстро разошлись… и не успели обменяться данными. Ты в порядке? В коридоре выглядел как-то странно…» Он правда так подумал — единственное, что заботило Антона. Невольно пальцы забегали в скором ответе:

«Да»

Через секунду добавил:

«Прости, что снова убежал»

Почему получается, что он постоянно извиняется, постоянно виноват? Не только сейчас с Димой, но и вообще по жизни. Выдохнув, он нажимает отправить. Мимолетное чувство спокойствия, сменяется напряжением, ведь он, Дима, прочитал и что-то набирает. «Тебе не нужно извиняться, но я рад, что все хорошо)» Почему эта манера общения так запала ему в душу, одна правильно изогнутая скобочка располагает к себе моментально, заставляя что-то трепетать внутри. Все бы ничего, если бы не последующее дополнение: «Хотел сказать, эта прическа тебе идет)» У Антона буквально выбило землю из-под ног, благо он сейчас сидел. И как ему на это реагировать? Никто никогда, кроме Кары конечно, не замечал изменений во внешности Антона, только если это не что-то глобальное, но чтобы еще сделать комплимент — это уже слишком.

«Спасибо, Кара постаралась»

Благополучно отдав все почести подруге, он смог вздохнуть свободно.

***

За последующие дни их общение нормализовалось, теперь они здоровались друг с другом, если встречались в коридоре. Хотя чаще всего разговоры заходили на какие-то близкие с учебой темы: «Как дела?», «Что нового?», «А ты слышал о…?», Антону это нравилось, было в этом что-то особенное, отличное от общения с одноклассниками. Все больше он хотел случайно с ним встречаться, идти в одну сторону и просто болтать. В такие моменты он чувствовал себя нужным, улыбка не пропадала с его лица. Когда в один из дней Дима обмолвился, что скоро у них проверочная по математике, а он, кажется, не готов, Антон буквально засветился, ведь он мог помочь. Немного поломавшись Дима все же согласился, кто в здравом уме откажется от такой помощи? Даже Кара ему все уши прожужжала тем, насколько умен Антон в этой теме, а увидев свечение в глазах парня, что ж, отказать невозможно. Было решено на следующий день пойти в кафе недалеко от школы, пообедать и заодно Антон ему все объяснит.

***

Антон стоит у выхода в школу, он закончил немного раньше и теперь ждал, вылавливая глазами Диму из потока уходящих школьников. По сравнению с начальной и средней школой, спешащей домой, Антон выглядел высоким и взрослым, но только на их фоне. Как только вдалеке показалась блондинистая голова, бликующая на солнце, улыбка непроизвольно появилась на лице Антона. Хотя он и устал за этот сложный день, при виде Димы энергия появилась из ниоткуда. — Долго ждешь? — спрашивает немного запыхавшийся Дима. По учащенному дыханию видно, что он спешил выйти как можно быстрее, чтобы обогнать нахлынувший поток детей. — Вовсе нет, пошли? Они уже сделали пару шагов в нужную сторону, как вдруг послышался крик: — Димооон! — Серьезно, кто-то про это еще помнит? Но было больше интересно кому принадлежала эта фраза и адресована ли она его Диме. Ответ на второй вопрос он получил почти мгновенно, ведь тот остановился ожидая как какой-то парень, скорее всего тоже из одиннадцатого класса, подбежит. — Ты сейчас занят? Не то чтобы Антон был весь такой необщительный, но понимая, что этот разговор его максимально не касается, он немного отходит, будто прячась за спиной Димы. Так было спокойнее, ведь из-за этого плеча он чувствовал себя относительно в безопасности. — Прости, я уже договорился с другом, — отвечает Дима и рефлекторно пытается найти Антона, сначала не найдя его на месте. Но выглянувший из-за его спины Антон его моментально успокоил, он до сих пор не привык к привычке Антона не пропадать, но быть потерянным. Антону понадобилось немало сил, чтобы не выглядеть удивленным. Да, он хотел, чтобы они были ближе, чем просто знакомые, но он не знал, что для Димы он уже является таковым. — Понятно, тогда до завтра, — проговорил немного расстроенный парень, быстро смерив Антона взглядом, удалился. — Пошли? — спросил Дима, обращаясь к вновь повеселевшему Антону. — Спрашиваешь. Решив приберечь свой вопрос по поводу их дружбы, он открывает перед собой стеклянную дверь и слышит характерный звон от колокольчика висящего на сверху. Им здесь вместе быть еще какое-то время, а если он все испортит одним вопросом, убежать не получиться, ведь он обещал помочь разобраться в теме. Сев за один из столиков и положив рюкзак вместе с курткой справа от себя, Антон достал деньги из портфеля и направился к кассе, чтобы сделать заказ. Спустя десять минут милая девушка принесла ему какао с каким-то пирожным, Антон был решительно настроен поесть дома, и кофе с бутербродом для Димы. — Ты не голодный? — спрашивает Дима, поудобнее располагаясь по другую сторону стола на мягком диванчике. Он весь день ждал, чтобы поесть, видимо, в отличии от Антона. — Нет, я поем дома. Повисла тишина, Антон нервно сделал глоток горячего какао так, что на верхней губе остался след. Дима, который все время смотрел на парня, улыбнулся и чуть подался вперед, сжимая в руке салфетку. От неожиданности Антон немного дернулся, но даже так не смог скрыться от быстрых рук Димы, которые резко, но все же аккуратно стерли все лишнее. Несильный румянец залил щеки юноши и, отведя взгляд, он попытался вернуться к теме: — Так, что именно тебе непонятно? — Честно? — спросил Дима с хитрым взглядом. — Все! Устало вздохнув, из рюкзака был вытащен учебник, ведь разбирать что-либо по тетрадям Антона невозможно. Он вполне может себе позволить пропустить пару действий, решив их в голове, начать писать в одном месте закончить в другом, еще у почерк парня желает лучшего. Благо все попадающиеся Антону учителя математики с ним на одной волне. Поэтому быстро пробежав глазами по решению, улыбнувшись, уходили, поставив очередную оценку «отлично» в журнал. А в учебник можно тыкнуть и показать на более понятном примере, чем действия парня. Иначе бы ему пришлось постоянно говорить «тут надо бы расписать», «есть другой способ, не делай так, как я». Закончив объяснение, прозвучал вполне логичный вопрос: — Ты хоть что-то понял? — Если честно, Дима пытался внимательно слушать «учителя Антона», но ему постоянно приходилось возвращаться в реальность, напоминая, что надо не только слушать Антона, но и понимать, что он говорит. — А…ага. — Под недоверчивым взглядом пришлось сознаться, — ну почти… — И что именно ты не понял? — Как решать… — глаза нервно забегали по страницам учебника, — как решать подобные задачи. — Как же хотелось задержать его здесь подольше наслаждаясь его компанией. — Хо-ро-шо, — по слогам выговаривая это слово, дает себе чуточку больше времени на подумать.

***

Оттягивая время и строя из себя дурочка совсем не понимающего математику, через полчаса Диме приходится смириться с тем, что больше спрашивать нечего. Да, у него честно были проблемы с пониманием нового материала, но все вопросы пропали при втором объяснении. В благодарность за помощь он хотел оплатить несчастный обед парня, но тот стоял на своем, ни в какую не соглашаясь принимать такой расклад вещей. Скажем так, Антон мало ли когда будет нуждаться в деньгах, а у него, Димы, скорее всего карманные, имеющие лимит. Поэтому, поскорее собрав вещи, он вышел из уютного кафе, снова потревожив колокольчик. На улице было еще светло и достаточно тепло, но от резкой смены температуры, на коже выступили мурашки. Стараясь скорее избавиться от неприятного ощущения, Антон быстро потирал предплечья, надеясь, что это поможет. За спиной послышался вздох и на плечи упал тот самый пиджак. — Зачем? — Честно не понимал Антон, зачем он только что сделал это? — Тебе же холодно, и не смотри на меня так! — И тут же натягивает ему на глаза антонин капюшон. Услышав возмущенный бубнеж, Дима решает уточнить, — Тебе далеко? Я провожу. — Нет, не нужно, — отвечает на два вопроса разом. Он ведь не маленький, всего-то десять минут и он дома. А этот… хрен знает куда направляется. — Это не было вопросом, — снова вгоняет в краску парня своими ответами, сколько можно стесняться? Он же не реагирует также на Кару, скорее всего это просто от непривычки. На ходу поправляя и возвращая капюшон на место, Антон мысленно возвращается к волнующему его вопросу по поводу друзей. А если это было сказано просто так, для галочки, и он не вкладывал никакого сакрального смысла в эти слова? Как бы потактичнее об этом спросить? — Земля вызывает Антона, — раздалось аккурат возле уха, заставив подпрыгнуть от неожиданности. Забывшись, он абсолютно забыл, что куда-то идет, да еще и рядом кто-то есть. — Тише, я тебя напугал? — Прости, я задумался, — скрестив пальцы он решается, — я хочу у тебя кое-что спросить. — Валяй, — отвечает Дима, стараясь выглядеть максимально равнодушно, чтобы скрыть неподдельный интерес. Мало ли кому понравится такое внимание с его стороны, надо уметь держать эмоции при себе. Именно в такие моменты в голову приходят мысли по типу «Мальчики не плачут». За годы жизни это настолько устоявшаяся установка, что иногда забывается, что на самом деле может быть по другому. — Насчет того, что было у школы… — замялся на секунду Антон, все еще пытаясь составить нормальное предложение из всех тех обрывков, которые сейчас заполонили его бедную голову. — Что имел в виду под тем, что назвал меня своим другом? Вместо ответа Дима остановился, на него смотрели честно непонимающие глаза, в который нельзя было прочесть абсолютно ничего. Антон не понимал, что должно последовать дальше: — Ты это сейчас серьезно? — Но видя напряженное лицо парня, он немного смягчился. Видимо, для него реально важен ответ. — Боже, ты такой дурак! Конечно, я считаю тебя другом. Видели бы вы ту радость, которая озарилась на лице Антона, не сдержавшись, он подбежал вплотную к его другу, да, другу, именно к нему, и обнял максимально крепко. На его голову легла рука и растормошила волосы, прося его отпустить. Оба были рады такой близости, возникшей между ними. Никто не сомневался в ее неправильности, что вокруг могут быть люди и понять все неправильно, ведь сейчас ничего не существовало кроме них двоих. Уткнувшись в грудную клетку парня, можно было различить отчетливый запах шампуня — мята. Дима пах также как и утренний чай Антона. Эта аналогия немного рассмешила парня. Он знал, что время идет и они не смогут так простоять вечно, но чтобы продлить хоть на немного этот момент, Антон предложил: — Хочешь зайти ко мне?