Да Воссияет Над Нами Наследие Тьмы

***

Раз голова цела, то и рука Щитом подьятым череп защищает Или удар враждебного клинка Сама клинком удачно отражает. Участвует в победе и нога, Став на затылок павшего врага. Гёте “Фауст”

***

      Напряжение в воздухе было почти осязаемым. Величественные кроны многовековых дубов возвышались над землей и уходили далеко в небо, словно монументальные свидетели ушедших эпох. Их историю можно было прочесть только по отметинам от кинжалов на коре, шрамам от давних битв, и вмятинам от топоров - отголоскам времен нашествий. В этих местах всегда водилась разного рода живность. Лишь в последние месяцы листва начала заметать остывшие следы. На протяжении нескольких тысяч ярдов теперь не встретить ни опытному охотнику, ни внимательному лесничему ни одной дикой твари. Лишь пустующие норки, да голые израненные рогами стволы. Гробовую тишину осмеливался нарушить лишь ветер, теребящий засохшую листву, которая из последних сил держалась за свое последнее пристанище. Запрокинув голову можно было узреть открывшееся с приходом осени серое небо и определить время. Солнце находилось в зените, хоть и пряталось за тучами. Из-за ствола высунулся наконечник, подобно волку, выслеживающему добычу. В кустах притаилась серая кобыла, не смеющая фыркнуть. Будто ждет чего-то, сама не осознавая чего. Массивная ветвь ствола скрипнула, взгляд серых глаз мгновенно устремился к небу. У каждого свое слабое звено. Мысль пронеслась, подобно шустрому русаку. Внимание было направлено на иную цель. Теперь взгляд перемещался от одного ствола к другому, опускался к редким кустарникам и устремлялся вглубь леса. Взгляды зеленых и серых глаз встретились. Не найдя ответ на немой вопрос, устремили взоры обратно в чащу. Внезапно послышался шорох - тихий, зловещий, как шепот змеи. Листва на деревьях мгновенно зашевелилась, словно перепуганная стая птиц, предчувствуя беду. Звук стал громче, настойчивее, ощущалось чьё-то стремительное приближение. Тяжелый топот ломал подлесок, круша сухие ветки, а низкое, утробное рычание, пробирало до костей. Затем рев. Быстрый. Внезапный. Подобно первой грозе, прошелся по лесу. Скрип ветвей, шорох листвы, всадник одним прыжком взобрался на лошадь и дернул поводья. Он мчался в чащу, обходя кусты и минуя обвалившиеся деревья. Взор то и дело устремлялся на кроны деревьев. Двое эльфов срывались с одной ветви на другую. Им не приходилось смотреть под ноги. Они знали каждый дуб, каждую тонкую осинку. Они выросли среди деревьев. Лес им доверял, а теперь они вверяли свою жизнь могучим ветвям. Рев, раздирающий слух. Почти осязаемый. Всадник дернул поводья меняя направление - ускоряясь. Острый слух уловил звук тугой тетивы. Первая стрела была выпущена. Всадник обнажил меч. Крик усиливался с каждым пройденным ярдом, становился громче, стоял в ушах. Роща, открыла ужасающую картину. Она была огромна, отвратительна, кошмарным порождением тьмы. Казалось, она соткана из хитина, гнили и яда. Молодой эльф, ухватившийся за один из ее клыков. Лишь истошный крик животного, не позволяющий закрыть пасть, уберегал его от смерти. Грациозный, стремительный, но обреченный, как бабочка, летящая на пламя. Серебристые волосы, словно лунный свет, рассыпались по плечам, обрамляя измученное лицо. Его движения выдавали отчаяние, а в глазах плескался испуг, смешанный с упрямой решимостью. Внезапно – свист. Звук, рассекающий тишину леса, как луч надежды. С тихим свистом стрела разрезала воздух и пронзила шкуру зверя. Тварь взвизгнула, поднялась на задние лапы, выла от боли и ярости, сотрясая деревья своим безумным ревом. Всадник. На вороном коне, он возник из теней, подобно духу мщения. Его лицо скрыто тенью капюшона, в глазах горит неистовый огонь, словно два тлеющих уголька, разжигающих пламя надежды. В руке – лук, натянутый до предела. - Леголас! Мужчина оттолкнулся от лапы зверя, запрыгнул на спину. Щетинки были слишком гладкими, чтобы на них устоять. Вторая стрела вонзилась в одну из ходильных лап, зверь взвыл вставая на дыбы. Эльф поскользнулся почти сразу. Лететь было ярдов 5 не меньше. Попытка вонзить меч в спину не увенчалась успехом, гравитация сработала против. Две стрелы синхронно впились в пасть животному. Топот копыт раздался позади. Резкая боль в ребрах. Всадник схватил принца под руки, удержался лишь благодаря тугому стремени. Он подтянул мужчину. Эльф оттолкнулся от земли и запрыгнул на спину лошади. - Веди ее в чащу. Короткий кивок, резкий взмах поводьями, и лучник уводит животное в южную часть леса. Двое эльфов старались не спускаться на землю, выбирая выгодное расположение для прицела. Плечи напряжены. Тетива хлопнула по наручу, выпуская стрелу в полëт. Но та отлетает в сторону, словно бесполезная игрушка, отброшенная силой монстра. Не сходя с позиции, мужчина выпускал одну стрелу за другой, не понимая, почему тварь не реагирует. Он бросил взгляд на светловолосую эльфийку. На мгновенье та замерла. Он прочитал в ней немой вопрос. - Mi Taur! Trôba hi mi Taur! (В чащу! Ведите ее в чащу!) Напарники переглянулись, рванули к земле. Завидев удаляющуюся группу, паучиха взвыла и ринулась за ними. Мириэль обернулась к принцу. - Как ты понял? - По следам. Под листвой порой скрываются интересные вещи. Двое эльфов позади, настигнув чащу, мгновенно запрыгнули на ветви. Арахна неслась, перебирая множеством лап, словно механизм, оставляя за собой след из сломанных деревьев, развороченной земли и смердящей, липкой паутины. Её челюсти щелкали с жадностью, извергая фонтаны зловонной слюны, предвещающие скорую и мучительную смерть. Уже не обращая внимания на стрелы она грезила настигнуть всадника. Быстро перебирая лапами, она всасала в себя воздух, прыгнув на ствол, выставила брюхо. Из жала вырвалась вязкая молочная консистенция. Услышав звук, девушка, не оборачиваясь, дернула поводья в сторону, эльфа позади повело, он еле удержался за ее плечи. Воин прорывался сквозь лесные массивы, используя свою природную ловкость, перескакивал с веток, ища спасения в высоте. В очередном прыжке, он резко сменил траекторию, из-за чьей-то длинной костлявой лапы. Хруст ломающихся веток, оглушительный удар о ствол, и мужчина плашмя падает на землю. Казалось, она его даже не заметила, бежала дальше не разбирая дороги. Он попытался подняться, но силы стремительно покидали его, словно вода, утекающая сквозь пальцы. Боль пронзила все тело. - Аэнвест! Оба всадника обернулись на женский крик. Тело лежащего эльфа было неподвижным. - Ungol! - девушка развернула лошадь. - Следуй плану. - Укоризненный взгляд впился в ее спину. - Слезай. Она остановилась. Он слишком хорошо ее знал, чтобы тратить время на переговоры. Мужчина спрыгнул с лошади, устремившись в глубь деревьев. Взгляд прикован к эльфу, съёжившемуся от боли у подножия темного дуба. Всадник обнажил меч, его лезвие сверкнуло в полумраке. Он устремился обратно - навстречу бушующему зверю. Сорок ярдов. Всадник прокрутил клинок, хватаясь крепче за рукоять. Двадцать пять ярдов. Зверь ускоряется, предвкушая легкую добычу. Десять ярдов. Эльф припадает к лошади. Клинок описывает смертоносную дугу, но тварь уклоняется, ее движения, на удивление, быстры и точны. Ей достаточно одного взмаха клешней, чтобы сбить всадника с лошади. Он падает с коня, его тело с глухим стуком ударяется о землю. Животное нависло над поверженным воином, готовое оборвать нить его жизни. Слюна капает на грудь, а ледяное дыхание обжигает кожу. Его рычание становится триумфальным, исполненным первобытной радости от близкой победы. Внезапный свист. Из темноты вылетает стрела, пронзает воздух и вонзается в глаз зверю. Тварь взревела, ведомая адской болью и инстинктом выживания. Аэнвест начал приходить в себя, когда увидел белокурые волосы в небе. Еще один свист. Метательный нож с серебряным лезвием, вонзился прямо в основание шеи паука, парализуя его нервную систему. Тварь дергается в предсмертной агонии. Ее вопль стоит в ушах, казалось он заполнил все Лихолесье, каждое живое существо оглянулось на звук. И, наконец, обрушивается на землю, придавив всадника своей тушей. Истошный крик разнесся на сотни верст. Вопль поражения, смешанный с предсмертной болью. Сквозь деревья прорываются два лучника, умело лавируя между деревьями, словно тени, преследующие свою жертву. Спрыгивая с ветвей, подбегают к поверженному товарищу. Навалившись всем телом на животное, высвобождают война. - Жива? – под спокойным тоном Леголас не смог скрыть тревоги. Мириэль лишь опирается на плечи соратников, с трудом переводя дыхание, внезапно вспоминая о брошенном на произвол судьбы эльфе. - Аэнвест! Ириэн, не раздумывая ни секунды, стремглав срывается с места. Ее светлые волосы скрываются за кронами деревьев. Леголас помог ей окончательно подняться. - Плохо, что не берешь трость. - Здесь она мне ни к чему, – огрызнулась девушка. Ее лицо искажено болью, но в глазах плещется благодарность. Хромая, подходит к лошади. Та, тихо ржет и поднимает ногу, помогая наезднице забраться в седло. Подойдя к опушке, они настигают эльфов, один из которых уже на ногах. Леголас подошел ближе, вручил эльфийке нож с серебряным лезвием. Ириэн благодарно кивнула. Аэнвест сгорбившись стоял, облокотившись о соратницу, та в свою очередь придерживала его за грудь, не давая упасть. - Слишком близко к грани… кха-кха… - Ириэн сильнее придержал напарника, затем взгляд устремился на Мириэль. - Командир, Вы точно можете… - Благодарю, Ириэн, – отрезала девушка, окидывая взглядом отряд. – Все в порядке? Никто больше не ранен? - Да. - Мириэль вопросительно посмотрела на эльфийку. - Ваша нога… - Ириэн, довольно, – девушка перебивает, поднимая руку. – Я в порядке. Поражение в битве едва ли сравнимо с простой хромотой. Мириэль поморщилась от боли, ее спина неестественно ровная. Она поправила колчан и взяла поводья. Леголас бросил на нее взгляд, и не каждый бы смог разглядеть в нем тревогу. - Они расплодились, – Аэнвест, кивком благодарит напарницу. Держась за ребра, взбирается на лошадь. – Это уже не одиночки. Похоже на организованную группу. - Сколько их, по твоей оценке? – Леголас не спускает глаз с поверженного животного. - Не меньше дюжины крупных особей. Не считая мелочь, спрятавшуюся в норах. Мириэль достает из сумки небольшой свиток и делает в нем быстрые пометки. - Они слишком близко к границе. Направляются к Старой Тропе, где часто ходят торговцы. - Не смотря на травму голос эльфа был ровным. - Осмотрите ее. – Леголас указал на мертвую тушу. - Подмечайте все, чего не было в ранних записях. - Он дернул поводья, заставляя коня развернуться. - И уничтожьте ее мерзкий выводок. Солнце уже миновало зенит, когда отряд двинулся прочь из чащи. Мириэль подбросила тканевый мешочек. Оглянувшись на тушу животного, подожгла его и тот час маленький огонек пролетел над опушкой. Встретившись с сухой листвой мгновенно разошелся по земле. Почти сразу послышался многочисленный писк из под земли. Минута и из нор вынырнуло не менее дюжины белых существ. Перебирая своими маленькими ножками, они пытались взобраться на деревья, зарыться глубже в норы. Тушу самки поглотило бесчисленное множество маленьких тельц. Они визжали, тонули в пламени, который подпитывался недавно опавшей листвой. Группа медленно удалялась все дальше от пожара. Мириэль перечитывала заметки и делала быстрые зарисовки на память, сравнивая с предыдущими пометками. Она понимала, что сформированные записи пойдут непосредственно в руки королю. Вот только отчет будет нести не она.