Автопортрет демона

Теперь, когда мои обязанности в качестве члена музыкального клуба были завершены, я был вправе подкрепиться в столовой во время обеда. Однако, в этот раз на крыльце было больше пионеров, чем я когда-либо видел, отчего во мне зародилось беспокойство, что мне может не хватить места. И как оказалось, это было не безосновательно. Внутри около стоек с едой сформировалась огромная очередь из голодных молодых людей с подносами наперевес. Мне ничего не оставалось, кроме как присоединиться к их рядам. По прошествии времени очередь почти дошла до меня, пока вдруг кухарка не заявила неожиданно: – На вас, оборванцев, еды не напасёшься! Кончилось всё, ждите где-то полчаса. И ушла на кухню. Столовая же наполнилась справедливыми возмущёнными возгласами оставшихся без своих заслуженных порций, среди которых меня не было. Точнее, я тоже остался без еды, но всего лишь отреагировал обречённым вздохом. Вдруг, я почувствовал нежное прикосновение на своём плече. Обернувшись, я увидел знакомое голубоглазое личико, всегда приветливое, и, казалось, никогда не обременённое печалью. – Ну как, проголодался? – игриво спросила Славяна. – Ага… – расстроившись, ответил я. Конечно, она ожидала такого рода ответ. – Ай да, посидишь с нами! Хоть место для тебя будет. – Так я же… - я, умолчав, показал на пустой поднос, как бы намекая, что есть мне будет нечего. – Ничего, я поделюсь с тобой. Всё равно порции для меня здесь большие. – Ой, Славя, я даже не знаю… - но несмотря на сказанное, я послушно поплёлся за активисткой до её места. Она привела меня к столику, где уже сидела Лена. – Привет. – я помахал ей рукой. – Привет. – та тихо поздоровалась, но при этом на её личике проскользнула приветливая улыбка, отчего я тоже невольно улыбнулся. Славя указала, куда мне нужно было присесть, что я послушно и сделал. Блондинка присела рядом со мной и подвинула порцию рядом. Не знаю, как среди местной пионерии, но объедать молодую девушку для меня было верхом низости, поэтому к еде я всё же не притронулся. К тому же, тема разговора была более интересной для меня. – Сегодня будут танцы. Пойдёшь, Лена? Лена слегка покрылась румянцем и кивнула подтверждающе. – Да. Д-думаю, да. А ты, Славя? – А у меня и выбора-то нет. – она заливисто засмеялась. – Я же должна посмотреть на достижения нашего культорга. – А что, сегодня танцы? – робко спросил я. Славя повернулась в мою сторону и посмотрела взглядом, в котором читалось разочарование. – Ну да. Вообще-то, Ольга Дмитриевна говорила об этом сегодня на линейке. Ты разве на ней не присутствовал? Я ощутил, как медленно начинал попадать в просак. Я взглядом попытался попросить помощи у Лены, но пионерка уткнулась лицом в свой суп, и не то, чтобы смотрела на нас. – Я был, немного, занят… делами. В этот момент я состроил самую глупую улыбку. Такую глупую, что даже клоуны в цирке на моём месте выглядели бы, как доктора наук. Блондинка же прищурилась и пыталась посмотреть в мои глаза, словно стараясь прочитать ту правду, которая скрывалась за той наглой ложью, что стояла также крепко, как соломенный домик на почве под угрозой маленького ветерка. Но, видимо, Славя, решив дать мне шанс на ошибку, так как я ей помогал, и так как ранее проявлял собою стремление работать во благо Советского Союза посредством улучшения активности в одном пионерлагере, снисходительно улыбнулась и слегка отодвинулась от меня. – Понятно. Ну, ты обязательно приходи, хорошо? Я быстро закивал на побуждение активистки, которое больше походило на приказ для дошкольника. – Кстати, можно будет поговорить об этом с Ольгой Дмитриевной? Я имею ввиду, помочь с подготовкой. Блондинка пожала плечами. – Думаю, она всегда будет рада любой помощи. Тем более, от тебя, пионер. Последнюю фразу она сказала каким-то странным тоном. Он одновременно содержал в себе прежнюю игривость, но при этом в нём чувствовалось какое-то… кокетство? Я не нашёлся, что и ответить, поэтому лишь промолчал. Лена возможно почувствовала неловкость данного мгновенья, и возможно поэтому сказала: – Наверное, нам стоит уже пойти. Славя, будто только сейчас вспомнив свой распорядок дня, выпрямилась и приняла свой прежний «активистский» вид. – Действительно. Мы, пожалуй, пойдём. Ещё увидимся, Анатолий! – Пока. – Лена попрощалась также несмело, как и поприветствовала. Я же в ответ лишь только помахал рукой и проводил девушек взглядом. Наконец, убедившись, что они вышли из здания и оставили свои порции, я с животным напором набросился на тарелки Слави и принялся поедать содержимое обеда блондинки, от которого ментально отказался две минуты назад.