Автопортрет демона

Теперь, когда я подготовил «оборудование», нужно было заняться поиском «актёра». Благо выбирать я не стану, так как мне уже известно имя первого пионера, что поучаствует в моих съёмках. Моя программа-минимум: приманить её, вызывая как можно меньше подозрений. Программа-максимум: сделать это не вызывая подозрений вообще. Для начала я направился в медпункт, откуда мне нужно было выкрасть кое-что. Конечно, такая тенденция краж за один день меня не радовала. Я, конечно монстр, но не вор социалистической собственности! Однако, иного выбора у меня нет. И к тому же… это будет последняя кража за эту смену… наверное… Уже через минуту я оказался у нужного мне здания. Так, роли отрепетированы, свет выставлен, актёры на месте. Вперёд. – Виола…эээ… батьковна! Там мальчику плохо! – завопил я, нагло врываясь в медпункт. Ожидаемо, та подскочила на месте от неожиданности и даже, судя по взгляду, потеряла самообладание. Однако ей хватило мгновенья, чтобы собраться. – Там около клубов. Электроник разбушевался и начал колошматить всех вокруг. Бедняга упал на землю от удара, и потерял сознание. Медсестра с гетерохромией быстро собрала необходимые препараты и нашатырь. – Поняла тебя. Спасибо за наводку, пионер. Она кивнула мне в благодарность и кинулась спасать несуществующего пионера. Отлично, это даст мне немного времени пошарить тут. То, что мне было нужно, по идее, можно найти за считанные секунды. Если бы я знал, где оно находится! Я искал на столе, на полках, нигде не мог найти. Уж хотел было отчаяться, и начать, прости Господи, ронять мебель, но зачем-то мне пришло в голову искать в комодах, и вуаля! Нашёл. Слабительное. Не теряя ни минуты, я выскочил из медпункта как ошпаренный и побежал, как можно дальше даже не думая, как глупо я мог выглядеть в этот момент. Неважно. Это всё неважно. Всё, что имеет смысл сейчас – это съёмки. Я очень давно не снимал, и мне НЕОБХОДИМО снять напряжение. *** Теперь, чтобы перейти к следующей стадии плана, мне необходимы пионеры в столовой. Все. А точнее, одна маленькая персона, что попробует содержимое баночки, которую вероломно украл из медпункта. Времени до обеда было ещё много, однако мне придётся воздержаться от взаимодействия с остальными до поры до времени. Я уже чувствую, как быстро бьётся сердце, как подкашиваются мои ноги, а в горле становится сухо от одной лишь мысли о том предприятии, которое хочу совершить сегодня. Я буду выглядеть слишком подозрительно, мне нельзя рисковать! Уже один раз я позволил милиционерам обнаружить местонахождение моей лаборатории. Это было моей роковой ошибкой, но в этот раз я не попадусь. Я спрятался за зданием столовой и, прислонившись спиной к стене, съехал вниз. Придётся ждать там. Надеюсь, у Слави не возникнет неожиданное желание пообщаться со мной, и она не станет искать меня по всему лагерю. Ведь тогда придётся придумывать оправдания, а я это жуть как не люблю. Я похлопал себя по карману, чтобы в очередной раз убедиться в наличии баночки с препаратом. Она у меня. Отлично… Не найдя времяпрепровождения лучше, чем предать своё сознание царству Морфея, я прислонился затылком к стене, расслабился и закрыл глаза даже не догадываясь, как быстро я усну. *** Гул пионеров и топот их ботинок был моим будильником. По-видимому, уже начался обед. Я набрался сил, выспался. А это означало, что мне ничего не мешало довести свой план до конца. Я направился в столовую, и стал искать глазами кое-какую персону. Не заметить её было бы той ещё задачкой, и поэтому я был уверен, что найду её рано или поздно, и я не ошибся. Ульяна уже сидела за своим столом у окна, готовая добротно подкрепиться супом, и макаронами с сосисками. Убедившись, что рядом с ней никого не было, я быстро скользнул к ней. – Приятного аппетита детям рабочих. Красноволосая девочка вздрогнула от испуга и резко обернулась ко мне с удивлённым лицом. Затем её взгляд сменился на подозрительный, а потом я заметил, как маленькая пионерка вознесла руки над своим обедом, как бы защищая его. – И Вам не хворать. Я нарочито долго оглядел столик Ульяны, словно в поисках чего-то, но когда не обнаружил того, что искал, наигранно вздохнул. – И у тебя нет? – Чего нет? – Конфет. Просто я подумал, что было бы здорово попить морса с ними. Я сдуру решил, что у великой воровки-то они точно будут, но… – Конфет? С чего бы это ты их захотел? – Ульяна выглядела всё подозрительнее. Даже для такой сопли как она, сие пионерка разбиралась в людях и понимала, что взрослый лоб и любимчик вожатой вряд ли будет жаловаться мелкой девчушке на отсутствие возможности подсахарить жизнь. – Да не знаю. Просто так, почему бы и нет? Ты же видишь, что происходит? Я указал ладонью на панораму столовой. Красноволосая захлопала глазками, не понимая, к чему это я. – О чём ты? – Лица пионеров. Они все стали угрюмее, грустнее. Это всё из-за исчезновения Шурика. – А, ты имеешь в виду его смерть? Я резко прижал указательный палец к губам, требуя Ульяну быть тише. Она обратила внимание на это. – Я об этом самом. Все стали какие-то напряжённые и я подумал, что было бы неплохо подсластить настроение, раздав нуждающимся конфеты. – Тумаков от Слави не получал что ль? – Она довольно хрюкнула от своей шутки. – Да и в любом случае. С чего бы это я должна рисковать, чтобы остальные дармоеды наедались МОИМИ конфетами? – Тебе сложно, что ли? Я думал, ты у нас самая-самая умелая воровка. – Я опёрся ладонями о поверхность стола. – Или мне показалось? – А мне показалось, что ты мутишь что-то. – недовольно ответила та. – Сначала ты пытаешься пресечь мою кражу, а теперь сам на неё подбиваешь? К тому же, а если об этом узнает Славя?! Я не хочу просто так рисковать, знаешь ли! – Зачем об этом знать Славе? – я невинно пожал плечами. – Я просто предлагаю сделать дело по-быстрому. Раз – и всё! К тому же, ты сама будешь в шоколаде… во всех смыслах. Я просто предлагаю тебе забрать пакет, а раздачей я займусь сам. Ульяна сделала задумчивое лицо. В ней явно боролись две конфликтующие стороны: одна продолжала настаивать, что от моей идеи разит подозрительностью, как от Долины Смерти. Другая же говорила, что перспектива поесть сладких, вкусных, и что самое главное для озорного ребёнка, запретных конфет никогда не будет лишней. – Ладно, конспиратор. Твоя взяла. Но! Если меня поймают – я сдаю тебя! Понял? Я лишь молча закивал головой, провожая пионерку внутрь столовой. Вот он! Мой шанс! Проверив, чтобы на меня никто не смотрел, я высыпал в тарелку супа заранее сделанный собственными руками порошок из таблеток слабительного и тщательно размешал. Убедившись, что содержимое супа на вид осталось таким же, что и до этого. Я уж думал было насыпать ещё, но боюсь, тогда Ульяну просто разорвёт. Решив, что моё дело сделано, я быстро покинул столовую. Осталось одно – это ждать. *** В этот раз моим «убежищем» выступила библиотека. Я хотел уже зайти внутрь, но дверь оказалась заперта. Точно. Наверняка Женя была в столовой и всё ещё ела. Тогда, решив, что делать мне нечего, я уж было хотел погулять по периметру «Совёнка», как вдруг меня окликнул знакомый голос. – Толик, можно тебя на минутку? Я обернулся и увидел перед собой фиолетоволосую пионерку. – Лена, а что ты тут делаешь? Разве ты не должна обедать? – Я уже поела. Я пришла сюда забрать книгу. – Тогда почему ходишь одна? Забыла о правилах лагеря? – Я хотела бы задать тебе тот же вопрос. Какая умная. – Ну, я-то могу за себя постоять. – я засунул руки в карманы. – А что насчёт тебя? – Я тоже могу. – она вытащила из кармана юбки довольно крупный нож со сверкающим лезвием, наверняка острый. Так, вот это уже интересно. Стеснительная пионерокомсомолка знающая, как обращаться с холодным оружием? Не хотел бы я перейти ей дорогу. – Ого. Не ожидал, что ты таким умеешь пользоваться. – В наше время девушке нужно уметь защититься. – её голос звучал удивительно твёрдо и уверенно. Лена совсем не была похожа на ту кроткую тихоню, с которой я общался до этого. – Я хотела бы поговорить о Славе. – Славе? А что с ней? – удивлённо спросил я. – Ты прекрасно знаешь, что с ней. Она целый день ходит. чуть ли не приплясывая. Я сегодня делала с ней обход, и Славя выглядела чересчур игривой для той, кто только что потеряла своего сотоварища. – И что это может значить? – всё ещё не понимающе спросил я. Она недовольно цокнула. – Толик, когда девушка находится на седьмом небе от счастья даже в такой плачевной ситуации, как наша, это может означать только одно – она влюблена по уши. – Хм. – я состроил задумчивую гримасу. – А я тут каким боком? – Не строй придурка, Толик. – я почувствовал, как моя душа упала в пятки. Я был убеждён, что прекрасно знаю Лену, но после этого разговора, я даже не знаю, что и думать о ней. Такие слова точно не могут принадлежать тихоне, которая вечно зарывается в книгах. Ведь не могут? – В кого ещё она могла бы так втюриться? Мальчиков у нас не так много. Шурик уже мёртв. Электроник… о нём даже говорить не стоит. Остаёшься только ты. Да и к тому же. – она медленно подошла ко мне, пока я также медленно пытался пятиться назад. Пока не ударился спиной о ствол дерева. – Ты довольно известен среди девочек. – Известен? Но я же просто… я. Лена вдруг отвернулась от меня и посмотрела куда-то вбок, словно бы заметила что-то. – Я бы так не сказала. Статный, отзывчивый, заботливый. Я удивлённо захлопал глазами. Неужели Лена так думает обо мне? Но затем она быстро объяснила: – Славя ценит нашу дружбу, и поэтому поделилась своими чувствами к тебе. И, я погляжу, что и ты имеешь какие-то планы на неё? Но прежде, чем я успел ответить, Лена перебила меня, вновь приблизившись и глядя пристально в лицо. – Но я хотела бы тебя предупредить. Что бы ты не предпринял – это сильно повлияет на неё. Не думай, что раз Славя помощница вожатой и активистка, то она крепка духом. Это может быть и так, но в глубине души она очень ранимый человек. К тому же, ты – её первая любовь, и если ты вдруг проигнорируешь её, или, не дай Бог, ранишь её чувства… Неожиданно она схватила нож и прижала кончик его лезвия к моему животу, пока мне оставалось лишь испуганно трепетать, словно антилопа, что оказалась под властью льва. В данном случае, львицы. – Славя – очень хороший человек. Она заслуживает только самого лучшего, самого прекрасного. Славя заслуживает прожить самую счастливую жизнь, которую я-, которую любой ей может дать. И поэтому я не допущу, чтобы с ней случилось что-то. Найдя в себе храбрость начать речь, я ответил: – Я прекрасно понимаю это. И поэтому мы с ней поговорим о нашем будущем сегодня вечером. Я обещаю, я буду дарить Славе улыбку, я только этого и хочу. Я убрал пальцем лезвие ножа в сторону, и продолжил: – Мы хотим с тобой одного, Лена. Чтобы Славя оставалась счастливой. И я обещаю и клянусь честью турклуба «Чергид», что я буду добиваться этого ценой моей жизни. Вру. Вру прямо в глаза. Но я понимаю, что если буду говорить правду, то вполне возможно, что Лена сделает из меня жаркое. И потом уже подаст своей излюбленной Славе. Видимо, этих слов было достаточно для убеждения, поэтому фиолетоволосая пионерка подуспокоилась. Однако это не убрало строгости из её очей. – Хорошо. Я прослежу за тем, чтобы твои слова оказались правдивыми. И на этой фразе она ушла. Ушла загадочно, словно сказочный персонаж. Только вот этот «сказочный персонаж» чуть не лишил меня жизни в порыве страсти и какого-то странного косвенного признания в любви. Что это было? Неужели Лена приревновала меня к своей «подруге»? Или быть может, она не верила, что такой увалень как я способен осчастливить её любимую активистку? Или может быть… она как-то могла понять, что я не смогу прожить нормальную человеческую жизнь, потому что я бывший маньяк? Как бы то ни было, нужно уносить отсюда ноги. Пока Лена не решила, что полюбить человека напрямую проще, чем косвенно через посредника. *** – Толик? Ты чего тут забыл? – недоверчиво спросила Двачевская, завидев меня на пороге её домика. – Ульяна тут? – спросил я, пытаясь заглянуть в дом. – Нет, зачем тебе? – надменно поинтересовалась та. – Видишь ли, Алиса. – начал я издалека. – Я тут подумал, слишком уж у нас резкое знакомство вышло, не находишь? И пусть в этом и твоя вина тоже присутствует… свою вину я не отрицаю. Поэтому… я хотел бы предложить немного «умаслить» его. Почему бы нам не познакомиться «нормально»? И с этими словами я вытащил бутылку водки «Столичной», вызвав приятный шок у рыжеволосой. Бутылку, что я умакнул из клубов по дороге от библиотеки. – Да ты сбрендил! Откуда это у тебя? – Места надо знать, Двачевская. Только вот были бы сосуды, где можно было бы… – У меня есть кружки! – выпалила она и буквально впихнула меня внутрь. – Ого. У тебя, наверное, и закуски имеются? – Пару бутеров из столовки. Слямзила на завтраке. Ого, да она подготовлена. Словно бы ждала этого предложения всю жизнь. – Тогда предлагаю приступить к распитию. Как-никак, Ульяна может вернуться в любую минуту. – Точно, спасибо, что напомнил! С этими словами она заперла дверь домика изнутри. – А ты уверена? А вдруг твоя соседка захочет домой? – Не захочет. Её не вытащишь с поля до ужина, да и к тому же… – она скрестила руки на груди. – Она недавно выбежала отсюда зеленее жабы. После обеда скрутило, видать. А я ведь ей говорила те сосиски не жрать! Отлично, значит соседка нейтрализована до поры до времени. Вдруг Алиса обняла меня за плечо, прижавшись своей горячей грудью к моей. – А с чего бы то наш пай-мальчик решил стать плохишом? Славя не даёт, так решил сунуться к ДваЧе? Постойте… а откуда ЕЙ известно…? – Ты знаешь, что случилось с Шуриком, Алиса. – я убрал её руку от себя, и поставил бутылку на подоконник. – Нет гарантии, что убийца не рядом, и что он не захочет новой жертвы. Вдруг ими станем я или ты? Я, конечно, парень примерный, но не хотел бы умереть, зная, что не решил неуладицу с тобой. А тут мне вдруг на глаза попалась эта бутылка, вот я сразу и вспомнил о тебе. – Ты что, решил, что я алкашка?! – вдруг прикрикнула та злобно. Так, Сливко, слова подбираем. – Нет-нет, что ты! Просто я подумал, что тебе может понравиться такой «дар». – мои руки потянулись к бутылке, собираясь её забрать. – Если, конечно, тебе больше по душе конфеты, то… – Ой, да не горячись ты. – она хлопнула меня по руке, отваживая забирать «Столичную». – Я же пошутила просто. Конечно, я не буду против такого сюрприза. Короче, наливай уже! Я согласно кивнул, вскрыл упаковку на крышке, и открыл бутылку, тем самым окончательно решив судьбу рыжеволосой бестии.