To be loved?

Рабочий день Джерарда тянулся мучительно долго. Несмотря на бурный вечер, писатель вовремя пришёл в редакцию. Максвелл не смог удержаться, чтобы не отпустить незлую шутку в сторону Уэя по поводу одного из немногих его ранних приходов на рабочее место. Парень в ответ только улыбнулся, потому что все его мысли были заняты Фрэнком. В планах писателя было прийти в особняк Айеро сразу после завершения своей работы. Сейчас Джерард стоял в кабинете второго этажа спиной к двери и просматривал какие-то листы. Точнее, пытался просматривать - его мысли путались, и Уэю было сложно сосредоточиться. Но мысль о том, что он увидится с Фрэнком и наконец ответит ему взаимностью грела его душу и придавала сил. Писатель полностью погрузился в чтение одного из коротких рассказов, требовавших проверки, и даже не обратил внимания на шаги позади него. Вскоре Джерард почувствовал присутствие ещё одного человека в комнате и обернулся. Уэй ахнул, не узнав своего любимого. Опущенные плечи и растрёпанные волосы, глаза в больших чёрных кругах без огонька жизни, серые губы - весь вид Фрэнка разбивал писателю сердце. Он и подумать не мог, что за все эти дни Айеро мог так измениться. «Прошло всего лишь несколько дней, - подумал писатель и глянул на календарь. - Черт, прошло больше недели. Он выглядит так, как будто не спал все эти дни. И, судя по всему, пил. Мне так жаль, Фрэнки, я все исправлю. Я обещаю, что буду всегда с тобой», - закончив мысленные рассуждения, Джерард уже открыл рот, чтобы произнести слова сожаления и любви, как был прерван юношей: -Прости меня, Джерард, я не хотел причинять тебе боль, - уставшим и хриплым голосом произнёс Айеро. «Он думает, что я сбежал, потому что он сделал мне больно.. Какой же я идиот», - пронеслось в мыслях писателя. -Фрэнки, я... - Уэй всё же не решался подойти к изнеможённой фигуре в проходе, говоря с юношей на расстоянии, которое сильно хотел сократить. - Я много думал обо всём этом и понял, что на самом деле я тоже тебя люблю. Очень сильно люблю. Почти что на одном дыхании выпалил парень и тут же поспешил подойти к ошеломлённому Фрэнку, чтобы затянуть его вглубь кабинета, закрыть дверь и впиться в сухие губы. У Джерарда было мало опыта в поцелуях, но в этот он пытался вложить все свои сострадание и пылкие чувства. Писатель аккуратно положил руки на щёки возлюбленного и нежно целовал его. Совсем не так, как тем утром - страстно и грязно - а осторожно, будто боясь, что Айеро испарится. Несколько первых секунд юноша просто наслаждался моментом, и его руки просто висели вдоль тела. Но уже войдя во вкус, одной рукой он оплёл корпус Джерарда, а пальцами второй зарылся в мягкие чёрные пряди волос на голове. Парни простояли пару минут, сминая губы друг друга. Первым отстранился Уэй, чтобы в очередной раз произнести признание, находясь в паре миллиметров от лица Фрэнка: -Я люблю тебя, - затем снова примкнул к губам, чтобы оставить короткий поцелуй. А потом снова отстранился, - очень люблю тебя, Фрэнки, - и снова поцелуй. До этого нездорово-серые щёки юноши слегка порозовели, и он стал более активно отвечать на действия Джерарда. После того, как писатель снова остановился, Айеро не сдержался, чтобы не подхватить хрупкое тело и рывком усадить его на рабочий стол, прижимая Уэя спиной к крепкому деревянному столу. На этот раз во взгляде писателя он не видел страха и неуверенности. В них бушевали такие же страсть и желание, как и у самого Фрэнка. Юноша поглаживал рукой скулу писателя и шёпотом произнёс: -Я так скучал по тебе, Джи. -Я тоже скучал, - ответил Джерард и потянулся к Айеро за поцелуем. Лёжа на столе с многочисленными листами, лампой и ручками, целуясь с самым прекрасным человеком на свете, Уэй чувствовал себя невероятно счастливым. Ему было так хорошо, что ни одна мысль не лезла в голову. Весь его мир сейчас был перед ним - руки поглаживали бедро и скулу, а лицо его собственной вселенной было настолько близко, насколько это возможно. Конечно, за несколько поцелуев Фрэнк не стал выглядеть намного лучше. У него все так же были слабость и небольшая усталость от недосыпа, чёрные круги под глазами. Только лишь впалые щёки слегка порозовели, как и губы. Словно насытившись парнем, медленно отодвигаясь от Джерарда, Айеро тихо спросил: -Что ты делал все эти дни? -Думал о тебе.. О нас, - с затуманенным взглядом промолвил писатель. - Ко мне приезжала моя подруга, и после ее визита я окончательно понял, что люблю тебя. Наверное, я это понял ещё после нашего первого.. - Уэй стеснялся произносить это слово, но Фрэнк ему помог. -Секса? -Да, - выдохнул Джерард. - Но сейчас я точно уверен в своих чувствах к тебе. Юноша смотрел на своего до сих пор прижатого к столу любовника с лёгкой ухмылкой и сказал: -После того, как мы потрахались, - щёки писателя зарумянились, поэтому Айеро решил пояснить. - Да, Джи, именно потрахались, потому что иначе я своё поведение тем утром описать не могу. После этого я себе места не находил. Я помню твои слёзы и полукрики. Мне хватило ума спросить твоего согласия, иначе мне было бы ещё более хреново. Прости меня за то, что сделал тебе больно тогда. -Не говори так, - ответил писатель и приподнялся, принимая сидячее положение. - Перестань извиняться. Я тоже хотел.. секса с тобой, просто я не был готов к тому, что это будет так больно. Фрэнк сцепил руки в замок на спине Джерарда и внимательно слушал каждое его слово, смотря ему прямо в глаза. -Кому здесь и надо извиняться, так это мне, - продолжил Уэй. -Нет, - покачал головой Айеро, легко улыбаясь. -Да, - серьезно противоречил парень. - Это из-за меня ты сейчас так ужасно выглядишь. Мне невыносимо видеть тебя таким, Фрэнки, - писатель положил руки на лицо любимого, чтобы тот поддерживал зрительный контакт. - Скажи мне, что ты делал все эти дни? Айеро прикрыл веки и начал ластиться к прохладным рукам Джерарда на своих скулах, явно получая от этого удовольствие. Уэю же совсем не доставляло удовольствия чувствовать под пальцами впалые щёки, сопровождающие общее похудение юноши. Фрэнк не спешил отвечать, потому что сейчас его вполне радовало ощущение рук писателя на своём лице. Но, открыв глаза, он встретился с встревоженным и настойчивым взглядом Джерарда, поэтому нехотя сказал: -Я пил. Почти без остановки. -И не ел. -Я не помню, Джи, - Айеро не хотел говорить об этом, потому что просто хотел выкинуть эти 10 дней из головы и никогда не вспоминать об этом отвратительном состоянии. - Посмотри, солнце заходит. Небо такое красивое. Писатель, не совсем удовлетворённый ответом, исполнил просьбу юноши и обернулся к окну, вытягивая шею. Фрэнк не упустил момента и принялся жадно целовать любимую часть тела писателя. -Прямо как ты сам, - через несколько секунд добавил юноша. -Фрэнки.. - на выдохе произнёс Джерард, отрываясь от созерцания заката. -Продолжай смотреть, - тихо, но властно сказал Айеро. Уэй украл ещё один поцелуй с губ Фрэнка и вновь отвернулся к окну. Юноша продолжал терзать шею любимого, оставляя новые засосы. Писатель сильно сдерживал себя, чтобы не начать стонать, что выдало бы их маленький рай. Поэтому он ограничивался шумными выдохами, закатыванием от удовольствия глаз и прикусыванием губ. Возбуждение юноши нарастало, и теперь он недвусмысленно прижимал хрупкое тело с раздвинутыми ногами к себе, одной рукой начиная оттягивать чёрные волосы на затылке Джерарда. Последний упивался происходящим, всё так же стараясь смотреть на закатное небо. Дыхание Фрэнка участилось, и он уже кусал шею любимого, жадно впиваясь в кожу зубами, словно в сладкий плод. Уэй был не против заняться сексом прямо сейчас, но не здесь. Так что, оторвавшись от окна, он уткнулся носом в затылок Айеро и прикрыл ненадолго глаза. В то время, как Фрэнк терзал шею писателя, Джерард просто наслаждался моментом, скрывая свои тяжелые выдохи в тёмных волосах юноши. -Я люблю тебя, - снова сказал писатель. Эти слова заставили Фрэнка оторваться от своего занятия и посмотреть прямо в глаза писателя. -Я тоже тебя люблю, Джерард, - с легкой улыбкой ответил Айеро. -Я не выдержу ещё одного расставания с тобой, Джи. Не бросай меня. -Мне так стыдно перед тобой, - виновато произнёс Уэй. - Но я клянусь, что не оставлю тебя идти в этот мир в одиночку. А потом снова был поцелуй. Фрэнк уже был довольно возбуждён, и, уже официально считая себя с писателем парой, сказал: -Я хочу тебя. -Я тоже, но... - не успел договорить Джерард, как Айеро с новой силой набросился на его губы и крепко прижал запястья к столу. - Фрэн.. - в коротких перерывах между поцелуями пытался продолжить писатель. Словно осознав своё главное оружие, он решительно, но нехотя произнёс, - остановись! Как по щелчку пальцев, Фрэнк действительно прекратил все действия и сейчас смотрел на Уэя извиняющимся взглядом. -Прости, я не должен был, я понимаю, что ты напуган, и... -Фрэнк! - прервал несвязный монолог Джерард. - Я хочу тебя, но не здесь. Юноша почти что засветился от радости и (в который раз?) поцеловал писателя. Джерард тоже был невероятно счастлив сейчас. Ему было так хорошо, что он боялся проснуться от этого слишком прекрасного сна. Но каждое касание Фрэнка отрезвляло его голову и напоминало, что это происходит на самом деле. С улыбкой писатель спрыгнул со стола и потащил Айеро на выход из редакции. Посмеиваясь, словно дети, и держась за руки, они выбежали из здания и направились прямиком к дому Джерарда. Уже вечерело, но людей было по-прежнему много, поэтому парни решили потерпеть с ласками до дома. Как только они оказались в парадной, Фрэнк тут же толкнул Джерарда к ближайшей стене и поцеловал его. Целых 10 минут не целовал, как тут удержаться! Но писатель решил долго не затягивать, вырвался из объятий Айеро и, широко улыбаясь, побежал на свой этаж по лестнице, всё так же держась за руку с юношей. Уже на своём этаже Уэю снова не дали спокойно открыть дверь, потому что он вновь спиной почувствовал стену, а губами самого Фрэнка. Не дав юноше вдоволь насладиться, Джерард отвернулся и ввалился в квартире, утягивая за собой Фрэнка. Уже дома Айеро решил прекратить терзать губы писателя и перешёл к шее. Джерард закатывал глаза от удовольствия и еле слышно постанывал, но и этого было достаточно, чтобы юноше окончательно сорвало крышу, и он рывком приподнял любимого, чтобы недолго пронести его до кровати и бросить парня на неё. Оказавшись в горизонтальном положении, Фрэнк незамедлительно начал раздевать Уэя, целуя каждый обнажённый участок тела. Когда рубашка была на полу, и Айеро оставалось снять только брюки с Джерарда, он спросил: -Ты точно хочешь этого снова? Писатель ничего не ответил и, приподнявшими на локтях, потянулся за поцелуем, но Фрэнка такой немой ответ не устраивал. -В тот раз ты был... Мы были пьяны, и наш секс случился под действием алкоголя, что было крайне неправильно, - тихо говорил Айеро, нежно поглаживая скулу писателя большим пальцем. - Я не хочу снова делать тебе больно. И ещё больше не хочу просыпаться без тебя, Джи. -Я не сбегу, - с улыбкой произнёс Уэй. - Тем более, это моя квартира, куда я могу уйти? - улыбнувшись ещё шире, Джерард утянул Фрэнка в поцелуй. Получив ответ, юноша принялся стягивать последнюю одежду с писателя и наконец приступить к самому интересному. Айеро будто растягивал каждое мгновение - резкие и жадные поцелуи сменились чуткими и аккуратными касаниями. Несмотря на минутную нежность, Айеро всё-таки решил ограничить Джерарда в действиях сегодня. Фрэнк вытащил из своих брюк ремень и, смотря прямо в глаза любимому, поднял его руки наверх и затянул на тонких запястьях кожаный ремень, продевая его через решётчатое изголовье кровати. Уэй оказался привязанным и не мог двигать руками. Писатель поднял глаза наверх и подергал несколько раз руками, будто проверял прочность. -Крепко? - с ухмылкой спросил юноша. Джерард активно закивал головой. -Ты так прекрасен, Джерард, - продолжил Фрэнк. Айеро разглядывал тело Уэя и водил по нему руками. Он не сжимал пальцы и не оставлял засосов, а просто гладил нагого писателя. Насладившись видом, юноша решил перейти к подготовке любимого к главной ласке сегодняшнего вечера. Фрэнк лег на грудь писателя и смазанным слюной средним пальцем вошёл в Джерарда. Последний зажмурил глаза и прикусил губу. Айеро чутко следил за реакцией писателя, поэтому уточнил: -Ты всегда можешь сказать «стоп» или «нет», когда тебе станет слишком некомфортно. Твоё удовольствие для меня в приоритете. -Добавь второй, - выдавил из себя Джерард. Ему не стало легче, но он очень хотел скорее почувствовать Фрэнка в себе. Через несколько минут желание писателя сбылось - он чувствовал, как член Айеро медленно проникает в него. В этот момент Уэй лежал с крепко зажмуренными глазами и, кажется, почти не дышал, впиваясь короткими ногтями в собственные ладони. Когда же Джерард почувствовал, что юноша полностью вошёл в него, то сильно прогнулся в пояснице с протяжным стоном. Фрэнк не спешил двигаться, а только наблюдал за слегка повёрнутым вбок лицом любимого: будто после сна, Джерард тяжело приоткрывал веки, и вскоре снова опускал их, блаженно закатывая глаза; из приоткрытого рта вырывались негромкие стоны. Писатель периодически ёрзал, но, спустя некоторое время, Айеро сжал бёдра своего любовника и начал совершать плавные фрикционные движения. Стоны Уэя стали громче, и это доставляло Фрэнку ещё большее удовольствие, из-за чего он запрокидывал голову назад и шумно выдыхал с каждым движением вперёд. Чувствуя своё приближение к разрядке, юноша переместил кисти рук на лицо Джерарда и пальцами одной руки зарывался в чёрные пряди волос, а второй нежно поглаживал скулу писателя. Держаться в таком положении было довольно тяжело, поэтому Фрэнк лёг на Уэя, не прекращая движений бёдрами, и принялся целовать любимого. Перед самым своим пиком Айеро не забывал об удовольствии и для своего партнёра: он освободил запястья Джерарда от ремня и начал надрачивать его плоть свободной рукой. Вторая ладонь оставалась на лице Уэя, который в своё время обнял руками и ногами верхнего, прижимаясь всем телом к нему. Фрэнк кончил прямо в писателя, прикусив до крови от нахлынувшего удовольствия губу Джерарда. -Прости, - отстранившись, произнёс Айеро. Через несколько секунд Уэй излился себе на живот с негромким стоном. После этого секса писатель тоже чувствовал себя утомлённым, но не настолько, чтобы просто отрубиться без чувств сразу по окончании действий. Слегка поморщившись, когда Фрэнк вытащил свой член из Джерарда, парень перевернулся набок. Айеро улёгся напротив писателя и подпер голову кулаком, рассматривая столь прекрасное для него лицо. Парни просто лежали и смотрели на друг друга влюблёнными глазами - Джерард чуть прикрытыми из-за усталости, а Фрэнк широко распахнутыми, будто на часах было двенадцать часов дня. Солнце уже зашло, и на небе осталась только тонкая ярко-оранжевая полоска света. Постепенно становилось темнее, и Айеро видел любимого всё хуже, который уже несколько раз закрывал глаза на несколько минут, почти проваливаясь в сон. Вскоре юноша решил помочь писателю уснуть, легко поцеловал его в губы и прижал к своей груди. Сам Фрэнк тоже чувствовал приятную усталость, но прежде чем уснуть, зарывшись носом в чёрные волосы партнёра, произнёс: -Я люблю тебя, Джерард и больше не отпущу тебя. Никогда не отпущу, - с этими словами Айеро сильнее прижал к себе уже спящего Джерарда и, наконец, тоже закрыл глаза.