Мне не плевать на тебя

Поздняя осень, идёт дождь, на улице темно, навстречу Патрику в парке практически не попадаются прохожие. Мужчина, поправив на шее воротник пальто, провожает глазами женщину с зонтом-тростью и, покачав головой, идёт дальше, ступая дорогими ботинками по пёстрому лиственному ковру. День невезения, не иначе: утром сломалась машина, из-за чего знавший о предстоящем дожде Спринг забыл взять с собой зонтик, опоздание на работу, на собственноручно назначенное совещание! На работе всё валилось из рук, кофе не помогал, от трёх чашек жутко стала болеть голова. Поняв, что, скорее всего, не у него одного сегодня дела не задались, он отпустил пораньше сотрудников и застрял в кабинете, намереваясь таки добить договора с одной фирмой о поставке оборудования. Пришедший закрывать дверь на этаж охранник очень удивился, увидев директора на работе в 7 вечера, но к тому времени Патрик уже успел со всем разобраться и, попрощавшись с охраной, покинул фирму, чтобы пешком добраться до дома через парк, благо ему повезло и он жил не очень далеко. И вот, добравшись до конца парка и в который раз наругав себя за забытый зонт (да и за то, что такси не вызвал) Патрик свернул на знакомую уже несколько лет тропинку, которая пролегала мимо высоких кустов. Бояться, как считал мужчина, ему было некого благодаря достаточно высокому росту и знанию боевого искусства, так что он спокойно шёл, задумавшись, пока не услышал где-то справа от него прозвучавший вскрик: «Не трогай меня!» и последовавший за этим шум борьбы. Тут же остановившись Патрик, определив источник шума, ушёл с дорожки и, обойдя куст, увидел как к стволу дерева какой-то бугай, настоящий шкаф, прижимает ужасно бледного даже в неясном свете фонарей парня. Подойдя поближе и привлекая к себе внимание, Патрик добился того, что бугай наконец-то отпустил свою жертву, и стал говорить с ним, отвлекать, думая, что парень воспользуется этим и уйдёт. Но он остался! Остался и слушал, как Спринг спокойно выслушивает и объясняет пьяному быдлу что надо принимать слово «нет», что если свидание не удалось, то надо оставить человека в покое, а не идти вслед за ним и тащить в кусты. В конце концов, получив по лицу за рукоприкладство, мужик наконец-то отстал и пошёл дальше по своим пьяным делам. Патрик проводил его нечитаемым взглядом, намереваясь, если что, принять более решительные меры, и обратил своё внимание на оставшегося стоять подле него незнакомца. Красивого, кстати сказать, настолько, что, разглядев его, у Спринга ёкнуло сердце. — Парень, на твоём месте я бы ушёл раньше. Почему ты до сих пор стоишь? Незнакомец открыл было рот, замешкался, но тут же покачал головой, словно сам с собой споря и неожиданно взял Патрика за руку. Патрик удивился, но руку не отдёрнул, давая возможность подвести себя к лавочке и усадить на неё. Парень сел рядом, покопался в карманах не по погоде одетой жёлтой куртки и выудил оттуда пачку салфеток, вытаскивая из неё одну. — Мистер, у вас с губы кровь течёт, я могу её вытереть? Не обращайте внимания на запах лимона, они хорошие. Меня выручали, когда, ну, я падал, или меня били. Но вы можете сами себя вытереть, если что. Кровь. Патрик чувствовал, что губа разбита, кулак у пьяного оказался тяжёл, но ему было важнее чтобы тот не трогал странного человека в жёлтой куртке, поэтому он и не замечал её. Но сейчас, сидя на лавочке и чувствуя, как кровь капает на пальто, конечно же захотелось поскорее от неё избавиться. И вытереться самому, но… — Нет, ничего, если хотите, то можете мне помочь, — Патрик криво улыбнулся и придвинулся поближе, подставляясь под движения длинных тонких пальцев, которые вытирали алую жидкость на диво аккуратно, так, что ни одна ворсинка не прилипла к ране. — Кстати сказать, я — Патрик, Патрик Спринг, а вас как звать? — Дирк Джентли, я — холистический бариста и я рад, что… — Кто-кто? Холистический? — … вы меня спасли. Да, холистический, — Дирк улыбнулся уголком губ, достал третью по счёту салфетку, вытер оставшиеся капли с щеки Патрика и, удостоверившись, что кровь больше не течёт, выбросил мусор в урну. — Это трудно объяснить, я сам иногда не понимаю свою способность. Ну, варишь ты кофе и варишь, а тут оно получается само собой, словно через меня Вселенная лично находит нужные пропорции ингредиентов, сколько лить сиропа или молока, сколько сыпать сахара. Звучит бредово, да, но так оно и есть. Дирк замолчал, засунув руки в карманы явно не греющей кожанки, делая вид, будто есть что-то интересное в листьях, лежащих возле его ног, и Патрик, переваривая информацию, вспомнил шумевший пару лет назад случай о Чёрном крыле, Риггинсе и его подопечных, как раз тех самых холистиков. Скотта посадили в тюрьму на несколько лет, организацию расформировали, воспитанники разъехались кто куда, стремясь сбежать подальше от поганого места. А Дирк, значит, посчитал, что должен жить именно здесь, в Сиэтле, приносить людям пользу, несмотря на то, что большую часть жизни получал от них одни лишь страдания.  — Слушай, давай я тебя провожу? — спохватился Патрик, вставая и давая Дирку руку, помогая подняться. — Вдруг тот тип снова к тебе пристанет? Заодно побольше расскажешь о своей работе и способе приготовления вкусного кофе, а то у меня выходит одна белиберда. Как тебе идея? Ответом послужили солнечная улыбка и визитка с витиеватой надписью «Вендимур». Переглянувшись с Дирком, Патрик, хмыкнув, положил бумажку к себе во внутренний карман. Чудное название, да, лишь бы кофейня была приличной.

***

Патрик с Дирком шли медленно, радуясь, что дождь наконец-то перестал течь, Дирк, улыбаясь, говорил о себе, своей работе и друзьях, но, когда дошёл до Джейка, его лицо омрачилось: третье свидание оказалось самым неудачным и бариста жалел, что вообще на него сходил. Но Патрик тут же поспешил его успокоить. И взять за руку, потому что несколько неуклюжий Дирк, подскользнувшись, едва не упал в лужу. Наконец, дойдя до дома Дирка, пришла пора прощаться. Закрыть дверь перед носом Спринга. Они, скорее всего, больше не встретятся, и Патрик не услышит его весьма приятный голос, смех, не увидит милое лицо и выразительные глаза. От этого на сердце сразу стало тоскливо, вспомнилась квартира в достаточно новом здании, богато обставленная, но по ощущениям она была скорее пристанищем, чем домом. С партнёршей он расстался по-дружески несколько лет назад, больше спутников жизни себе не искал, с головой окунувшись в работу, не надеясь, что когда-либо ещё у него будут отношения. И вот теперь появился далеко не призрачный шанс полюбить снова, наполнить квартиру уютом. Вдруг они встретились неспроста? Дирк, подойдя к двери, открыл её и тут же закрыл. Впереди его ожидает маленькая съёмная квартирка; рыже-белый кот Чарли, наверное, в очередной раз напакостил, раскрыв запрятанный от него пакетик с мягким кормом. А позади стоит он: высокий, представительный, сильный. Он защитил, спас от Джейка, хотя мог бы и пройти. Не услышать или сделать вид, какое ему дело до чьих-то разборок в кустах! Но нет, он оказался неравнодушным и пришёл. И теперь стоит так близко, что можно развернуться и дотронуться до него. А что, это отличная идея! Если не удалось свидание, то может обрадовать вечер.  — Ми… Патрик, — Дирк сглотнул и в мыслях отругал себя за навалившуюся робость, — ты не против выпить со мной чашку чая? Я специально сделал рулет, потратил на это вчера всё свободное время, не пропадать же ему! Заодно и с Чарли познакомишься, он ласковый и очень любит гостей. Правда, он линяет страшно, но… Патрик был не против, ему нравились домашние животные, он сам любил готовить и не прочь был отведать домашнее сладкое лакомство, и, разумеется, его обрадовала возможность побыть с Дирком как можно больше. Поэтому, когда тот сказал последнее слово и замолчал, уставившись почему-то на его губы, Патрик, взвесив в голове все «за» и «против», подошёл вплотную и, наклонившись, заглянул в широко распахнутые глаза. Погладил пальцами по щеке, ощущая гладкость кожи и рельеф родинок. Если что-то не так, он отступит и просто уйдёт. Дирк придвинулся ближе, чуть ли не наваливаясь на мужчину, он, голодный до ласки, стремился получить то, что ему дают, думая о большем, хотя сознание говорило, что ещё слишком рано. Но, когда Патрик ещё чуть-чуть наклонился и взял его лицо в свои руки, Дирк закрыл глаза, тянясь к поцелую, хватаясь руками за мужчину, ему плевать что там говорит Вселенная в его голове, это всё неважно. Важным было то, как эти губы касаются его губ, как язык обводит кромку зубов, встречается с его языком, углубляя поцелуй. Дирк делает носом судорожный вдох, но не отстраняется, а продолжает целоваться, ему впервые за столько дней неимоверно хорошо. Настолько, что никто из них не замечает сразу, что в поцелуе есть привкус чего-то постороннего. — Вот чёрт, — Патрик отстраняется и, недовольный, вытаскивает из кармана носовой платок, прикладывая его к кровоточащей губе, — я и забыл об этом! — Патрик, прост… — Ничего, Дирк, я не виню тебя, всё в порядке, зато я с тобой познакомился, — поспешил перевести это в шутку Патрик и улыбнулся. Он давно не улыбался настолько искренне, не находилось повода, да и не для кого было. А сейчас повод есть, вот он, стоит, такой хорошенький, молодой, отзывчивый, в яркой курточке и в галстуке с мороженками, сияет как летний день. Прелестный. Спринг снова, до одури хочет его поцеловать, прижать к двери, взять на руки, отнести в квартиру, услышать как он стонет, получить большее, сделать своим. Ещё несколько шагов и он сможет это сделать! Но не станет. И дело здесь не только в том, что пережил совсем недавно Дирк. Дирк — не вещь, не награда, он человек, и чужие границы нарушать нельзя. Поэтому Патрик, давая Дирку пройти и открыть дверь, поспешил вслед за ним, прошёл мимо консьержки, которая с подозрением его оглядела, явно пропустив мимо ушей приветствие Дирка, зашёл вместе с ним в лифт и через некоторое время оказался в самой квартире, маленькой и чистой, несмотря на наличие кота, который тут же побежал встречать хозяина. Пока Патрик, поиграв с удовольствием с котом, мыл и вытирал в ванной руки, Дирк порезал мясо, рулет, помидоры, хлеб и сыр. Разлил ароматный зелёный чай, выбрав чашечки из подаренного на день рождения чайного сервиза. Накрыл стол на две персоны, даже свечки со шкафа взял и зажёг. Потом захотел потушить, вовремя вспоминая, что это не свидание, но Патрик зашёл на кухню и, качая головой, попросил их оставить. Они сели друг напротив друга, принялись есть и общаться, и их комфортной беседе ничуть не мешало то, что из источников света были лишь две свечки, даже наоборот, это было весьма романтично. Чарли, видать, надоело быть одному в комнате, поэтому он пришёл и, мяукнув, потёрся об ноги Патрика, после чего оказался на его коленях и начал мурчать как трактор. Дирк улыбался, видя своего кота настолько довольным, он слушал смех Патрика, когда тот чесал кота за ушами, и ему совершенно не хотелось отпускать этого мужчину от себя! Пускай он его практически не знает, всё равно. Но если Патрик против, если их поцелуй был лишь поцелуем, то…  — Дирк, твой чай сейчас остынет, ты о чём так глубоко задумался? Дирк, покраснев, достаточно смело посмотрел на Патрика и, отпив чай, сказал:  — Ты мне очень понравился, Патрик. Да, мы знакомы всего лишь час или чуть больше, но разве это что-то меняет? Ты, похоже, одинок, я тоже, так почему бы…  — Ты приглашаешь меня на свидание? — спросил Спринг, ухмыляясь, кладя руку на ладонь Дирка.  — Ну… да, — Дирк уже не знал куда себя деть от охватившего его смущения, но он сосредоточился на пальцах, гладивших его ладонь, и сделал глубокий вдох. — Так ты не против? Я не имею в виду, что я на первом свидании хочу затащить тебя в постель, чтобы ты меня трахнул, я просто… просто хочу быть с тобой. Узнать поближе. Полюбить взаимно. Перестать наконец быть одиноким! Мне уже тридцать шесть (Патрик, услышав возраст, недоверчиво прищурился), да-да, я знаю, что выгляжу моложе своих лет. Так что, ты не против? Дирк с надеждой, с колотящимся от волнения сердцем смотрел в зелёные глаза напротив, потом обратил внимание на кота, решившего повернуться на другой бок, подставив брюшко под ласковые прикосновения. В голове мелькнула паническая мысль, что всё, Патрик по какой-то причине откажется, и ему ни свидания, ничего не видать, но тут мужчина, осторожно опустив Чарли на пол, поднялся со стола и, вымыв руки, подошёл к Дирку. Вгляделся в него, положил руки на его плечи, погладил по голове и, ничего не говоря, прижал к себе. Дирк обнял Патрика в ответ, вдохнул запах парфюма, исходящий от дорогого на вид свитера, и, успокоившись, закрыл глаза. Всё было и так понятно без слов.