Автопортрет демона

Только когда я завершил большой поход за подписями и горделивой походкой направлялся к вожатой для отчёта, я осознал, насколько сильно устал, что было неудивительно. Как-никак, за это время мне не только удалось заполнить бегунок, но и записаться в муз. клуб, а также немного повоевать с библиотекарем. Я потянулся в полный рост, ощущая, как лучи летнего солнца впитывают энергию в мою кожу. Да, этот день мог бы быть намного лучше, если бы не Алиса с её шантажом. Почему она всегда ведёт так, как ведёт себя? Я пытался рассудить с позиций педагога, хотя соответствующего образования не имел. С одной стороны, Двачевская наверняка должна быть известной в своих кругах: она красивая и, прости Господи, харизматичная. За словом в карман не полезет, в конце концов. Но, с другой стороны, зачем ей предпринимать какие-то детские шалости и этим самым лишний раз злить Ольгу Дмитриевну, а также вызывать не очень одобрительные возгласы от ровесников. Быть может, во всём просто виноваты гормоны? Мне бы хотелось так считать, но почему-то кажется, что дело не только в этом. Я так бы и продолжал рассуждать на эту тему, если бы передо мной не раскинулось широкое футбольное поле, на котором играли с мячом толпа совсем юных мальчиков и девочек. Вот где по-настоящему кипела жизнь, а ушные перепонки разрывало от возбуждённых и радостных криков детей. Совсем ещё маленькие пионеры сконцентрировали всё своё внимание на одном мяче, заставили себя поверить в зависимость их жизни от итогов матча. Щёлк – и все проблемы вокруг тебя пропали, стали призраком прошлого, которое можно проигнорировать, свести в рамки двухмерного мира, а самому направиться дальше, навстречу будущему. Я и не обратил внимание, как был поглощён этой картиной. Семнадцатилетний пионер буквально пялится за детьми, вот уж картина. Я продолжал смотреть за игрой, как вдруг солнце ослепило меня, отчего пришлось закрыть глаза. Вдруг, солнце вмиг исчезло и когда я открыл свои очи, время дня резко поменялось на вечернее. Небо затянуло тучами, и ветер заявил права на усиление. Дети куда-то пропали с поля, как и все пионеры в принципе. Не знаю, почему, но меня почему-то потянуло в центр футбольного поля. Скорее всего, это был тот самый случай, когда “ноги перестают слушаться головы” и просто действуют так, как считают необходимым. Я не противился им, так как не смог придумать более лучшую идею. Пальцы дрожали, во мне нарастала паника. Это место определённо не было отражением того жизнерадостного лагеря, пусть даже и имело его форму. Однако, наличие одного лишь корпуса не даёт тебе права представлять из себя что-то. Вытащи из человека все внутренности – внутренние органы, кости, слизистые, сосуды и что тогда останется? Обычная оболочка из кожи, мешок. Как и я, он лишь притворяется, делает вид, что способен развлечь кого-то, привлекать к себе внимание, давать иллюзию безопасности. Да, я ничем не отличаюсь от такого лагеря: безжизненного, серого и скомканного. Я встал в ступоре и потерял дыхание от увиденного. Ответ на вопрос, куда пропали дети, нашёлся сам собой. Уже почерневшие, холодные маленькие тела висели на сымпровизированных виселицах, сделанных на воротах, шокированные изощрённой фантазией того, у кого поднялась рука совершить это злодейство. На каждых воротах висело по три ребёнка, составляя итого шесть. Однако, краем глаза я успел заметить и тех, кому досталось “место” на деревьях, которые играли роль зрительских сидений. Я медленно прошёл к середине поля и только подойдя, я понял, что мяч, который там лежал всё это время был не мячом, а человеческой головой. Головой Ульяны, если быть точнее. Я поднял её и поднёс ближе к своему лицу. Милая мордашка красноволосой было перекошено в гримасе первобытного ужаса, что совпадало с тем, что читалось на лице повешенных детей. Испытала ли Уля ровно то, что и остальные, или быть может, к ней отнеслись как-то “особенно”? Я положил голову пионерки на место и ощутил самое мерзкое, циничное и отвратительное с точки зрения обычного человека наитие. Я должен забить гол. Однако, в какие ворота это сделать лучше всего? Конечно, выбор должен был пасть на правые, ведь количество мальчиков там больше превалирует, в отличие от левых. Но, с другой стороны, эти мальчики были такие милые, как им не подыграть? Я медленно попятился назад, готовясь нанести удар. Я никогда не играл в футбол и не был огромным фанатом данного вида спорта, поэтому надеюсь, что не получу сильного осуждения от зрителей за свою профанацию. Делаю глубокий вдох, разгоняюсь, пинаю “мяч” к воротам и… штанга! Голова Ульяны отскочила края ворот в правую сторону, издав характерный хруст. Гады, не попал! Количество попыток у меня ограничено, как-никак, череп “девочки-СССР” не состоит из свинца. Я обхватил голову Ули и поставил её около ворот. Время штрафной. Вновь делаю глубокий вдох и пытаюсь сконцентрироваться, хотя это не так просто, когда на тебя смотрит мёртвый малолетний вратарь с таким осудительным взглядом, словно ты совершил все преступления мира, начиная от предложения Еве яблока, так сказать: от Адама до Потсдама. Но я не должен думать о таком, главная цель для меня – забить гол. Я замахиваюсь, делаю удар и…! - Эй, Толя! Меня окликнул знакомый детский голос. Без каких-либо сомнений, это была Ульяна, чью голову я только что запустил в те ворота. Однако, в отличие от сна, эта пионерка была не только жива и здорова, она источала энергию и не собиралась умирать. Никто из них не собирается. - Давай с нами играть! – красноволосая прыгала на месте и размахивала руками, словно я находился за километр от неё, хотя ничто не мешает ей проделать пять шагов ко мне. Во мне не было никакого желания играть в футбол. Я не был асом в этом виде спорта, да и к тому же, меня всё ещё мутило от недавнего видения. Я отмахнулся от неё рукой и уже собирался было уходить, как вдруг та сказала: - А я тебе про Алису кое-что скажу! Я замер в оцепенении. Ульяна назвала имя, которое я желал бы не слышать и тысячу лет, заставив меня резко пересмотреть своё отношение к спорту. Эта девочка была явно закадычной подругой той рыжей бестии и наверняка что-то знала. Я перелез через скамью и подошёл к красноволосой. - Слушай, а может ты сейчас скажешь? Ульянка выдавила самую ехидную и широкую улыбку на своём миниатюрном личике. - Неа. Сначала игра! Я обречённо вздохнул. У меня не было иного выбора. Останется только надеяться, что мне дадут фору новичка и не будут сильно гонять туда-сюда. *** Наконец, игра закончилась спустя тридцать минут. Я ощущал себя, как выжатый лимон: потный, уставший, с больными конечностями, к тому же ещё и осмеянный детьми. Мои надежды на лёгкую игру были обречены на провал сразу же, когда мелкий русый мальчуган лет восьми (предположительно капитан команды) начал раздавать приказы налево и направо, не забыв хорошенько обложить и меня командами. Я бегал из угла в угол в попытках повести мяч, хотя бы секунды три. Мои мольбы хоть немного передохнуть и отдышаться были встречены, как мне показалось, саркастичным смехом малолеток. К тому же, футбол дал возможность набить шишек в прямом смысле этого слова. Я потерял счёт своим падениям и спотыканиям. Однако, какую любовь к жизни я испытал, когда услышал заветный свисток, говорящий об окончании матча. Именно в тот же момент я возненавидел человечество всей душой, чего до этого у меня не наблюдалось. Пока дети расходились, кто куда, я с красными пульсирующими глазами медленно полз к Ульянке, аки монстр из фильмов ужасов. Наконец, до меня дошло. Видение, что я испытал сегодня – было отражением ближайшего будущего, если Ульянкина информация, касающаяся Алисы, не удовлетворит меня. Я лежал у ног маленькой пионерки, уставший, как собака и выглядящий, как обычная дворняга, только без языка наружу. - Ну? – хриплым голосом начал я. – Рассказывай, что там у тебя. Красноволосая смотрела на меня сверху вниз хитрым взглядом, словно думая, наврать мне или всё-таки сказать правду. Затем она села на корточки, из-за чего наши лица находились в опасной близости друг от друга и заявила: - Иди сейчас в сторону умывальников. Алиса будет тебя там ждать. - А как же обходной лист? - Она сказала, что отмазала тебя от ОД и вожатая ответила, что бегунок не нужен тогда. Я раздражённо простонал. Конечно, поход с обходным листом по лагерю не был совсем пустым занятием. Как-никак, я смог углубить знания о жизни в “Совёнке” и его обитателях. Однако, ощутимое расстройство и чувство, что я зря потратил силы не покидали меня. Но ничего не попишешь. - Ладно, спасибо за информацию, Ульяна. - Да не за что! Удачи с Алисой! Та усмехнулась, вновь натянула бодрую улыбку и покинула поле, пока я восстанавливал силы после утомительной игры на тёплом и мягком газоне под нагревающим солнцем.